-12-

Глава 12. Подарок палача и предупреждение ветра

Все оставшееся до вечера время вокруг Аглаи вертелась целая армия служанок.

Похоже, князь не отказался от идеи выдать ее замуж за одного из Волчьих сыновей.

Она еще никогда в жизни не посвящала столько времени себе. Горячая душистая ванна, ароматные масла и мази.

К вечеру кожа едва ли не мерцала. Волосы стали мягкими и блестящими. Она нравилась самой себе.

Но… Не должна была понравиться Волчьим сыновьям. Князь сильно ошибался, если думал, что она будет покорно сидеть и ждать жениха.

Когда пришло время одеваться, Аглая выставила всех служанок, позволив остаться только Абигель.

— Доставай все платья. Быстро!

Солнце уже садилось. Небо окрасилось в багряные тона. Словно кто-то полил ткань небес кровью. В душу закралось нехорошее предчувствие. Не нужно ей никуда ехать. Нельзя! Ведьма, неспособная контролировать свои силы, по своей воле собирается в логово врага.

— Их тут так много, госпожа… – Абигель занырнула в недра шкафа.

— Ищи только темные. Яркие даже не трогай.

Абигель кивнула и начала выгружать на кровать платье за платьем.

Неожиданно в дверь постучали. Кого там еще принесло?

— Войдите!

Дверной проем заслонила могучая фигура. За спиной гостя маячили растерянные и порядком напуганные стражники. Не нужно было долго думать, чтобы понять: это один из оборотней.

Вид у него был самодовольный. Он с презрением посмотрел через плечо, на вмиг уменьшившихся в размерах воинов.

— Мое почтение, княжна.

Он прошелся по Аглае оценивающим взглядом и кивнул. Такое впечатление, это она пришла к нему. Безродная нищенка на приеме у короля.

— Позвольте передать вам. – Он протянул ей плоскую квадратную шкатулку.

Аглая с сомнением взглянула на нее.

— Кто вы такой? И что там?

Она смогла его удивить. Черные хмурые брови взлетели вверх.

— Меня зовут Коноган. Из клана Кровавых Охотников.

Аглая даже не удивилась. В самом деле, чего она ожидала? Клан Пушистых Заек или Белых Одуванчиков?

Второй вопрос Коноган-Белый-Одуванчик проигнорировал. Шагнул к ней и снова протянул шкатулку.

— Приказано отдать вам.

Аглая заставила себя стоять неподвижно.

— Кем приказано?

Двухметровый Одуванчик бросил на нее мрачный взгляд исподлобья. Ей послышалось, или он скрипнул зубами?

Недовольным голосом процедил:

— Моим вожаком.

Аглая демонстративно закатила глаза:

— Ах, вот как? Вашим вожаком? А имя у него есть?

— У нас у всех есть имена, княжна. – Он сказал это так, словно устал объяснять ребенку очевидные вещи.

Аглая не выдержала и вспылила:

— Так назовите его!

— Мне не давали приказ на это. Я должен просто передать вам шкатулку.

— Я ничего не беру у незнакомцев.

Одуванчик снова скрипнул зубами:

— Мой вожак велел отдать вам это. И сказать, чтобы вы обязательно открыли.

Он пристроил шкатулку на столик с зеркалом, резко кивнул и быстро вышел.

И как это понимать?

— Это наверняка от Его Высочества!

Аглая обернулась на голос. Абигель прижимала к груди несколько платьев и зачарованно смотрела на шкатулку.

— С чего ты взяла?

Аглая не торопилась подходить к шкатулке, а тем более брать ее в руки. Вдруг, там какая-то хитроумная ловушка для ведьм?

— Он ведь интересовался вами вчера. И колье подарил роскошнее, чем у других невест… – Абигель не отводила взгляда от шкатулки.

Аглая подтолкнула служанку:

— Открой ты…

Абигель бросила платья на кровать и тут же ринулась к столику.

— О-о-о…

Девушка отошла, и Аглая увидела содержимое. На мягком черном бархате лежало новое ожерелье. Еще более роскошное и богатое, чем предыдущее. Прозрачные камни в виде капель увеличивались от крайних к центральному, самому большому.

— Совсем, как ваши глаза…

Камни действительно были необычного серо-голубого цвета и поразительно повторяли цвет ее глаз.

