Глава 41. Лучший мой подарочек

Глава 41. Лучший мой подарочек

Это был лучший Новый год в его жизни, его первый, по-настоящему, семейный праздник. В этом году Вселенная выполнила его желания, пусть не в том порядке и иногда через одно место, но в итоге он получил, что хотел — по его кухне носилась беременная любимая женщина. Пусть ворчала иногда, но в общем и целом была довольно забавная.

— Великан, переставь всё нужное с верхних полок вниз, я не достаю! — прикрикнула на него Катя.

— А что тебе оттуда нужно?

— Я не знаю, просто переставь! Чувствую себя гномом на твоей кухне.

— Эта наша кухня, — поправил её Вадим. — Раньше ты не жаловалась.

— Раньше я не была твоей женой, теперь можно весь свой характер показывать, — усмехнулась Катя. — На верхних полках будешь прятать от меня сладкое, выдавать по первому требованию!

— Нет не буду — ты всё равно будешь подставлять стул и его оттуда воровать, — вздыхал Вадим.

— Опять ты вздыхаешь?! Не вздыхай мне тут, неделю не женаты, уже вздыхает.

Вадим сделал следующий вздох ей в рот, Катя улыбнулась и перестала ворчать, продолжая свою беготню по кухне, делая последние приготовления перед праздничным ужином. Сегодня они рано встали, позавтракали и съездили в магазин. Затем они сходили в свою сауну, чтобы войти в Новый год чистенькими.

— Я не люблю ждать двенадцати, сядем за стол пораньше? — сказала она, сидя у него между ног, на нижней полке.

— Как скажешь, — поцеловал он её в макушку, разминая ей шею и плечи, влажные от пота.

— Вадим, ты ведь не во всём со мной соглашаться будешь? — нагнула она голову назад. — Со мной так нельзя, я разбалуюсь!

Вадим рассмеялся и спустился к ней, переместив её к себе на колени. Катя обвила его шею руками и поцеловала в солёные от пота губы.

— Мне тебя что в ежовых рукавицах держать? — усмехнулся он. — И долго ты так протянешь?

— Ну так, придерживать немного.

Вадим спустил с неё простыню до пояса и гладил по груди, целуя в губы.

— Секс в сауне идея не очень. Кто придумал шлюх в саунах трахать? А потом спрашивают почему мужчины так рано умирают? В сауне потому что надрываются! — вздохнула она, поправляя простыню повыше. — Мне жарко, я в душ, ко мне не заходи. Мне нужно масочку для волос сделать, для лица, скрабиком потереться. Об тебя потрусь вечерком.

Катя встала с него и на прощание поцеловала в губы, а он всё никак не мог её отпустить, прижимая к себе за бёдра.

— Всё, Великан, мне пёрышки надо почистить! Настойчивый какой! — фыркнула она, высвобождаясь из его объятий.

Вадим ещё немного посидел в жаре, улыбка не сходила с его лица, как просто, оказывается, быть счастливым — просто надо жениться. Или это всего лишь эйфория медового месяца? Он ещё не отошел от брачной ночи, которая растянулась на два дня.

То ли Кате понравился люкс для новобрачных, то ли новоиспечённый муж, Вадим не стал уточнять, наслаждаясь моментом. Они опробовали каждую горизонтальную поверхность в номере, сделав вывод, что кровать в их возрасте лучше всего. Катя в первую брачную ночь заставила мужа раздеться до гола, любуясь тем, кто будет отдавать ей супружеский долг до конца дней своих, сама она осталась в платье невесты.

— У меня сегодня первая брачная ночь в жизни, всегда хотела оседлать мужа прямо в свадебном платье! — с воодушевлением подпрыгнула она на месте, снимая с себя босоножки.

В платье на тонких бретелях, с корсетом с завышенной талией, украшенном сверкающими кристаллами, и пышной юбке, которая заканчивалась чуть ниже колен Катя была похожа на балерину. Тонкая и изящная. Увидев в витрине магазина это платье на манекене, Вадим тут же мысленно примерил его на Катю. Ей понравилось, он был счастлив, но что-то внутри кольнуло.

— У тебя ведь уже была первая брачная ночь?

Когда он это сказал, тут же хотелось прибить самого себя, вспомнил про её бывшего мужа в такой момент, молодец.

— Вообще-то не было. Я со своей первой свадьбы сбежала из ЗАГСА перед регистрацией. Недалеко, правда, до ближайшего парка, а там какие-то гопники подрались и меня вместе с ними в отделение загребли. Я там сутки просидела в белом платье с фатой, — хохотнула Катя. — Потом выпустили, и меня всё-таки выдали замуж. Почти насильно. Такая вот у тебя жена, радуйся! Смотри, не лопни!

