Глава 23

— Агата, это ты украла мое драконье сердце? — спросила я, когда карета увозила нас в замок. Владыка остался дожидаться Лилиан. А судя по тому, что спуск предстоял долгий, ждать владыке предстояло несколько часов. О том, что он мог бы сам превратиться в дракона и доставить Лилиан, Дэйварр, судя по всему, не догадался, а я предпочла не подсказывать.

Агата подняла на меня испуганные светлые глаза.

— Нет.

— Хорошо. Тогда это сделала твоя сорока.

Элиза переводила удивленный взгляд с меня на Агату.

— Нет, Ева. Я не брала твое драконье сердце.

— Тогда о чем ты говорила с советником, когда я увидела вас около покоев владыки? — Агата нервно крутила в пальцах золотое перо. — Агата, прошу тебя, это очень важно.

Видя, что тэйя продолжает молчать, я распустила шнуровку на горловине платья и показала девушкам знак на ключице.

— Владыка Дэйварр это сделал? — удивленно протянула Элиза, прижав руки к сердцу. В ее голосе прозвучала неподдельная боль.

— Нет, Элиза. Сейчас я вам кое-что расскажу, а вы должны выслушать меня и не перебивать. Договорились?

Девушки кивнули, а я приступила к рассказу. Карета уже подъезжала к замку, а я только-только закончила.

— И ты думаешь, что виноват советник? — деловито уточнила Элиза. К моему удивлению и облегчению, они восприняли мой рассказ спокойно и сразу ухватили суть.

— Не знаю, Элиза, правда, но подозреваю именно его. Вот почему я должна узнать, кто украл у меня камень.

Я выразительно посмотрела на Агату.

— Я расскажу, но вы будете меня презирать, — тяжело вздохнула она. — Помнишь первый вечер в замке, Ева?

— Да. Я окликнула тебя около картинной галереи. Она была открыта.

— Это я ее открыла.

— Ты? Но как?

Агата снова вздохнула.

— Мой отец вовсе не торговец тканями из Озерного Края. Драконьи ловчие нашли меня, когда я собиралась обворовать лавку торговца тканями. Он как раз уехал на ярмарку в соседнюю провинцию, а я забралась в лавку. Мой отец — вор, и это наше ремесло. Он в тюрьме, а я хотела внести за него необходимую сумму, чтобы выкупить. Я и в замке искала какую-нибудь драгоценность, чтобы после отбора продать ее, — убито произнесла девушка. — Но твое драконье сердце я не брала.

— А что от тебя хотел советник?

— В тот вечер он поймал меня в своем кабинете. Я ничего не нашла в галерее и забралась в его комнату. Мне пришлось все рассказать советнику, положив руку на эту его трость правды, но он пообещал держать в тайне мой секрет.

— Вот видишь! — обрадовалась Элиза. — Очень благородно с его стороны!

— Посмотрим, так ли он благороден, — туманно ответила я, обмахиваясь пером.

— Что ты собираешься делать? — обеспокоенно спросила Элиза.

— Не скажу. Если у меня не выйдет, вам не придется лгать, что вы об этом знали.

Девушки кивнули.

— Прошу вас, не говорите никому о том, что я вам сказала, — попросила Агата.

— Не беспокойся, — улыбнулась я. — Этот замок хранит и так слишком много тайн, твоя ему ни к чему. Я, в свою очередь, тоже прошу вас молчать.

Девушки кивнули как раз в тот момент, когда карета остановилась. Солнце уже село, и у входа в замок нас ждала госпожа Рут.

— А где же владыка? — поинтересовалась она.

— Остался дожидаться тэйю Лилиан. Она выбыла, — ответила Элиза.

— Как советник Шаддар? Ему лучше? — спросила я.

Экономка посмотрела на меня своими странными матовыми глазами, задержав взгляд на пере в моей руке.

— Ему хуже, — отрезала она. — И вряд ли он поправится.

Мы с Элизой и Агатой переглянулись.

— А мой фамильяр? Он не появлялся? — допытывалась я, пока мы шагали в башню.

— Нет, тэйя. Но советую вам поскорее найти его, ведь завтрашнее испытание вам будет трудно пройти без духа-помощника, — в голосе экономки мне послышалось плохо скрытое злорадство.

