Глава 26. Здравствуй, папа

— Мы ведь с тобой договорились, — тихо сказала она, не глядя на него. — Зачем ты пришёл?

— Оставьте нас, пожалуйста, нам нужно поговорить, — обратился Сергей к Вадиму. — Как отцу со своей дочерью.

— У нас сегодня собрание директоров, у меня для них важные новости. Уходи, пожалуйста, я не хочу с тобой говорить.

Вадим смотрел на её потерянный вид, и от чего-то ему не хотелось оставлять её с ним наедине, братья похоже были того же мнения и с тревогой смотрели на Катю и её новоиспеченного отца. Сергей тяжело вздохнул, встал со своего места и сел напротив неё, она сжала челюсть и всё-таки встретилась с ним взглядом.

— Можешь ничего не говорить, только слушать… — успокоительным тоном начал говорить он. — Катерина, я больше не могу оставаться в стороне. Тебе не стоит больше с ними работать.

— Что? — неожиданно встрял Макс. — С чего бы это?

— Ты действуешь импульсивно, необдуманно, на тебя непохоже… — Сергей выпада Макса и не заметил. — Тебе пора занять место, которое принадлежит тебе по праву. Ты Катерина Сергеевна Быстрицкая, прими это, наконец. Для тебя так будет лучше. Со мной тебе будет лучше.

— С чего это вы решаете за неё? — раздался твёрдый голос Павлика. — Катя сама разберётся!

— Нет не разберётся! — резко повернулся в его сторону Сергей, а затем в сторону Вадима. — Вы куда смотрите, пока она у вас под носом проворачивает такие дела! А Вадим? Ты хоть знаешь, что в этих папках? Нельзя так делать, как она собиралась! Мужчины дают своим врагам шанс уйти побеждёнными, но не сломленными. Женщины растаптывают врагов в пыль, она от их жизней ничего бы не оставила, лучше убить, твою мать, чтобы не мучились, чем такое! Катя сжигает всё к чертям в пепел, как огнедышащий дракон!

— Зато наверняка! — улыбнулась острыми зубами дракоша.

— Ты им не доверяешь, — кивнул Сергей в сторону Вадима и братьев. — Нельзя работать с теми, кому ты не доверяешь!

— А ты мне что, доверяешь? — удивлённо спросила его Катя.

— Да, Катя, целиком и полностью и я за тебя волнуюсь

— Не стоит, даже я за себя уже не волнуюсь.

— Мотаешься непонятно где, непонятно с кем, разрываешь связи с семьёй и друзьями.

— Хватит в заботливого папашу играть, тебе не идёт! — Катя сложила руки на груди и усмехнулась. — Ты думаешь, что знаешь что-то обо мне, но ты ошибаешься, ни хера ты не знаешь.

— Зачем ты написала завещание? — выпалил Сергей. — К чему ты готовишься?

— Завещание? — тихо сказал Павел и посмотрел на Вадима, тот на Катю.

— А ты откуда об этом знаешь? Об этом знает только мой адвокат. Или уже не мой? Он теперь адвокат Дьявола?

Катя засмеялась, но этот смех был больше похож на истерический, остальные с тревогой смотрели на неё.

— Я только сейчас поняла, спустя столько времени я всё поняла, — вытирая слёзы от смеха сказала она. — Да ты ж один в один мой бывший муж!

Катя откинулась на кресло и тяжело вздохнула, осматривая Сергея.

— Я умудрилась выйти замуж за твою точную копию. Не внешне только, он то красавчик! — цокнула языком Катя. — Вы очень с ним похожи, тоже за меня волнуется. Узнала тут недавно, что он почти с самого развода читает всю мою электронку, мессенджеры и доступ к моему облаку у него есть. Всё это время он был за моей спиной, я будто и не уходила никуда. А знаешь, как я узнала? Чёртово завещание, он увидел его на моей почте и позвонил, и звонил до тех пор, пока я не взяла трубку, настойчивый какой, прям как ты. Я ведь с ним не хотела разговаривать больше никогда, но подумала, может, случилось что. Случилось, давно случилось, а я не замечала. А знаешь, что самое смешное? Я могла бы разрушить его жизнь одним своим действием, но я не могу так с ним поступить. До сих пор рука не поднимается его уничтожить. Он бы тебе понравился, вы как отец с сыном. Моя мама так вообще от него в восторге.

Сергей устало вздохнул и провёл рукой по своей бороде, сложил руки на столе и заглянул в глаза своей дочери.

— Ты ошибаешься, Катерина, насчёт меня, во многом, и в одном точно — он мне не понравился. Три дня как из Берлина вернулся. Он не будет тебя больше беспокоить.

— Что, блядь? Какого… Ты что с ним сделал? — Катя округлила глаза от ужаса.

