Глава 3

Новый день принес недосып, отеки на лице и плохое настроение. Я стояла в великолепной беседке из хрусталя. Смотрела на утреннее небо сквозь прозрачное горное стекло и удивлялась тому, как еще никого не придушила…

Вильхельм Яхонтовый, наоборот, весь аж светился, и по мужчине сложно было определить, что он так же не спал, как и я, а давал со всей ему присущей ответственностью показания страже из Тайной канцелярии.

Я спала от силы пару часов, а дракон ничего такой, бодренький, и цвет лица замечательный.

В руках распорядителя находился бархатный мешочек, и всем участницам отбора предстояло пройти первое испытание.

— Поговаривают, — прошелестел над ухом игривый голос одной из дракониц-близняшек, Мелиссы Яхонтовой, — что новоприбывшая попаданка ведет довольно свободный образ жизни…

Наверное, она хотела застать меня врасплох и как-то подчеркнуть мое падение этой ночью в глазах драконьего общества Нурии.

И я бы испугалась, произойди это еще вчера…

А сегодня настроение было убийственное, что хотелось развеять прах своего врага по ветру.

Я обернулась и одарила свою соперницу такой улыбкой, что во взгляде девушки промелькнул испуг. Возможно, мне только это показалось, тем не менее я продолжала улыбаться.

— Сплетни присущи людям, а вот драконы отличаются благородством и здравым смыслом, но, видимо, о чистоте крови некоторых определенных личностей имеет смысл задуматься. И даже устроить проверку. Зачем князю драконица-полукровка, когда этого добра, — и я обвела остальных девушек взглядом, — и так предостаточно?

Мелисса побледнела, но вскоре справилась со своими эмоциями.

— Лисса, давай ей подожжем платье? — вступилась за свою сестру Рена Яхонтовая.

Такие красивые, практически походящие на богинь, и такие дрянные по своему содержанию.

Миленько, а вот и настоящая угроза прозвучала в мой адрес. Ну что же, в эту игру можно играть вместе. И я решила поиграть в цыганку. Хвала королеве Арума, навеяно ее поведением.

Я приблизилась к Рене и выдернула белоснежный волос из ее идеально уложенной прически. Никогда подобного не делала, но попробовать очень хотелось. Стала шептать себе под нос разные слова: приди, забери, удача скройся…

— Ты что творишь?! — запричитала моя подопытная.

— Навожу порчу. Сто лет удачи не видеть и замуж не выйти.

— Что? — округлила свои глаза Рена.

— Что слышала… — и я продолжила накручивать ее волос, а потом, ловко подцепив накрученное, подошла и сожгла в первом ближайшем раскаленном магическом светлячке. — Все, готово.

— Что готово? — слезливо проговорила драконица.

— Порча.

— Я бы попросил, — вмешался в нашу прекрасную беседу Вильхельм Яхонтовый, — не отвлекаться, все уже в сборе, и я готов объявить первое испытание: Семя!

— А как же князь, мы его сегодня увидим? — спрашивали остальные драконицы.

— Нет, Морван Яхонтовый распорядился провести первую часть без его присутствия, князя вы увидите только на второй нашей с вами встрече.

Все разочарованно выдохнули, а я не стала дожидаться, пока все готовы будут выслушать Вильхельма, и подняла вверх руку.

— Что вам, леди Тараксакум?

— Можно я первая?

— Но вы же даже не прослушали суть испытания… — удивленно проговорил Вильхельм.

— Не прослушала, это вообще не по моей части — читать, что написано мелким шрифтом, и дослушивать. Иначе я бы здесь не оказалась… По ходу дела разберусь, а другие пусть наблюдают.

Драконицы действительно не торопились. А мне терять было совершенно нечего, честь я уже чуть не потеряла, поэтому не стоит откладывает важное на потом. И еще спать очень хотелось, даже больше, чем есть.

— Говорите, что нужно делать?

— Да ничего особенного, — пожал плечами распорядитель, — суньте руку в мешочек, достаньте семя и посадите его в этот горшок с магически удобренной землей.

Горшков на большом длинном столе стояло пятнадцать штук, по количеству участниц отбора семнадцатого княжества.

— И что потом?

— Если дойдете до шестого испытания, то после него вы обязаны показать князю то, что прорастет из семени. И тогда Морван Яхонтовый сможет принять окончательное решение.

