Глава 24

— Айза, как давно ты работаешь в замке? — спросила я служанку, когда она пришла утром.

— Ваш фамильяр нашелся! — обрадовалась девушка, глядя на спящего дракончика. — И где же вы его отыскали?

— Сам прилетел, а где был — не говорит, — отмахнулась я. — Так ты давно работаешь в замке?

Девушка нахмурилась.

— Сколько себя помню, — наконец сказала она.

— А госпожа Рут уже была здесь?

— Да. А что такое?

— Ничего, просто интересно, — пожала я плечами. — А ты всегда живешь в замке?

— Да.

— И все слуги?

— Да, тэйя, но почему вы спрашиваете?

— Неужели ты не скучаешь по своим родным?

Девушка замерла и в замешательстве посмотрела в стену.

— Нет… кажется… А у меня есть семья? — тряхнув головой, Айза посмотрела на Гринча и радостно выпалила: — Ваш фамильяр нашелся!

Я недоверчиво посмотрела на нее. Притворяется или нет? Но нет, судя по искреннему выражению лица, Айза действительно верила, что задает свой вопрос впервые. Сразу же вспомнилось, как на балу Бланш жаловалась, что гости повторяют одно и то же.

— Какое платье мне сегодня надеть, Айза? — улыбнулась я, хотя по телу пробежали мурашки.

— Красное. Ведь сегодня испытание огня, — сообщила Айза, выуживая из шкафа огненного цвета платье. — Последнее испытание, — сообщила она таким тоном, что мне стало не по себе.

Выпроводив служанку, я переоделась, подхватила спящего Гринча — попытки его разбудить ни к чему не привели — и вышла в общую гостиную. Там уже ждала госпожа Рут. Экономка была собрана и вела себя как обычно высокомерно-пренебрежительно. Бросив равнодушный взгляд на Гринча, она заметила:

— Ваш фамильяр вовремя нашелся, тэйя.

— Да. Очень вовремя, — многозначительно ответила я, глядя в матовые глаза экономки. Она смотрела на меня не мигая.

Хлопнули двери, Агата и Элиза со своими фамильярами подошли к нам. Экономка наконец отвела от меня взгляд, посмотрев на девушек.

— Сегодня ваше последнее испытание, тэйи. Испытание огня. Следуйте за мной.

Госпожа Рут двинулась вперед, мы цепочкой пошли за ней. Спустившись по лестнице башни, мы свернули направо и углубились в коридоры замка. Остановившись перед ничем не примечательной дверью, экономка отперла ее, выбрав ключ в своей связке. Лязгнув, дверь открылась, а на нас дохнуло сухим жаром.

— Следуйте за мной, — велела экономка, вынув из держателя факел и спускаясь по лестнице.

Мы переглянулись, но ступили на крошившиеся под ногами ступени. Казалось, что лестница была здесь еще до того, как сверху возвели замок.

— А где владыка? — опасливо поинтересовалась Элиза, осторожно ступая след в след за госпожой Рут.

— Он с советником. Тому стало совсем плохо, владыка боится оставлять его одного, — отозвалась экономка.

Спустившись вниз, экономка снова загремела ключами, а когда дверь открылась, мы вошли в подземный зал, на стенах которого тотчас вспыхнули сотни факелов, осветив каменные своды. Вокруг придерживавших основание замка белоснежных мраморных столбов — я насчитала их восемь — вились каменные драконы с драгоценными камнями вместо глаз. В центре зала обнаружился широкий колодец, из которого било пламя.

— Это ваше последнее испытание, тэйи. Одна из вас получит владыку и станет повелительницей Трэйанорра, — торжественно произнесла госпожа Рут, хотя в ее голосе мне явно слышалась издевка. Экономка замерла на последней ступеньке и, указывая рукой на колодец, продолжала: — Первый дракон умер здесь. Когда первый василиск нанес ему смертельную рану, он ушел умирать сюда, под своды своего замка. Но сила его была слишком велика, и она не ушла бесследно, — голос экономки, нарастая, становился все громче.

— Что нам нужно сделать, госпожа Рут? — спросила Элиза. В ее глазах отражалось пляшущее пламя.

— Для начала очиститься, тэйя. Войти в огонь. Именно там вы узнаете, в чем смысл происходящего.