Оставив Элизу и Агату ужинать, — у меня не было аппетита — я прошла в свою комнату. Окинув помещение взглядом, я поняла, что в моих вещах явно кто-то копался. Причем хотя все и постарались вернуть на место, но глаз у меня был наметанный, не случайно ведь я несколько лет отработала в школе. Хотя, может быть, Айза здесь прибиралась?

Я метнулась к камину и, обнаружив там спрятанные компоненты для финального испытания, успокоилась. Дождавшись, когда замок погрузится в сон, я прихватила перо и выскользнула из спальни. Прокравшись к покоям советника, знакомым путем попала в его комнату.

Я осторожно подошла к кровати Шаддара. На столике рядом чадила свеча. Взглянув на советника, я едва сдержала крик. Госпожа Рут была права, выглядел он так, будто смерть уже стояла рядом с его ложем, позвякивая косой: лицо было почти восковым, грудь с хрипом вздымалась, словно каждый вдох давался с трудом, тонкие длинные пальцы судорожно сжимали одеяло, а темные глаза невидяще блуждали по балдахину кровати. Сердце царапнула жалость.

— Он негодяй, заточивший Дрейка в теле фамильяра и внушивший владыке дурные мысли, — одернула я себя, прикладывая к своим глазам перо феникса и через него глядя на советника.

Ничего не изменилось. Все та же комната, все тот же борющийся за утекающую по капле жизнь советник.

— А может быть, вот так? — саму себя спросила я и, сев на кровать, провела пером феникса по лицу советника.

Едва золотой кончик коснулся белой кожи Шаддара, как по нему пробежала волна красноватого сияния, после чего советник резко рванул меня за руку, заставив вскрикнуть от неожиданности. Разомкнув бескровные губы, он лихорадочно заговорил:

— Я скрыл его, скрыл от создания бездны…

— К-к-кого скрыл? — пискнула я.

Рука советника сжалась еще сильнее, причиняя боль, но я замерла, боясь, что советник замолчит.

— Той страшной ночью, пока их родители погибали от рук чудовища… Они просили меня… Просили скрыть, защитить наследников… И я скрыл, я сделал так, чтобы чудовище не смогло добраться до них…

— Дрейка и Дэйварра? Вы ведь о них говорите? Так это вы заточили Дрейка в фамильяре? — догадалась я.

— Но я скрыл лишь одного, а второго не успел, не смог защитить… Охранная магия… Она хранит… Но скоро… — советник хрипло втянул воздух и замер.

— Где мой фамильяр? — запоздало спросила я, но советник молчал.

Я разжала его руку и со страхом прикоснулась к пульсу на шее. Жив, но без сознания. Вскочив, я задела рукой столик около кровати. Столик полетел на пол со всем своим содержимым. Посыпались какие-то склянки, запахло травами. Тут я услышала звук отпираемой двери и рванула за прикрывающее ход полотно.

Не рискнув уходить, я прислушивалась к тому, что происходит в комнате.

— Советник, как же неаккуратно вы умираете, — донесся укоризненный голос госпожи Рут. Я подивилась бесчувственности старой вороны. Какое-то время до меня доносился лишь звук собираемых ею склянок, потом все стихло.

Я выбралась из покоев советника и, вернувшись в свою комнату, достала из тайника флягу и лепесток янтарника. Взяв с туалетного столика склянку с духами, я вылила содержимое и плеснула внутрь несколько капель из фляги, затем разорвала лепесток на мелкие кусочки и добавила внутрь. Взяв перо, потрясла его над склянкой. Пыльца охотно посыпалась. Закрыв склянку, я взболтала содержимое. Осталась малость — найти Гринча и напоить его этим.

Едва я успела спрятать все компоненты в тайник, а склянку сжать в руке, как в дверь постучали.

— Ева, это мы! — услышала я шепот Элизы.

Метнувшись к дверям, впустила внутрь Элизу и Агату. Сорока последней сидела на плече девушки, деловито выпятив черную грудку.

— Что-то случилось?

— Кажется, мы знаем, где твой фамильяр! — зашептала Элиза. — Нам вдруг пришло в голову, что все они связаны, понимаешь?

— Не очень, — помотала я головой. — Кто связан?

