Глава 30. Два лучика надежды

Сделал вроде Сергей, а стыдно вдруг стало Вадиму, и за себя в том числе, как будто все друзья Игоря только и делали всю жизнь, что его предавали. У Вадима уже разболелась голова от всего того, что он сегодня услышал. Если Катерина собиралась воедино, то Вадим будто рассыпался на части. Ему надо было всё обдумать, одному, позже. У братьев же чувства лились через край. Павлик открыл рот от удивления, а потом злобно уставился на Сергея, сжав зубы, как и его брат.

— Как вы могли так с Игорем поступить?! — подал голос Павел. — Он вас другом считал! А вы за его спиной жену его трахали? У Макса вон и то больше мозгов, когда Юля к нему в штаны лезть начала он её на хуй послал! А вы что? Не смогли отказать?

— Да что вы в ней нашли то?! Мёдом между ног намазано? — поддержал брата Макс. — Да, может, она раньше и была красивая, но блин, по ней же сразу видно — сука!

Сергей спокойно стерпел претензии со стороны двоих молодых людей и не отвечал. Зато ответила Катя, она же Карина.

— Юля обладает талантом, женскими чарами, не очарованием, нет, это про другое. Юляша умеет управлять самыми низменными инстинктами мужчин. Она знает как и что сказать, чтобы он чувствовал себя с ней, как король на вершине мира. Тебе этого не понять, Максимка. Ты пока ещё не хлебнул из колодца мужского тщеславия, — улыбнулась ему Катя. — Этим она цепляла, так ведь, папуль?

— Да, говорила она всегда именно то, что мужчина хотел от неё услышать, пусть это было враньё чистой воды, — вынужден был признаться Сергей. — Притягательно, но быстро надоедает, как и её красота.

— Вот и она это понимала, хоть тут мозгов хватило. Она понимала, что женский век короток, красота померкнет и что потом? Предложить ей было нечего, душонка по дешёвке, только шкурка дорого выглядит. Надо было выжать из красоты максимум, она взялась за Игоря, одиннадцать лет бездетного брака ее шанс, она прекрасно понимала, что ему нужно, кроме пустых слов. Вот только за два года работы любовницей ничего не получалось, так она поняла, что он стерилен, план ее почти провалился и ей в башку пришла охуительная идея, залететь от кого-то другого, а там как пойдёт. Ну не зря же она два года в него вложила. Она никогда тебя не упоминала, интересно, почему?

— А вы так близко общаетесь? — сжал зубы Сергей.

— Ну не то, чтобы близко, она чаще встречалась ртом с моим кулаком, но иногда во время её пьяных выходок она пиздела нет-нет, да правду. Сложно хранить секреты, если ты бухаешь, скажу я вам. Поэтому я не пью, у меня их слишком много. Юляша тебя боялась, я думаю, даже сейчас боится, а, может, и не знает, что отец ты. Там ещё, наверное, парочка осеменителей у неё было. Зачем ты так с ним поступил? Баб что ли других вокруг не было? Павлик правильно всё сказал, он ведь был твоим другом? Или дружба, как и семья, для тебя пустой звук?

— Я не знал, что она его любовница, он её не афишировал, боялся, что Светлана узнает. Её он всё-таки любил, но, видимо, недостаточно, чтобы хранить верность, — вздохнул Сергей и устало потёр глаза рукой. — Я был с ней недолго, ничего серьёзного, потом от Игоря ушла жена и он привёл в ресторан на мой день рождения Юлю, представил её как свою будущую жену. Я сделал вид, что её не знаю, она тоже. Я пытался открыть Игорю глаза, пытался с ним поговорить о ней, но он и слышать ничего не хотел, она была беременна. Он был так счастлив.

— Ты так ему и не рассказал?

— Нет, я за честные отношения, и тем не менее, о некоторых вещах лучше промолчать. Как ты узнала, что Алиса моя… дочь, — Сергей будто с трудом сказал это вслух.

— У нас одна и та же аллергия, я просто пальцем в небо ткнула и попала прям в свою ДНК.

— Она знает?

