Глава 9

Переход был стремительный, как через все пространственные порталы Соро. Вот только что мы были в частном доме под куполом, а теперь окунулись в парк перед вторым королевским дворцом в Девине — прекрасным строением из золотого мрамора, с тонкими шпилями, ажурной вязью лепнины и круглыми окнами с серебристым покрытием, в котором, как в зеркале, отражались буйно цветущий парк и гулявшие по нему гости. Создавалось ощущение, что все устали ждать, когда же принц приведет первую из претенденток, и решили насладиться видами и закусками.

Во всяком случае распорядитель, стоявший по эту сторону портала, при виде нас основательно вздрогнул. И пока он искал мое имя в перечне невест, принц с улыбкой раскрыл мою ладонь и высыпал на нее горстку моих игл и жемчужины с противоядием.

— Не смог определить — где что. Снял все.

Быстро спрятав свое добро в карман платья, я вскинула голову, ловя взгляд младшего Высочества.

— Вы маг?! — вопросила одними губами. — Но когда? А главное, как успели забрать иглы? Вы же не пользовались магией. Я это видела, мы прошли по давно установленным плетениям на той поляне, и нити не тянулись к вам. Они не тянулись, — закончила несчастным голосом. — Неужели ошиблась?

— Я — артефактор, — шепнул он, склонившись к самым моим губам. — Это не столько призвание, сколько увлечение. О нем мало кто знает.

— Так вы…

Я не договорила. Вернее, мне не дали. И как профессионально напористо и уверенно мне не дали сказать! Я оценила умения принца на десять из десяти и порадовалась, что он для меня — циничный мальчишка. Целовался бы так мужчина постарше, я бы выбросила белый флаг и отдалась на волю победителя, хотя бы на пять минут, ну или на десять. Больше нельзя, иначе я успею размякнуть, а умудренный опытом ловелас обнаглеть. И спустя недолгое ухаживание попросить яд, действие которого не заметят королевские «псы», или омолаживающее средство, что обогатит моего ухажера и одновременно — какое совпадение — сохранит жизнь моему сыну.

Словом, плавали, знаем и не таем.

— Странно. — Высочество разорвал сладкий поцелуй в тот самый миг, когда оркестр притих, а распорядитель громко возвестил: «Принц Орран Грен Аравски и пятнадцатая герцогиня Лиллиан Каволлада открывают встречу послов!»

— Что странного? — спросила я, аккуратно выворачиваясь из его объятий и отстраняясь, губы багровели. Нет сомнений, меня теперь не просто в фаворитки, а в грелки зачислят без права оправдаться.

— Ты не ответила, — заметил он с толикой недовольства и распрямился, взглянул наконец на придворных и собственных родных, что обернулись к порталу, дабы поприветствовать нас. Взглянул, но не смутился. Расплылся в оскале сластолюбца, его братья ответили не менее широкими улыбками.

Ах да, как я могла забыть! У нас с принцами пари по пятьдесят золотых с каждого, так что Оррану нечего стесняться. Да и не собирался он, о чем и сообщил беспечной фразой:

— Придется над этим поработать.

Я бы с радостью ответила что-нибудь ехидно-двусмысленное, но взгляд Соро, стоящего возле послов, и странное выражение лица барона Нигье, сидящего подле королевской семьи, заставили меня умолкнуть и закусить щеку изнутри. Не дай демоны, еще подумают, что я совращаю королевскую особу.

Заиграла торжественная музыка. Гости подступили ближе к аллее, кто просто глазея, а кто пламенея. Глядя на присутствующих сквозь ресницы, я тихо негодовала. Не знала, что у мерзавца королевских кровей имеются столь ярые почитательницы. О его черствости легенды ходят, меня вроде как должны жалеть, а не сверлить взглядами в поисках слабого места. Захотелось вжать голову в плечи и тем самым спрятать шею. Но Орран уже повел меня к помосту с королевской семьей и полным набором послов, так что плечи пришлось распрямить, голову поднять, шею подставить и не дрогнуть, когда рядом что-то прожужжало.

— Не знала, что в Девине водятся золотые шмели степей, — шепнула я, определив пчелу по знакомому звуку.

— Не водятся. Он механический. Это подарок фрейлинам королевы от поднебесных эльфов. Один из пяти.

— Какая замечательная идея!

— Думаешь? — Принц скосил на меня хитрющий взгляд в тот самый момент, когда я ощутила, что мочку правого уха оттягивает сильнее. — Сейчас, например, он пытается срезать твою сережку. Не дергайся, я его сниму.

Когда снимет и как именно снимет, он не сказал. Поэтому весь процесс представления меня занимали отнюдь не мысли о том, есть ли среди послов Арена родные моего супруга, а среди представителей прочих государств — моя давняя клиентура. Нет, мной всецело завладел ужас от фантомного ощущения холодных лапок на ухе и скрежещущего звука, с каким эти лапки перебирались. К счастью, я не увидела среди послов знакомых лиц, ничем не оскорбила правящую чету и, выслушав пожелания победы, безмолвно позволила себя увести.

