Глава 10

— Что ты здесь делаешь? — прошептала я, бросая взгляд на сладко посапывавшего Гринча и приказывая себе стереть с лица глупую улыбку.

— Ты нашла драконье сердце, — вместо ответа сказал Дрейк, делая ко мне шаг.

Я отступила обратно к двери.

— И что с того? Ты пришел за ним? — Я вспомнила слова Гринча о том, что камень могут украсть.

— Нет. Зачем мне оно, — пожал широкими плечами Дрейк, делая еще шаг.

— Не подходи ближе или я закричу! — пригрозила я свистящим шепотом.

— И чего ты этим добьешься? — насмешливо поинтересовался Дрейк, возвышаясь надо мной.

Он положил ладони по бокам от меня, и я оказалась в кольце его сильных рук. Я поймала себя на том, что исходящий от Дрейка запах — терпкий, мужской, напоминающий дорогой парфюм, — мне приятен.

— Послушай, я знать не знаю, почему ты выбрал именно меня для своих визитов, но мне это совершенно не нравится.

— А стук твоего сердца говорит иное, — усмехнулся Дрейк, проводя костяшками пальцев по моей щеке.

— Прекрати, — прошипела я, упираясь ладонями в грудь мужчины. — Да кто ты такой, в конце концом и как тебе удалось пройти сюда незамеченным?

— Если бы я знал, обязательно удовлетворил бы твое любопытство. Но я не знаю, — чуть сведя темные брови, сказал Дрейк. — И поэтому мне нужна твоя помощь.

— Тебе? Моя? Да мне бы самой кто помог!

— Помоги мне вспомнить. Вспомнить все, Ева, — мое имя Дрейк почти выдыхал, отчего внутри меня что-то сладко сжималось.

— Может быть, тебе обратиться к владыке или советнику? Говорят, он довольно предприимчивый, — вспомнив рассказ Бланш, посоветовала я, напряженно вглядываясь в мужественное лицо Дрейка. — Я ведь сама вроде как не должна здесь находиться, так что я не самый лучший помощник.

Дрейк нахмурился.

— Я уверен, что помочь мне можешь только ты, — тихо сказал он, скользя по моему лицу взглядом. — Не случайно я встретил именно тебя. Ты поможешь мне, Ева? — снова выдохнул дракон мое имя. Звук его низкого голоса отозвался пробежавшими по телу мурашками.

Я думала недолго. А вы бы смогли отказать, если бы вас попросил тот, чей образ являлся вам во снах весь прошлый месяц? Вот и я не смогла.

— И что нужно делать? — вздохнула я. — Судя по всему, поцелуй не помог.

— А должен был? — приподнял темную бровь Дрейк.

Я пожала плечами. Присутствие Дрейка нервировало меня, и я несла чушь.

— Ну знаешь, сила волшебного поцелуя, снимающего все заклятия…

— А может быть, все дело и правда в нем? — задумчиво проговорил Дрейк, проводя пальцами по моей шее. — Я вспомнил свое имя, а сегодня оказался здесь… Так может быть, нам стоит продолжить?

— Нет! — прошипела я, хлопнув по груди мужчин ладонями. — Даже не думай!

Дрейк усмехнулся, но лишь крепче прижал меня к себе. Его губы оказались в опасной близости от моих.

— Гринч! — заорала я во всю мощь легких. — Сейчас же проснись! На помощь!

— Ну что такое? — недовольно отозвался дракончик. Стоило ему приподнять голову, как Дрейк в тот же миг растаял в воздухе.

— Пока ты дрыхнешь, как сурок, по моей комнате шастают все, кому не лень!

— Кто? — подозрительно принюхался дракончик.

— Здесь был Дрейк!

— Какой еще Дрейк? Ты перегрелась?