Но Аглаю заинтересовало совсем другое. К внутренней стороне крышки была прикреплена записка. Она развернула шершавую бумагу. Прямые, как забор, угловатые буквы запрыгали перед глазами. Все разной высоты – они чем-то напоминали детский почерк. И в то же время, две черные строчки буквально дышали уверенностью и силой. Властью. Как будто рука, писавшая это, привыкла повелевать и управлять всеми.

Аглая сосредоточилась. Буквы тут же сложились в слова.

«Наденьте его. Если не хотите, чтобы о вашей любви к птицам узнали».

Кровь закипела. Сволочь! Наверное смеялся, когда писал ей это. Мерзавец! Да он же играет с ней, как кошка с мышкой. Забавляется, видя ее страх и понимая, что теперь она полностью зависит от него и его решения. Сколько он позволит ей жить, столько времени для нее и будет отмерено.

Аглая еще больше укрепилась в мысли, что нужно бежать.

— Вы наденете? – Абигель словно зачаровали.

Она так и смотрела на колье.

Аглая раздраженно захлопнула крышку:

— Конечно! Придется надевать его. Ведь платье ты мне так и не нашла.

— О, простите, госпожа!

Испуганная строгим тоном Аглаи девчонка снова метнулась к шкафу.

— Может это подойдет?

Тяжелая, слегка сверкающая ткань, имела необычный оттенок: бордовый, но с фиолетовыми переливами. От этого она казалась почти черной. Сгодится.

— Подойдет. Скорее помоги мне одеться.

Вдвоем они начали сражаться с платьем. Когда Абигель принялась застегивать крючки на спине, Аглая осмелилась взглянуть на себя в зеркало. Что ж… Князь будет доволен – она выглядит… неплохо.

Так, как не должна выглядеть! Может для Волчьих сыновей ее наряд и окажется неподобающим, но вот принц… Кажется, ему было абсолютно все равно, цветные платья она носит или черные, открыты они или полностью закрыты. Советы леди Лючии оказались бесполезными.

— Какая же вы красавица… – Абигель перебросила волосы Аглае на одно плечо и заколола красивыми шпильками с маленькими бриллиантовыми звездочками. – Колье?

Аглая кивнула. Пока служанка укладывала его на груди и разбиралась с хитроумным замком, Аглая рассматривала себя в зеркале.

Ее рвали на куски совершенно противоположные чувства. Она никогда не считала себя красавицей и вполне спокойной относилась к своей внешности. Не всем быть моделями. Конечно, она хотела, чтоб любимый мужчина считал ее идеальной, самой красивой. Но такого человека в ее жизни не было.

А теперь появился принц… Палач. Убийца ведьм. Ее возможный убийца. Понравится ли ему то, что он увидит? С чего она взяла, что он вообще будет на ужине? Да и какая разница, понравится она ему или нет. Он считает ее шлюхой и презирает за это.

А теперь еще и знает ее секрет. Она до сих пор жива лишь по его странной прихоти. Может, он задумал разоблачить ее перед всеми? Она приедет на ужин, а ждать ее там будет костер. И пытки.

А она, дура, гадает, понравится ли ему. Вряд ли существует женщина, способная покорить его волчье сердце. А может в его груди спрятан обычный камень. Ведь не дрожит же рука, когда он творит зверства над ведьмами.

Аглая совершенно запуталась. Она никогда не верила ни в любовь, ни в страсть. Как можно любить предателя? Или сгорать от страсти к подлецу? Чувства легко контролировать. Они всегда были подвластны мозгу.

Но не сейчас.

В лесу, у реки, она едва не сошла с ума. В тот момент она забыла обо всем и хотела только одного – доставить ему удовольствие. Подарить такие ласки, каких не дарила ни одна женщина. Стать для него единственной. Чтобы только с ней он сходил с ума от страсти и едва сдерживал стоны. Чтобы только ее руки касались его, доводили почти до наркотической эйфории.

В те моменты, когда принц порывисто толкался в ее ладонь, он выглядел слишком красивым. Совершенным. Порочным.

И Аглая хотела быть такой же рядом с ним. Свободной в своих желаниях, свободной от страха быть преданной, бесстыдной в их близости.

Но она забыла одну важную вещь. Жизненно важную. Он – охотник на ведьм. А одна – его новая цель.

***

Аглая в последний раз взглянула в зеркало и накинула на почти обнаженные плечи тяжелый плащ. Пора.

Если сегодня ей суждено умереть… По крайней мере, она будет красивой.

Юбка складками обвивалась вокруг ног. Она была совсем не пышной, простым колокольчиком. А вот рукава… Широкие, распускающиеся от плеч бутонами цветов, они обхватывали руку под локтем и спускались к запястьям обтягивающими манжетами. Вырез не был таким уж глубоким, он едва обнажал ложбинку груди, но зато идеально подчеркивал сверкающее ожерелье.