— Духи-помощники! Идем с нами, — Элиза ухватила меня за руку и потянула за собой. В другой руке тэйя держала свечу, освещавшую нам путь. Пока мы спускались, Элиза поясняла: — Мы с Агатой решили попросить помощи у наших фамильяров. Я дала Пушистику и сороке Агаты свой кулон, к нему ведь прикасался Гринч, помнишь?

— Да.

— Так вот, мы дали им кулон и попросили помощи. А дальше начинается самое интересное, — Элиза замолчала, пока Агата выглядывала, чтобы проверить, нет ли поблизости слуг. Когда Агата махнула рукой, показывая, что путь свободен, Элиза продолжила: — Они сразу поняли, что нужно делать и повели нас.

— Куда? — шепотом спросила я, когда Агата толкнула какую-то дверь в конце коридора, и мы начали спуск по извилистой лестнице.

— Не знаю, что здесь, но похоже на сокровищницу владыки, — одними губами прошептала Элиза.

— Жаль, что я не обнаружила ее раньше, — усмехнулась Агата. — Тогда бы и не попалась советнику.

Лестница привела нас к круглой каменной двери в четыре человеческих роста, с мощными засовами в виде драконьих лап.

— Если Гринч действительно там, нам ни за что туда не проникнуть, — убито сказала я, рассматривая это надежное хранилище.

— Тогда, выходит, я зря воровала это у госпожи Рут, — пожала плечами Агата, извлекая из складок платья сверкнувший в темноте ключ и ловко вставляя его в неприметную скважину между двумя лапами.

— А почему у экономки хранится ключ от сокровищницы? — с недоумением прошептала я, когда огромные створки бесшумно разъехались перед нами.

— Понятия не имею, — пожала плечами Агата.

— И когда вы успели украсть ключи?

— В первый день в замке. Я же и открыла галерею, но там оказались одни картины, — хмыкнула Агата. — Я сделала слепки на куске мыла и вернула связку на место. Позднее, когда мы ездили на праздник, я нашла в городе кузнеца, он сделал остальное. Теперь у меня есть ключи от всех помещений, — тихо засмеялась она.

— А разве советник не знает об этом? Ты же сказала, что он заставил тебя рассказать правду.

— Но он же не спрашивал, брала ли я ключи, — пожала острыми плечами Агата, весело хмыкнув.

Мы вошли внутрь, Элиза повыше подняла свечу, и мы дружно ахнули. Гигантский зал был завален золотыми монетами, украшениями и драгоценным оружием. Света свечи явно не хватало, чтобы осветить все великолепие окружавшего нас богатства.

— Чем здесь воняет? — скривилась я, почуяв отвратительный сладковато-гнилостный запах.

— Фу! — Элиза опустила свечу ниже, и только сейчас мы заметили, что золото покрывает толстый слой зеленоватой слизи. Именно от него и исходило зловоние.

— Гринч! — позвала я, прикрыв нос ладонью. — Гринч, ты здесь?

— Ну наконец-то! — раздраженно произнес знакомый голос.

— Гринч, где ты?

— Где-то здесь, — недовольно отозвался дракончик. — Я ничего не вижу.

— Продолжай говорить, я иду на твой голос.

— Одна ужасно безответственная тэйя позволила, чтобы ее фамильяра похитили. Я ужасно голоден и зол, чтоб ты знала. Настолько, что могу съесть кого-нибудь, — ворчал голос, — вот только сперва хорошенько этого кое-кого поджарю.

Я наконец заметила слева темный предмет, прикрытый плотной тканью. Стащив ткань, увидела клетку с толстыми прутьями из тусклого металла. Гринч лежал, обвив хвостом тело. Клетка была тесной и дракончик не мог в ней даже сидеть.

— Не бойся, сейчас я тебя вытащу! — Я так и сяк трясла замок, но это не помогало.

— О да, ты прямо взломщица, — отозвался Гринч.

— Свое ехидство ты не растерял, значит, не все потеряно, — пропыхтела я, ломая ногти. — Подожги прутья!

— Думаешь, я не пытался? Они огнеупорные, — недовольно ответил Гринч.

— Отойди, — сказала Агата и, достав из прически шпильку, ловко взломала замок.