— Нет. Всё собираюсь с силами ей сказать. Вот кому ты был нужен, хоть кто-то кроме ее мамаши был ей нужен! А у меня семья полная! Мама и папа! — повысила голос Катя. — Алиса совсем одна! Друзья, друзьями, но она всё равно сама по себе! Живёт вон у него…

Катя кивнула головой в сторону Вадима и Сергей удивлённо на него посмотрел.

— Она живёт в квартире Игоря, — спокойно объяснил тот.

— Почему ты ей не скажешь про себя? — спросил её Макс.

— Не знаю, стоит ли нам общаться. Я напоминаю ей о плохом, лучше нам не общаться, наверное. Я не знаю… — потупила взгляд Катя. — Мне бы хотелось для неё что-то сделать, куплю ей жильё, я решу до конца года.

— Карина, ты сама живёшь в отеле. Давай ты подумаешь о себе, а я подумаю о ней, хорошо?

— Быстро ты решения принимаешь, — покачала головой Катя.

— Оно совсем не сложное, — тепло улыбнулся Сергей.

— Ты меня извини за прямоту, но она у нас очень резкая на слова девушка. Скорее всего она тебя просто на хуй пошлёт, если ты её папашей представишься. Поэтому сначала я с ней поговорю, потом ты, если она пожелает. Тормозни! — выставила она ладошку в его сторону. — Договорились?

Сергей ей слегка улыбнулся и кивнул.

— Отцовство это не про любовь по большей части, — решила провести небольшую лекцию Катерина. — Это про воспитание, защиту, мужской пример перед глазами. Воспитывать её уже поздно, она девочка большая, а вот защита. Мне страшновато оставлять её в одном городе с этим ушлёпком Свиридовым и его семейкой, которая может нагрянуть к нему в гости. Я скоро уезжаю, мне было бы спокойнее, если Алиса была бы в безопасности.

— Я об этом позабочусь, можешь не волноваться.

— Как приятно с тобой иметь дело! — цокнула языком Катя. — Даже просить ничего не надо. Скрепим договорённости?

Катя широко улыбнулась и протянула ему руку через стол, Сергей крепко пожал её ладошку.

— Как такая маленькая ручка, так больно бьёт кулаком?

— Жизнь меня сильно ударила, прямо под дых, много раз. Пришлось научиться отвечать. Так на всякий случай, ещё какие-то дети у тебя есть? Никто на ум из бывших не приходит?

— Нет, хотя уже не уверен… — тяжело вздохнул Сергей.

Катерина достала из сумочки телефон и начала строчить кому-то сообщение, недобро поглядывая на своего отца поверх телефона.

— На случай, если ты всё ещё хочешь меня упечь в здание, откуда так просто не выйти, знай — я договорилась с Филимоновым и скинула ему аванс, чтобы он меня оттуда вытащил. Ненавижу сидеть взаперти! Так что? Мне стоит просить аванс обратно или ты уже всё и так понял? Триста тыщ-то на дороге не валяются!

— Мне не нравится, что ты близко общаешься с Филином. Я всё понял, можешь возвращать деньги обратно. — нахмурился Сергей. — Можно вопрос?

— Смотря какой.

— Катерина, где ты взяла столько денег? Ты ушла из брака ни с чем, отказалась от наследства Игоря, а денег у тебя столько, что ты в них никогда не будешь нуждаться.

Карина закусила губу, отложила телефон в сторону и снова вошла в роль своей мамы.

— Мы живём в ритме танца космических энергий! Деньги это всего лишь энергия! Если ты несёшь в этот мир созидание — деньги сами тебя найдут! Всегда помни, доченька, удача всегда на твоей стороне! — прыснула от смеха Катя. — Ну, я мать-то и послушала, когда в первый раз в казино пришла в Монако. Мне пить вообще нельзя, как оказалось, тем более в казино. В общем, я сначала за покерный стол села, один, второй, потом за кости, притащила свой выигрыш за рулетку. Красное, чёрное, потом опять красное! Ну, думаю, поймаю удачу за хвост — ебанула всё на зеро! Выиграла, а потом Маурицио у меня бутылку-то из рук отнял, вместе с фишками.

Катя стыдливо опустила глаза в стол, братья покатились от нервного смеха.