— Такой, которого я встретила у пруда, а потом еще раз, когда ты поприветствовал макушкой дерево. И вот опять! Стоило мне зайти в спальню, а он здесь! Хорош же из тебя помощник! Меня убьют, а ты и крылом не поведешь!

Гринч начал принюхиваться.

— Здесь нет никаких посторонних запахов.

— Но это не отменяет того факта, что здесь был дракон!

— А, так он еще и дракон? — фыркнул Гринч. Струйка вырвавшегося из его ноздрей дыма запачкала светлое покрывало кровати. — И он пытался тебя убить?

— Эм-м-м, нет, он пытался меня поцеловать.

— Тогда он действительно очень опасен, — фыркнул Гринч.

— Он ничего не помнит. Точнее, он раньше ничего не помнил, но потом вспомнил свое имя, — путано объяснила я, выуживая из шкафа ночную сорочку. — А еще он просил помочь ему вспомнить, кто он такой. Представляешь? Как будто мне своих проблем мало!

— А на ужине вам случайно не подавали грибы под названием «Шляпа ведьмы»? Говорят, от них случаются разные видения, — со знанием дела заявил Гринч.

Фыркнув, я скрылась в ванной комнате, где быстренько переоделась. В спальню я вернулась, для начала выглянув из-за двери, но там был только Гринч, летавший по комнате.

— Если ты говоришь правду, то очень странно, что я не могу никого почувствовать. Драконий нюх, знаешь ли, мощная штука.

— Я запрещаю тебе спать, фамильяр, — велела я, забираясь под одеяло.

— Прикажешь охранять твою добродетель? — расхохотался дракончик, переворачиваясь от смеха в воздухе.

— Гринч, я серьезно! А если этот самый Дрейк украдет драконье сердце или твою монетку?

Дракончик тут же метнулся проверять спрятанное золото.

— Ладно, — проворчал он, обнаружив монетку на прежнем месте, — так уж и быть. Побуду твоим верным стражем. Но учти, завтра на испытании от меня помощи не жди. Вряд ли бессонная ночь пройдет бесследно для моих исключительных способностей.

— Как будто ты помогал мне до этого, — хмыкнула я, укрываясь одеялом и стараясь прогнать из мыслей образ Дрейка.

Проснувшись наутро, я обнаружила, что Гринч дрыхнет на подушке рядом со мной. Он лежал на спине, раскинув крылья в стороны, изредка подергивая лапами. Видимо, ему снилось что-то тревожное.

Айза помогла мне облачиться в простое хлопковое платье нежно-розового цвета, потом принесла легкий завтрак и тарелку мяса для дракончика. Гринч проснулся, только когда я поводила кусочком у него перед носом. Он тут же открыл глаза и резко выхватил у меня из пальцев кусочек.

— Ты самый худший сторож из всех, что мне встречались, — резюмировала я, глядя как Гринч лихо расправляется с завтраком.

— Но ты ведь жива. И твоя добродетель все еще с тобой, — нагло заявил он, а мне оставалось только покачать головой.

В комнату заглянула госпожа Рут. При каждом шаге экономки на ее поясе звякала связка ключей.

— Тэйя, вы готовы? Всем девушкам и фамильярам необходимо собраться около главного входа в замок.

Велев Гринчу не отставать, я вышла в общую гостиную. Экономка точно так же обошла все комнаты, собирая девушек, затем мы дружно поплелись за смотрительницей. Я отчаянно зевала в кулак. Мне плохо спалось. Все мерещилось чье-то присутствие.

Когда мы оказались у главных ворот замка, выяснилось, что там уже ожидают владыка Дэйварр и советник Шаддар.

— Доброе утро, тэйи, — улыбнулся владыка. — Надеюсь, вы хорошо отдохнули, ведь сегодняшнее испытание потребует от вас выдержки и мужества. Прошу, — владыка указал рукой на пять карет, ожидавших поодаль.

— Мы куда-то поедем? — кокетливо спросила Грета. Хорек обвился вокруг ее шеи наподобие меховой горжетки.

