Глава 17

Принцесса Барбара

Тем же днем чуть ранее

Барбара с помощью волшебного зеркала следила за ходом отбора. Она очень радовалась победе Варвары и, не сомневаясь, присвоила ее себе. Да! Именно так. Это она — Барбара набрала десять баллов.

— Но надо же! Перси без ума от клубничного коктейля! Кто бы мог подумать!

Одно было плохо: Гримальд не все мог отобразить. Например, отказывался он показывать Варвару, когда рядом был Аластар.

— Майне херрин, у вашего брата при себе какой-то артефакт, который глушит мои возможности. Простите, ничего не могу поделать, — оправдывалось зеркало.

В такие моменты принцесса злилась. Ей было очень интересно, о чем могут говорить эти двое. А судя по времени, которое они проводили вместе, случалось это почти постоянно. Это тревожило принцессу и наводило на нехорошие мысли.

Когда Варвару, а точнее, ее — Барбару попытались проклясть, принцесса озверела.

И кто бы отважился?! Баронесса Мизергейн, которая так рвалась в ее фрейлины в свое время! Эта девица была чересчур красива, она бы затмила Барбару на приемах, так что ничего у нее не получилось, естественно.

— Да как она осмелилась?

Принцесса решила, что отныне род Мизергейн — ее личные враги, а такие долго не живут. Она с удовольствием понаблюдала за тем, как Персиваль изгоняет эту дуру. Наедине принц бросил ей в лицо серьезные обвинения. Баронесса, оказывается, использовала проклятие смертной тени!

И где только смогла достать эту булавку? Барбаре самой бы такая не помешала в заначке. За воротами баронессу сразу же скрутили королевские гвардейцы. Она должна будет держать ответ перед королем Эренкрона. И поделом! Будет знать, каково поднимать руку на дочь сюзерена.

— Кто-то сегодня лишился баронства и жизни… — довольно пропела принцесса, радуясь, что на одну конкурентку стало меньше.

А иномирянку как-то там Аластар выручил. Но на войне братец и не таким занимался. Наверняка ему раз плюнуть снимать подобные проклятья. Принцесса похвалила себя снова за выбор компаньона. Но на этом везение закончилось.

Гримальд демонстрировал шедевры магической кулинарии, сотворенные конкурсантками, количество которых убавилось больше чем наполовину, а вот Варвара оказалась в аутсайдерах.

— Дура! Какие еще блинчики?! С ума сошла? — возмущенная принцесса даже вскочила из удобного кресла, в котором расположилась перед зеркалом с большой миской спелой сладкой клубники.

Она ее тоже любила, как и Перси.

На этот раз Варвара не заработала высшего балла, и принцесса рвала и метала.

— Она меня подставила! Как она могла?

— Позвольте, майне херрин… Эта девица совершенно не обладает магическими способностями. У нее просто не было шансов.

Принцесса почувствовала себя так, будто ее облили холодной водой.

— Ты! — наставила она указательный палец на зеркало. — Как ты мог?!

— Я в точности выполнил ваш запрос. Во всех мирах нашел максимально подходящую кандидатуру с заданными параметрами. Про магический талант вы ни словом не обмолвились.

Барбара потеряла дар речи.

— Но… Как же тогда она использовала шинкователь и плиту?

— Возможно, у нее был какой-то артефакт? — предположил Гримальд.

Принцесса взялась за голову и принялась метаться по комнате. Как же она сразу не обратила внимание на то, что Варвара совершенно не применяла магию. Ни разу! Барбара лично делала ей прическу и приводила ее в подобающий вид, полагая, что безродная попросту этого не умеет.

— Что же делать? Что же нам делать?

— Майне херрин, да не волнуйтесь вы так. Принц Персиваль проявляет к девушке благосклонность. То есть, к вам, конечно же. Он покорен, это очевидно.

— Говоришь, очевидно? — Барбара подошла ближе.

— Ну да. Видели же, как он негодовал, когда узнал, что та девица хотела от вас избавиться? А как смотрел, когда понял, что это именно она… То есть, вы приготовили коктейль. А их самый первый разговор после вашего ухода? Нет сомнений, Персиваль придумает что-то такое, что позволит именно вам занять первое место.

— Но это же отбор!

— Принцы не выбирают кого попало. Он просто решил взглянуть на всех кандидаток разом, чтобы принять решение. Уверен, ваш Персиваль уже определился.