— Пока ничего. Но я пообещал, а когда я обещаю, я делаю, также как и ты.

— А зачем ты вообще туда поехал?

— Ты ничего не рассказываешь, отдалилась ото всех. Он жил с тобой десять лет, кто знает тебя лучше, чем он. Оказалось, ни хрена он не знает, слепой глупец. Я не сказал ему, кто я тебе. Встретились на конференции по кибербезопасности, я представился твоим дальним родственником. Так и просидели часа три за отменным немецким пивом, — вздохнул Сергей. — И он только о тебе и говорил, а я просто слушал. Он тебе завидовал, Катя, не смотря на весь его ум, который нельзя не отметить, на все деньги, что он заработал. Он был лишь приложением к тебе, считал тебя своей половинкой, только вот тебе половинка не нужна. Ты изначально целая и всегда ей будешь! Для тебя нет ничего невозможного, стоит тебе только поднять голову и чего-то захотеть, у тебя это будет! Видел я таких, как он, вместо того, чтобы восхищаться тем, как ему повезло, что такая женщина как ты, рядом с ним, он пытался тебя подмять под себя. Большинство мужчин пытаются уничтожить, принизить, то, чего не понимают и чего недостойны, сравнивая тебя с собой, он видел всё своё ничтожество. Что ты сделала, когда он тебя первый раз ударил?

Оба брата вдохнули воздух в лёгкие и резко отвернулись от Кати, чтобы не смущать её своим взглядом. Вадим как и Сергей не опустил взгляд в стол, лишь сдвинул брови, ожидая, что она ответит. Катя откинулась на спинку кресла и сжала подлокотники, затем она улыбнулась зловещей улыбкой маньяка.

— Шрам на левой скуле видел? Думаешь был второй?

— Будь я рядом, ты бы не развелась через десять лет, овдовела бы через пару годиков. Почему сразу от него не ушла?

— Ну, я придерживаюсь мнения что то, что случилось один раз, может никогда больше не повторится. А то, что случилось дважды, будет повторяться всю оставшуюся жизнь. У нас были проблемы с доверием, мы пытались их решить.

— Проблемы с доверием? — усмехнулся Сергей. — Любовника завела при таком то муже? Тебе не угодишь. А он в ответ решил тебе по носу щёлкнуть?

— Он, что по этому поводу до сих переживает? — усмехнулась она в ответ, и её личико расплылось в гримасе притворной жалости.

— Моя верность — моя честь, моя дочь не предатель. Любовника, думаю, не было, вся твоя ошибка была в том, какая ты есть — лучше него!

— Ой, какого ты хорошего мнения обо мне, я прям поражаюсь! — приложила Катя руку к груди и хлопая глазками. — Жаль тебя разочаровывать будет. Ой, да ты ж у нас папаша без году неделя, многого не знаешь! А я тебе расскажу, ты ведь не в курсе, что родители считают своего ребёнка самым лучшим, наделяя его качествами, которых у него нет. Я для своих родителей была идеальной девочкой, а теперь одна сплошная проблема. А я для тебя как трёхлетка, да? Катя хорошо кушает, спит в садике на тихом часу, громко поёт на утренниках и хорошо танцует, не дерётся с детишками из своей группы, и уже молодец! Ой, и тут тебя жаль разочаровывать, прям по всем фронтам. Особенно драки мне хорошо удаются!

Маска жалости на лице Кати сменилась умилением и фальшивой улыбкой, её понесло, она уже не замечала никого кругом, её интересовал только её оппонент напротив. Свидетели этого разговора, наблюдали за этим представлением и завораживающее зрелище — моноспектакль одной актрисы в разных ролях.

— Он же в два раза больше тебя, — с улыбкой покачал головой Сергей. — Ты, как медоед, Катерина, плевать тебе, кто твой враг, ты бросаешься на него и он отступает перед твоей дерзостью. В какой момент своей жизни ты поняла, что физическая сила вообще ничего не значит?

Катя на минуту задумалась, похлопала по столу ладошками и закусила губу.

— В восьмом классе. Я избила десятиклассника, сильно, до крови, меня на учёт потом поставили в правоохранительных органах. Он был на две головы выше меня. Сбей врага с ног и рост не будет иметь значения. Я просто села на него и молотила кулаками по его лицу, кровь во все стороны, одноклассники охуели от такого зрелища, никто даже подойти не решался. Два моих старших брата оттащили меня от него, поэтому он остался жив.

— Понравилось?

Сергей прищурил глаза, Катя тоже. Отец и дочь, наконец, говорили на одном языке, понимая друг друга. Вадим смотрел на них обоих, сравнивая между собой, она на него похожа. Катя его будто скопировала, те же фразы, тот же взгляд.

— Да, бешеный адреналин. Я победила, это мне понравилось ещё больше.