— Нет, будем просто сидеть внутри, — проворчал мне на ухо Гринч. Я приставила к его морде палец, приказывая молчать.

— Верно, тэйя. Испытание будет проходить у подножия Облачных Гор. Разбейтесь на пары и занимайте места в каретах.

Ко мне тут же подошла Матильда. Замешкавшаяся Элиза растерянно замерла, но к ней уже заспешила Мэйли. Бланш объединилась с Гретой, а Лилиан, сморщив нос, стояла в одиночестве, пока к ней робко не подошла Агнес.

Вскоре все заняли места в каретах.

— Привет, морская свинка, — не упустил случая открыть рот Гринч.

— Веди себя вежливо, — строго сказала я. — Матильда тоже хочет покинуть отбор, мы решили объединить усилия.

— Ты поможешь мне, Ева? — умоляющим тоном попросила Матильда, когда карета двинулась. Морская свинка в руках девушки тихонько попискивала.

— Мы же договорились, — улыбнулась я, подумав, что теперь мне так и так нужно постараться пройти дальше и помочь ещё и Дрейку.

— Если бы и мой дух-помощник понял, что я не хочу участвовать, ведь именно он отыскал драконье сердце, — вздохнула Матильда.

— Могу держать его, пока вы будете проигрывать, — кровожадно предложил Гринч. Матильда инстинктивно прижала к себе морскую свинку. Было видно, что Гринчу она не доверяет.

— Утихни, — велела я дракончику.

— Какие вы скучные, — проворчал Гринч, перелетая с моего плеча на окно кареты и удерживаясь лапами на шторке.

Остаток пути проделали в молчании. Минут через двадцать мы услышали окрик кучера, и карета, качнувшись в последний раз, остановилась.

Выбравшись из кареты, мы увидели, что действительно оказались у подножия замка, чья подсвеченная полуденным солнцем громада возвышалась над нами. Облачные Горы получили свое название не зря — очертания замка терялись в густых облаках где-то высоко вверху. Отсюда темные шпили замковых башен выглядели мрачно. Но ещё мрачнее казался темный ход в самое сердце шор, заложенный огромным валуном. Я быстро оглянулась. Не только на одну меня все это произвело угнетающее впечатление: тэйи выглядели напуганными.

Почувствовав пробегающие по телу мурашки, я быстро растерла заледеневшие руки.

— Тэйи, внутри этих гор живёт Дух Первого Дракона. Если он посчитает вас достойными, вы обнаружите внутри символы жизни. Сколько их и кому именно они достанутся, я не знаю, это решит Дух Первого Дракона.

— И что нужно делать? — жалобно спросила Бланш. — Я побаиваюсь темноты, владыка.

— Не бойтесь, тэйя, цель Духа Первого Дракона не испугать, а лишь испытать вас.

Я посмотрела на советника. Сегодня он был молчалив и бледен и, казалось, владыку не слушал.

Владыка Дэйварр подошёл к закрывавшему вход валуну, положил на него руки и что-то тихо проговорил. Валун окутался лиловым туманом, а затем с диким скрежетом раскололся на две половины, разъехавшиеся в стороны.

— Проходите, тэйи. Пусть Извечное Пламя принесет удачу каждой из вас.

Я и остальные тэйи робко подошли к темному провалу. Чернота совершенно не манила, что бы там владыка ни говорил о живущем внутри добреньком духе.

— У меня чешуя чешется, а это не к добру, — заявил Гринч. Кошка на руках у Мэйли зашипела, а сорока Агаты застрекотала и забила крыльями, стоило девушкам подойти ближе.

Вначале темный проем оставался таким же темным, но тут Лилиан, пренебрежительно фыркнув, сделала ещё шаг, ступив внутрь, и темнота озарилась сотнями зажегшихся по бокам огней. Длинный коридор уводил внутрь, в самые недра гор.

