-22-

Глава 22. Плененная Вальпури

— Туда нелегко будет попасть. У вашей спальни всегда дежурят четверо стражников.

Аглая вцепилась в ткань плаща. Ему известно, сколько человек ее охраняют. Значит, он уже пытался к ней проникнуть? Или нет? Она не знала, что и думать. Почему-то ей казалось, что если бы он хотел, то обязательно вошел бы.

— У вас есть время придумать, как это сделать. Сейчас меня ждет леди Берта. Нам предстоит выбрать маску для праздника…

— Здесь это зовется личиной.

— Увы, я много не знаю в этом мире. – Она по-прежнему боялась обернуться, как будто если увидит его, то он тут же исчезнет.

Широкие ладони накрыли ее плечи и потянули на себя. Аглая не удержала равновесие и откинулась на широкую мужскую грудь. Сильные руки прижали ее еще ближе. Мощные бедра потерлись о ее попку, вдавливая в ягодицы явственно ощутимый член. Он был возбужден.

Что ж… он все еще хочет ее, а значит у нее есть шансы восстановить их перемирие. В животе болезненно заныло. Низкий хриплый голос послал по телу заряды электричества. Невидимые молнии прошибали насквозь.

— Я слышал, Берта осмелилась сшить в этом году личину Плененной Вальпури. Никто не осмелится ее надеть, кроме вас… И никому она не подойдет так, как вам.

— Кто такая Вальпури? – Собственный голос звучал с придыханием и жаждой.

Как бы она ни пыталась оставаться равнодушной, даже простое прикосновение превращало тело в кипящую лаву. Аглая осмелела, или сошла с ума, настолько, что накрыла пальцами ладонь Дамазы и потянула к своей груди. Ей хотелось быть в кольце его рук. Укрытой и спрятанной от всего мира.

— Расскажу позже. Сегодня ночью. – Он обхватил губами мочку ее уха, прикусил и всосал в рот. Аглая не смогла сдержать стон. – Просто выбери ее личину.

Совсем рядом раздались громкие голоса и веселый смех. Горячий шершавый язык несколько раз жадно скользнул по ее уху.

Обжигающим дыханием, словно огненным ветром, Дамазы шепнул:

— Жди меня.

Он оттолкнул ее от себя, и Аглае потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Когда она обернулась, позади никого уже не было. Ветер шевелил листья на деревьях, срывал слабенькие и кружил по воздуху.

— Аглаида?! Что это ты одна, да еще в темноте? Разве мало мне забот с твоей честью?

Из темноты выплыла Радана. За ней плелась Василина. Вид у обеих был недовольный, хоть они и пытались улыбаться. Рядом важно шагал какой-то разряженный господин. Видимо, реплика о чести предназначалась его ушам.

Аглая вдруг ощутила в себе странную силу. И она не имела ничего общего с чарами, живущими в ней. Дело было в Дамазы. Он все еще хотел ее. Говорил, что уйдет, но все-таки пришел на испытание и пообещал явиться к ней в спальню. У нее было то, о чем эти двое могли лишь мечтать.

Она сохранила невозмутимое выражение лица:

— Свою честь вы давно потеряли, поэтому, не имею ничего против, если присмотрите за моей.

Толстый придворный, не удержавшись, прыснул в кулак. Василина открыла и тут же закрыла рот. Но взгляд, которым она прошлась по Аглае…

Аглая вспомнила подслушанный разговор. «Мы еще посмотрим, кто кого, маленькая дрянь». Принца она захотела.

Радана сверкнула глазами и кинулась к Аглае:

— Учти, девчонка, я играть в игры не собираюсь. Вздумала хамить мне? Будешь наказана. Никакой Ночи Личин! – Она мстительно улыбнулась.

— Вы мне никто. – Аглая удивилась, как спокойно и холодно звучит голос. – И не имеете никакого права меня наказывать. Следите лучше за Василиной. Она так расцвела… Много охотников может найтись на ее… красоту.

— Что?! На что ты намекаешь, дрянь?! – Радана едва ли не с кулаками бросилась на Аглаю.

— Мама-мама! Успокойтесь! – Василина подскочила к матери, попыталась ее оттащить назад. Но смотрела только на Аглаю. На лице застыла маска ярости.

— Я сегодня же поговорю с князем! Будешь сидеть взаперти без еды и воды. Пока не… – Мачеха окинула ее презрительным взглядом. – Пока не уменьшишься в размерах.

Совсем рядом вдруг раздалось грозное рычание. Низкие раскатистые звуки вибрировали в воздухе.

— О, Боги! Что это?! – Разодетый хлыщ в ужасе осмотрелся. – Лучше бы нам уйти отсюда.

Аглая снисходительно кивнула:

— Мудрая мысль.