Барбара немного подумала и заявила:

— Я должна убедиться в этом. Доставь нас обоих в шатер!

Она схватила кинжал и, чиркнув по ладони, щедро плеснула кровью на раму. Посмертная маска довольно прикрыла глаза.

— Ваша воля, майне херрин…

Зеркало появилось аккурат в закутке позади спальни Варвары. Там, где стояли сундуки и саквояжи. Принцесса вышла из него с покрывалом в руках и тут же накинула его на артефакт. Так себе прикрытие, но хоть что-то. Вряд ли сюда часто заглядывают.

Сама она затаилась там же и прислушалась. Убедившись, что находится в шатре одна, вышла и осторожно выглянула в окно наружу. Ал и Варвара приближались к шатру. Иномирянка опиралась на руку ее братца.

— А это что еще такое? — возмутилась Барбара и юркнула обратно в закуток, затаившись, как мышь.

Эти двое ее не заметили. Они мило поворковали, обсуждая блинчики. Но еще больше Барбару зацепило то, что бастард намекал на какую-то награду. Что такого произошло вчера между ними?

«Это заговор!» — решила принцесса.

Не стоило оставлять этих двоих здесь. Ей срочно нужно было вправить мозги иномирянке. Напомнить, что она может с ней сделать, если та решит отклониться от плана. И тут выдалась отличная возможность: Аластара позвали к Перси.

Принцесса уже была готова эффектно появиться и всыпать этой несчастной по полной, но пришлось остановиться в последний момент, потому что в шатер проскользнул принц Персиваль собственной персоной. Странно. Может, они с Аластаром разминулись?

О том же подумала и Варвара.

— Ваше высочество? — поднялась она, поприветствовав Перси реверансом. — А Аластар как раз к вам пошел.

— Знаю, — отмахнулся Перси. — Я нарочно это устроил, чтобы переговорить с вами наедине.

— Со мной? — удивилась иномирянка.

Барбара достала маленькое карманное зеркальце из складок платья и тихонько поставила его на пол у стенки шатра так, чтобы в нем отражалось все, что происходило между ее ненаглядным Перси и этой девкой.

— Да, Барбара.

Перси шагнул ближе и коснулся щеки Варвары тыльной стороной ладони. Та отпрянула назад.

— Ваше высочество?

— Ты так изменилась. Так стараешься ради меня. Ты на голову выше всех прочих претенденток, и дело не в кулинарии. Раньше я думал, что ты капризная девчонка, но ты сильно выросла в моих глазах. Я знал, что испытания способны раскрыть характер личности, но и не думал, что добьюсь подобного результата. Я чувствую себя тем самым искусным садовником, который заставил колючий куст покрыться розами.

Что он несет?! Какой еще колючий куст?! Какие розы?! От такого дурацкого сравнения принцессу покоробило.

Но еще больше ее покоробило оттого, что Перси нахваливал вовсе не ее, а другую! Барбара знала, что не изменилась ни капельки, и поэтому была возмущена до глубины души.

— Благодарю, ваше высочество, — пропела иномирянка, вместо того чтобы залепить ему пощечину.

Сама Барбара так бы и сделала. А потом потребовала бы у папеньки объявить Лугенборгу войну!

А Персиваль не терял времени. Он тут же оказался рядом, подхватив Варвару за талию. Та уперлась руками ему в грудь.

— Что вы делаете, принц?

Что за тупой вопрос? Барбара едва удержала себя на месте.

— Ясно же? Я выбрал тебя. Мне не нужны другие. Так что ничего страшного не произойдет, если мы немного ускорим события.

Принц потянулся к ее губам.

— Персиваль, прекрати! Прекрати, а то сработает мой оберег! Я не смогу его остановить, мой отец его на такой случай зачаровал! Отрубит!

— Что отрубит? — переспросил Перси, но талию Варвары выпустил.

Та потихоньку отступила к выходу.

— Ветвь отрубит — Рода Фэрчайлд, — пояснила она, многозначительно глянув принцу пониже пояса.

Персивалю определенно было жаль ветвь рода, поэтому он примирительно поднял руки.

— Прости, Барби. Рядом с тобой невозможно удержаться. Но ты не думай, я серьезен в намерениях. Штарн с этим отбором, выходи за меня замуж!