— Вот и все, — улыбнулся Орран, направляя меня в сторону столиков для пикника, — а ты боялась.

— Я и сейчас боюсь. Снимите с меня шмеля!

— Я давно его забрал, Лилли. В тот самый миг, когда королева смотрела на нас с умилением во взоре.

То есть в самом-самом начале, когда я оступилась, а Орран меня поддержал?! Я понимаю, что он мой спаситель и защитник вроде как. Но где, демоны его побери, сострадание к моим нервам?

— И вы все это время молчали?

— Я думал, — учтиво ответили мне. И чтобы не портить образ подлеца и нахала, принц ехидно добавил: — Думал, что бы с тебя взять, что бы с тебя снять. Первоначально мой выбор пал на бюстье, но теперь я более чем уверен, что хочу получить твои трусики.

Кажется, я начинаю понимать, отчего краснели и бледнели герцогини, прошедшие проверку Его Высочества. Вспомнила, что надето на мне, и впервые подумала о том, что у главнокомандующего Соро в роду есть провидцы. Спасибо ему за предусмотрительность и спецбелье, с меня теперь нечего взять.

— Я без них, — ответила честно.

— Не может быть! Маленькая искусительница. Ты специально их не надела? — Мерзавец королевских кровей многозначительно мне улыбнулся и провел рукой по бедру, именно поэтому я поспешила его разочаровать.

— Это отнюдь не каприз. Видите ли, после ран, полученных на балу, они мне противопоказаны.

Мой тон его насторожил.

— А что разрешено?

— Лечебные панталоны с магическими подтяжками от корсета.

Орран едва заметно скривился.

— Я такие надежды питал, — сказал он с досадой и вдруг приободрился: — В таком случае, я просто обязан…

— Принц Орран?! — К нам из кустов сирени шагнула четырнадцатая герцогиня с книгой наперевес, а следом смущенный лич-дворецкий. Тусклый портал сиял за их спинами.

— Простите. Я не смог ее остановить.

— Скорее не захотел, — хмыкнуло Высочество и обратилось к невесте: — Я вас слушаю, моя дорогая…

Далее должны были следовать имя и титул, но девушка не стала ждать.

— Верните мне книгу! — не щадя придворный этикет, потребовала она. И, не обращая внимания на выражение лица недобро прищурившегося Оррана и странную задумчивость своего провожатого, торопливо объяснила: — Я готова ее обменять на произведение того же автора. Возьмите!

— Интересно. — Принц принял протянутую ему книгу в синей тисненой обложке. Не забыл «нечаянно» коснуться тонких девичьих пальчиков, но отклика не дождался. Почитательница книг не дрогнула и глаз не отвела. — Итак, вы желаете обменять «Легенды Средимирья» на… «Свод правил этикета»? — прочитал он название и вскинул брови. — Это тонкий намек?

— Это комедия! — запальчиво ответила девушка. — Написана в том же стиле, что и «Легенды», но мною уже прочитана. И поэтому я очень прошу вас вернуть мне первое произведение… Пожалуйста.

Принц молчал. Где-то далеко звенели бокалы и слышались смешки, жужжали шмели, цвела акация. А здесь, в тени кустов сирени творилось волшебство. Герцогиня несмело улыбнулась, всего на мгновение превратилась в прекрасную лесную фею и чуть слышно произнесла:

— Будьте жалостливы, не оставляйте меня без увлекательного чтива в эти серые дни.

Преображение из миленькой девушки в писаную красавицу не прошло мимо Оррана. Я ощутила, как напряглось его предплечье, и с уважением отметила, что в лице мерзавец не изменился. И даже голос его не дрогнул, когда Высочество скептически вопросил:

— Вам неприятно мое общество?

— Общество ваших невест, — прямо ответила она и поежилась, когда принц расплылся в улыбке. Почти приятной, в отличие от взгляда. — Простите, я не хотела… Все они чудные девушки… — В слове «чудные» четырнадцатая неверно поставила ударение, и получилось, что герцогини чудят. Она заметила свою оплошность. — То есть они замечательные, великолепные, вам повезло…

— Если так, то я верну вам книгу после вашей встречи с послами, — милостиво решил он. Вручил дворецкому печатное издание, поцеловал мою руку, взглядом пообещав снять что-нибудь вместо панталон, подхватил девушку под локоток и был таков.

С немым удивлением вслед Высочеству смотрели и я, и лич. Где-то там распорядитель сообщил о прибытии четырнадцатой герцогини леди D Тайс Дандрэ, музыка заиграла снова, гости заинтересованно затихли, и я спросила у Даниэля:

— А что в той книге? Почему Орран так насторожен с герцогиней?