— Огонь очищает, — прошептала я, вспомнив вспыхнувшую надпись на горе фениксов.

— Вперед! Ведь одна из вас хочет стать супругой владыки! — голос экономки рассыпался грохотом под сводами зала.

Мы вздрогнули. Затем Элиза и Агата, повинуясь голосу госпожи Рут, зашагали к огню. Кролик Элизы заметался под ногами тэйи, а сорока Агнес летала вокруг нее, норовя попасть крыльями по лицу.

— Прекрати! Прекрати немедленно! — шуганула птицу тэйя, но сорока все не унималась.

— Ваши фамильяры попытаются вам помешать, но это часть испытания. Не поддавайтесь! — велела экономка.

Я посмотрела на спавшего Гринча, которого несла на руках. Мой фамильяр мешать мне уж точно не собирался. Мы подошли к колодцу, в котором неистово бушевало пламя. Отдельные языки пламени взметались вверх, к сводам зала, разбиваясь там, но не оставляя следов. В недра колодца вели несколько ступеней.

— Ну что, идем? — робко спросила Элиза, замирая на верхней ступеньке. Ради владыки она готова была войти куда угодно.

Пламя лизнуло нам лица. Кролик и сорока продолжали бесноваться. Я вспомнила строчки из книги, где говорилось, что фамильяр не может причинить вреда своей тэйе и должен искренне помогать ей. Посмотрев на пляшущие перед глазами языки пламени, я поймала в них отражение экономки.

— Огонь очищает, — тихо сказала я и пламя, дрогнув, показало мне то, в чем я больше не сомневалась. Вместо экономки я увидела позади себя страшную чешуйчатую тварь. — Стойте! — крикнула я не своим голосом, не давая Агате и Элизе сделать роковой шаг.

— Что такое? — удивилась Элиза.

— Это не испытание, а это вовсе не экономка! — Я обернулась к госпоже Рут, по телу которой пробегали волны магии. — Это и есть василиск!

— Я чувствовала, что с тобой будет много проблем, — не то сказала, не то прошипела госпожа Рут. Она вдруг начала меняться: тело ниже талии сковала крепкая сверкающая чешуя, а вскоре материализовался длинный и гибкий змеиный хвост. Его кончик в нетерпении постукивал по полу. Приближаться, однако, экономка пока не решалась. Видимо, ей нужно было время, чтобы полностью перевоплотиться. — Вечно ты что-то вынюхивала, следила за всеми. Как же мне хотелось от тебя избавиться, пронырливая дрянь, но вдруг именно ты оказалась бы супругой этого жалкого владыки?

— Госпожа Рут? — жалобно проговорила Элиза, наблюдая, как на глазах твердеет чешуя василиска, а я запоздало поняла, что видела на ногах экономки именно чешую, когда Гринч уронил ей на голову канделябр.

— В этом и был ваш план? Вы хотели, чтобы владыка обрел свою избранную, а потом избавились бы от нее, ведь тогда умер бы и он, — уверенно произнесла я. — И что же заставило вас передумать?

Сбоку испуганно пискнула Элиза и ахнула Агата. Руки экономки — мне было привычней называть ее так — уже прижались к телу и их сковала чешуя. Однако говорить она могла, вот только слова вырывались не из открытого рта. Василиск сбрасывал личину, посредник ему больше был не нужен.

— Неизвестный, хотя я догадываюсь, кто это был, украл трость советника Шаддара. Насколько я могу судить, трость сломана, ведь владыку Дэйварра уже не охраняют чары, наложенные советником. Расправиться с ним теперь будет совсем не сложно. Я не могла притронуться к его трости, она заговорена так, что ни василиск, ни обычный человек не может притронуться к ней. Только тэйя, та, которую охраняет Извечное Пламя, может вынести прикосновение и не погибнуть. Как удачно у меня оказалась такая бестолковая помощница!

Я мысленно выругалась. Самолично подложила такую свинью владыке, подумав не на того!

— Значит, той ночью это были вы? Не было никаких наместников? Вы придумали все это и убили родителей владыки? А я ведь сначала подумала на советника!

Я быстро посмотрела по сторонам, но ничего, что можно было бы использовать в качестве оружия, не нашлось, поэтому я тянула время, надеясь что-нибудь придумать.