Увидев ее, Тристан вдруг смущенно отвел глаза и поклонился.

— Позвольте сопроводить вас к князю, госпожа.

Аглая кивнула. Сердце тревожно стучало в груди. Абсолютно четко она слышала повторяющийся ритм: «Будет буря. Будет буря. Будет буря.»

Жуткий стук звучал в голове.

Когда стражники привели ее к каретам, уже почти все собрались. Князь придирчиво оглядел ее, но ничего не сказал.

Во дворе оказалось неожиданно много народа. Невесты, приглашенные королем со своими семьями. Аглая узнала сияющую драгоценностями Мадален. Ее подруги, что удивительно, стояли поодаль и не спешили к ней подходить.

Аглая поискала своих новых знакомых и неожиданно обрадовалась, когда увидела черноволосую болтушку.

Элори робко махнула рукой. Она стояла возле невысокого румяного толстячка с важным выражением лица. Наверное, тот самый отец-пивовар.

Аглая махнула в ответ и улыбнулась. Нашла глазами Жермену. Та тоже была с семьей и выглядела еще более несчастной, чем днем. Мужчина и женщина, стоящие возле нее, хмурились и вообще казались недовольными жизнью. Оба высокие и какие-то уж слишком болезненные на вид.

Заметив, что Аглая на нее смотрит, Жермена тут же присела в поклоне. Аглая сделала то же самое, а затем все-таки осмелилась улыбнуться печальной балерине.

— Решила завести дружбу с чернью? Лучше бы ты с отцом была такой приветливой. Решила довести его своими выходками?

— Радана! – Князь расстроенно смотрел Аглае за спину.

Она тоже обернулась и едва не застонала. Мачеха самодовольно ухмылялась. Рядом стояла заметно похорошевшая Василина и делала вид, что разглядывает землю.

Самое время снова стать Аглаидой.

— Я с вами дружбу не заводила и не собираюсь, дорогая мачеха.

Лицо черноволосой стервы пошло алыми пятнами.

— Что ты сказала, мер..?

— Радана! – Князь тяжело дышал, переводя взгляд с жены на Аглаю. – Успокойтесь обе. Немедленно!

Показалось, или Василина едва успела скрыть довольную улыбку.

— Все готово. Можем выезжать, господин.

Из тени выступил Денеш. Аглая едва не застонала. Ну а это ей за что?! Он едва ли не облапал ее глазами. Аглая поежилась и отвернулась. Похожее ощущение было, когда на нее смотрел целитель. До чего же мерзко.

— Садитесь! – Князь раздраженно подтолкнул жену.

Пока она устраивалась в карете, увлек Аглаю в сторону и пригрозил пальцем:

— Не вздумай что-нибудь учудить при Его Величестве. Веди себя… прилично! Не спорь, не дерзи и вообще лучше молчи. А теперь в карету. Живо! – Не дожидаясь, отвернулся и, ссутулившись, прошагал к карете.

Сегодняшний вечер будет тем еще испытанием. Аглая устало последовала за князем. Она чувствовала себя старухой. Старой бабкой, рассыпающейся под грузом бесконечных проблем. Где ее чертова метла, чтобы запрыгнуть на нее и улететь из ненавистного княжества?!

Ей просто нужен тихий уголок. Уютное гнездышко, где можно свернуться калачиком, притвориться ребенком и не думать ни о чем.

Это случило неожиданно. Аглая была уже на полпути к карете, как вдруг налетел ветер. Он погладил ее волосы, коснулся щеки, поиграл подолом юбки. А потом окружил словно коконом и шепнул на ухо:

— Опасайся, Повелительница Гроз… Они задумали недоброе… Не доверяй своим сестрам… Они извратили суть чар… Ты еще не испорчена их скверной и тлением… Опасайся…

Аглая задрожала от страха. Голос звучал так отчетливо. Она оглянулась, но поблизости не было никого. Только ветер продолжал кружить листья над землей. В какой-то миг Аглае показалось, что она видит мужскую фигуру и даже лицо. Воздушные потоки вдруг стали различимы. Он смотрел на нее и лукаво улыбался, плавно двигая прозрачной рукой. В такт этим движениям ее юбка шевелилась на ветру.

Неужели, это он и есть? Или… она просто сходит с ума?

— Аглаида! Долго тебя еще ждать?