Я, не задумываясь, сунула руку в мешочек и достала одно семечко. Затем подошла к горшку и указательным пальцем правой руки сделала в земле небольшое углубление. В него как раз я и посадила свое семечко, присыпав сверху землей.

— А теперь возьмите лейку, — приказ распорядитель.

В общем, сделала, как мужчина попросил.

— Горшок можете хранить  в своей комнате, Мия…

Одним горшком больше, одним меньше — мне не привыкать.

Поэтому я быстро забрала свои дары со стола и покинула беседку, не попрощавшись ни с кем.

Настроение так и не появилось, а сочтут ли меня невоспитанной личностью — мало тревожило.

Пока драконицы меня только раздражали. Ну даже в плохих могло проявиться что-то хорошее, если оно, конечно, в них было.

До крыла невест я чуть ли не бежала, прижимая к груди горшок с землей. И, видимо, я задумалась… Очень. Потому что совершенно не увидела, как с террасы сносили большую картину. Я влетела в эту самую картину, и холст порвался.

— Опять вы! 

В разрыве большого полотна я увидела два сверкающих глаза на мужском лице, зрачок в них настолько сузился, что стало не по себе…

***

Под давлением его прожигающего взгляда я присела в реверансе. Вышло жалко и довольно убого, потому что в руках крепко сжимала горшок с землей и семенем, что я посадила на первом испытании.

— Ваша Светлость, — прошептала и склонила голову.

Морван смотрелся между двух разорванных половин полотна по-королевски отстраненно, хотя он явно сдерживался. На это указывало все: и сжатые в кулаки пальцы, и гордо вскинутая голова, и прямая осанка.

Напряженно и величественно. Я даже успела им залюбоваться из-под полуприкрытых ресниц.

Если мой незваный гость был смазливым красавчиком, то князь был настолько превосходен, что я даже позабыла, куда направлялась.

— Леди… — попытался вспомнить князь, кто же я, но, так и не вспомнив, продолжил: — Вы настоящее бедствие, притягивающее на мою голову неприятности.

Кто бы говорил! Как будто это я к нему на отбор по доброй воле… Хотя косвенно королева получила от меня это согласие. Но все-таки… К нему бы я на отбор не пошла. Он же целиком и полностью думает лишь о себе! Я чуть не переломалась вся, когда приземлилась после падения из портала. А он? Даже не поинтересовался моим самочувствием.

Эгоист — вот он кто!

И как-то стало даже грустно… Мне едва удалось подавить в себе острое желание запустить горшок ему в голову. Поэтому, обхватив его покрепче, проговорила:

— И вам доброе и внеземное. За вашу картину приношу глубокие извинения и надеюсь, что с вами лично мы будем встречаться на территории поместья как можно реже. Жаль, нельзя пожелать того же и на самих испытаниях.

Не дожидаясь его одобрения и разрешения, я подняла голову и стала обходить своего (вернее, общего) ненавистного покровителя на время отбора.

— Я не разрешал уходить, — донеслось в спину обвиняющее и сквозящее сарказмом.

— А мне оно и не требуется. Отбор ваш, а я лишь гостья на этом празднике. Вы проявили себя как неприветливый хозяин…

И продолжила путь в крыло невест.

— Что? Вернитесь… как вас там?!

— Вот-вот. О чем и речь… вы даже не удосужились поинтересоваться, как меня зовут…

Так нельзя! Он князь… а я…

Но по-другому я просто не смогла. Его Светлость филигранно умел вывести из себя. При этом совершенно не чувствовал за собой вины.

Ну правильно, а зачем? Одной иномирянкой меньше в Аруме, одной больше…

— Вернитесь! — требовательно повторил князь, а я даже и не подумала подчиниться.

Вспомнив о магическом лассо, что накидывал весьма успешно на меня Эрик Яхонтовый, я резко свернула вправо и, спрятавшись за большими колоннами, замерла.

Морван шел за мной, не бежал (хотя я бы на это посмотрела), но он явно намеревался меня нагнать. Когда мужчина скрылся, я постаралась отдышаться, а затем осторожно выглянула из-за колонны.

И тут меня поджидал сюрприз, тоже неприятный и неожиданный — легкий щелчок по кончику носа.

— Никогда… слышите… никогда не смейте уходить, если я не разрешал, леди Тараксакум. Иначе накажу! — усмехнулся Морван и приблизился ко мне.

Наши взгляды скрестились, я даже замерла на мгновение.