— Бедняга советник! — издевательски расхохоталась экономка. — Его мрачный вид и преданность правящей семье его же и погубили. В ту ночь перед коронацией я, потомок первых василисков, прибыла вместе с наместниками в замок Грейнрокк. Внушить свою волю обычным смертным совсем не трудно. Да вы и сами могли это увидеть на балу, если бы были заняты чем-то еще, кроме как желанием покрасоваться. — Чешуя сковала почти все тело экономки, из ее глаз, звякнув, выкатились две полукруглые сферы.

— Что это? — пискнула Элиза.

— Маленькая предосторожность, тэйя. Истинный взгляд василиска способен и внушить чужую волю, и убить.

Так вот почему глаза экономки казались мне матовыми, она защищала их! Теперь же я видела бесцветные глаза василиска с черным вертикальным зрачком. Василиск, за спиной которого с громким хлопком расправились большие кожистые крылья, взметнулся под самый потолок.

— Не смотрите ей в глаза, — прошептала Агата.

— Она не может лишить нас воли, нас защищают знаки, — сказала я.

— Да, не могу, — подтвердила змея. — Но могу убить, с-с-с-совсем как мерзких драконов! Необходимость хранить ваши жизни отпала благодаря одной бес-с-с-толковой тэйе.

— Значит, это вы убили родителей Дэйварра и Дрейка той ночью? — Мне важно было услышать правду.

— Василис-с-с-с-ки — истинные правители Трэйанорра, а не жалкие ящеры, порождение нелепой магии! — прошипела змея, почти грациозно опускаясь на каменный пол. Ее зловещее шипение-свист лишало воли. — Я легко рас-с-с-правилась с отцом и матерью владыки, — глупцы вступили в бой и проиграли — они лишь успели приказать Шаддару спасти наследников. И этот выскочка ус-с-с-пел, тьма его поглоти! Он спрятал старшего наследника так надежно, что я не смогла его найти. Но он опоздал с младшим. Все, что ему удалось — это наложить защитные чары, которые ты, моя дорогая, помогла разруш-ш-ш-ить, после чего советник стер себе память о том вечере, чтобы я не смогла обнаружить старшего наследника. А дальше было совсем прос-с-с-то: я внушила Дэйварру историю о том, что во всем виноват его брат. Я вселила в него такую ненависть к брату, что глупец даже не мог спуститься в склеп. Так я оградила себя на тот случай, если бы истинный наследник вдруг надумал вернуться. С-с-с-советника же я выставила спасителем, на всякий случай, но это оказалось лишним. Смертные даже не стали разбираться, они поверят всему, что им скормят.

Странное дело, но мне хотелось смеяться. Дрейк и правда ни в чем не виноват. Мое сердце меня не обманывало!

Василиск подползал ближе, двигаясь по краю колодца. Его чешуя была похожа на сталь, ненужные пока крылья были сложены на спине. Гребни на голове мерцали так, будто были смазаны ядом.

— Вы украли мое драконье сердце. И разрушили статуи в саду. И манипулировали советником, и владыкой. Все время это были вы!

— Это было забавно. Я приказала советнику пос-с-сеять в тебе сомнения по поводу твоего фамильяра. Эта говорящая зверушка с-с-с-сразу мне не понравилась. Но когда владыка пригласил тебя на ужин, не без моей помощи, конечно, я поняла, что твой фамильяр всего лишь обычный глупый и болтливый дух.

— Зачем же вы похитили его?

— Я не хотела, чтобы эта болтливая зверушка вс-с-се ис-с-спортила, — издевательски прошипел василиск, кружа вокруг колодца.

— Но мы нашли его! — выкрикнула Элиза. — Владыка придет сюда и победит!

— Твой владыка умирает вмес-с-с-те с советником от яда, глупое дитя, я травила Шаддара все эти годы, его защита лишь недавно начала давать сбой, а когда он лишился трости, то и вовсе ослаб, — голова змеи замерла напротив меня: — А сейчас о главном! Я пронесла в замок с-с-с-своих малюток, но ты их убила, дрянь! Ты хоть знаешь, сколько нужно времени, чтобы василиски проклюнулись? Не один десяток лет! Но ты ответиш-ш-ш-шь мне за их гибель!