— В том-то и дело — ничего, — ответил дворецкий главнокомандующего. — Простая книга, как и эта, — указал он на обладательницу синей обложки. — Только в той магически заключена серия из двенадцати историй, а в этой — одна.

— То есть простая литература?

— Отличная литература. Я смеялся.

Лич исчез в закрывшемся портале, я неспешно направилась к столам. Вскоре возле меня появилась четырнадцатая герцогиня, которая с головой ушла в чтение. Затем злая тринадцатая, расстроенная двенадцатая, одиннадцатая, десятая и все остальные. Настроение у герцогинь было совсем не праздничным, но старательно скрывалось.

Они охотно общались с послами и придворными, участвовали в недавно укоренившихся при дворе развлечениях. В ожидании послов перечень развлечений стал достаточно широк: от метания дротиков до викторины загадок, от летучего бадминтона до пряток под иллюзиями. В последних отличился младший принц. И почти все придворные, позабыв об угощениях и иностранных гостях, стали играть вместе с ним. Нужно отдать Оррану должное, в то время как остальные участники, боясь испачкаться, банально перевоплощались в наземные предметы: в летучие шахматы, коими играли маги, в статуи, кусты, колонны, он не чурался грязи и прятался, как уличный мальчишка, перебегая из одного места в другое. Места он также выбирал отлично. На деревьях, в траве возле озера, под юбкой уснувшей в кресле дамы, под струями фонтанов и просто на балконе дворца, куда забирался легко и непринужденно.

Глядя на их веселье, я и сама захотела поиграть, но пара злобных взглядов, брошенных дамами, заставили меня передумать, как прятаться, так и дротики метать. В бадминтоне я была не сильна, скачки мелких ящериц меня привлекали так же мало, как и полеты на больших. Из наиболее подходящих игр остались меняющийся лабиринт, викторина и катание на лодках. Но, пройдя в лабиринте два поворота, наткнулась на парочку, которая страстно целовалась. Порадовалась за них, позавидовала и повернула назад. В викторине участвовали, в основном, матроны, из всех тем вопросников они выбрали самую грязную «Неподтвержденные сплетни королевств» и с энтузиазмом смаковали каждый ответ, в то время как мне дурно становилось от самих вопросов.

Итого, в моем распоряжении остались лодки. Мерно раскачивающиеся на мелкой ряби озера, они блестели бликами воды на белых боках и, казалось, только и ждут, когда хоть кто-то ступит на борт и расправит магический парус. Но стоило шагнуть на выбеленную пристань и обратить свой взор на смотрителя и помогавших ему лакеев, как предо мной появился главнокомандующий Соро. Словно из воздуха он ступил на доски пристани и прогулочным шагом пошел на меня.

— Это плохая идея, Лилли. — Он остановился рядом, подал руку, предлагая немного пройтись. — После бала некоторые из придворных все еще склонны обвинять вас в расстройстве собственных свадеб и помолвок. А то, что вы стали фавориткой Оррана, лишь подлило масла в огонь.

От такой новости я резко остановилась.

— Так я же пострадавшая, причем в обоих случаях.

— Судите сами. Лазутчик сбежал, принц неприкосновенен. Остались вы.

— Теперь становятся понятны всеобщие неприязненные взгляды, — улыбнулась я. — Хотя чего можно было ожидать после букетов и подарков с сюрпризами.

Воспоминание о черном витом стебельке наполнило сердце музыкой.

— Как поживает мой безымянник?

— Отдал его Нигье, — чуть изменившимся голосом ответил Соро. И мой голос тоже сел. От дурного предчувствия.

— Барону? В его бюро Тайных знаний? Вы с ума сошли? Они же его расщепят на составляющие, высушат корень, срежут кору со стебелька и пустят ее на усиление артефактов по типу правдакола… Вы… вы…

У меня закончились слова и воздух.

— Я куплю вам другой, — ответил Соро, словно купить безымянник — плевое дело, и скрылся среди придворных, которые уже замучились искать принца и начали благосклонно посматривать в сторону столов и стульев.

С раздраженным вздохом я прорвалась сквозь их строй. Взяла пару яблок и направилась к пледам, расстеленным под кленами. Начинаю понимать четырнадцатую герцогиню и ее тягу к книгам. Сама бы не отказалась сейчас от пары-тройки романов, где в кровавых подробностях написано, как убивают недалеких главнокомандующих и обнаглевших баронов. Я нарвала трав, села плести венки, предположительно похоронные, но из-под пальцев даже в удручающем состоянии выходили изящные короны.