Я оглянулась, посмотрев на очертания владыки и советника. Огромный валун, будто только этого и ожидавший, громко скрипнул и наглухо закрыл проход.

— А-а-а! Нас заживо похоронили здесь! Я не хочу умирать! Спасите! — закричала Грета, подбегая к валуну и стуча по нему кулачками. Хорек скалился с ее шеи, обиженно фыркая. — Владыка Дэйварр! Помогите!

— Грета, тише, — поспешила успокоить девушку Мэйли, — неужели ты думаешь, что владыка бы пошел на такое? Это всего лишь испытание, которое нужно пройти.

— Я боюсь! — истерически выкрикнула Грета.

— Какой кошмар, и это она еще даже с духом не встретилась, — проворчал Гринч мне в ухо.

— Ай! — вскрикнула вдруг Элиза.

Вырвавшийся из ее рук кролик рванул куда-то влево в одну из расщелин-коридоров, которые во множестве темнели по бокам.

Внезапно с фамильярами стало твориться что-то непонятное. Сорока Агнес, бешено застрекотав, улетела в другую расщелину, кошка Мэйли, громко мяукая, рванула вправо, лишь ярким росчерком мелькнул ее рыжий хвост.

— Мой хорек! — вскрикнула переставшая биться в истерике Грета. — Хвостик, вернись!

Жаба Лилиан, квакая, устремилась вперед. Белка Бланш и морская свинка Матильды, будто сговорившись, одновременно соскочили с рук девушек и понеслись в разные стороны.

Тэйи, на разные голоса призывая своих фамильяров, бросились за ними. Вскоре их крики замерли вдали. В коридоре осталась одна я. И Гринч.

— А ты почему здесь? — поинтересовалась я, глядя на дракончика. — И с чего это фамильяры словно взбесились?

— Понятия не имею, — ответил дракончик. — Но, похоже, нам надо идти вперед.

Словно подтверждая его слова, впереди зажегся яркий голубоватый свет. Он манил, разгораясь все ярче, звал посмотреть, что находится там, дальше. Я сглотнула.

— Ладно. Вперед, так вперед, хотя мне все это совершенно не нравится. Может быть, ты слетаешь и посмотришь, что там?

— Нашла болвана, — опасливо фыркнул дракончик, устраиваясь на своем излюбленном месте — моем плече.

— А вдруг там драгоценности или золото?

— Ну уж нет, — отказался Гринч. — И скажи спасибо, что я вообще здесь.

— Вот уж спасибо, — пробормотала я, опасливо продвигаясь вперед.

Тишина давила на уши, а от прошедшего по телу озноба я обхватила себя руками, надеясь хоть немного согреться. Обернувшись, увидела, как факелы позади меня гаснут, словно отрезая путь назад.

Я шла и шла, а ослепительный свет все приближался. Коридор постепенно расширялся, пока не привел меня в зал с круглыми стенами. В центре зала, над прозрачным хрустальным постаментом прямо в воздухе висело огромное драконье яйцо, состоявшее, казалось, из миллиона крохотных чешуек, переливавшихся всеми оттенками голубого. Яйцо медленно вращалось, наподобие диско-шара, разливая яркий свет, бросавший блики на стены и заливавший пещеру мистическим сиянием.

Стоило мне сделать еще шаг, как свет стал совсем ослепительным. Я поспешно прикрыла глаза ладонями, боясь ослепнуть. Странно притихший Гринч никак не комментировал происходящее, я почувствовала лишь, как он теснее прижался к моей шее, будто в поисках защиты.

Внезапно около меня пронеслось что-то невидимое, горячее, могущественное. Завертелось, закружило вокруг, словно ощупывая, проверяя, стараясь проникнуть под самую кожу.