Князь придерживал дверцу и буравил ее суровым взглядом. Подхватив подол, Аглая поспешила к карете.

***

Поездка обернулась сущим кошмаром. Тишина давила со всех сторон. В карете было темно и мрачно. Радана все время поправляла Василине прическу и расправляла складки на юбке.

Князь хмуро смотрел в окно.

С каждой минуту Аглаю все больше охватывал страх. Она едет прямо в логово к врагу. Любая яркая эмоция, и можно прощаться с жизнью.

Принц уже все понял. Как скоро догадаются остальные?

Мысли вернулись к палачу. Дамазы… Аглая тяжело вздохнула. Почему он не убил ее? Зачем прислал колье? Задумал какую-то игру?

Аглая совершенно запуталась. В нем. Он хитрый, умный и жестокий. Невысокого мнения о людях. И особенно о женщинах. Воин и охотник до мозга костей. Аглаю до сих пор начинала бить дрожь при воспоминании о том, что случилось в лесу. Как он сражался с тем огромным жутким зверем. Ни капли страха или сомнений. Он позволил монстру ранить себя, чтобы добраться до него. Не боялся боли. Терпел ее.

Как можно быть таким бесстрашным и одновременно настолько жестоким?

Аглая не знала, как решить эту загадку. И сотню других. О ее новой сути. О той странной силе, которой она теперь обладает. И о шепоте ветра.

Неужели все ведьмы и вправду служат мифическому Сатане? Строчки из книги так и маячили перед глазами: ведьмы творят зло ради самого зла. Это желание сильнее их. Они не могут сопротивляться стремлению убивать и мучить людей.

Это правда? Или автор просто намеренно сгустил краски? Она пока не чувствовала в себе желания причинять людям страдания и боль. Когда в ней должна проснуться эта жажда?

К тому моменту, когда кареты начали замедлять ход, Аглая окончательно убедилась в своем решении бежать отсюда. Она должна все тщательно спланировать и подготовить.

Карета остановилась. Князь, никого не дожидаясь, открыл дверь и вышел наружу. Аглая тоже поспешила покинуть тесное пространство. Но мачеха грубо оттолкнула Аглаю обратно на сиденье.

— Сначала выходит княгиня.

Она злобно прищурилась и понизила голос:

— Знай свое место, соплячка.

Василина незамедлительно последовала за матерью, самодовольно ухмыляясь.

Аглая на секунду прикрыла глаза и сжала кулаки. Спокойно. Спокойно. Она еще поквитается с этими гадюками. Может, это и есть стремление творить зло? Она ведь уже планирует, когда лучше натравить воронов на двух стерв.

Нужно бежать. А до тех пор лучше затаиться. А что если попробовать другую тактику? Слабая беззащитная женщина, забитая и унижаемая родственниками. Сидит себе тихо-смирно в стороне и никого не трогает. Сама скромность и невинность.

— Аглаида, поторопись! – Князь нетерпеливо протянул ей руку.

Аглая не знала, какой была мать Аглаиды. Но кем надо быть, чтобы добровольно связать себя с такой, как Радана?!

Что ж… Строптивую княжну все знают. Пора знакомиться с милой и покорной.

— Благодарю, отец. – Она приняла руку, осторожно спустилась со ступенек и благодарно улыбнулась старику.

Кажется, тот сильно удивился, но тут же отвернулся.

Аглая осмотрелась. Их уже ждали. Несколько Волчьих сыновей, вооруженные до зубов, с серьезными хмурыми лицами, держали в руках факелы. Пока они добирались, успело стемнеть, и теперь яркий свет разгонял жутковатые тени.

Провожатые дождались, пока подойдут остальные Невесты с семьями, и подняли факелы выше:

— От лица Его Величества, позвольте поприветствовать вас в нашем лагере. Прошу за мной.

Могучий воин повел всех за собой. Остальные молчаливым конвоем выстроились по бокам от гостей. Мачеха вцепилась в князя. Василина пристроилась сразу за ними. Аглая решила держаться подальше от «семьи».

Даже не пытаясь скрыть любопытства, она рассматривала волчий лагерь. По обеим сторонам дорожки были расставлены высокие шесты с фонарями. А за ними развевалось на ветру множество стягов. Все разных цветов и с разными вышивками. Силуэты волков, волчьи морды, следы волчьих лап, непонятные символы, наверное руны. Один был даже с изображением лунных фаз.

Аглая вдруг поняла, что любуется яркими знаменами. Это действительно было красиво.

