Глава 15

Морван Яхонтовый

Погода была нелетной от слова совсем. И как ни хотелось дракону обернуться именно сейчас и дать размяться своим крыльям, этого делать не стоило.

Морван стоял у подножия ущелья, где давно расположилось небольшое войско «Крыла», защищая главный подступ, прилегающий к границе Нурии.

— Ваше светлейшество, что-то произошло? — генерал встревоженно всматривался в хмурое лицо своего князя.

— У меня особый разговор к одному из твоих солдат, Валлий.

— К кому же? — генерал провел рукой по волосам и посмотрел на Морвана Яхонтового выжидательно.

Что бы сейчас ни сказал ему князь, вряд ли ему это могло понравиться.

— Корунд давно был в отгулах? — дракон стоял и всматривался в разлом в дальней скале.

— Нет. Он один из главных стражей границ. Верный подданный Нурии и вашего светлейшества. Я всегда могу поручиться…

— Не надо, — Морван выставил руки перед собой. — Я знаю о Корунде все, но, кажется, наступило время отправить его на службу в соседнее государство. Его задачей станет обосноваться там и провести переговоры об обмене.

— Обмен? — сухо проговорил Валлий.

Своих стражей генерал выбирал всегда тщательно. Многих лично тренировал как в бою, так и в тактических дисциплинах, и сейчас князь предлагал ему отослать в качестве подарка своего главного победителя — Корунда.

— Я против! — тут же вскинулся генерал и прямым вызывающим в безмолвной дуэли взглядом уставился на Морвана Яхонтового, рискуя.

Очевидно, рискуя всем тем, что с таким усердием нарабатывал годами.

— Ты... против?! — улыбка коснулась уголков губ князя. — Это не просьба, Валлий. Приказ. И он подлежит исполнению.

— Я могу послать десять наших стражей взамен Корунда, — генерал вновь предпринял попытку убедить князя в неверности его решения.

— Обжалованию не подлежит, а всех недовольных можно отправлять к королеве Софии и там попытать удачу.

Генерал спал с лица. Бледность и усталость живой эмоцией легли на дракона.

— И все-таки я хотел бы знать о причинах подобного решения, — не унимался Валлий, основательно зарождая гнев в сердце князя.

— Я всегда надеялся, что ты, — Морван перешел на то общение, которое было до момента принятия в свои руки Нурии, — Валлий, не станешь мне препятствовать, своему другу.

И генерал не выдержал этого упрека. Замолчал. Дружба для него всегда стояла на одной из первых жизненно важных ступеней, как и служение своему князю. И в случае с Морваном оно совпадало сразу по двум этим пунктам.

В его глазах князь был на своем месте. Управлял Нурией так, как это не удавалось ни одному другому: строго и по справедливости.

И то, что происходило в данную минуту, Валлий приравнивал к чрезвычайному, необъяснимому и совершенно опрометчивому шагу.

— Все так, ваше светлейшество. Спокойствие в Нурии и ваша жизнь — первостепенная задача стражей «Крыла», и если кто-то угрожал мирной жизни, пусть даже и лучший страж, я готов пойти на подобную жертву.

Морван кивнул. Ему нравилось, что генерал сделал правильный выбор, но все-таки внутри поселилось гадливое чувство предательства самого себя.

Разве это была вина Корунда, что Мия доверилась не тому, ради кого участвовала в отборе?

***

Морван полагал, что Корунд, как представитель от Нурии, укрепит отношения с соседями. Отсылка одного из лучших стражей и вояк в стан, нет, не врага, а добропорядочных драконов, опять же для проверки, не для праздных бесед, принесет свои плоды и результаты. Все это было спланировано и давно. Но разговор с генералом не представлялся возможным.

Потребовалось немного времени, чтобы Валлия вычеркнуть из списка подозреваемых предателей. Князь до последнего не верил, что в миролюбивой Нурии могли завестись внутренние враги под личиной подданных и близких друзей.

И сегодня разговор состоялся. Валлий явно остался недоволен сложившимися обстоятельствами, но смиренно принял решение своего князя, невзирая на свое весомое и противовесное мнение.

Отличный глава одного из подразделений стражников «Крыла». И генерал будет вознагражден за свою преданность и участие.

А сейчас же Морван наблюдал за тем, как вода расплескивалась у подножия скалы в жалкой попытке преодолеть свою главную преграду. Не получалось. И у князя также не получалось быть честным с той, кого он полюбил всем своим драконьим сердцем.

Жалкое мерзкое чувство удушливой змеей разъедало Морвана Яхонтового изнутри. Ликование о любви, чистой и неподдельной, сменилось скупым и расчетливым злом. С его стороны. Мия не заслуживала обмана.

А на деле выходило так, что он повинен в том, что то самое важное утро его избранная провела в одиночестве и утрате. И в неверии, что любовь не всегда жестока и безответна.

Морван знал, что девушка покинула свою спальню под покровом ночи — знал, что найдет ее в библиотеке. Не знал одного и самого важного: что струсит и передумает в самый ответственный момент своего признания и откровения.

Когда его драконье тело почувствовало холодную влагу, он готов был предстать перед Мией тем, кем являлся, но в самую последнюю минуту в душе что-то дрогнуло и покачнулось.

