Глава 15

Барбара просчиталась в одном: мне не было нужды ломать комедию перед Аластаром.

Первым делом я осмотрела наш шатер. Частично я его уже видела через зеркало, но составить личное впечатление все равно не помешает. Внутреннее устройство было разумным. Большое прямоугольное пространство, размером как две с половиной наши комнаты в общаге, было разделено плотной перегородкой четко посередине. В ней имелся проход, прикрытый пологом.

Перегородки были сделаны из толстых выделанных шкур, сшитых между собой. Их туго натянули между балками под потолком и деревянным настилом на полу, который сплошь покрывали ковры.

Посреди моей половины была организована квадратная комнатка, с такими же стенками. Внутри — оборудована уютная походная спальня с застеленной кроватью, перед которой лежала белая пушистая шкура. На стене рядом красовался красивый гобелен со сценой охоты.

Пространство позади спальни занимали многочисленные сундуки. Слева было окошко на улицу, при необходимости его можно было закрыть или открыть. Там же стоял письменный стол и пара стульев.

Справа в закутке между стенкой спальни и перегородкой, пряталась самая натуральная ванная! Точнее, там стояла большая деревянная лохань, а рядом — умывальник. На крючке висели чистые полотенца. А за лоханью притаилась фарфоровая ночная ваза. Белая, покрытая перламутровой глазурью.

— Мило! — Я улыбнулась, решив, что лучше на улицу в уборную сгоняю лишний раз.

Чего не хватало на моей половине, так это выхода, поэтому я заглянула на соседнюю.

— Ал?

Принца здесь не было, и я осторожно просочилась без разрешения. Осмотрелась. Любопытно же, что тут и как устроено. Да и не думаю, что принц будет против. Тем более что выход из шатра тоже располагался здесь, значит, я могла спокойно проходить.

Обстановка на мужской половине симметрично повторялась. Разве что спальня была поскромней: без белой меховушки на полу и гобелена. Ну и ночной вазы в закутке не наблюдалось.

Представив, как застаю принца сидящим на такой милоте, прыснула от нелепости и вдруг ощутила на талии чьи-то руки!

Ну это зря. Тот, кто решил меня напугать, очень плохо подумал. Пугаюсь я громко. Так громко, что пугающему мало не покажется. Ну и рука у меня тяжелая. Колька соврать не даст.

Завизжав, я рванула вперед, одновременно резко оборачиваясь и замахиваясь. Про топор в руке я позабыла. Какой-то он уже стал привычный, будто продолжение конечности. Может, не отдавать его деду?

— А! — как-то тоненько вскрикнул принц Чарминг… То есть, Персиваль. С искаженным от испуга лицом он отпрыгнул от меня подальше и вытаращился на топор, а потом наконец совладал с первым впечатлением и спросил: — В-ваше высочество, ч-что это?!

— Оберег, ваше высочество, — ответила я, пытаясь успокоить разошедшееся сердце, и пояснила: — От дурного глаза и головы.

— Остроумно! — похвалил Перси, перестав заикаться.

Быстро он с нервами справился.

— Спасибо.

Вблизи Персиваль оказался еще более красивым, чем через зеркало. Вот только его духи мне совершенно не зашли. Какие-то откровенно бабские. Или это у него так шампунь благоухает?

Взгляд принца мне не понравился еще больше. Какой-то пошленький такой взгляд. Прямо фу!

— Ваше высочество, не думаю, что ваше присутствие здесь уместно, — намекнула я, чтобы выметался.

— Да ладно тебе, Барби, — фамильярно обратился ко мне Перси, подходя ближе вальяжной походкой. — Я пришел сказать, что ты моя фаворитка на этом отборе.

— А что, есть какой-то другой? А какие там правила? — тут же насторожилась я.

— Отбор, конечно же, один. И ты произвела на меня самое лучшее впечатление. Я буду болеть за тебя.

Я несогласно махнула топором, заставив Персиваля снова отступить на шаг.

— Нет-нет! Это не честно, ваше высочество! Все должны быть в равных условиях!