Вскоре неподалеку оказалась четырнадцатая герцогиня, затем вторая, совершенно неожиданно объявился пятый принц, незаметно устроившийся под моим боком. Вслед за Орраном подтянулись остальные участницы слета и пара придворных магов, что оставили партию летящих шахмат недоигранной. Одетые в одинаковые синие мантии с глубокими капюшонами, убеленные сединой и наделенные горящими глазами и длинными бородами, они вели себя по-разному. Первый развлекал собравшихся. Из его рук ввысь взлетали огненные звери, заключенные в мыльные пузыри, птицы, с чьих крыльев осыпался снег, и синие рыбки. Сбиваясь в стаи, они рассекали воздух, как воду, в погоне за чем-то юрким и блестящим. Второй же старец создал себе подушку из перистых и пушистых на вид облаков и разлегся на покрывале, точь-в-точь, как Орран. С идентичным положением рук и ног.

Поначалу я подумала, что это просто совпадение, но когда они оба, и королевский мерзавец, и старец, почти одновременно одинаковым движением потерли носы, тихо шепнула:

— Принц Клив, смените позу.

Иллюзия на магистре магии не изменилась, облака тоже остались, но внимательный взгляд из-под кустистых бровей я все-таки заслужила.

— И что, продул? С тебя золотой, — хмыкнул Орран и по-хозяйски левой рукой погладил мою коленку.

Проследив за его движением, я ехидно улыбнулась и сбросила наглую лапу.

— С вас тоже золотой, принц Дарг, — обратилась я к вояке королевских кровей, что скрывался под маской самого младшего братца.

— Не понял? — Принц поднялся на локте. Иллюзия не слетела, но голос изменился тотчас. — Ладно Клив, он маг и разлегся, как я. Но меня вы как раскусили?

— Вы — единственный на всю семью левша, — хмыкнула я. — Где Орран?

— Разбирается с пойманным шмелем.

Я приняла информацию к сведению, порадовалась, что в ближайшее время никто не будет язвить и требовать мое белье, и почти расслабилась, пока псевдостарец не сделал псевдоОррану знак пальцами: «Опасность. Слева». «Вижу», — последовал ответ принца-вояки. И он потянулся к груди, словно под иллюзией спрятано оружие, метательный клинок или целый арбалет.

Что их насторожило, я не увидела. Разве что небольшой участок травы слева от нас, примятый, словно ботинками, вдруг медленно распрямился. Создалось ощущение, что кто-то подошел, постоял недалеко от нашего покрывала и отступил. Бесшумно и незаметно. Не будь мы поддеревом, наверняка заметили бы пришельца по отбрасываемой тени, а так догадались о его присутствии лишь по примятости в траве.

— Я сообщу.

— Я соберу девушек.

Принцы вскочили на ноги. Не прошло и пяти минут, невест вывели из дворца под благовидным предлогом — подготовкой к первому туру. Нас переселили поближе к главному дворцу в Девине, в гостевой домик для иностранных делегаций, и заменили часть прислуги. Это я поняла по приветственному чесночному соусу, который умеет готовить только навь главнокомандующего. Холодный и обжигающе острый, он прекрасно сочетался с мясными пампушками и привел всех невест в тихое негодование, а меня в веселое расположение духа. Если повар Соро здесь, можно не бояться, что еда отравлена, и проверять лишь питье и столовые приборы. Все к лучшему!

Остаток дня я частично провела в библиотеке, частично в саду. Садовники здесь были немного безалаберны или беззаботны и не заметили, как среди сорной травы, пробившейся сквозь каменные дорожки, пророс аконит. Крепкий, темно-зеленый, опасно ядовитый и желанный настолько, что у меня руки зачесались взять сапку из асса, разобрать дорожку и аккуратно выкопать этого красавца. Наверное, именно поэтому, проснувшись среди ночи от шороха и увидев зомби, я не обратила внимания на фривольную сорочку, тапочки и чепец, и радостно воскликнула:

— Ты взял лопату?! Какой ты молодец!

Зорге вздрогнул, прижал любимицу к груди и отступил на шаг.

— Не дам. Я пришел для замены. Вам нужно идти.

— Пожри тебя демоны. — Я почти расстроилась, но быстро взяла себя в руки. — Подожди. Зачем ты здесь? Тут что, тоже небезопасно ночевать? Расставлены ловушки?

— Нет. Хозяин и принц… Они ждут вас. Возьмите халат и тапочки. Там холодно, — посоветовал зомби, ткнув рукой в пол. Окончание предложения он произнес уже моим девичьим голосом.

— А где начало спуска? — забеспокоилась я, точно зная, что, не видя лестницы, вполне могу с нее навернуться.

— Сюда! — Из пола появился Соро. Он протянул мне руку. — Быстрее.

Я схватила тапочки и халат, затем горячую руку главнокомандующего и широко улыбнулась. Выглядывая из ковра наполовину, он был таким решительным и насупленным, что не смогла не заметить:

— Дреб Соро, вы так угрюмы в этот час, что трудно не влюбиться в вас…

— Лучше повторно меня отравите, только так не… издевайтесь, — попросил он. И, помогая мне спуститься, сообщил: — У нас ЧП. Орран в процессе разбора шмеля поранил палец. Некоторое количество масла попало в кровь, и теперь разрастается черным пятном под кожей.