Но не так красиво, как открывшийся спустя несколько секунд вид.

Оказывается, они стояли на холме. Внизу же раскинулась долина, горящая множеством костров. Отсюда был виден и лес, и отражающая звезды река. Все пространство между ними было заполнено шатрами. Голубые, красные, черные. Огромные и поменьше. Возле них тоже танцевали на ветру полотна знамен.

Когда все спустились с холма, воин повел их к величественному квадратному шатру. От света внутри он горел алым. У входа стояли два воина, закованные в броню и шлемы.

Выглядело еще внушительнее, чем в исторических фильмах. Аглая поняла, что испытывает радостное возбуждение. Странно, но в самом сердце вражеской территории ей было совершенно не страшно. Наоборот. Здесь было сказочно. Волшебно. Хотелось рассмотреть каждый шатер, прикоснуться к ткани, заглянуть внутрь.

Разлетелись в стороны края входа, и появился король. Окинул всех недовольным взглядом, но тут же улыбнулся.

— Добро пожаловать к Волчьим сыновьям. – Он даже обнял князя, хотя было видно, что все происходящее ему в тягость. – Сегодня на испытании прекрасные Невесты натерпелись много страхов. Я надеюсь, этот вечер и эта ночь помогут скрасить впечатление от первого испытания. Прошу всех в мой шатер.

Все пространство внутри было залито светом свечей. Повсюду стояли толстые восковые столбики. Их поддерживали жутковатые на вид подсвечники в виде волчьих лап и изящных женских рук. Ноги тут же утонули в ковре из мягких шкур. В центре шатра был накрыт длинный стол.

— Надеюсь, Невесты успели отдохнуть и немного отвлечься от сегодняшних переживаний?

Король помогал мачехе снять тяжелый плащ. При этом он обвел всех присутствующим таким взглядом, что для целости собственной жизни лучше было согласиться.

Несколько воинов, бесшумно вошедшие следом, помогали другим дамам избавиться от верхней одежды.

Аглая не стала никого дожидаться – сама принялась возиться с застежкой.

Одна из Невест, из команды Мадален, решила сразу взять быка за рога. Волка за холку – поправила себя Аглая.

— Мы даже не успели испугаться, Ваше Величество.

Аглая безуспешно дергала мудреный замочек, понимая, что испытывает разочарование. В глубине души она надеялась увидеть принца. Своего возможного убийцу.

А что если ранения намного серьезнее, чем он показывал?!

Аглая поняла, что говорит, только когда услышала свой собственный голос:

— Как себя чувствует ваш воин… Саргел, кажется? И как самочувствие Его Высочества? Они получили много ран в схватке…

Самое время вспомнить про стеснительную робкую княжну. Все взгляды обратились к ней. На лице Василины отразилась досада. Жалеет, что сама не догадалась поинтересоваться здоровьем принца?

Король едва заметно скривился, как будто упоминание о брате было ему неприятно. Он взглянул поверх ее головы.

— Он вам сейчас сам расскажет… как его самочувствие.

На плечи Аглаи тяжело опустились сильные горячие ладони. Она вздрогнула от неожиданности. Внутри тут же взвился огненный вихрь.

— Благодарю за заботу о моем здоровье. – До боли знакомый голос тихо пророкотал у уха. – Позвольте помочь вам, княжна.

Его горячее дыхание овевало ухо и шею, шевелило волосы у щеки. Он почти обнял ее, заведя руки вперед, и легко расстегнул застежку.

Рядом возникла Василина. Она опустила голову, но умудрялась бросать на принца притворно-наивные взгляды.

Аглая пожала плечами:

— Вы уже помогаете.

Его тихий смешок походил на звериное рычание. Сытый хищник продолжает лениво играть с добычей. Он ловко снял с ее плеч плащ, и по шатру тут же прошел тихий вздох. Все смотрели на ее грудь.

Свет десятков свечей запутался в гранях голубых камней и треснул, превратившись в ослепительное звездное сияние.

Взгляд короля скользнул ниже, с колье на ее грудь. На его лице появилось странное выражение. Аглая понимала, как выглядит со стороны: грудь вызывающе поднимается над вырезом от того, что она никак не может совладать с участившимся дыханием.

Принц тут же заслонил ее собой, едва слышно рыкнув. Василина, не теряя времени даром, подошла еще ближе. Аглая только сейчас поняла, что девчонка основательно подготовилась к встрече: волосы завиты в крупные локоны, глаза подведены черным и кажутся глубже и выразительнее. Даже румянец появился.