Я смотрела на покачивающуюся шею чудовища, потом подняла взгляд и встретилась с равнодушными змеиными глазами. Напавшие на нас с Дрейком в склепе змейки казались жалкими червяками по сравнению с шипевшим исчадием ада, чье тело было покрыто безупречной сверкающей броней. Прижимая к себе дракончика, думала лишь о том, что если это мои последние секунды, я бы хотела увидеть Дрейка. Простое, но такое заветное желание.

Змея сделала выпад, совсем рядом сверкнули парные, блеснувшие ядом клыки. Раздалось оглушительное шипение, и я, защищаясь, отступила на шаг назад. Обжигающее пламя колодца больно жгло спину. Справа громко вскрикнули Элиза и Агата.

— С-с-с-смерть, с-с-с-смерть вам! — шипела змея, готовясь к новому выпаду.

Я понимала, что бежать некуда, а защищаться нечем.

— Дрейк, я люблю тебя. Надеюсь, где-то там мы встретимся, — прошептала я, с сожалением подумав о том, как нелепо оборвется моя жизнь.

Внезапно тело Гринча нагрелось, обжигая мне руки. Я вскрикнула, а потом увидела, как золотистое облако оторвалось от фамильяра, взметнувшись к змеиной голове, припорошило василиску глаза, заставив чудовище отпрянуть. Золотистое облако взвилось под самый купол зала. Там оно приняло форму зеленого ящера, огласившего своим ревом помещение. Василиск снова зашипел.

— Сразись с равным противником! — угрожающе проревел Дрейк, распахивая огромные крылья.

— Это же, это же… — так и не договорила Элиза.

— Нас-с-с-ледник, как вовремя, — прошипела змея, сворачиваясь в кольцо. — С-с-с-сегодня решится вс-с-с-е. Ты умрешь там, где погиб первый дракон.

— Дрейк, — выдохнула я, наблюдая, как дракон пикирующим движением падает на василиска сверху, стараясь когтями выцарапать ему глаза. Василиск взметнулся вверх, будто пружина, взмахивая кожистыми крыльями. Встретившись на полпути, василиск и дракон схлестнулись в смертельной схватке.

— А-а-а-а! Живой василиск! — заголосил пришедший в себя Гринч, впиваясь в меня когтями. — Спасайся, кто может, и меня спасайте!

Я же не могла оторвать взгляд от происходящего вверху. Василиск с шипением атаковал Дрейка быстрыми выпадами. Дракон и змея, сцепившись, метались от стены к стене. Вот василиск со всего размаху приложил дракона к одной из колонн и камень начал крошиться, как печенье.

— Мама! — в страхе провыла Элиза, прикрывая голову руками от падающих камней.

— Ева, что нам делать? — спросила Агата, вцепляясь пальцами мне в руку.

— Бери Элизу и бегите в комнату советника и владыки! Помогите им! Быстрее! — прикрикнула я, видя, что Агата сомневается.

— А как же мы? Бежим следом! — завопил Гринч, глядя вслед девушкам, которые метнулись по лестнице с такой скоростью, будто голодные псы висели у них на пятках.

— Утихни. Я не оставлю Дрейка. Давай вспоминай все, что тебе известно о василисках, — велела я, отрывая от себя дракончика и отбегая подальше от жара колодца и сыплющихся сверху камней. — Живо!

— Их взгляд убивает, и нас убьет!

— Что-нибудь еще?

— Ничего-о-о-о! — проорал Гринч, залезая мне под волосы. Его хвост крепко обвился вокруг моей шеи, грозя задушить.

— Взгляд, взгляд, взгляд… Убивающий взгляд… Зеркало! Живо! — покопавшись в памяти, выпалила я.

— Какое еще зеркало? — не понял Гринч.

— Лети и зеркало мне раздобудь! — велела я, оглядываясь по сторонам. — Если василиск увидит себя в зеркале, ему хана! — от волнения все литературные слова горохом высыпались из памяти.

— Что?

— Потом объясню! Лети за зеркалом!

— Мы в зале первого дракона, здесь должно быть зеркало! — перекрывая шум, прокричал Гринч.

— И где оно?

— Ищи! — велел Гринч, прячась под моими волосами.