Уж не знаю, как принято у этих высочеств, но не собираюсь я шуры-муры с организатором крутить на таком ответственном мероприятии.

Персиваль мгновенно вынул взгляд из моего декольте и принял благочестивый вид.

— Поздравляю, ваше высочество! Вы только что прошли второе мое испытание — испытание добродетели.

Я нахмурилась, пытаясь понять, что он имеет в виду, и уточнила на всякий пожарный:

— А кто-нибудь не прошел?

— Нашлись такие. Уже домой едут, — ответил Перси.

— Так вот чем от вас несет, ваше высочество! — выдала я с заметным облегчением. — А я еще думаю, чего духи баб… Бабочками пахнут. Неподобающе для такого видного мужчины.

Щека Перси дернулась, и он потянул носом, словно пытаясь понять, о чем я говорю. И тут в шатер вошел Аластар. Увидев гостя, он нахмурился.

— Персиваль? Что ты здесь делаешь?

— Хотел убедиться, что у ее высочества Барбары все в порядке.

— У меня все в порядке! — подтвердила я, широко улыбнувшись, и поправила диадему топором.

Ну а что? На таксиста тогда подействовало, может, и на принце сработает?

Перси, скомканно попрощавшись, ретировался, а Аластар уставился на меня с недоумением.

— Птичка, зачем тебе топор?

— Оберег. Видишь, как от злых духов помогает.

Ал расхохотался, оценив шутку, а затем серьезно так поинтересовался:

— Зачем он приходил?

— Сама не поняла… Схватил меня за талию, я его едва топором не отоварила. Прибила бы ненароком принца, вот был бы номер…

— Я бы и сам его прибил за такое! Если бы не Барбара, уже вызвал бы его на дуэль.

— Не надо дуэли. Убьешь, будешь с сестрой мучиться. Нам же надо, чтобы Перси ее в жены взял? — заметила я.

— Надо. Но пусть сначала женится, а потом руки распускает, любитель портить девок… — пробурчал Аластар.

Мне показалось, что принца так и тянет сплюнуть, да воспитание не позволяет и новые ковры.

— Да, намерения у него были не самые прозрачные. Это верно. Интересно, Перси так по всем шатрам уже прошелся?

— По многим. Несколько девушек передумали участвовать и уехали.

— Бедняжки!

— Счастливицы! — поправил меня Ал и спросил: — Есть хочешь?

— Очень!

Мы не пошли к общему котлу. Как и многие, поужинали на улице у своего шатра, любуясь природой и закатом. Аластар вынес для нас столик и стулья. Сам накрыл. Я искренне наслаждалась простой едой — на ужин у нас была картошка с мясом и подливой, приготовленные на огне, чай и свежие фрукты.

Насытившись, я разглядывала обстановку в лагере.

— А у остальных шатры поскромнее будут.

Большинство напоминали обычные палатки, и наше жилище на их фоне выглядело, как городская ратуша.

— Это казенные шатры для тех, кто свои привезти не догадался, — пояснил Ал.

— Выходит, ты один такой предусмотрительный?

— Слишком хорошо знаю Перси. Подозревал, что он устроит что-то подобное.

— Какой он, принц Персиваль? — спросила я. Ал напрягся и ревниво сузил глаза, так что я поспешила добавить: — Пока я увидела лишь позера и бабника.

— Таков он и есть. — Аластар усмехнулся. — Но сражался с культистами храбро. Этого у него не отнять.

— А меня с топором испугался, — заметила я мстительно.

— Я тоже тебя с топором испугался, — признался Ал. — Просто вида не подал. Ну, знаешь, это как со злыми собаками. Нельзя демонстрировать, что их боишься, чтобы не напали.

— Ал! — возмутилась я, и принц усмехнулся. — А что Перси любит? — спросила я после паузы.

— Женщин. Много разных женщин.

— Я про еду!

— А… Ну… Не знаю, если честно. Говорил как-то, что клубнику с молоком в детстве обожал, но у него от нее щеки краснели, и родители запретили.