Я видела в них свое отражение: испуганное девичье лицо. Я словно смотрелась в глубокое озеро, наполненное невероятной синевой.

Ох, невероятно и захватывающе, даже волнительно местами.

— Когда вы успели узнать мое полное имя?

— Только что. Вы так громко о нем думали, что я невольно его подслушал.

***

Я оторопела от того факта, что князь умел читать мысли. Вот же сюрприз… Гад!

— Не пристало такой милой леди браниться, — почувствовала второй щелчок по носу.

Да что же это такое!

— Скоро мой нос превратится в большую картофелину, если вы немедленно не прекратите меня по нему щелкать. Обидно и больно, — фыркнув, спряталась снова за колонну.

Горшок в моих руках откровенно мне мешал, порядком надоело его оберегать и хотелось поскорее избавиться.

— Вот, держите, — с минуту подумав, протянула князю горшок с землей.

Мне была нужна моральная компенсация, и то, что князь будет ухаживать за будущим растением, очень воодушевляло.

— Это ваше первое испытание, — отстранился Морван Яхонтовый и попытался мне обратно вернуть горшок.

Но нет, я была непоколебима в своем решении.

— Все, что от меня требовалось по условиям испытания, я уже выполнила: посадила, присыпала, полила. Ему осталось только прорасти, а вы… ценитель всего прекрасного, — я покосилась в ту сторону, где в руках слуг остался разорванный холст, — сможете наблюдать за самым интересным…

— Чем же это? — испытующе уставился на меня дракон.

— Рождением и новой жизнью того самого прекрасного растительного, — кивнула в подтверждение сказанного. — Распорядитель ничего не говорил о том, где должно храниться семя. Я вам доверяю, — нагло врала (о каком доверии могла идти речь, если я его второй раз в жизни вижу) и снова попыталась вручить небольшой подарочек первого испытания князю.

— Я не знаю… — как-то искренне замялся князь. — Это идет вразрез со всеми введенными правилами отбора.

— Ну что вам — трудно? Поставите на окошко, можете поливать раз в три дня, главное — не переусердствовать.

— Я пытаюсь понять, — нахмурился чешуйчатый, — чем мое окошко отличается от вашего?

И снова зрачок моего собеседника изменился. Внезапно почему-то представила, как Морван превращается в красивого и большого дракона. А я, наглаживая его необычного цвета чешую, улыбаюсь и трусь щекой о большое перепончатое крыло своего покровителя.

Лицо налилось краской, и стало очень стыдно. Князь в обличии дракона представился величественным и уязвимым, как будто я подсматриваю за Морваном обнаженным в ванной, не меньше.

Наверное, громко подумала, потому что внезапно горшок с предполагаемым растением исчез из моих рук и надежно расположился в широких ладонях князя.

—  Хвост с вами, поставлю на своем окне. Оберегать не обещаю. Поэтому условимся, если вы не дойдете до финального испытания, заберете горшок с собой.

— Всенепременно, — на этот раз реверанс удался мне гораздо лучше. — Теперь с вашего позволения я могу идти?

— Идите, — одобрительно кивнул Морван.

Я с недоверием посмотрела на дракона, ожидая очередного подвоха. Но, к моему удивлению, князь был улыбчив, а его зрачки стали менее заостренными и немного даже расширились.

Так мы и разошлись, он направился к выходу, а я — в свою комнату, в крыло невест.

Признаться честно, мне совершенно не нравилось на этом отборе и даже захотелось добиться аудиенции с королевой Софией, чтобы попроситься обратно… Но интуиция подсказывала, что это была плохая идея и надо сейчас оставить свои хотелки и плыть по течению.

А то мало ли сгоряча навлеку на свою голову еще большие беды. И так уже постаралась на славу, теперь вот приходилось расхлебывать…

Я доплелась до кровати и просто на нее рухнула. Состояние было таким, как будто вспахала целую плантацию, причем лично. Глаза самопроизвольно закрылись, и, несмотря на то, что дело близилось только к полудню, я очень быстро заснула.

***

Мой сон был великолепен. Я босиком бегала по сочной утренней траве, утопая пальчиками во влаге прохладной росы. Мои волосы переливались в ярких лучах солнца, а рядом бил подземный родник.

Со мной во сне оказался Морван Яхонтовый, но это не вызвало у меня никаких эмоций. Рядом и рядом. Пусть побудет, тем более князь находился на своей земле. Я же была здесь приглашенной иномирянкой, не имеющей ровным счетом никаких прав. Игнорируя присутствие потенциального жениха, я наслаждалась природой и ее дарами: цветами, мелодичным пением птиц и сладкими дикими ягодами.