— Радоваться, что ты от меня не сбежала перед ЗАГСом? — усмехнулся Вадим, поднимая её на руки, чтобы уложить на брачное ложе.

— Я и после брачной ночи могу сбежать, если плохо будешь стараться, — усмехнулась она.

Утром она всё ещё была у него под боком, уже голая, Вадим очень постарался.

*****

За пару предновогодних дней его дом преобразился до неузнаваемости, на кухонном окне появилась гирлянда, в гостиной тоже, в углу ёлка, искусственная, со множеством игрушек, которые Катя привозила из своих путешествий с рождественских ярмарок. Они вместе украсили ёлку, положили под неё подарки.

У них был вкусный ужин при свечах. Вадим был одет в её самую любимую рубашку из его гардероба. Она блистала в красивом платье, с уложенными волосами и ярком макияжем. Катя включила свой плейлист классической музыки, впервые за четыре месяца на его кухне зазвучала музыка, а новая хозяйка дома взялась за готовку.

— Пойдём подарки дарить, потом ещё десерт будет! — расплылась в улыбке Катя после ужина.

Первой подарки получила Катя, сразу несколько.

— Я плохо умею выбирать подарки, сразу говорю, если ты ещё не поняла, — вздохнул Вадим. — Я их дарил за всю жизнь, только тебе, да Игорю. Поэтому мне лучше сразу говорить, что хочешь. Договорились?

— Нет, не договорились, — надула губы Катя. — Уж постарайся для меня, если ты не знаешь, что я хочу, какой ты мне муж?! Слушай, что я говорю, ушами-то не хлопай!

— Не прокатило, — вздохнул Вадим.

Сначала она получила самый нужный подарок.

— Я тут прочитал, что беременные обожают такую подушку, пользуйся, — протянул он ей большой пакет.

Катя достала огромную сосиску-подушку и затрясла её в руках, пища от удовольствия.

— Я как раз такую хотела!

Она кинула подушку на диван, скинула с себя туфельки и тут же улеглась пробовать её в деле. Катя закинула на неё ногу и подложила под свой, пока несущественный живот.

— Удобненько, — прокомментировала она подарочек, садясь на диване и надевая туфельки.

Вадим протянул ей ещё один подарок, под любопытным взглядом своей новоиспечённой жены.

— Это запоздалый подарок на день рождения. Я, когда их увидел, сразу подумал, что такие тебе точно понравятся.

Её глаза жадно сверкнули, когда она увидела внутри блеск драгоценного металла. Катя закричала от радости и тут же побежала в ванную к большому зеркалу мерить новые платиновые длинные серьги в виде птичьих лапок. В её стиле панк-рок принцессы только такие и надо носить.

— Нравится? — улыбнулся Вадим, глядя, как она трясёт головой, чтобы лапки тряслись вместе с ней.

— Очень, мне вообще прям идёт! — сверкнула она глазками.

— И ещё один подарок, он пока только на фото, но потом будет стоять в гараже. Ты ведь хотела такую же машину, как у меня? Она у тебя будет, только другого цвета.

Катерина взяла в руки протянутый ей телефон и охнула разглядывая большое авто неописуемо-красивого цвета с фиолетовым отливом. Она бросилась на шею к своему мужу.

— Спасибо, Великан, ты меня прям балуешь. Смотри, разбалуюсь, что делать будешь?

— Дальше баловать, — улыбнулся он. — Пойдём-ка со мной, у меня для тебя есть ещё один подарок, полезный.

Вадим провёл её по лестнице на второй этаж, довёл до двери в ванную комнату.

— Глаза закрой.

Катя зажмурилась, а когда открыла глаза перед ней предстала ванная комната. И что это была за ванная комната — мозаичные стены в бирюзовых оттенках, красивое панно морского побережья на одной из стен, огромное зеркало над раковиной и широкая столешница около неё, для всяких женских штучек. Катя шагнула дальше, оглядываясь вокруг. Большая ванна у стены комнаты с широким бортиком, где все её баночки уместились бы, и ещё даже место останется.

— Твоё бабье царство, Бесстыжая, — чмокнул её в щёку Великан. — Только есть одно условие — без меня на второй этаж не ходи. Ещё упадёшь на лестнице.

— Спасибо большое, но мог бы и раньше показать, я тут уже почти две недели страдаю без ванной, — надула она губы.

— Ты себя вела плохо.

— Так я ещё хуже могу.

Потом настала её очередь дарить подарки.

