Глава 37

А лазеры у меня в глазах не появились, чтобы взглядом кое-кого прижечь хорошенько?! Очень уж хочется!

Зажмурившись, глубоко вдыхаю и поворачиваюсь к Манакризе, открываю глаза. Рядом не только она, но и Лисса с Катари. Они внимательно меня рассматривают.

— И? — уточняю я.

— Больше не горят, — так же шёпотом сообщает Манакриза.

— Тогда пойдёмте завтракать. — У меня в животе не урчало, но я к этому близка.

К тому же не хотелось выпускать из поля зрения Принцессу, что б ей икалось!

Последними из нашей группы мы минуем белоснежный коридор с изящными статуями, лепниной, узорами из золота и серебра, почти незамеченными вчера. Спустившись по мраморной лестнице в холл с мелодично журчащим фонтаном, сворачиваем в переход к центральному зданию. Здесь я цепляюсь взглядом за Принцессу, и она опять зябко поводит плечами. Но не икает, а жаль. Похоже, проклинать — не моё.

В основном здании такая же, как в общежитии, пышная, словно во дворце в стиле рококо, обстановка, только здесь все цвета встречаются, и на полу паркет, а не каменные плиты. Очень дорогое удовольствие, ведь в Нараке с экологией проблема и лесов мало, все они под защитой, древесина зачастую экспортируется из других миров, что значительно повышает её стоимость.

А на ремонт сектора четвёртого факультета у них денег не было, ага.

Мы догоняем стайку восторженно озирающихся девчонок. Среди них я не вижу Найтеллит, а ведь Гатанас Аведдин обещал, что её скоро найдут и доставят сюда.

Через ещё один переход между корпусами Леонхашарт проводит нас к открытым дверям.

На факультете благородных демонов не столовая, а просторный ресторан со столиками, меню и официантами. Помпезный, как всё здание, с хрустальными люстрами, колоннами, мраморными статуями. Озарён он высокими световыми панелями с цветочными узорами гравировки.

Почти все столики заняты. И если студенты разглядывают нас с любопытством, большерогие демоницы показательно не замечают… до того момента, как засекают Леонхашарта. Тут уж сразу все их накрашенные глаза обращаются к нему. Его разглядывают жадно, перешёптываются, краснеют и бледнеют, смотрят с придыханием. Демонессы очень нарядны. Их бронированные костюмы покрыты узорами тканей и металлических накладок, вышивками, камнями, на рогах тоже часто встречаются золотые узоры, в волосах блестят драгоценные заколки, сверкают камушками серьги. Интересно, студентки так каждый день наряжаются или украсились, чтобы показать контраст между ними и нами?

Мы в своих светлых несвежих платьях с единственным украшением — брошами Юнидатуса Тарота — действительно на их фоне выглядим не очень, но мне это не мешает держать голову высоко поднятой, а плечи расправленными. Чего не скажешь о некоторых моих спутницах. Как бы я хотела подбодрить их с помощью магии, но воздействие могут заметить, а я помню предупреждение Урша и Шаанти о наказании за такие фокусы.

К тому же… Принцесса совершенно нагло тянет Леонхашарта к свободному столику, а с ней идут две её соседки по комнате. Столик небольшой, устроятся вчетвером, и будет не подсесть.

«Мне просто надо узнать о Найтеллит», — уверяю я себя и подхожу к Леонхашарту.

Принцесса чуть зубами не скрипит, но выдавливает улыбку, а я смотрю на Леонхашарта и обращаюсь самым нейтральным тоном:

— Простите, архисоветник Леонхашарт, но среди нас нет Найтеллит. Она исчезла ещё вчера.

По ресторану пробегает удивлённый шепоток.

— …архисоветник Гатанас обещал доставить её сюда, — продолжаю я. — Но её до сих пор нет.

— Спасибо за вашу бдительность, Анастасия, — Леонхашарт с видимым трудом отводит от меня взгляд и указывает на стул. — Прошу, присаживайтесь, пока будем завтракать, я всё выясню…

Он и стул мне отодвигает, и задвигает. Правда, то же самое ему приходится проделать с Принцессой и… неожиданно отстранившей её подружку Манакризой. Да, Манакриза такая, захотела — подвинула.

Устроившись за стол последним, напротив неё и справа от меня, Леонхашарт сразу отправляет по смартфону какое-то сообщение. На глазеющих на него демониц он внимания совершенно не обращает, а они, бедные, рискуют захлебнуться слюной.

Другие невесты быстренько устраиваются за свободные столики. Короткорогие вышколенные официанты разносят меню, интересуются, нужны ли рекомендации. Всё чинно, отработано, и эта чёткость, а так же как минимум видимость уважительного обращения, вдохновляет девчонок, они выпрямляются, из взглядов исчезает затравленное выражение.

Манакриза выбирает мясо, Принцесса яйца, мы же с Леонхашартом — кашу с фруктами, и заговорщически переглядываемся. Но после этого взгляда заговаривает он с Манакризой.

— Как я заметил, вы оседлали лорда Шаакарана. Как впечатления?

Ох, я оглядываю зал: на нас украдкой смотрят все демоны и в открытую все девчонки с соседних столов. Демоницы того гляди набросятся. Манакриза неопределённо пожимает плечами, и я перевожу взгляд на неё.