— Какие выводы сделала?

— Не всё то, что выглядит, как мужчина, им на самом деле является, это первое. — начала загибать пальцы на руке Катя. — Если тебе есть за, что бороться, и правда на твоей стороне, внутренние ресурсы твои почти безграничны. Мною управляла слепая ярость тогда, я научилась её контролировать. Когда твоя голова холодна и ты готов идти до конца, у твоего соперника нет шансов. Люди чувствуют силу и всегда ей подчиняются — животный инстинкт. Даже крупные животные вроде медведей обходят медоедов стороной.

— В чём была его вина? — продолжал допрос Сергей.

— Он обидел мою подругу. Мерзкая история, она боялась ходить в школу, над ней смеялись. Надо мной никогда не смели ни смеяться, ни издеваться. За моей спиной были четверо старших братьев и четверо младших в довесок, ещё злее, а ещё два моих друга, всегда рядом. У неё никого. В тот день я доказала всем и самой себе, что я и сама справлюсь с обидчиками, меня лучше не трогать, и тех кто рядом со мной тоже.

— Зачем вышла замуж в восемнадцать лет? Старалась быть как все?

— Хотела замуж за хорошего мальчика, чтобы быть хорошей девочкой, — усмехнулась Катя. — Ну и залетела в 18 лет, как уж без этого, пришлось в белое платье втиснуться.

— Я давно хотел тебе сказать, что мне очень жаль, что тебе пришлось такое пережить, — тихо сказал отец своей дочери.

— О, спасибочки, ты такой заботливый, папуль!

Катя приложила к груди руку и состроила саркастичную гримасу умиления в сторону Сергея.

— Мне твоя жалость на хер не сдалась, впрочем, как и ты! Ты ничего обо мне не знаешь! — она пригнулась к столу поближе к Сергею. — Вали к чертям из моей жизни, тебе в ней места нет, как я тебе и сказала, почему ты меня не услышал? Этот тоже меня, видимо, не услышал, всё любовью свои поступки прикрывает! И я ею прикрывалась, когда смотрела на него влюблёнными глазами, не замечая, что он в это время сдавливал мне горло! И среди всех моих родных и близких только один человек пытался открыть мне глаза. Папа. Мой настоящий папа. Только он один меня спрашивал: «Ты счастлива, доченька? Ты живёшь, как хочешь или хочешь по-другому?». Он один меня спрашивал и хотел услышать, что я скажу, а мой муж решал всё за меня. Старательно, любящими руками, вылепливал из меня такую же как и все. А тебе что от меня нужно? Натравливать меня будешь на своих врагов, как собаку бешеную? Злости и жестокости во мне немеряно!

Сергей сдвинул брови, глядя на Катю, которая тяжело дыша смотрела на него. Он улыбнулся ей, отчего сдвинула брови уже она.

— Ты ошибаешься, Катя, ты не такая. И да, ты не такая как все. Я могу это принять. Никогда не понимал, зачем это нужно, быть таким как все — никто ведь за это по головке не погладит.

Сергей смотрел в глаза Кате и по-доброму ей улыбался, она лишь, честно и прямо отвечала на его взгляд — подозрением всем его словам.

— Ничего ты не понимаешь… — Катя опустила взгляд в стол. — Каково это — отличаться… Сильно отличаться от других, всю свою жизнь, только потому, что живёшь не по шаблонам, поступаешь по совести, часто рискуя собой, в то время как остальные берегут свою шкурку, ищут во всём выгоду. И сбившись в стаи шакалов, эти твари обсуждают твои поступки, тыкая пальцем и вешая ярлыки. Ты не знаешь, каково это, когда читаешь ярлычок на себе, а на нём написано «ненормальная». Несмываемое пятно…

— Ты нормальная, Катя — робко сказал Макс, рядом с ней.

— Послушала бы ты его, Катерина, — покачал головой Сергей. — Ты одна из немногих людей, которая умеет дружить. Найти в жизни хорошего друга подчас важнее, чем любовь. Тимур кинул тебя в ледяную воду шлюшьего бизнеса, зная, что ты справишься. Вы ведь дружили втроём со школы — ты, Артём и он. Тимур понимал, что тебе нужна самостоятельность, понимал, что за человек скрывается за личиной Артёма, но деньги бы ты не приняла. Когда Тимур сел, тебе пришлось ему помочь. Заодно заработала. Я понимаю, почему ты общаешься с Виталиком, до сих пор. Он называет тебя своим рыцарем в сияющих доспехах, никто в мире, наверное, не верит в тебя больше, чем он. И он вселил эту веру в тебя, а когда ты расправила крылья, он тебя спокойно отпустил и пожелал удачи, вот только ему без тебя тяжело, поэтому помощи просит. Он, может, и недалёкий, но иногда мудрость встречается там, где её совсем не ждёшь и от кого совсем не ждёшь.