— Похоже на проклятие Тлена, — заметила я с тревогой.

— Проверили. Это не оно.

Меня вели по темному коридору, прорубленному в серой скале с красными жилами. И чем дальше мы шли, тем холоднее становилось.

— Яд? — простучала я зубами.

— Тоже нет. Терпение, сейчас вы все увидите.

Соро толкнул неприметную среди скал, обитую железом дверь.

И я увидела просторное, ярко освещенное помещение, которое использовалось как лаборатория или же как морозильник. Изморозь покрывала все колбы, роторные трубки и столы. Шкафы у стен и вовсе были захвачены льдом, от которого вниз ссыпались мелкие снежинки. Пол медленно и верно расписывал мороз, на потолке нарастали сосульки, в центре холодной идиллии за смотровым столом сидел горячий-горячий парень. Младший принц, одетый лишь в белые брюки и микроскоп-очки, увлеченно ковырялся в разработке поднебесных и выглядел при этом крайне притягательно.

Капли с влажных волос стекали вниз по бритому затылку, оставляя блестящую дорожку на широких плечах, которые раньше и близко не угадывались под тканью костюмов, скатывались на мощные плиты груди, вниз по явно каменному прессу, разделенному на четырнадцать квадратов, стремились под кромку интригующе расстегнутых брюк. К моей досаде, Орран был в белье, так что дальнейшего продвижения капель я не увидела, зато высоко оценила руки младшего Высочества. Рельеф прокачанных мускулов, извилистый рисунок вздувшихся вен и жилы, проявляющиеся при каждом движении. Это были красивые руки с широкими ладонями и длинными пальцами, которые, нежно сжав пинцет и микросверло, что-то отвинчивали в останках шмеля.

Смотрелось потрясающе!

— Хм, леди Каволлада? — вдруг позвали кого-то неизвестного. — Лилли… — А эту леди звали, как меня, причем звали очень даже громко. — Гадина?! — рявкнули в самое ухо, и я очнулась.

Можно было возмутиться, можно было обидеться, но я избрала лучший путь — устыдить негодяя.

— А где, собственно, пятно?

— Так вы его искали? — изумился Соро, словно мой осмотр мог иметь исключительно эстетический характер. А вот и не исключительно.

Не удостоила его ответом, подступила ближе к принцу, коснулась обжигающе горячего плеча. Орран раскалился, как печка. И это пугало не на шутку.

— Ваше Высочество, оторвитесь на минутку, дайте взглянуть на ваши ладони, — потребовала я.

— Секунду, — последовал короткий ответ.

Что-то под пинцетом щелкнуло. В следующее мгновение вверх ударила тонкая струйка маслянистой жидкости, а шмель без посторонней помощи собрался воедино. Оттолкнувшись от стола, перевернулся на брюхо, расправил крылья и поднялся в воздух.

— Соро, лови!

Движение руки, и тонкая струйка собралась в переливающийся бликами черный шарик, а золотая игрушка рассыпалась на составные части.

— Видели? Он сам собирается, как я и говорил! — победно хмыкнул Орран. Вскочил, сорвал с лица и отбросил на стол микроскоп, который так же был пойман магией главнокомандующего и аккуратно перенесен на другой стол, под малую защитную сферу. После чего принц резко обернулся ко мне.

— Лилли, представляешь, меня обвинили в безалаберности. Будто бы я палец поранил. А это не я, это мне, — победно заявил он и гордо выпрямился. Наполнил широкую грудь морозным воздухом, тряхнул головой, разбрызгав прозрачные капли, и вдруг шагнул ближе. — Ну как, нравлюсь?

— Ладони, — потребовала я, продолжая неотрывно смотреть на руки принца. Красив, стервец, но мне совсем не нравится, как с него течет, в прямом смысле слова. Капли воды уже не достигали лепного пресса, а испарялись на уровне сердца.

— А так? — Он двинул бедрами, и расстегнутые брюки медленно поползли вниз.

Оценить белье Высочества мне не позволили. Уверенная рука остановила их падение. Объявившийся рядом Соро тихо рыкнул:

— Прекрати! Мы дали тебе время на работу со шмелем. Теперь дай поработать нам.

— Согласен. Хватит паясничать, Орран! — прозвучал голос советника Волля, и я вздрогнула от его хрипа. Оглянулась.

Королевский Блик был здесь. Впечатанный в лед между шкафами у входной двери! А рядом с ним в неестественных позах застыли барон Нигье и принц-вояка Дарг, которых я в упор не видела, когда вошла.

— Доброй ночи, — поздоровались они.

— Что это?! Как вы…? — воскликнула я, переводя взгляд с Соро на композицию из замерзших первых лиц королевства.

— Это я, — несколько смущенно признался принц, — они мне мешали. Говорили, что нужно поостыть. И я дал им охладиться.