— Вы не поможете и мне, Ваше Высочество?

— Конечно, княжна. Это честь для меня. – Принц слегка поклонился ей и снял с Василины теплый плащ.

Болезненная угловатость и худоба уступили место девичьей стройности. Кроваво-красное платье подчеркивало тонкую талию. Ее шею тоже обвивало ожерелье, но в разы скромнее, чем у Аглаи. Небольшая грудь была выставлена на всеобщее обозрение, и явно должна была заинтересовать… принца?

Аглая отвернулась. Все к лучшему. Все к лучшему. Вон пусть лучше занимается хитрой маленькой мерзавкой. Она наверняка невинна и уж точно не ведьма. Нужно порадоваться, что Василина вступила в бой за принца.

Вот только радости Аглая не испытывала. Хотелось рвать и метать. Крушить все вокруг от обиды и внезапно разгорающегося чувства в груди. И это было ужасно. Потому что она ощущала неодолимую тягу к принцу-палачу. Ее влекло к нему с такой силой, что все нутро выворачивало наизнанку.

Это дикое ненормальное желание. Но она хотела, чтобы он смотрел только на нее. Видел только ее. Думал только о ней. Хотел только ее.

Да, он хочет ее. Убить. И непонятно зачем затеял всю эту игру с ожерельем и шантажом. Что ему от нее надо? Посмеяться над ведьмой и в очередной раз показать, какой он непобедимый охотник?

— Давайте уже начнем ужин. – Король раздраженно махнул рукой в сторону стола. – Позвольте. – Он подал руку Радане, и повел мачеху вперед.

Аглая все еще стояла у входа в шатер, не рискуя оборачиваться. Если увидит, как принц обхаживает «сестренку», точно сорвется.

Откуда ни возьмись, рядом возникла Элори и тихо сбивчиво зашептала:

— Я слышала, еда Волчьих сыновей отличается от нашей… – В своей забавной манере она округлила глаза.

Аглая усмехнулась:

— Думаете, нам попытаются скормить вырванное с корнем ведьминское сердце?

Глаза Элори выпучились еще больше.

От звука уже знакомого голоса показалось, что между лопаток вогнали кинжал:

— Их мы обычно съедаем еще теплыми и бьющимися.

Го-о-осподи! Аглая медленно обернулась. Принц снова стоял за ее спиной. Теперь она могла рассмотреть его во всех подробностях.

Но лучше бы этого не делала. Наверное, он тоже готовился к ужину. Задумал поиграться с глупыми женскими сердцами.

Черные, как вороновы крылья, волосы мягко блестят. На этот раз хвост собран лишь до ушей. Ниже они остались распущены. Такие густые и длинные, слегка вьющиеся. Хотелось запустить в них пальцы и взъерошить, спутать, потянуть его голову на себя…

Аглая с трудом очнулась от своих фантазий. Бирюзовые глаза опасно сверкнули. Жуткие царапины от медвежьих когтей немного зажили. Они превратились в розоватые рубцы, пересекающие лоб, глаз и щеку. Но даже это его не портило!

Чертовы шрамы делали его еще красивее, еще опаснее.

А если бы она прикоснулась к темной колючей щетине, наверное исколола бы ладони в кровь.

Его совершенные губы изогнулись в настоящем волчьем оскале:

— Честь проводить вас к столу выпала мне.

Он подставил ей локоть, и Аглая с опаской положила ладонь на сильное предплечье. Мягкая бархатистая кожаная ткань не могла скрыть твердость мышц. О, она понимала Элори: желание узнать, какой он без одежды, убивало всякий стыд.

Аглая поймала полный ревности и отчаяния взгляд Василины. Ей достался один из воинов.

Принца ты не получишь, маленькая выскочка. Даже не надейся. Аглая сжала губы. Этот чертов палач принадлежит ей! Только ей. Он затеял игру с ведьмой, и Аглая ему покажет, насколько опасны такие игры. Она не одна из его восторженных поклонниц. И не забитая родней Невеста.

Он еще пожалеет, что задумал… что бы там ни задумал. Но она не позволит ему смеяться над собой. Нет. Она заставит Катонского палача сойти с ума от нее, от ведьмы. А потом вернется в свой мир.

Вот тогда, дорогая сестренка, можешь заняться излечением его разбитого сердца. Хотя нет, как он там сказал? Они едят ведьмины сердца все еще теплыми и бьющимися? Так вот Аглая заберет его сердце с собой.

Чтобы даже после ее возвращения в реальный мир, он принадлежал только ей.