Глава 60

Боги, как унизительно и несправедливо! Любая другая невеста на моём месте, должно быть, сбежала бы от взглядов любопытной толпы в соплях и слезах. Но не я. Разве была моя вина в том, что глупый артефакт сломался и теперь порочит целомудренных девушек? Стыд быстро превратился в возмущение, возмущение — в злость. А если Элада гневается, что это значит? Правильно! Что кому-то не поздоровится.

Стараясь не обращать внимания на оскорбительные шепотки, я поспешила покинуть туман, всё ещё клеймящий меня красным цветом. Счастье, что родители Крэйдена — судя по рассказам, ужасные снобы — пропустили свадьбу: подозреваю, своенравный сынок решил не сообщать им дату этого радостного события. Зато кошачья семья была в полном сборе. На лице будущей свекрови, наверное, застыл шок. Проверять не хотелось. Слишком мне понравились шумные, дружные, непосредственные леопарды, чтобы ранить себя их разочарованием.

Пылая праведным гневом, я взбежала по ступенькам. Жрец, стоявший на краю бассейна, таращился на меня круглыми рыбьими глазами. Судя по растерянному виду, прежде с такими ситуациями он не сталкивался и сейчас не знал, что делать.

Ничего, я подскажу.

— Что за беспредел у вас творится? — закричала я и дёрнула жреца за бороду. — Кто настраивал артефакт? Почему он показывает ерунду?

Испуганный моим напором, храмовник что-то невразумительно проблеял.

— Как смеете вы позорить невинных девушек? Вы хоть понимаете, насколько происходящее серьёзно? А может, это диверсия? Может, вы намеренно пытались поставить пятно на моей репутации? Кто вам заплатил за это?

Судя по воцарившейся тишине, гости перестали чесать языками и с интересом следили за неожиданным спектаклем. Лучшее средство защиты — это, как известно, нападение.

Однако жрец быстро взял себя в руки:

— Артефакт Ока Ими не лжёт. Ему три тысячи лет.

— Я и говорю: сломался! От старости.

— Он не может сломаться! Это дар богини. А вы, юная эддо, если вели до свадьбы разгульную жизнь…

Я аж задохнулась от возмущения.

— …то примите последствия. Возможно, кто-нибудь из ваших женихов окажется великодушен и не бросит вас у алтаря. Что вряд ли.

Я набрала в грудь воздуха, собираясь разразиться гневной тирадой, но Эдриэл меня опередил:

— Не смейте оскорблять Эладу! Она достойная женщина.

Надёжная ладонь опустилась мне на плечо. Когда это эльф успел приблизиться?

— Не важно, что показал тест. Я люблю Эладу и собираюсь на ней жениться.

— И я, — поддакнул дракон.

— Но молодые люди! — жреца явно опечалила подобная солидарность. Похоже, он хотел понаблюдать за тем, как несостоявшуюся невесту заклеймят позором. — Одумайтесь. Эта порочная эддо не подарит вам детей с магическим даром.

— Плевать, — сказал Ари. — Меня достало давиться корлой. Хочу наконец потрахат… ой, — он демонстративно стукнул себя по губам. — Люблю Эладу безмерно.

Я старалась не смотреть в сторону родителей, но не выдержала — обернулась.

— Как же так? — прошептала маман, когда наши взгляды встретились.

Нельзя было позволить какому-то заклинившему подарку богини обесчестить мою семью. Я хлопнула в ладони, привлекая внимание. Хорошая акустика сделала звук громким, как от удара плети. Все мгновенно замолчали и устремили на меня взгляды.

— Позовите лекаря. Пусть меня осмотрит. Проверит на девственность как обычную женщину, не колдунью.

— Но…

— Я требую!

Вечность прошла, прежде чем отцы, отправившиеся искать свободного доктора, вернулись с низенькой седовласой старушкой. Песок с неё так и сыпался, зато она была женщиной, что не могло не радовать.

— Уединиться можно в каморке храмовника, — жрец указал в сторону неприметной двери, за которой обнаружилась узкая винтовая лестница. Я всерьёз опасалась, что старуха с её очевидным артритом это испытание не осилит. Но, как выяснилось, целеустремлённости и упорства ей было не занимать. На лестницу она взошла первой.

— Поторапливайся, — ворчливо бросила через плечо и начала медленно-медленно подниматься по ступенькам.

Даже в страшном сне не могла я представить, что моя свадьба будет омрачена подобным образом. Но, неисправимая оптимистка, в случившемся я видела и положительные стороны: никто из моих мужчин не женился на мне ради продолжения рода. Может, и хорошо, что артефакт солгал. Зато теперь я знала наверняка: меня будут любить и поддерживать при любых обстоятельствах.

В тесной комнатке храмовника было сыро и холодно. Из единственного грязного окошка под потолком нестерпимо дуло.

— Задирай юбку, — приказала старуха.

Меня ожидало пять минут унижения. Зато после осмотра я гордо спустилась вниз, к гостям, и ещё раз дёрнула жреца за длинную бороду.

— Ваш артефакт лжёт. Семья Эшеров требует от храма Ока Ими публичных извинений.

А как иначе? Слухи-то расползаются быстро.