— Он помог мне оформить счета, научил, как сохранить, куда вложить, чтоб преумножить, но я же его не послушала! — вытаращила глаза Катя. — Вложилась в одно рисковое предприятие и вышла в плюс. Но мне нельзя такие деньги в руки давать, я ошалею, поэтому пока лежали на чёрный день. Вот время пришло потратить, в Европе жизнь не дешёвая, но мне хватит.

— Тасе очень нравился этот итальянец, он ведь очень хорошо к тебе относился, почему не вышла замуж?

— Потому что он из мафиозной семьи, папа, не такой уж чтобы прям людей они там валили на семейных сборищах, но делают всякое. Я подумала, ещё начну там свои порядки устанавливать и булькнут меня с яхты в море синее, только Отбитую и видели, — хмыкнула Катя. — Зато он меня деньги отмывать научил, я теперь вообще не пропаду. Всё я побежала, опаздываю. Увидимся ещё, когда-нибудь.

Катя улыбнулась самой себе и на минуту застыла в своих мыслях, потом встрепенулась и тепло улыбнулась отцу.

— Катя была замечательной, жаль, что ты её не знал. Видел бы ты её — она всегда светилась, как яркая лампочка. Танцевала намного лучше меня, зато я пою лучше.

Катя окинула взглядом остальных присутствующих, будто только их заметив.

— Меня Катерина зовут, собираюсь имя в паспорте поменять. Катариной я не была ни дня, а у Карины надгробный камень есть, это жутковато знаете ли. То, что я тут рассказала, с собой в могилу унесёте, как Игорь.

— Когда ты уезжаешь? — вдруг спросил её Сергей.

— Ты же знаешь, зачем спрашиваешь? Следишь же за мной. Или плохо следишь?

— Ты будешь жить в Португалии?

— Пока не решила, пока еду туда, — уклончиво ответила Катя.

— Хочешь виллу в Испании с бассейном? Редко там бываю, зачем купил, не знаю сам. Может, для тебя подойдёт?

— Чтобы ты всегда знал, где я? — хитро улыбнулась ему Катя. — Нет не хочу.

Сергей помог своей дочери надеть пальто, она улыбнулась, стоя напротив него.

— Целоваться и обниматься не будем. Я к тебе ещё не привыкла, — выставила она ручку в сторону отца, когда он хотел её обнять на прощание и развела руками в стороны. — Ну что, папаша, поздравляю, у тебя девочка — сорок три кило, сто шестьдесят один сантиметр! Какая уж есть, со всеми потрохами — принимай.

Катя звонко рассмеялась и покинула их ресторан. Сергей рухнул в кресло, он выглядел раздавленным и счастливым одновременно. «Она и тебя на качельках покатала, молодец какая!» — подумал Вадим.

— Ну и дочурка у вас, Сергей Саныч, прям подарочек на Новый год тем, кто плохо себя вёл. Лет пятьдесят плохо себя вёл, — подперев голову рукой, назидательным тоном сказал Павлик. — Валерьянкой запаситесь, ведра два-три, но может и не хватить.

Вадим вздрогнул, когда услышал смех Сергея, он вообще не знал, что тот умеет смеяться. Видимо, отцовство хорошо на него повлияло.

*****

Катерина замерла на секунду перед дверью кабинета УЗИ, сегодня у неё контрольное исследование первого триместра. За дверью либо зажжётся новая надежда, либо окончательно рухнет старая. Она нервно сжала в руке листки бумаги от предыдущего УЗИ, где доктор был явно ошарашен её просьбой.

— Я не хочу слышать сердцебиение, не хочу ничего видеть, просто напишите результаты, приклейте фотографию и положите в конверт. Скажите мне только, когда прийти на обследование, всё ли хорошо и нужна ли госпитализация, если всё плохо. У меня это в восьмой раз, не хочу радоваться раньше времени…

Доктор осмотрела её в тишине, сложила заключение в конверт и протянула пациентке.

— Извините, только такой нашла.