Вверху раздался оглушительный рык. Я вскинула голову, чтобы увидеть, как Дрейк, несколько раз перевернувшись в воздухе, падает вниз. Казалось, даже замок вверху покачнулся, когда тяжелое тело дракона упало на каменный пол.

— Дрейк! Осторожно! — крикнула я, увидев, что василиск, широко раскрыв пасть, собирается упасть на дракона.

— С-с-с-смерть драконам!

Дрейк уклонился в последний миг, и василиск впился зубом в кожистое драконье крыло. Дрейк зарычал, смыкая зубы на змеиной броне. Я услышала звук, какой бывает, если провести по металлу чем-то острым. Громадные ящер и змея, вцепившись друг в друга, катались по полу. Пламя в колодце, будто чувствуя жаркую битву заполыхало еще ярче, норовя слизнуть противников.

— Ищи зеркало! Живо! — прогнав Гринча с плеча, я по стенке рванула к колоннам, лихорадочно ощупывая обвивших их каменных драконов.

Гринч метался рядом. То и дело бросая взгляд на поливавшего огнем Дрейка, я вслепую шарила по драконам, смутно представляя, что делаю. Жаль, что василиску драконий огонь не причинял существенного вреда. Внезапно под пальцами что-то щелкнуло, и из драгоценных глаз каменного дракона полился белый свет.

— Гринч, нажимай драконам на языки! — велела я.

Обгоняя друг друга, мы с Гринчем метались между колоннами, едва уворачиваясь от струй огня и крошившегося камня. Когда глаза семи из восьми драконов зажглись потусторонним светом, меня что-то больно ударило по спине. Вскрикнув, я упала, так и не успев нажать на язык последнего, восьмого дракона.

— С-с-с-смерть! — прошипел василиск, обрушиваясь на меня сверху.

Я закричала и откатилась в сторону, не соображая, что делаю, а действуя по наитию. Перед глазами мелькнул маленький зелёный росчерк. Гринч, несмотря на свои размеры, отважно нападал на василиска, целясь ему в глаза и прицельно плюясь огнем. Я почти на четвереньках подобралась к тому месту, где без сознания лежал зелёный дракон.

— Дрейк, нет! — истерично выкрикнула я, глядя на неестественно вывернутое крыло дракона и безжизненно вывернутую шею.

Услышав шипение, я подняла голову и увидела, что василиск несётся на меня. Я вскочила на ноги и спотыкаясь рванула к лестнице. Поднявшись на несколько ступеней, оглянулась. Змей был уже рядом. Его смертоносная пасть с длинным раздвоенным языком и клыками мелькала рядом.

Гринч спикировал на чудовище откуда-то сверху, целясь в глаз. Ему удалось подцепить когтями веко василиска. Тот, неловко дернувшись, попытался скинуть дракончика и, изменив направление, оказался рядом со мной, врезавшись в лестницу и стену рядом. Я неловко шагнула с лестницы и оказалась на спине василиска, животом упав на его спину и мертвой хваткой вцепившись в основание змеиных крыльев.

Чудовище зашипело, заметалось, пытаясь сбросить меня, но я понимала, что от того, удержусь ли я, зависит моя жизнь. Василиск пролетел над Дрейком, взметнулся вверх, под самый купол. Наперерез ему внезапно взметнулся зелёный ящер. Из-за перебитого крыла полет его был рваным.

Дрейк с налёту вцепился зубами в змеиную шею и принялся трепать василиска, будто игрушечного.

— Гри-и-и-инч! Врубай! — закричала я, мотаясь на шее василиска из стороны в сторону и надеясь, что фамильяр меня поймет.

Дикий скрежет больно резанул по ушам, и неожиданно купол вместо каменного стал зеркальным. В нем отразились все восемь драконов с горевшими глазами, мое безумное лицо, изумрудный дракон с окровавленной мордой и сломанным крылом и шипевший василиск. Я будто в замедленной съёмке видела, как василиск, издав жуткий свист, встречает собственное отражение в зеркальном потолке, а потом его тело становится странно тяжёлым и каменеет чешуя.

В следующий миг я поняла, что змеиное тело подо мной больше не парит в воздухе, а, набирая скорость, падает прямо в огненный колодец внизу. И я падаю вместе с ним. Разжав руки и закричав от страха, я успела только понять, что столкнулась в воздухе с чем-то тяжелым, а затем все поглотила тьма.