Неторопливой походкой она направилась в замок, хотя больше всего хотелось бежать со всех ног. Она знала это рычание. Эти громоподобные угрожающие звуки.

Все время он оставался рядом. И слышал каждое слово. Каждое обидное слово. И про ее чертову утраченную честь. И про ее размеры.

Но все равно защищал ее. А может просто не хотел напоминаний о ее далеко не идеальной фигуре. Аглая откинула со лба растрепавшиеся волосы. Хватит уже! Хватит думать о себе, как о ком-то недостойном. Да, у нее широкие бедра. Да, ее фигура далека от совершенства, и грудь едва-едва дотягивает до третьего размера. Но она такая, какая есть. И будет любить себя такой. Но будет ли любить ее такой Дамазы?

Он сказал, что любит ее. Помимо воли. Вопреки всему. Готов оставить ради нее клан. А что она? Готова рискнуть? Но ведь она из другого мира. И то, что обыденно здесь, для нее – дикость. Дамазы слишком отличается от мужчин ее мира. Сможет ли она прожить жизнь, вечно оглядываясь по сторонам в опасении, что рядом появится другая?

Аглая до сих пор не могла поверить в связь элльлеле. Она понимала лишь человеческие чувства. А человек слишком легко может предать.

— Вы уже готовы?!

Аглая едва не вскрикнула. Из-за угла выскочила Николетта.

— А я даже переодеться не успела… О, и вы тоже! Матушка сразу увела меня, чтобы расспросить о Берте-Златошвейке. Даже не об испытании, представляете?!

Аглая вспомнила, как раздражалась из-за слишком навязчивой опеки матери. Тогда ей казалось, что она взрослая и знает, как правильно жить. Сейчас – отдала бы все за один материнский совет.

— Я думаю, наряды на Ночь Личин намного интереснее, чем перетаскивание камней и песка.

Николетта грустно улыбнулась.

— Наверное, вы правы. Но мне так хотелось поделиться с кем-нибудь эмоциями… Меня аж переполняет! – Николетта подпрыгивала с каждым шагом. – Хочется рассказать, как мы собирали песок, а потом шли на запад. И остановились помочь… Никто не остановился, а мы остановились… Готовы были проиграть, но все же помогли людям… Разве это не замечательно? Почему мама не хотела об этом узнать?

Аглая не знала, что сказать. Она никогда и никому не давала советов. И терпеть не могла, когда к ней за ними обращались. Если совет помогал, то к ней шли с целым ворохом проблем. А если нет – обвиняли во всех неудачах.

Но чертов Фьорир менял ее. Превращал в совсем другого человека. И невозможно было молчать, когда несчастная Николетта смотрела на нее такими печальными глазами. Сейчас Аглая чувствовала себя… старой. Опытной. Мудрой и повидавшей жизнь. Правда, чтобы решить свои проблемы, мудрости ей не хватало. Но чтобы утешить эту девочку…

— Возможно… – Она с осторожностью подбирала слова. – Она не спросила вас потому, что об этом уже знает весь Фьорир. Медард и госпожа Берта рассказали всем на площади. Каждому известно, что мы сделали. Но чего никто не знает, так это какие именно дары мы получим от госпожи Берты.

Николетта задумчиво молчала, о чем-то размышляя.

— А ведь возможно так и есть. Матушка всегда мечтала устроить для меня лучшую жизнь, чем была у нее. Как только не унижалась перед сестрой, чтобы мы оказались при дворе. А потом и мне приходилось расстилаться перед этой ужасной Мадален. Как хорошо, что Волчьи сыновья поняли, какой она человек. Пусть теперь знает! Пусть все знают. Сегодня все говорят только о нас. Завидуют, конечно… Но лучше так, чем всю жизнь ходить в прислужницах у кузины.

Аглая и не подозревала, какие страсти кипят в жизнях других Невест. Возможно, ей следовало больше общаться с другими людьми – так она быстрее бы узнала о Фьорире и обо всем, что здесь происходит.

— А что вы думаете о нашем сегодняшнем провожатом? Симпатичный, да? – Николетта мечтательно вздохнула.

Аглая пожала плечами:

— Они все хороши собой. Я еще не встречала среди Волчьих сыновей непривлекательных.

— Да, вы правы. Но Йелек… Он особенный. Его глаза…. Никогда таких не видела. А улыбка… И губы… Ох, простите, княжна! Я совсем забылась. Вы, наверное, думаете, что я легкомысленная.

— Нет. – Аглая покачала головой. – Я так не думаю. Волчьи сыновья действительно отличаются от обычных мужчин.

— Не представляю, как можно жить с таким мужчиной… – Николетта удрученно вздохнула.

— Что вы имеете ввиду?