Ему не хватило времени, чтобы придумать иной образ, никому не знакомый. Корунд пришел на ум невольно. Государственные дела занимали большую часть его драконьей жизни, и ненавистный отбор, будь он неладен (опять же спасибо великой и прекрасной королеве Софии), был совсем не к месту. Причем с самого первого дня, когда участницы погрузили волшебные зерна в почву горшков.

Княжеская душа металась между ненавистью к себе и долгом перед королевой. Он один из тех князей межмирья, кто должен всегда был выбирать не себя, а свое государство, королевскую семью. А личная жизнь шла в этом отборе лишь пунктиком, о чем королева София и сообщила ему: «Невеста должна справиться со всеми испытаниями, и даже если это будет человечка, так тому и быть».

И Морван был возмущен. Без магии, из другого мира, человечка… зачем ему было это все нужно? Одной назойливой проблемой больше, а ведь он давно уже все спланирован с Реной.

Все складывалось чудесным образом, и даже на втором испытании он был уверен, что ничего в нем не дрогнет. Ошибся! Он, князь, допустил свою самую главную ошибку, когда позволил общению с человечкой перетечь в дружеские отношения. Там ловушка и захлопнулась. Его сердце попало в плен искренних чувств и привязанностей. На фоне живой и улыбающейся Мии выбранная им драконица смотрелась настолько жалко, что самому стало невыносимо и тошно от выбора неразумного, не по велению сердца, без чувств и души.

***

Снедаемый желанием немедленно вернуться в свое княжеское поместье, Морван послал несколько бесконтрольных магических ударов в соседнюю скалу, возвышающуюся над ним. Стало немного легче, а вот о скале того же самого нельзя было сказать. Внезапный камнепад — как следствие неуправляемого княжеского гнева. На кого? Самого себя!

Его не оставляло дурное предчувствие.

И было с чего…

Мия не была той, которая смолчит и простит. О том, поймет ли его намерения иномирянка, думать не хотелось.

Кто его знает, что там у этих попаданок в головах, хотя он знал, мог узнать, применив ментальную магию на девушке. Но станет ли она ему доверять?

Если такое вообще было возможно после всего…

Князь раскинул руки и сделал шаг… навстречу пропасти, приветствуя посеревшее небо.

Хлесткий взмах рук и звук разрывающейся ткани обозначили главное намерение Морвана Яхонтового. Поразмяться и поразмыслить о том, что ожидало его впереди, их…

— Ваше светлейшество! — с посеревшим лицом проговорил Валлий вслед сорвавшему со скалы князю.

Генерал, опасливо осмотревшись, сделал пару шагов назад. 

«Ох уж эти молодые драконы», — возмущенно подумал о своем начальстве дракон.

А Морван наслаждался свободой. Именно в облике дракона спадали оковы, связывающие князя по рукам и ногам. Простор, чистый воздух и плеск воды у подножия скалы — вот истинное наслаждение, а все прочее словно пустота.

Неужели девушка настолько пагубно влияла на него? Да она же с первых дней их знакомства одаривала его ненавистным взглядом, и только в ту ночь, особую, были сломлены все преграды, ранее существовавшие между ними.

Расправив крылья, дракон позволил себе взлететь еще выше.

Ущелье казалось свысока небольшой трещиной, а родная Нурия превратилась в зеленый холмик.

Морван любил наслаждаться небом. Бескрайняя синева пленила его сердце навсегда. Так он думал раньше, а теперь с горечью осознавал, что красивее глаз Мии не было ничего в этом мире.

Впервые, когда он поймал себя на подобной мысли, уверовал в магическое воздействие. И даже тот факт, что иномирянка не была наделена магией, не сгладил столь опрометчивое предположение. С Реной дракон не испытывал ничего, кроме влечения, физического. Духовного не наблюдалось ничего.

И как теперь разгребать то, что он наворотил?

Как провести шестое испытание и признаться в том, что княгиня выбрана гораздо раньше окончания отбора и их брак уже консумирован?

Вероятно, подобное своеволие повлечет за собой недовольство королевы Софии. Она будет вне себя от гнева. И окажется совершенно права — подобное поведение никогда не красило правителя любого уровня. Будь то король или князь.

Но, сделав круг над ущельем и почувствовав легкость во всем теле, дракон пришел к мысли, что его мало волновала королевская расправа, больше тревожило будущее Мии.

И как же драконы справлялись с истинной связью?

Морван не знал, хорошо это было или плохо. Истинных пар больше не существовало, но зависимость от иномирянки вдохновляла на подвиги и одновременно пугала. Его. Главного дракона в Нурии.

По возвращению в поместье Морван был немногословен со слугами и придворными, которые встречались на его пути.

Он решил вернуться в библиотеку и написать письмо королеве, изложить всю суть своего падения как князя. И пусть она, вершительница многих судеб, вынесет свой дальнейший вердикт.

Вильхельм, завидев князя, отступил в сторону, его пропуская, и лишь тихо обмолвился в спину о том, что в пятом испытании у одной из участниц проявилось особое умение — привлекать родовые артефакты.

Спрашивать распорядителя о том, кем являлась та самая участница, не имело никакого смысла. До библиотеки оставалось всего ничего, но, уверенно свернув, князь направился к полю с желтыми тыквами.

А когда увидел собственными глазами без чувств упавшую Мию, бросился к девушке не раздумывая, чем привлек к себе лишние взгляды. Дракониц и слуг.