— Можешь даже не мерить, сядет идеально, я тебе обещаю! Армани это прям для тебя! — воссияла Катя, когда он открыл коробку со своим подарок — рубашку чёрного цвета.

— Мне нравится, спасибо. — чмокнул он ее в лоб.

— Это тоже тебе, и чтоб ты знал, я не для своей задницы это купила! — Катя сверкнула глазками, передавая ему коробочку. — Но, можем, потом попробовать.

Вадим не совсем понял, что она только что сказал, но открыв коробку заулыбался, там лежал ремень.

— И ещё один подарок, — протянула ему Катя прямоугольный свёрток.

— Какая-то большая книга, о чем? — улыбнулся он, снимая обёртку.

— Будет о нас, — улыбнулась она, когда он убрал бумагу и ему открылась обложка из натуральной кожи. — Это фотоальбом, будет наш семейный, раз уж ты на меня позарился. Я сентиментальная, обожаю альбомы с фотографиями.

Вадим погладил рукой обложку, у него такого никогда не было. Есть в глубине кладовки коробка со старыми редкими фотографиями из детства, о котором он не любил вспоминать, друзья, бывшие недолгие подруги, коллеги, несколько фотографий с Игорем. Остальные фото в основном с отдыха, где он обычно был один. Вот и вся его жизнь. Теперь будет по-другому — с ней. Катя облокотилась на его плечо и держалась обоими ручками за его предплечье.

— Я не люблю фотографироваться. Давай договоримся, одна самая лучшая фотка в месяц. Ну и по праздникам. Для детей отдельно, — тихо сказала она. — У меня есть немножко, наши из Питера, Никита прислал, и ещё с корпоратива немного. Сейчас принесу.

Они сели вместе на диване в гостиной, Катя разглядывала фотографии, выбирая, какая будет первой. Так в их альбоме появилось сразу семь фотографий, на первой странице была та, где они были впятером с Игорем и близнецами. За пару недель до удара Игоря, они успели отметить юбилей компании «Прометей». Катя взглянула на улыбающегося босса, который свёл её с человеком, с которым она была счастлива и спокойна. Пусть их путь был долог и тернист и он ещё не закончен, но они теперь взялись за руки и идут по нему вместе.

После двенадцати их с мужем телефоны начали тихонько вибрировать от сообщений с поздравлениями, звонками от братьев и её родителей, только они этого не слышали. Они были очень заняты, друг другом, в их общем доме они наполняли общую постель любовью и ни до кого им дела не было.

*****

Счастливыми можно быть и не выходя из дома, как выяснили молодожёны Крымские, проведя все праздничные дни вплоть до Рождества дома. Они никуда не спешили, не суетились, просто жили обычную семейную жизнь, спорили, что у них будет сегодня на ужин, обед и завтрак. Они вместе нежились в новой ванной, утопая в пене, смотрели по вечерам кино, выходили выгуливать Катю, но дальше их коттеджного посёлка не выбирались.

Где-то снаружи кипела жизнь, их приглашали в гости, но они раз за разом отказывались. Никто даже не знал, что они поженились. Катя понемногу обживалась в новом для себя доме, раскладывала свои вещи, в ожидании новой гардеробной. Вздыхала над своим горнолыжном костюмом и доской.

— Великан, у меня для тебя хорошая новость — тебе придётся научиться кататься на горных лыжах, иначе как ты будешь со мной выходные проводить зимой?

Вадим тяжело вздыхал, понимая, что придётся научиться, будет их семейным увлечением.

— Если ты хочешь что-то изменить в доме, говори — сделаем.

— Ты сделаешь, — поправляла она его, улыбаясь себе под нос. — Я не очень хозяйственная, Великан, радуйся, что только гардеробную попросила. Мой папа маме на нашем участке отстроил танцевальный зал, где она проводит индивидуальные занятия. Он как накосячит — так у нас ремонт. Кстати, мы едем к моим родителям, послезавтра. Выпусти заранее пар, грушу там побей, что ли. Только после поездки новую придётся вешать, закажи заранее.

*****

Перед поездкой Катя перемерила несколько платьев, пока Вадим лежал на кровати и оценивал видимость её живота.

— Так сразу заметно, что я беременна?

— Ну, не очень то, как будто просто поела хорошо. Какая разница, Катя, какое у тебя платье, просто скажешь и всё!

— Так у тебя всё просто, Вадим, — вздохнула Катя, отбросила последний вариант и легла с ним рядом в одном нижнем белье. — Я несколько дней не могла ей сказать в прошлый раз, прям страшно такое из себя выдавить. Потом она просто спросила и я ответила «да», как камень с плеч. Тогда даже живота не было, она в бане увидела мои соски, они темнеют, между прочим, при беременности. Так она и поняла.