— Спасибо! — от души поблагодарила я девушку, помогая Гринчу выбраться. Он от души цапнул меня за палец.

— Ай! За что?!

— За то, что долго не приходила! А еще этот тип внутри меня так и рвался, когда я почувствовал опасность и понял, что тебе нужна помощь. Пришлось биться головой о прутья, чтобы потерять сознание. Удовольствие, я тебе скажу, ниже среднего.

Я поднесла дракончика к груди, прижав его и чмокнув в гребешок на голове.

— Прости. У тебя получилось. Дрейк спас меня.

— Они все знают? — спросил Гринч, мотнув головой в сторону Элизы и Агаты. Последняя деловито рассматривала драгоценные камни, выбирая те, что покрупнее.

— Да. А теперь скажи нам, кто тебя похитил?

— Не знаю. Я проснулся уже здесь. — Гринч перелетел на раскрытый сундук с золотыми монетами и принялся загребать их лапами. — Наконец-то! Какая пытка — чувствовать золото и знать, что не можешь к нему даже прикоснуться!

— Не отвлекайся. Неужели никто не приходил сюда?

— Нет. Даже чтобы принести мне мяса, представляешь? А еще здесь такая вонь, скажу я тебе, то меня лишь чудом не стошнило. Или здесь завелся василиск, или я совсем растерял нюх.

— Думаешь? — со страхом спросила я, рассматривая следы на полу. — Но ведь змейка выходит немаленькая. Может быть, это те самые, которых мы с Дрейком раздавили в склепе?

— Вряд ли, — прошептала Элиза. — Смотри.

Она подняла свечу повыше, показывая мне длинную змеиную кожу под ногами. Мы прошли вглубь сокровищницы, а змеиная шкура все не кончалась. Во рту у меня вдруг стало сухо, как в пустыне.

— Пошли отсюда, — прошептала я. — Быстро, уходим!

Агата взяла себе несколько каких-то камней, я ее не останавливала. Мы заперли сокровищницу и вернулись в башню. За окном уже занимался рассвет.

— Спасибо вам, — поблагодарила я девушек, перед тем как скрыться в спальне. Достав пузырек со снадобьем, я открыла крышку и протянула склянку Гринчу: — Вот, пей. Это поможет Дрейку вернуться. И пусть сам разбирается с огромными змеями, ползающими в его замке.

— А в этой склянке разве не духи твои были? — подозрительно принюхавшись, спросил он.

— Ты хочешь избавиться от Дрейка или нет?

— Избавиться? Какая ты кровожадная, — ехидно заметил Гринч.

— Пей уже, хватит придираться к словам! — велела я, подумав, что уже успела соскучиться по перепалкам с фамильяром.

Дракончик еще какое-то время вздыхал, нюхая горлышко, потом все-таки, будто нехотя, обхватил пузырек передними лаками и опустил в него раздвоенный язык. Не забывая кривиться, он, однако, выпил все до капли. Закончив пить, Гринч, будто шкодливый кот, махнул лапой, и пузырек улетел на пол, прыснув осколками.

Мы выжидающе уставились друг на друга, надеясь, что Дрейк, будто джинн из бутылки, появится в облаке золотого сияния. Но время шло, а чудо все не происходило.

— Ну и? — поторопила я. — Дрейк, ау! Прием! Пора на выход!

— А ты уверена, что все сделала верно? — позевывая, спросил Гринч.

— Слезы дракона, янтарник, пыльца с пера… — задумчиво перечислила я, подумав, что склянка от духов все же не лучшая емкость. А вдруг те самые духи помешали тонкой магии?

— А перо точно было маховое? — уточнил Гринч, сонно моргая.

— Вроде бы… — неуверенно протянула я. — Ведь с советником сработало.

— Что сработало?

Я быстро пересказала Гринчу последние события, расхаживая по комнате из угла в угол.

— И знаешь, есть у меня одно нехорошее подозрение, кто именно может оказаться тем самым василиском, но это настолько абсурдно…

Я посмотрела на Гринча. Дракончик крепко спал на подушке, положив под голову лапы. Я села рядом с ним, погладив маленькую зеленую голову. Спать в ту ночь я так и не легла, опасаясь за Гринча и за себя. Дрейк, однако, так и не появился.