Барбара услышала то, о чем мечтала, но не испытала ничего, кроме бешенства. К счастью, иномирянка не растерялась:

— Нет-нет, что вы, ваше высочество! Вы же честный человек, что о вас станут говорить? Пусть конкурс продолжается. Там все равно последнее испытание осталось. Да и претенденток не так чтобы много, и ни у одной нет балла выше, чем мой.

Это было чистой правдой. Несмотря на сегодняшний скромный результат, у Варвары, благодаря вчерашней безоговорочной победе, все еще было первое место.

Перси подумал секунду, а затем кивнул.

— Ты права. Я должен соблюсти репутацию. Никто не посмеет обвинить Персиваля Годфри Фэрчайлда в предвзятости. У каждой будет шанс побороться за меня. Но мое сердце отныне с тобой. Помни об этом, Барби.

Он вдруг оказался рядом, схватил руку иномирянки и облобызал. Та застыла соляным столбом, а Перси, послав ей воздушный поцелуй, выскользнул из шатра.

Барбара пантерой выскочила из своего укрытия и приняла угрожающую позу, сложив руки на груди.

— Бее! — выдала Варвара и вытерла поцелованную Персивалем руку о платье.

А затем повернулась и подпрыгнула, схватившись за сердце.

— Ваше высочество, вы меня напугали!

— Прекрасно! Для этого я здесь. Вижу, ты совсем расслабилась? Окучиваешь двух принцев сразу?

— Никого я не окучиваю! — с виду искренне возмутилась иномирянка.

Барбара оценила ее актерские таланты, но ни на миг не поверила. Видела, как она ворковала с Аластаром. А ведь они живут в одном шатре, кто знает…

— Я все видела! Наблюдала за вами день и ночь и явилась сюда в гневе! — заявила принцесса.

— День и ночь? — уточнила иномирянка и покраснела, чем подтвердила подозрения Барбары на счет нее и бастарда.

— Да! — соврала принцесса. — Я все знаю! Каждый твой шаг. Тебе не удастся меня переиграть.

— Да я, вроде бы и не собиралась переигрывать… — пробурчала Варвара и совершенно невежливо опустилась в кресло.

— Как ты смеешь сидеть при королевской особе?! — взвилась принцесса до небес.

— Да что такого-то? Сами знаете, ваше высочество, у меня, после вчерашнего, сил нет, — проворчала Варвара, нехотя поднимаясь. — Если бы не Ал… — Она тяжко вздохнула, махнув рукой.

Этот плебейский жест заставил принцессу побагроветь.

— Если хочешь жить, относись серьезнее к своим обязанностям! Следуй моим наставлениям и не смей больше вешаться на Перси!

— Прошу заметить, это не я на него вешаюсь. Это он от вас без ума, ваше высочество, как вы и хотели. Похвалили бы меня лучше за отличную работу.

Да как она смеет указывать ей, что делать? У принцессы едва дым из ушей не пошел, но она сменила тактику и холодно приказала:

— Выполнишь завтра то, что должна, и вернешься домой.

— Как скажете, ваше высочество, — равнодушно отозвалась Варвара.

Барбара кивнула и, круто развернувшись, так что взметнулись юбки, ушла в закуток. Она приняла решение. Несмотря на исход завтрашнего состязания, иномирянка домой не попадет. Ее казнят прилюдно на площади. Но сначала она увидит, как отрубят голову бастарду.

Поведение Персиваля принцессе тоже не понравилось. И чем больше она думала о нем, тем больше понимала, что принц Лугенборгский ей уже неинтересен. Да, влюбилась в образ по малолетству, но сегодня убедилась, что принц глуповат. Да к тому же лютый бабник.

Стянув покрывало с зеркала, Барбара остановилась.

— Поди-ка сюда! — приказала она.

— Вы меня зовете ваше высочество? — после паузы поинтересовалась Варвара.

— А здесь есть кто-то еще?

— Мало ли… — пробурчала эта дура, но появилась из-за угла. — О! Привет, Гримальд! — Она буднично махнула рукой зеркалу, точно старому другу.

Принцесса неприязненно скривилась, но спросила то, что собиралась:

— Какой такой артефакт ты выпросила у моего отца?

— Ничего я не выпрашивала! Я и отца вашего никогда не встречала, слава богу! — удивилась Варвара.

— Ты заставила Персиваля отступить, пригрозив, что сработает оберег и пресечет род Фэрчайлдов, — напомнила принцесса.