Катерина тогда грустно улыбнулась, он был красный с надписью — «С Новым годом! С новым счастьем!». Этот конверт она носила с собой ни разу туда не заглянув, дожидаясь своего первого УЗИ. Сегодня её волновало только оно, а не то, что произошло в ресторане. Тот разговор остался там, а впереди у неё пока только тишина.

После яркого холодного света в коридоре медицинского центра, её голубые глаза погрузились в полутьму кабинета УЗИ. Катя на автомате поздоровалась с доктором, лучшим специалистом своего дела в городе, на автомате разделась и легла на кушетку. Также на автомате она вышла из кабинета, крепко сжимая в руках листки бумаги.

Катя так и стояла напротив кабинета, уставившись в свои бумаги, перечитывая строчки снова и снова. «Всё хорошо, у нас всё хорошо…» — думала она, впервые за последние недели она почувствовала абсолютную радость, которую ей не с кем было даже разделить. Она никому не говорила о своём положении, только Сергей как-то узнал.

— Катерина… — вдруг прервал её сладкий сон знакомый голос.

Она подняла глаза и увидела своего биологического отца. Он стоял в метре от неё и внимательно всматривался в её лицо, пытаясь понять её настроение.

— Всё хорошо? — осторожно спросил он.

— Да! — широко улыбнулась она. — Всё хорошо!

Он облегчённо выдохнул и протянул к ней руки, Катя зарыдала от счастья и упала к нему на плечо, обнимая его двумя руками. Отец гладил её по спине и приговаривал:

— Ну тише, тише, тебе плакать нельзя. Ребёнок в порядке, ты в порядке, всё у нас хорошо!

— Их двое, двое… — Катя отпрянула от него и смотрела в удивлённые глаза Сергея. — Представляешь?

— Двое? Двое лучше, чем один. Я очень счастлив за тебя, Катерина, очень, — приговаривал он, вытирая слёзы с её лица горячими ладонями. — Всё, плакать не надо, пойдём, попьём чаю что ли.

Катя кивнула и отец взял свою дочь за руку и повёл за собой, помог надеть пальто и они вышли на улицу. Отец отвёз её в тихое уединённое место, где они сели подальше от других гостей, сделал заказ за неё, пока Катя сидела с блуждающей улыбкой на лице, на удобном диванчике, напротив отца, обнимая подушку и всё разглядывала первые фотографии своих детей.

— Катерина, кто их отец? Вадим?

Она кивнула, не глядя на него.

— Он не знает?

— Нет.

— Ты ему скажешь?

— Не знаю, пока, — Катерина закусила губу, раздумывая над ответом. — Мне и так сложно, а с ним как будто будет ещё сложнее. Без него мне будет проще, я уеду, он не помешает. У меня полно денег, будет дом, будет помощь от няни, хоть от двух. Он как будто лишний.

— Детям нужен отец, а ты решаешь за них, это не совсем обдуманный поступок. Ты рубишь сгоряча, как мне кажется, — осторожно подбирая слова, высказал своё мнение Сергей. — Какие бы не были ваши разногласия, вы два разумных человека, я думаю, сможете их решить. И у ваших детей будут любящие друг друга мама и папа, как у тебя.

— Нет не будут, — тихо сказала она. — Сначала он отказался от меня, а теперь я отказываюсь от него.

— Чем он тебя обидел, Катя?

— Не то, чтобы он меня обидел. Просто я смотрела на него влюблёнными глазами и не замечала многих вещей. Наши идеальные отношения закончились в момент инфаркта Игоря, а после каждый из нас показал своё истинное лицо, а не лучшую из его сторон, как до этого. Он жёсткий и властный, любит всё и всех контролировать, я не могу залезть к нему в голову и узнать о чём он думает, а он не говорит, я ему не доверяю, тут ты прав. Как и он мне. А теперь, после того, что ты устроил, а я рассказала слишком до фига, как ты думаешь, что он обо мне думает? Зачем ты это сделал?

— Мне кажется, что тебе было нужно выговориться, чтобы кто-то увидел тебя, настоящую. Может, я тоже к Вадиму отношусь предвзято, но Игорь ему верил, братья за тебя обеими руками. Человек по-настоящему любит другого человека, когда видит его целиком, а не по частям. Он увидел, если ему не нравится, значит, ты права, если же всё иначе, Вадим тебе об этом скажет.