Он отступил к столу, сдвинул в сторону верхнюю пластину с сотней выгравированных рун и нажал на одну из них. В лаборатории стало в разы жарче, а мне в разы холодней. Спрашивать о том, что было бы, прояви я больше упорства, не хотелось. Собственно, приближаться к принцу тоже не хотелось, но я справилась. Решительно подошла, посадила Высочество на стул и взяла его ладони в свои. Беглый осмотр привел меня в легкое недоумение. От подушечки безымянного пальца левой руки вниз по фаланге тянулась тонюсенькая черная линия, на ладони она распустилась круглым, почти симметричным узором переплетающихся лиан и протянулась дальше, к сгибу локтя.

Потерла рисунок, отметила, что он не бледнеет и не краснеет при нажатии на кожу, не разрастается и не вызывает болезненных ощущений у принца. Он просто есть.

— Это метадея, утерянное растение из подземелья темных эльфов. Использовалось для нанесения татуировок… Не ядовито, закрепляется в темноте, вытравливается интенсивным светом в течение двух-трех недель. Повышенная температура тела — это стандартная реакция на вытравливание. Оррана можно было не охлаждать. — В ярко освещенной лаборатории раздалось разом четыре вздоха облегчения. Я подняла на глупого мальчишку взгляд, заметила, как дернулся уголок его губ, и пришла к неутешительному выводу: — Ты это знал.

— Мы наконец-то на «ты», — улыбнулся он и схлопотал по шее. Не сильно, но, надеюсь, обидно.

А потом получил еще раз, только уже слева от собственного брата. Принц-вояка вырвался изо льда и теперь пылал желанием разбить кое-кому лицо, судя по взгляду, до кровавого месива. Нигье ограничился тихим поминанием Грыса. Соро, как в прямом, так и в переносном смысле отошел от греха подальше. Волль, судя по поджатым губам, хотел сказать многое, но силой воли сдержался. Он сбросил с себя ледяные осколки, помог освободиться барону Нигье из холодного плена и медленно пошел на младшее Высочество.

Я помню, как на меня так же шел Соро, и кровь стыла в жилах. Но вот он Волль, Королевский Блик. Лысый, бровастый, хрипящий простуженным голосом, одетый в пижаму и халат, на вид абсолютно не опасный. Но отчего-то все волоски на моем теле встали дыбом, и каждое слово посылает по коже морозную россыпь мурашек.

— Тебя пометили, Орран. Поднебесные эльфы ищут экстраординатов по всему миру. В артефакторах они особенно заинтересованы. — С этими словами он толкнул магическую сферу с маслянистой жидкостью, что вырвалась из шмеля. И она засветилась рунами призыва, как на договоре Рашса, который меня совсем недавно чуть не заставили подписать. То есть эта жидкость работает как дымчатые лианы, те самые, что вырвали Ирвинию из объятий советника на балу. Или, правильнее сказать, «после бала», когда Волль желал приобщиться к прекрасному, но прекрасное исчезло из рук.

И, подтверждая мои мысли, Блик продолжил:

— Ты избежал призыва, это похвально. Но поднебесные знают, что метку экстраординат уже получил.

— Это не проблема! — отмахнулось самоуверенное Высочество. — Вы поймали остальных шмелей, я покажу агентам Тайных знаний, как их вскрыть, они поранятся, попадут под призыв…

— И будут возвращены через пятнадцать секунд, — отрубил советник. Соро и Нигье слаженно кивнули, словно они уже испытали этот прием и их засланцы в Поднебесье не попали. — Ты забыл о слете. И у тебя нет двух недель, чтобы вытравить татуировку.

— Хм. — Орран поднял руку к лицу, скептически посмотрел на ладонь. — Используем иллюзию, косметику, перчатки…

— Сомневаюсь, что хитроухие этого не предусмотрели, — выдал принц-вояка и оказался прав.

Сидя в ярко освещенном кабинете, где когда-то давно Соро и Палач решали мою судьбу, перекрывая документы друг друга, как игральные карты, я обнимала подушку, грела пальцы о здоровую чашку чая и с удовольствием наблюдала за тем, как младшего принца «лупят». Не в прямом смысле слова, хотя всем присутствующим давным-давно хотелось перейти от тяжелых взглядов к тяжелым побоям. Близился третий час ночи, а они так и не придумали, как скрыть метку, не давая ей разрастись черным ковром по телу Высочества.

Иллюзия над меткой рвалась. Косметику метадея восприняла как защиту от убивающего света, поэтому на локте Оррана теперь также имелся цветок. На нашу удачу, маленький — я вовремя заметила проявление рисунка. Оставались перчатки, которые должны быть тоньше слоя косметики и в то же время достаточно плотные, чтобы скрыть свечение рун, что должны незаметно выжечь метку. Но как ни бились агенты бюро Тайных знаний, так и не достигли должного эффекта. То перчатки слишком тонкие, то руны слишком яркие. Когда на примерке пятой пары я заметила, что новая ниточка метадеи потянулась по руке принца вверх, Соро с проклятием на устах наложил иллюзию на перчатку. Пару мгновений в кабинете было тихо, а затем прогремел взрыв.