Сергей вздохнул на минуту задумавшись.

— Я хочу, чтобы ты была счастлива, Катя. Ты отгородилась ото всех и они переживают, и я за тебя переживаю. Ты больше не стараешься быть как все, но будто никак не найдёшь себе место, где могла бы успокоиться и жить, как тебе хочется, а не так как принято. Родители тебя не видели очень давно и они не понимают, что происходит. Тимур и Никита тебе телефон обрывают, а ты отмалчиваешься. Поругалась с братом, игнорируешь его, а заодно и его жену, твою лучшую подругу. Тася вся извелась, ты и её игнорируешь, Пуговка по тебе скучает. Ты их единственная семья, самый близкий человек…

— Твою мать! Ты по всем моим знакомым прошёлся? — Катя приоткрыла рот от удивления.

— Ты со мной не разговариваешь, я узнал всё у них. Но ты и им ничего не говоришь. Не хочешь волновать тех, кто тебя любит. — вздохнул Сергей. — Давно хотел тебе сказать ещё кое о чём. Сообщаю тебе, что у меня насчёт Таисии серьёзные намерения, она прекрасная женщина. Ты с другими дружить бы и не стала, я тебе доверяю. Пора бы мне остепениться, ни разу женат не был.

— Серьёзные намерения? — Катя всё никак не могла закрыть рот от удивления. — И давно вы вместе?

— Почти год, я ей не сразу сказал, что ты моя дочь. Запретил ей говорить тебе, она своё слово держит, как и Пуговка. Очень переживает, что ей приходится тебе врать.

— Я даже не знаю, как на этот бред реагировать, — Катя упала головой в стол и закрыла голову руками. — Бред… просто бред… вся моя жизнь какой-то бред… Может, я окончательно сошла с ума и это всё просто плод моего воображения? Нет, сука, даже для меня это слишком, такое выдумать. Всё реальнее некуда…

— Катя, наблюдая за тобой со стороны, я вижу, как ты медленно, будто угасаешь после смерти Игоря. А те, кто смотрел на тебя каждый день, продолжают делать вид, что всё идёт по плану. Ты не умеешь себя беречь, Катя, единственный человек, который тебя берёг был Игорь. Он был бы тебе хорошим мужем, если бы вы сошлись, я был бы очень рад за вас обоих.

— Господи, зачем я вообще тебя слушаю? — продолжала причитать Катя, не поднимая головы от стола.

— За тем, что я говорю тебе правду, Катерина. Ты моя дочь, хочешь ты этого или нет, я тебя больше не оставлю и я могу дать тебе то, чего ты так страстно желаешь.

Катя резко подняла голову и подпёрла её рукой, хамоватым взглядом, глядя на своего отца.

— И чего я желаю, папуль, мне прям самой стало интересно?

— Жизнь под тёплым крылышком у мужа не для тебя, тебе там невыносимо скучно. Стабильная работа, даже с кучей денег впридачу — слишком мелко, — покачал головой её отец. — Тебе нужен вызов, тебе нужна борьба, в ней ты чувствуешь себя живой! Это ощущение своего превосходства в схватке с врагом, ты никак не можешь его забыть и постоянно повторяешь! Лишь одно тебя останавливает — слишком много людей будут о тебе горевать, если с тобой что-то случится. Не случится, я тебе обещаю! Я буду рядом, а потом, когда придёт время, ты займёшь моё место!

— Значит, пока я буду подставляться рядом с тобой, Тася будет греть свой накаченный зад у бассейна на твоей вилле в Испании. Охеренный план, папуль, я в деле! — Катя сложила руки на груди и смотрела на него — улыбка до ушей, глаза горят. — Она будет моя злая мачеха, а я её замарашка Золушка? И чё ты женишься на ней? Прекрасная женщина, богатый внутренний мир, да? Смотришь на неё также как и все, как на кусок мяса!

— Она мне очень дорога.

— Ещё скажи, что она любовь всей твоей жизни! — Катя приложила руку к сердцу и издевательски смотрела на своего отца.

— Нет, не скажу, для того, чтобы полюбить кого-то нужно время. У нас всё впереди.

— А ещё нужно сердце — у тебя его нет! Уж меня то можно не обманывать, этой чушью «она мне дорога», «у меня серьёзные намерения», — Катя передразнила своего отца. — Я её тоже голой видела и не один раз, поплыл бородатый? Так тебе и надо на старость лет, гори в аду собственной страсти! Белый рейнджровер у неё в гараже — твой подарочек? Мне, значит, розы на день рождения, ей внедорожник? Понятно, новенькая писечка у мужиков всегда важнее собственных детей!

— Катя, у нас с Тасей будет ребёнок…