Сон завершился странно — Морван Яхонтовый подошел с венком из одуванчиков и, водрузив его на мою голову, словно корону, стал активно кулаком постукивать о кору большой развесистой ивы.

Раз, два, три. От этой долбежки начала болеть голова, и я только собралась высказать князю все, что о нем думала, как сонная нега спала, мои глаза открылись, и я услышала настойчивый и противный стук в дверь.

— Леди Тараксакум, проснитесь. Вы так все пропустите! — за дверью находилась явно одна из моих служанок.

Но я не очень понимала, куда могла так опаздывать, когда первое испытание успешно завершилось и нас всех распустили по своим делам.

— Войдите, — недружелюбно проговорила, немного разозлившись на девушку. — Куда я уже опоздала? — проговорила, когда в комнату прошла Тиара.

— Простите, вы так глубоко спали, что я не решилась вас будит перед ночным укладыванием на сон.

— Как ночью? — я бросила быстрый взгляд в окно, в котором все так же по-прежнему поблескивало яркое солнце.

Мне показалось, что прошло совсем немного времени. А оказалось, наступил уже новый день и я опаздываю…

— Второе испытание? — я проговорила, и тут осознание того, что я каким-то невероятным образом проспала больше двенадцати часов, кинуло меня в тревогу.

Так я не выиграю никакой отбор, а быстро, словно пробка из бутылки, вылечу, вернее, выплыву на лодке к грани бесконечности, завершив свой непродолжительный путь.

Но так как жить я собиралась долго и счастливо, этот номер не пройдет.

Я подозреваю, что кто-то посодействовал моему беспробудному сну, что я только сейчас оклемалась и среагировала на продолжительный стук Тиары в дверь. Я надеюсь, у меня еще будет время во всем разобраться, а пока…

Я спешно расшнуровывала корсет своего наряда.

— Помоги, — взмолилась я, прося помощи у прислуги, когда шнурки корсета завязались в узлы.

Вот что значит не было нужного навыка. Все же элемент наряда — не шнурки в ботинках, и тут с этим дела обстояли гораздо сложнее.

— Я за нарядом, — метнулась к шкафу девушка, выуживая нечто легкое, воздушное и розовое…

Нет! Не хочу быть зефиркой на ножках. С самого детства я ненавидела розовый, потому что от большой и всеобъемлющей любви бабуля рядила меня исключительно в одежду такого цвета, и даже нижнее белье и аксессуары подбирались в тон.

— Убери! — вышло не очень вежливо, чем, собственно, я прилично испугала Тиару. — Пожалуйста, — добавила извиняющимся тоном.

— Но это платье…

— Единственное?

— Нет, оно просто более праздничное.

— Давай выберем менее броское и более удобное.

Я подошла к шкафу и распахнула обе дверцы. Стала рассматривать свой новый гардероб. В дальнем углу прикрытое белой тканью на вешалке висело с одной юбкой горчичного цвета платье.

— Вот его, — я указала рукой.

— Что вы, леди Тараксакум! Этот наряд давно устарел и принадлежал почившей княгине Яхонтовой. Каким образом оно оказалось в вашем шкафу, понятия не имею. Платье может вам и не подойти.

Я еще раз оценивающим взглядом посмотрела на наряд, расправила красивые рукава, спускающиеся приятными волнами от локтя, оценила мягкость корсета, а то, что у платья имелись продуманные разрезы с обработанными краями, определенно можно было записывать в очевидный плюс.

Я сняла наряд с вешалки и, ни о чем больше не спрашивая Тиару, встряхнула свое новое платье, вернее, выбила из него пыль.

— В нем хорошо бегать, оно мне подходит.

— Как пожелаете, — присела в реверансе служанка.

А бежать в новом наряде мне пришлось сразу, потому что второе испытание уже началось и я непозволительно опаздывала на целых пятнадцать минут. Если меня сегодня не выгонят за прогул, нужно будет каким-то образом отблагодарить Тиару. Красивую прическу за пять минут в моем мире мне не мог собрать ни один парикмахер, всем требовалось всегда гораздо больше времени. И не минут, а несколько часов моей жизни уходило порой на процесс создания подобной красоты. А девушка это сделала настолько быстро, что я даже не успела попереживать насчет своего опоздания.