Мужчин разметало, у мерзавца королевских кровей волосы встали дыбом, я расплескала чай.

— Что это было? — прохрипел главнокомандующий, которого припечатало к двери.

— Шумовая вспышка, — закашлялся Нигье, поднимаясь с пола. — Сработала на иллюзию, наложенную на материал. Поднебесные те еще скоты!

— Я кого-то хочу убить, — честно сообщил принц-вояка. Ему пришлось хуже всего. Он угодил в камин и теперь выбирался оттуда, рассыпая вокруг пепел и угли.

— Я даже знаю, кого, — вздохнул советник Волль и протянул мне платок. — Не сильно испугались?

Стоявший за стулом принца Оррана, он не получил большой отдачи. А может, все дело в том, что у него просто нечему было становиться дыбом. Впрочем, если присмотреться к бровям…

— Не сильно, — улыбнулась я, принимая помощь. — Но, если честно, я уже устала.

— Я тоже, — поделился своей грустью помеченный экстраординат.

— Лучше помолчи, — потребовал замахнувшийся было принц-вояка. — Потому что у меня есть острое желание тебе что-нибудь сломать. — Он опустил руку и разжал кулак. — Предлагаю сделать перерыв, иначе я действительно…

— Так тебя, Дарг, никто и не держал, — ехидно бросил Орран и тоже встал. — У вас, вояк, дельных мыслей всего одна и та тупая… — сдернул с руки остатки уничтоженной перчатки.

По кабинету разлилось зыбкое напряжение. Кажется, кое-кто, вечно хладнокровный, тоже устал и решительно нарывался на трепку, даже не понимая, какую идею ему только что выдал брат. Ведь это же гениально!

— А действительно! — Я вскочила с дивана, чуть не сбросив на пол подушку и чашку с чаем. Подлетела к Оррану и, ткнув его кулаком в бок, предложила: — Давайте ему руку сломаем.

— Что?!

Нет, это поразительно. Мужчины, которые три часа кряду мечтали избить младшее Высочество, вдруг сплоченно возмутились моей кровожадности.

— И тебе меня не жаль? — с упреком спросил Орран, глядя на меня сверху вниз.

— Вот теперь перерыв точно необходим, — решил Соро.

— Стойте! Да поймите же, если мы официально… то есть при свидетелях сломаем ему помеченную руку, то сможем наложить гипс или повязку. А под нее спрятать руны или даже кристалл для выжигания метадеи!

— Так мы убьем двух зайцев. И метку, и… — принц-вояка не договорил, широко улыбнулся. — Позвольте, я сломаю ему руку!

Он даже шагнул вперед, но я в мгновение ока оказалась между братьями и повторила:

— Ломать будем при большом скоплении людей. Иначе нам не поверят! И, вообще, не думаю, что Оррану нужно наносить реальный вред, можем обойтись фикцией.

В ходе бурных обсуждений выяснилось, что сломать Оррану руку не так-то просто. Мерзавец королевских кровей владел парой-тройкой боевых искусств и имел настолько гадкую репутацию, что бить ему морду не решались ни мужья-рогоносцы, ни враги-завистники, ни даже наемные убийцы. Последние так и вовсе норовили задеть Высочество издалека, чтоб не попасть в зону действия его хранителя. Вернее, это убийцы считали, что Оррана прикрывает хранитель дворца, всесильный Силль, и даже не догадывались, что все покушения проваливаются из-за артефактов. К слову, сколько я ни смотрела на красавца, так ни одного артефакта на нем и не обнаружила. И где он их прячет?

— Остаются женщины, — решил Волль, в очередной раз отклонив кровожадное предложение принца-вояки. — Дарг, оставь идею с переодеванием. Сам ты без веской причины напасть на брата не можешь, да и в образе вора тоже. — И не дав ему возмутиться, пояснил: — Иначе это поставит охрану дворца под сомнение. Это должна быть нелепость, случайность и лучше всего с женщиной.

Дарг фыркнул и отступил, Орран с ухмылкой заметил:

— Да, но у меня нет врагов среди женщин. Бывших пассий я давно отучил мстить и злословить, а новых… — тут он покосился на меня, — еще ни разу не разозлил.

Неожиданное заявление.

— А утренние издевательства над невестами разве не в счет? — возмутилась я.

— Это была разминка, — последовал невинный ответ. — К тому же за некоторыми милашками остались долги.