Ощущение было странным: обжигающие языки пламени почти яростно касались лица и рук, а я боялась отнять ладони от глаз из опасения лишиться зрения. Даже сквозь ладонь и закрытые веки яркий свет слепил меня. Стоя в вихре из сполохов света и чувствуя, как древняя сила опутывает все тело, словно паутина, я вдруг услышала раздавшийся громоподобный голос:

— Дух Первого Дракона говорит с тобой, избранная Извечным Пламенем тэйя. — Голос был таким оглушительным, что мне захотелось зажать уши ладонями, но они были заняты. Я пожалела, что у меня нет еще парочки рук, как у какой-нибудь индийской богини. — Не бойся, смертное дитя. Я не могу причинить тебе вред, пока на тебе знаки избранной, а твои помыслы чисты. Открой же свои глаза и взгляни в глаза Духа Первого Дракона.

Я осторожно убрала ладони от лица и, прищурившись, заморгала. Вокруг меня был туман, я словно оказалась в плотном непроницаемом коконе. Теперь я даже не знала, в какой стороне выход. Парившее же над постаментом яйцо раскрылось на манер цветка, в сердцевине которого клубилась плотная лазурная дымка с мерцающими внутри сапфировыми молниями. Из дымки на меня смотрели желтые глаза с вытянутым зрачком — глаза дракона.

Не в силах противиться древней воле, я, словно загипнотизированная золотистыми искрами в глубине драконьих глаз, подошла ближе.

— Что ты хочешь получить от отбора? Расскажи мне о своих желаниях, тэйя.

— Я не тэйя.

— А кто же ты? — равнодушно поинтересовался голос. — Я вижу знаки.

— Я обычная девушка, оказавшаяся в Трэйанорре и на этом отборе по ошибке. Если ты действительно могущественный дух, отправь меня обратно, — попросила я.

— Ты и правда хочешь покинуть Трэйанорр?

— Да.

— Подумай хорошенько, ведь ты можешь стать великой. Только представь: прекрасная драконья королева составит пару владыке. Весь Трэйанорр может стать твоим, ты обретешь крылья и драконью сущность, тебе будут поклоняться и приносить дары. Только ты сможешь дать продолжение драконьему роду, — искушал голос и глаза.

— Но я лишь… — я замолчала на полуслове.

Речи Духа казались такими разумными, такими привлекательными. Я уже словно наяву видела картины своей будущей жизни с Дэйварром. Вот мы вместе идем к алтарю, а подданные склоняются перед нами, вот укачиваем нашего общего ребенка, наследника Трэйанорра, вот я сижу рядом с владыкой на троне, а на моих волосах красуется корона с чистейшими изумрудами, а вот я, обернувшись драконицей и раскинув кожистые крылья, лечу рядом с владыкой, легко лавируя в потоках воздуха. Все эти видения в один миг пронеслись передо мной в отражении драконьих глаз.

— Ай! — вскрикнула я. Гринч вцепился острыми зубами прямо в мочку моего уха.

— Не слушай его! — зашипел фамильяр.

— Почему? Он обещает мне могущество. Кем я была в своем мире? Обычной учительницей, а здесь я смогу достичь величия!

— Ты только послушай себя! Слушать противно! В тебя, что, вселилась та девчонка, Лилиан? А ну прекрати, или подожгу твои волосы!

Слова у Гринча с делом не расходились. Он чуть дохнул, и запах паленых волос моментально привел меня в чувство. Замахав руками, чтобы сбить пламя, я смогла наконец оторваться от созерцания фосфоресцирующих глаз дракона и избавиться от нарисованных им соблазнительных картин. Мне вдруг стало безумно стыдно.

— Ну так что, тэйя, подарить тебе возможность победить? Я могу это сделать. Нужно всего лишь твое согласие.

— Нет-нет, — поспешно ответила я, стараясь смотреть мимо желтоватых глаз. — Благодарю за предложение, но я, пожалуй, откажусь. Я лишь хочу вернуться домой. Я… — Я замолчала, вспомнив о своем обещании Дрейку и Матильде. — Хотя… Нет, постойте! Я должна помочь одному человеку, точнее дракону… И еще одной девушке.