— А!

Иномирянка сунула руку за ближайший ящик. Пошарила там и выудила все тот же намозоливший глаза топор.

— Ясно… — разочарованно выдохнула Барбара. Она-то уже настроилась на то, что присвоит этот артефакт и будет шантажировать им принца, если потребуется. — Гримальд, перемести нас в спальню Аластара во дворце, — приказала она.

— Аластара? — удивилось зеркало. — Хорошо, майне хэррин…

Поверхность зеркала затуманилась, и в ней отразилась мужская спальня, чересчур аскетичная для принца.

«Наверняка у Персиваля спальня намного пышней», — подумала Барбара и шагнула сквозь зеркальную поверхность.

Гримальд материализовался рядом с ней не сразу. Она уже начала беспокоиться.

— Почему так долго?

— Здесь какие-то защитные системы. Пришлось повозиться, чтобы они не среагировали, — ответило зеркало.

— Это хорошо! Молодец! — в кои-то веки похвалила его принцесса, не заметив, как раздраженно сверкнули красные огни в посмертной маске.

Раздражение Гримальда сменилось тревогой, когда она, ничего не объясняя, вышла из спальни.

Из покоев бастарда, принцесса отправилась прямиком к отцу, который только что поужинал и находился в благостном расположении духа. Впрочем, король всегда был рад ее видеть. Но сейчас, к его радости, примешивалась тревога.

— Барбара, что ты здесь делаешь, дочка? Ты же должна быть на отборе? Мне сообщили, что ты блестяще справляешься, и Лугенборг скоро будет у нас в кармане?

Король по-отечески поцеловал принцессу в макушку.

— Ох, папенька, все совершенно не так! Ты должен знать, что бастард, которого ты незаслуженно наделил правами на трон, готовит предательство!

— Что ты такое говоришь, милая?

— Послушай меня хоть раз в жизни! Он сам же присвоил то самое зеркало, которое принадлежало главе культа Смертной Тени! А потом старательно делал вид, что его ищет. Я это точно знаю, потому что с его помощью он призвал мою копию из другого мира! И это она сейчас там проходит испытания, а меня он запер на чердаке. Насилу выбралась!

Король слушал дочь и свирепел все сильнее.

— Да как он посмел?! — взревел он, а потом довольно спокойно уточнил: — Но ты точно уверена?

— Точно-точно! Доверенные люди сообщили, что Аластар крутит шуры-муры с этой иномирянкой. Наверняка они замышляют недоброе. Персиваль, похоже, действительно проклят, раз не заметил разницы и влюбился в эту жалкую пародию! Пожалуйста, папочка, ты должен их всех покарать!

— Покарать? — пробормотал король Эренкрона. — Так это что же выходит? Зря я тогда казнил баронессу и барона Мальгрейв?!

— Ты их уже казнил? — практично уточнила Барбара.

— Ну да. Еще вчера. За измену короне. Что тянуть-то? Покушение на мою дочь нельзя было оставить без внимания.

— Это правильно! Мало ли что им еще в голову придет, — похвалила принцесса и напомнила: — А теперь ты должен казнить Аластара и призванную им иномирянку.

— Подожди, дочь! Все же Аластар мой сын, — сомневалось его величество. — Он хорошо проявил себя в борьбе с культистами. Я не могу вот так просто это сделать. Нужно провести расследование, найти доказательства…

— Зеркало Смертной Тени в его спальне — достаточное доказательство, чтобы взять его под стражу? — выложила последний козырь принцесса, и в ее глазах вспыхнули победные огни.

Король вскочил на ноги и рявкнул:

— Позовите сюда принца Аластара! Пусть явится немедленно!

— Спасибо, папенька! Я уверена, ты со всем разберешься.

Барбара чмокнула отца в гладковыбритую щеку и ретировалась.

Да, ради того, чтобы избавиться от конкурента на трон, принцесса была готова пожертвовать даже таким артефактом, как зеркало. Все равно долго его скрывать не удалось бы. Она и так ужасно рисковала, храня его в собственной спальне, а так все складывалось как можно удачнее.

Отец увидит артефакт, озвереет, и тогда никакие оправдание Аластару уже не помогут. Она избавится и от запрещенного зеркала, и от бастарда одним махом.

Чувствуя себя непревзойденным мастером дворцовых интриг, Барбара принялась напевать.