— Или промолчит, как всегда, — хмыкнула Катя. — Он назвал меня проблемой, которую ему надоело решать, а тут нас сразу трое. Куда ему такое счастье?

— Не решай за него, — вздохнул Сергей. — Человек — существо многогранное, а не две стороны одной монеты. У тебя граней больше, чем у других, такой уж ты уникальный человек, прими это. Прими себя такой, я тебя вижу такой, и ты мне очень нравишься.

— Спасибо тебе, что поддержал меня сегодня, — улыбнулась ему Катерина. — Давай не будем больше о нём говорить? Я потом подумаю.

— Я всё же скажу. Игорь был очень за вас рад, он считал вас идеальной парой, вы дополняли друг друга. Вадим тебя уравновешивает, ты перестала творить всякую дичь, как ты выражаешься, с ним ты начала быть женщиной, а не вечным воином. Игорь впервые видел его счастливым рядом с тобой. Чувства Вадима к тебе сильны и он может посмотреть правде в глаза, принять её и жить дальше, если есть ради чего. Сегодня он от тебя не отвернулся.

— Мы просто наедине ещё не оставались…

— Ты боишься, — покачал головой Сергей. — Я вижу твой страх. Ты боишься того, что он скажет на новость об отцовстве. Но лучше знать точно, чем жить своими предположениями, они могут быть в корне не верны!

— Хватит! — Катя бросила вилку и нож на стол. — Я не хочу больше бояться, я хочу быть счастливой! Без него! Без всех остальных! Я устала — думать о ком-то, за кого-то, переживать. Можно мне просто попробовать быть счастливой так, как я это вижу? Можно мне, пожалуйста, мой личный кусочек счастья, который не надо ни с кем делить?! Можно?

— Конечно можно, ты это заслужила, — вздохнул Сергей. — Прости, я на тебя давлю. И за сегодняшнее представление, тоже прости, пожалуйста, не стоило мне приходить и тебя выводить на разговор. Мне просто начало казаться, что я тебя теряю, все, кто тебя любят это чувствуют.

— Вы меня не теряете, мне просто нужно побыть одной и собраться с силами. Решить организационные моменты и успокоить немного нервишки. Со мной всё хорошо! За мной не надо присматривать. Мне надоело цепляться за людей, мне пора взрослеть! За голову там браться, за ум, всякое такое прочее из взрослой жизни. Я справлюсь!

— Не сомневаюсь в тебе, кушай главное и отдыхай побольше — твоя главная задача на ближайшие месяцы. С остальным я тебе помогу, можешь на меня всегда рассчитывать.

Они улыбнулись друг другу и провели почти два часа за вкусной едой и приятной светской беседой, отец и его новообращённая дочь. Напоследок она дала ему своё благословение:

— Я рада за вас с Тасей, что у неё теперь есть кто-то кроме меня. Уж не знаю, чем ты её завоевал, но, видимо, что-то особенное.

— Она не крепость, Катерина, — покачал головой Сергей. — Она просто женщина, которая мне стала близка сердцу.

— Заботься о ней, пожалуйста, хорошо, а о Полинке ещё лучше. Обидишь их — прибью. Я потом с Тасей встречусь, ладно? Обсудим средства современной контрацепции, раз уж обе ими плохо владеем. У меня пока сил нет, ни на что, даже за неё порадоваться, только за себя.

— Конечно, я ей скажу, что у тебя всё хорошо.

Ночью, оставшись одна в гостиничном номере, который теперь стал её новым временным домом, Катя легла в холодную кровать и свернулась калачиком под тонким одеялом. С Вадимом надо было поговорить, Сергей был прав, нельзя так его оставлять, тем более после того, как она сбежала от него из отеля.

— Подумаю об этом завтра, — зевнула Катя, закрывая глаза.

Она улыбнулась в темноте, поглаживая себя по животу. Доктор сказала ей, что скоро он стремительно начнёт расти, потому как там целых два здоровых малыша. Катя прыснула от нервного смеха, если они будут в отца Великана, к Новому году её живот не иначе как будет размером с арбуз.