— А не ты ли просила помочь тебе вылететь с отбора? — ехидно прошипел мне на ухо Гринч. — Вот он, твой шанс!

— Значит, ты отказываешься от моей помощи, тэйя? — прогрохотал голос.

— Да!

— Что ж, будь по-твоему, — произнес Дух.

Внезапно слева и справа от меня туман рассеялся, и оказалось, что вокруг драконьего яйца стоят все тэйи. Видимо, все ходы пещер вели сюда, в самое сердце гор, и Дух разговаривал одновременно со всеми девушками, но плотная магическая завеса блокировала звук.

Я пораженно переглянулась с остальными. Все тэйи выглядели растерянными и бледными. Видимо, подлый Дух соблазнял и их картинками чудесной жизни вместе с владыкой.

— Подойдите, избранные Извечным Пламенем, и возьмите то, что причитается каждой из вас. Но помните, что символов жизни всего семь.

Голос смолк, а на каждом «лепестке» яйца, мерцая, появилось по драконьему яйцу поменьше.

Я видела, как Лилиан, не раздумывая, первой подошла к яйцу и взяла его в руки. Рассыпавшиеся от чешуек отблески голубоватых искр, падавшие на ее лицо, придавали ему какое-то демоническое выражение. Лилиан точно ни разу не сомневалась в том, что место рядом с владыкой принадлежит ей.

Лепесток, как только с него убрали яйцо, тут же поднялся вверх. Яиц осталось шесть. Второй подошла Элиза, а затем, осмелев, забрали символы жизни и другие тэйи. Остались только я и Матильда.

Я не мигая смотрела на сверкающее яйцо. Вон он, шанс лишиться символов тэйи и вернуться домой. Посмотрев на Матильду, поймала ее умоляющий взгляд и ощутила прилив раскаяния. Нет, я не могу уйти сейчас. Матильда нуждается в этом больше.

— Ты и правда хочешь покинуть отбор? — просила я Матильду.

Девушка, плотно сжав бескровные губы, решительно кивнула.

— Уверена? — еще раз спросила я.

— Да.

Тогда я, чтобы не передумать, быстро прикоснулась пальцами к яйцу, опасаясь, что оно обожжет меня, но символ жизни оказался холодным. Осмелев, я сняла его с лепестка, не удержавшись и еще раз взглянув в глубину дымки, в которой продолжали сверкать драконьи глаза. Но вместо глаз я увидела там знакомый зал — картинную галерею. Видение было мимолетным, я моргнула, и оно пропало, а лепесток плавно поднялся вверх. Теперь передо мной снова было яйцо, горевшее мягким синим светом.

— Мои знаки! Они исчезают! — радостно выпалила Матильда.

Я обернулась к девушке, чтобы увидеть, как с ее ладоней, становясь прозрачными, исчезают метки тэйи. Мигнув напоследок, они пропали совсем. Одновременно с этим морская свинка Матильды, сидевшая у девушки на плече, замерцала и просто растворилась в воздухе.

— Ну вот, а я к ней уже привыкла, — вздохнула девушка, потом взглянула на меня: — Спасибо, Ева. Не знаю, как и благодарить тебя.

— Никак, — улыбнулась я. — Возвращайся к своему любимому и будьте счастливы.

Пока мы возвращались обратно, а остальные тэйи выспрашивали у Матильды, почему она не взяла яйцо, я пыталась понять, почему увидела в голубой дымке картинную галерею. Если Дух Первого Дракона показал мне ее, значит, выход один — я должна там побывать.

Поймав себя на том, что вместо того чтобы удрать с отбора, я лишь сильнее увязаю в происходящем, я поспешила прогнать неудобные мысли, тем более что впереди маячил выход и темнели фигуры владыки и советника.