— Ага! Значит, есть все-таки у него аллергия!

А Барбара утверждала, что Перси идеален. Совершенно принцесса не интересуется человеком, за которого замуж собралась. Вот поженятся они, и устроит она игрища: сливки там всякие и ягодки. А у него как отек квинке случится! И тю-тю.

— Интересно, а на молочку у него реакция или на клубнику? — пробормотала я вслух.

Аластар пожал плечами.

— Персиваль в детстве был полным ребенком, и родители ограничивали его в сладостях. Может, и клубника с молоком заодно под раздачу попали? Молоко-то он на моих глазах пил сотню раз и не помер. Да и ягоды разные только так трескал. Однажды клубнику в огороде увидел, так его даже затрясло…

Говоря это, принц смотрел куда-то в сторону. Туда, где за вершины черного леса, садился оранжевый солнечный диск.

И я вдруг подумала, что эти два таких разных принца пережили то, чего никому не пожелаешь. Но что такого могло случиться, если человек, у которого всегда было все, до трясучки радуется обычной клубнике?

Лучше бы и не знать, наверное. Но теперь я понимала, почему Персиваль устроил весь этот отбор в таком формате.

Не знаю, в каких далях сейчас витал Аластар, но мне ужасно захотелось вернуть его в реальность

— Удивительно, что Барбара выбрала тебя в компаньоны, но я ей за это очень благодарна.

Я накрыла руку принца своей, и Ал на миг закаменел, а затем медленно перевернул кисть так, что мои пальцы оказались в его ладони, и легонько сжал.

Бабочки, звездочки, птички, единороги! Как же это было романтично!

Романтичнее в моей жизни момента еще не бывало!

Боясь поднять взгляд на принца, я пробормотала:

— Поздно уже…

— Верно. Пора идти спать. Только подожди, я ванну организую.

— А помывочные? — Я указала подбородком в нужную сторону.

— Это для тех, у кого нет такой замечательной ванной комнаты. И меня.

Аластар не просто наполнил обе наши ванны, но еще и нагрел в них воду магией.

— Проверяй, Птичка, достаточно ли горячо? — спросил он, стоя за моей спиной.

— Горячо… — выдохнула я, чувствуя целый спектр ощущений, и тут же поправилась: — Нормально! В самый раз! Мне нравится!

Принц усмехнулся.

— Ну, тогда спокойной ночи! Зови, если что-то понадобится. Не стесняйся.

Он вышел, а я по-прежнему не оборачивалась, скрывая пылающее лицо.

Встряхнувшись, скинула оцепенение и успевшее опостылеть несвежее платье. Тяжелые же они — принцессьи наряды! А затем разделась до конца и сделала то, о чем мечтала половину дня — забралась в ванну!

— М-м-м! — простонала довольно. — Разве что пены не хватает…

— Посмотри в шкафчике над умывальником, — тут же раздалось из-за перегородки.

Только сейчас я осознала, что Ал совсем рядом и, судя по едва слышному всплеску, как и я, принимает ванну!

Кайенский перец! Что он со мной делает?

— Нашла? — уточнил принц.

— Угу! — невнятно пискнула я, рыская в шкафчике.

Там среди изящных стеклянных бутыльков с лаконичными этикетками нашлась и пена, и мыло, и шампунь для волос, и мочалка.

— Птичка, ты пену добавила?

— Нет еще, — откликнулась я, ощущая себя так, будто происходит нечто интимное.

— Добавляй скорее! — скомандовал Ал.

Стоило плеснуть в ванну из бутылочки, и в тот же миг вода забурлила, взбивая густую пену, которая высоко поднялась над бортиками.

— Ал, это ты сделал?

— Я.

— Зачем? — шепнула едва слышно, ощущая, как что-то происходит с моим сердцем.

Как-то уж чересчур сладко оно замирало в груди… Таяло…

— Хочу, чтобы ты расслабилась перед завтрашним испытанием.

А мне хотелось, чтобы Аластар меня обнял. Вот только я бы ни за что в этом ему не призналась.