— Да? Покажи! — Вадим оттянул ей чашечку лифчика и заглянул вовнутрь. — Я заметил, думал, показалось.

— Я так нервничаю, ужас! Она точно что-то отмочит, вы ещё и поцапались, потом трубку не брал. Надо успокоиться, минет, между прочим меня успокаивает. Как тебе повезло с женой, Великан, чего до потолка не прыгаешь? Не хочу сексом заниматься, потом ещё в душ идти, я уже помылась и кремом намазалась, отделаюсь минетом.

— Отделаешься? — нахмурился Вадим. — Может я не хочу? Ни того, ни другого.

— Мне пофигу, трусы снимай, ты мне теперь до конца жизни должен — супружеский долг выполняй! Это тебе не армия, не откосить!

Вадим притворно вздохнул, стягивая с себя трусы, таких приятных долгов у него ещё не было.

*****

Он заехал в кованые ворота, которые открылись автоматически, и его взору предстал двухэтажный дом, не большой, но и не маленький. Гараж, навес около него и крыльцо из красного кирпича.

— Чего это папа меня не встречает? — проворчала Катя, выходя из машины, Вадим подал ей руку и обнял, целуя в губы.

— Если ты начнёшь нервничать, мы сразу уедем.

— Хорошо.

Дома первой ее встретила мама, в красном комбинезоне, яркий макияж и пепельные волосы с несколькими красными прядями в тон комбинезона. Она легкой пружинящей походкой вышла в коридор навстречу своей дочери. Приветливая улыбка, которую она для неё приготовила, быстро сошла на нет, когда она увидела, с кем она приехала. Людмила холодно поздоровалась с Вадимом и также холодно поцеловала свою дочь. Катя тут же потускнела.

— Вадим, это моя мама, Людмила. Мама это Вадим.

Мила слегка дёрнула носиком, как часто делала ее дочь, и цокнула языком.

— Мы знакомы.

— Познакомьтесь ещё раз, это Вадим, мой муж, мы поженились перед Новым годом.

Катя показала свою руку с обручальными кольцами. Людмила в ступоре осматривала зятя, тому оставалось лишь протянуть ей пакет с подарками, который ему всучила Катя.

— Очень приятно, — процедила сквозь зубы Мила. — Что родная дочь не пригласила родителей на свадьбу.

— Мы хотели быть только вдвоём, у нас была регистрация, — оправдалась Катя. — Свадьбу мы хотели устроить летом. Всех позвать.

В коридор вышел отец Кати с широкой улыбкой на лице, он растопырил руки для объятий.

— Где мой лягушонок? Почему не бежит обниматься? — пробасил он. — А вот почему. Есть уже с кем обниматься. Виктор, очень приятно.

— Вадим.

Оба мужчины поздоровались за руку.

— Наш зять, Витенька! — фальшиво улыбнулась Мила. — Я тебе про него говорила, генеральный директор фирмы, где Катя работает. Они поженились перед Новым годом. Если ты об этом знал, я с тобой разведусь.

— О как, замуж выскочила, — улыбнулся её отец. — Ну, вот и хорошо, значит, любовь большая, надо срочно было узаконить. Такие новости хорошие, дай обниму!

Виктор крепко сжал в объятиях Катю. Он осторожно отстранился от неё и взглянул на платье в район живота, приподняв брови. Катя нервно улыбнулась, одёрнув подол, еле заметно помотала головой, и схватилась за руку своего Великана. Её отец ничего не сказал, лишь улыбнулся им обоим, похлопав зятя по крепкому плечу.

— Ну, пойдёмте за стол! — хлопнула в ладоши Мила и ушла на кухню.

Виктор остановил Катю и Вадима и встревоженно посмотрел в сторону кухни.

— Доча, у нас кое-кто в гостях, ты только не волнуйся.

— Кто в гостях? Я ведь ее просила, чтобы были только мы! Я же по-нормальному хотела вас познакомить.

Катя округлила глаза и быстрым шагом направилась на кухню.

— Привет, Пятачок, рад тебя видеть, — улыбнулся ей всё тот же блондин-красавчик, каким она его запомнила при последней встрече.

— Пошёл на хер, Косяков! — выпалила Катя, до боли сжимая руку Вадима.

Это было первое фиаско в Новом году — привести мужа в дом родителей, где ещё не выветрился дух бывшего мужа. Катя с грустью вспомнила почившую в пожаре Матильду. Как бы она сейчас пригодилась в решении семейного конфликта.