14

С улицы донеслись визги – изумлённые и восторженные, но я всё не могла остановиться. Мне было просто до ужаса обидно! Так пролететь всего лишь из-за внезапного желания принца!

Перепуганная Роси забежала в комнату, казалось, даже дверь не закрыв – впрочем, за неё это сделал не менее перепуганный Злося.

– Что случилось? Тебя обидели? Сказали что-то плохое? – упала сестра передо мной на колени, пытаясь разглядеть лицо.

– Кря-кря? – вторил ей утёнок.

– Сказали, – всхлипнула я, стараясь, чтобы голос не дрожал, – что я… здорова. Совершенно!

Ответом мне была тишина. Роси смотрела на меня странновато, Злося пару раз оторопело моргнул и сообщил:

– Кря-кря-кря. Кря-як!

– С головой у неё тоже всё в порядке, – невозмутимо сообщила ему сестра. – Просто Фреса чувствительная. И вообще, иди-ка ты отсюда. Подождёшь свою хозяйку без меня десять минут. Наверняка Фреса просто при тебе говорить не хочет.

Возмущённо крякнув напоследок, Злося глянул на меня как-то укоризненно. Прямо в глаза – аж до мурашек пробрало и важно что-то прокрякал.

– Ты, конечно, утка, но не каркай, пожалуйста! – попросила Роси, всплеснув руками.

Злося не ответил. Гордо вскинув голову, он продефилировал к себе, позволив Роси открыть ему все двери, и только после этого сестра вернулась ко мне. Я уже немного успокоилась. Слёзы капали крупными градинами, дождь больше не шуршал, но всё ещё шёл, занося в комнату через балкон освежающую прохладу.

– Так что плохого в твоём здоровье? Ты действительно думала, что тебя могут отсеять на первом же этапе?

– Я готовилась! – пожаловалась я. – Я… переспала вчера с Илем. И если бы не принц…

– Так, погоди, – перебила меня Роси, мотая головой. – Кто такой Иль и причём тут принц? Вы же с ним ещё не виделись ни разу.

Пришлось рассказывать. Сумбурно и перескакивая с одного на другое, но сестра сумела понять все мои рассуждения. Слушала внимательно и кивала даже, после чего неожиданно сообщила:

– Досадно, конечно, что твой план сорвался, но решение принца вполне ожидаемое.

– С чего это оно ожидаемое? – проворчала я, недовольная тем, что Роси хотя бы из солидарности со мной не посокрушалась над превратностями судьбы.

– Ты сама посуди. На отбор приехала знатная жрица из Курвосакии и принцесса Артефактума. Ни там, ни там добрачные связи не порицаются, даже наоборот. Отсеять подобных участниц на первом этапе из-за девственности…

– Чревато дипломатическими проблемами, – вздохнула я, понимая, что хорошо хоть в последний момент об этом подумали. И плохо, что об этом заранее не подумала я.

– А ты не переживай, – поддержала меня Роси, где-то достав платок и уже утирая мои слёзы. – Там ещё столько конкурсов – раздолье. Сумеешь ты притвориться непригодной. Правда, со стражником этим ты погорячилась…

– В каком это смысле? – недовольно спросила я, хмурясь. – Мы с Илем любим друг друга и будем вместе. Он пообещал мне, что всё уладит.

– Ох, Богиня… Фреса, ты порой такая наивная в своей влюблённости. Знаешь мужчину пару дней, а уже веришь ему на слово, – вздохнула сестра, впрочем, махнув на меня рукой. – Хорошо бы он не пропал вовсе, получив своё.

После такого с Роси я больше не разговаривала и вообще шмыгала носом до самого вечера. Из-за дождя сегодня кушали мы не в саду, а в нескольких залах. Настроения среди конкурсанток царили мрачные. Кто-то уже знал, что дальше борьбу не продолжит, некоторые просто нервничали от неизведанности.

На фоне этого пугающий заливистый смех курвосакской жрицы и весёлая атмосфера за столом дочери местного министра смотрелись не очень приятно. Впрочем, я на них особо внимания не обращала. Просто узнала у невозмутимой леди Ады и спокойной Сьюзан, что у них никаких дефектов не выявили, и не стала больше думать об этом.

Но вдруг между столов стали проходить служанки и что-то разносить. На лицах других участниц сперва читалось любопытство, которое после получения подарка сменялось недоумением. В чём причина мы узнали, когда дошла очередь и до нас, потому что женщины, что принесли нам подарок, с гордостью объявили:

– Ханум Линда передаёт каждой конкурсантке особое снадобье для здоровья.

Компаньонкам, естественно, ничего не выделяли – перед нами на столик поставили всего три бутылька и отправились дальше. Я только хмыкнула, скептично рассматривая дар. Вот ведь хитрая змея эта министерская дочка. Передала не до конкурса, а после. И вообще смотрела сейчас на всех с таким видом, словно уже победила и стала королевой, а теперь осыпала всех благодатью.

– Как-то подозрительно, – вполголоса протянула Сьюзан, тоже задумавшись о двойном дне. – Как бы оно нам не навредило.

– Вряд ли она открыто кого-то отравит – это сильно подорвёт её позиции, – спокойно предположила леди Ада. – Разве что как-то помешать в следующем конкурсе.

На зелье я посмотрела уже совершенно иначе. Подумав лишь несколько секунд, я рывком откупорила его и осушила до дна под удивлёнными взглядами всех собравшихся за столом. И заявила так невинно:

– Невежливо обижать человека недоверием. Она, может, от всей души, а мы сомневаемся.