Сложно сказать, что меня подстегнуло, то ли воспоминания о горящей поляне и шмеле на моей сережке, то ли ехидная улыбка мерзавца Оррана и его раздевающий взгляд, но я смело предложила:

— А давайте мы его с лестницы спустим?! У меня спальня как раз на втором этаже напротив лестницы. Я нечаянно толкну, а принц Дарг добьет. В смысле сломает, что нужно. Вы же не против поучаствовать, верно? — обратилась я ко второму Высочеству.

Вояка кивнул и просветлел в лице, младший игриво вздернул бровь.

— А если переломов будет два?

— Ничего страшного! Вам полезно, мне приятно, — отмахнулась я, в запале продумывая сюжетный поворот. — И честное слово, ради такой отдушины я готова сыграть ревнивую фаворитку в отставке. Буду на весь дом визжать, что вы — предатель, и не слышать, что вы ошиблись направлением и шли ко мне… Толчок. Полет. Приземление. Гипс.

Все этапы изобразила в пантомиме, правда, вместо толчка был пинок.

— Кхм, — многозначительно кашлянул принц-вояка.

— Забыла, простите. Будет так. Толчок. Полет. Приземление. Любезная услуга от принца Дарга. А затем уже гипс! Учитывая новые разработки гильдии врачевателей, Орран сможет свободно сгибать и разгибать руку и даже чуть-чуть напрягать.

Молчавшие до сих пор Соро, Волль и Нигье неожиданно и очень слаженно постановили:

— Берем в разработку.

На самом деле никто ничего не разрабатывал. Оррана в домик невест переместили одним порталом, меня другим. Причем принца сразу доставили, а меня опять по коридору провели и вынудили подниматься по лестнице сквозь пол. И нет ничего удивительного в том, что нетерпеливый мерзавец не только вбежал на второй этаж, поскребся в мою дверь, но и открыл ее, чтобы спросить:

— Лилли, ты там уснула?

Я не успела ни преодолеть лестницу, ни ответить, за меня это сделал Зорге с лопатой наперевес… Пожри его демоны! Чепец слетел, волосы блеснули светлой молнией, стройное девичье тело в мгновение ока преодолело расстояние от кровати до визитера и столкнулось с ним, вышибая и дух, и лопату, которую принц все-таки перехватил.

— Зорге! Орран… — прошептала я, не веря собственным глазам. От изумления не было сил на крик, впрочем, его бы и не услышали.

Не разрывая «страстных» объятий, парочка выпала в коридор под ошеломленное и натужное восклицание «Лилли?!» Следом раздался нешуточный грохот, словно они вдвоем покатились по лестнице вниз! Меня накрыл запоздалый ужас и мысль, что если зомби не остановить, то Высочество постигнет незавидная участь. Я побежала за ними, теряя тапочки и халат, плечом задела косяк двери, ударила мизинец, но оказалась у лестницы в тот самый момент, когда Зорге поднялся над распростертым на полу принцем.

В холле зажегся яркий свет, обитательницы гостевого домика спешили узнать причину грохота. А причина лежала на боку, глаза зажмурены, левая рука странно вывернута, правая в крови. Демоны, хоть бы он остался жив! Я не заметила, как сбежала вниз, как исчез пышущий негодованием зомби и его надвое переломившаяся лопата, как холл наполнился людьми и криками. Все мое внимание сосредоточилось на том, чтобы нащупать пульсацию крови в венах Оррана и облегчить его состояние обезболивающим. Иглу с составом я ввела сразу, надавила на бусинку, вгоняя средство под кожу, прикоснулась к холодной щеке бледного высочества и вздрогнула, когда это Высочество открыло тусклые от боли глаза.

— Великие боги. Ты жив! — В порыве нежности и облегчения поцеловала его во влажный лоб и погладила по волосам. — Как себя чувствуешь?

— Ну, нужную руку мы мне сломали. — Он с хрипом перевернулся, лег на спину и головой на мое колено, сглотнул, прежде чем сказать: — И я тут подумал, что ты на удивление сильная девушка и на редкость большая врушка… Ты носишь трусики, — с укором бросил он мне.

— Кажется, одним лишь переломом руки не обошлось, — прошептала я, ощупывая его буйную голову и не находя ни шишки, ни отека.

— Лилли, лучше взгляни на мой трофей.

И вот тут мне продемонстрировали белье. Принц держал его в правой руке, как знамя, отобранное у врага в жестокой схватке. Красивое знамя, красное, с тонкой серебряной вышивкой, очень дорогое. В общем, то, что я приняла за кровь, оказалось кружевом. Чужим кружевом.

— О нет… это не мои!

— Тогда с кого я их снял? — несколько заторможенно спросил принц.

— С Зорге. Это зомби-садовник, работает на главнокомандующего, — пояснила торопливо. — В мое отсутствие он остается в спальне и скрывается под иллюзией.

— Вот как… — Орран поморщился уже не столько от боли, сколько от досады. — А иллюзия достоверная?

— Тютелька в тютельку.

— Тогда я ни о чем не жалею.