Они уже дошли до Темного зала. Стражники распахнули тяжелые двери, впуская их в сумрачное помещение. Каждый шаг отдавался гулким эхом и улетал под своды потолка. Аглая бросила взгляд на портрет позади высоких тронов. Картина тонула в темноте. Сейчас взгляд нарисованной Аглаиды как никогда казался тяжелым и злым.

Хуже всего было то, что Аглая начинала ее понимать: княжна всегда была одна. Вряд ли отец питал к ней какие-то особые чувства. Она была не более чем товаром, который можно было выгодно продать.

Притихший голосок Николетты вырвал из мрачных мыслей:

— За таким мужчиной всегда будут охотиться толпы женщин. Они выбирают среди нас, но… но что если им приглянется другая? А жениться придется на Невестах? Как быстро мы им надоедим?

Те же чувства раздирали и Аглаю. Сначала она даже подумала, что ослышалась. Или ее тайные страхи пробрались в голову Николетты и используют девушку, как марионетку.

— Я не знаю, леди Николетта. У таких мужчин никогда не будет отбоя от женщин. Если они решат изменить… ничего их от этого не удержит. Мы не сможем приковать их цепями к себе.

Знакомый голос отразился от каменных стен:

— Этого и не нужно. Они сами прикуют себя к вам цепями. Если между вами возникнет связь…

У неприметной двери стояла великолепная женщина. Она улыбалась, перебирая складки пышной юбки. В Темном зале был зажжен едва ли десяток свечей, но крошечные огоньки отражались в драгоценных камнях, украшающих платье незнакомки. Яркие разноцветные блики скользили по полу красочными мазками.

Длинные волосы женщины были завиты в локоны и перекинуты через одно плечо, спускаясь почти до талии. Она была немолода и не то чтобы красива, но отвести от нее взгляд было невозможно.

В ней было что-то знакомое, но Аглая никак не могла понять что. Женщина улыбнулась, ее лицо преобразилось, став знакомым…

Аглая прищурилась:

— Леди Берта?

Рядом потрясенно выдохнула Николетта:

— О-о-о…

Женщина рассмеялась:

— Да, это я.

— Н-но к-как вы..? – Николетта взмахнула руками.

— Я же актриса. Мне было интересно, какой я окажусь в старости. Честно сказать, от седины я не в восторге. Она мне совершенно не идет. Ну что, леди, готовы выбрать свои личины на завтрашнюю ночь?

У Николетты был такой ошарашенный вид, что она едва кивнула. Аглая подхватила девушку под руку.

— Да, госпожа Берта. Спасибо за ваш подарок.

— О, не стоит. – Женщина открыла дверь и скользнула в ярко освещенное помещение. – Многие из Волчьих сыновей посчитали, что глупо все время дарить Невестам одни только украшения. По правде говоря, я с ними согласна. Чего не скажешь о наших кузнецах и ювелирах. – Она усмехнулась. – Как бы то ни было, мне выпала огромная честь: сшить личины для торжества и украсить их лучшими самоцветами во всем Дамгере.

Аглая буквально втащила потрясенную Николетту в малый зал. Но стоило увидеть, что происходит внутри, сама замерла на месте.

Две служанки развешивали на манекенах наряды потрясающей красоты. Воздушные ткани нежных цветов, расшитые серебром, золотом и драгоценными камнями. На столах лежали аккуратно сложенные плащи, а на каждом из них… Аглая заставила себя захлопнуть потрясенно открытый рот. Маски. Обычные, с прорезями для глаз, и имитирующие лица. Украшенные перьями, нитями жемчуга, подвесками из бисера и переливчатыми тканями.

— О, Боги… Наверное мне это снится. – Николетта вертела головой по сторонам. – Я же знаю-знаю… Это платье Утонувшей Гретель! А вот Замухрышка Маарет! Это же она! Она! Я хочу ее личину!

Аглая рассматривала необычные наряды, один экстравагантнее другого. Может, Николетта знает, какое из них изображает Плененную Вальпури? Но та уже подлетела к серому платью с черными сверкающими пятнами.

— Госпожа Берта, я могу взять его? Это же Маарет?

— Конечно, леди Николетта. Любое, какое вам понравится.

Николетта пискнула что-то невразумительное и начала ощупывать ткань.

— А вы, леди Аглаида? Чью личину хотели бы примерить вы?

Аглая постаралась как можно увереннее ответить:

— Возможно… у вас есть личина Плененной Вальпури?

— О-о-о… А вы действительно отчаянная девушка. – Берта смотрела на нее с уважением. – Не каждая осмелится надеть такую личину. Я долго раздумывала, шить ее или нет. Но потом подумала, что хочу рискнуть. В этом наряде все, на что женщины никогда бы не осмелились, но так хотели бы. – Берта подмигнула. – Вы – та девушка, которая вдохнет в эту личину жизнь.