— Ездовые коты у вас хороши, — отвечает она, у Леонхашарта нервно дёргается уголок губ.

Он молчит. Не злится, а скорее в ступоре от такой характеристики, должна же у них быть демоническая солидарность.

— Вы только при посторонних или на камеру это не говорите, — немного сдавленно произносит Леонхашарт. — Это будет воспринято, как оскорбление. Дело в том, что демонокоты не являются ездовыми, редко кому удаётся прокатиться на их загривках, это большая честь и… практически это принятие в семью, под защиту рода.

— То есть мы с Настей теперь названые родственницы Шаакарана? — уточняет Манакриза. — Можем после обучения переехать к нему и рассчитывать на его поддержку при устройстве на работу?

У Леонхашарта дёргается бровь, выражение лица просто непередаваемое, словно он представляет мой переезд к котику. Я же едва сдерживаю смех: теперь Шаакаран точно попал. Пусть ждёт въезд новой родственницы…

— Архисоветник Леонхашарт, — мелодично зовёт демоница, и у меня по коже пробегает мороз. Демоница останавливается рядом с нашим столиком. Её стройность подчёркивают золотые узоры на чёрной броне, каштановые волосы короной оплетают роскошные рога, на красивом ухоженном лице играет улыбка, но направленный на Леонхашарта взгляд откровенно хищный. — Я собираюсь проходить практику в Архисовете, не будете ли вы так любезны, раз уж вы здесь, дать мне несколько рекомендаций.

Вот рогатая, поесть спокойно не даёт, и смотрит на Леонхашарта так, словно мысленно раздевает. А мы с ним договорились не выдавать интереса друг к другу, и у меня нет формального повода… даже слово против сказать.

Обращение демоницы придаёт смелости остальным, возле нашего столика мгновенно оказывается ещё десяток рогатых нарядных девиц, срочно жаждущих консультации. За столом из-за этой толпы дышать нечем. Принцесса и та теряется, явно не знает, как поступить. У меня уже зудит сказать что-нибудь… Если через минуту они не исчезнут, я точно что-нибудь скажу. Демоны-студенты косятся на своих рогатеньких выскочек обиженно.

До этого момента Леонхашарт казался мне очень терпеливым, снисходительным к женщинам и довольно вежливым. Внезапно я знакомлюсь с иной его ипостасью.

Он остаётся сидеть, но умудряется взглянуть на первую подошедшую к нему демоницу так, словно она распростёрта у его ног, а он находится на недосягаемой высоте. Ощущение давящей силы наполняет всё вокруг. От леденящего презрительного взгляда Леонхашарта улыбка демоницы становится нервно-натянутой, а прекрасный цветник вокруг столика резко прореживается, остаются только три демоницы, и те, похоже, просто растерялись. Даже мне от выражения лица Леонхашарта не по себе.

— Как вы заметили, в данный момент я завтракаю в другой компании, — холодно чеканит Леонхашарт. — Ваше вторжение слишком грубо и недостойно леди. На сайте Архисовета вы можете найти адрес почтового ящика для подобного рода обращений, отправьте его туда, и вы получите необходимую консультацию.

Нервно кивнув, демоница выдавливает:

— Благодарю за совет. Извините за беспокойство.

С ней рассасываются и последние три желающие что-то выяснить у Леонхашарта. К столу тут же подходит официант с нашим заказом.

«А ведь логично, что Леонхашарт умеет отшивать девушек, — соображаю я. — Иначе ему, такому замечательному, проходу бы не давали».

Но как же приятно, что он не растекается сладкой лужицей от женского внимания.

Леонхашарт ещё и «добивает» юных дев: окидывает нас взглядом и довольно громко произносит:

— Дорогие невесты, простите этих юных леди за проявленную грубость, они не хотели вас обидеть.

Судя по пробежавшему по залу шепотку и покрасневшим лицам рогатых леди и некоторых демонов, подобное заявление их оскорбляет. Ну конечно, Леонхашарт как бы извинился от лица благородных демониц перед какими-то жалкими иномирянками.

Подобные заявления могут оттолкнуть от Леонхашарта других демонов и осложнить ему политическую жизнь, работу в Архисовете, зачем он это делает? Заявить об их бестактном поведении могла бы я… а можно было и сдержаться, свести всю ситуацию на нет, обойтись без провокационных заявлений. Леонхашарт мог отослать юных дев не так грубо и унизительно для них. Почему же он разрешил ситуацию так, чтобы подчеркнуть нашу значимость? Надеется этим нас поддержать?

«Если он собирается жениться на иномирянке, ему уже сейчас нужно заставить всех уважительнее относиться к нам», — догадка вспышкой проносится в голове. Я говорю себе «Да не может быть!» Но эта мысль пропечатывается в моём сознании, и… кажется, немного греет.

В остальном завтрак проходит без происшествий, в давящей тишине, под прицелами самых разнообразных взглядов: любопытных, гневных, завистливых, удивлённых. Я не слежу за окружающими специально, замечаю лишь краем глаза, и по тому, что замечаю, заключаю, что демонам мы по-прежнему интересны, а вот осаживание на демониц не подействовало, они относятся к нам с прежней неприязнью и наверняка планируют отыграться за унижение, когда Леонхашарта не будет рядом.

Похоже, надо готовиться к войне.

Видимо, понимая это, Леонхашарт сопровождает нас на занятия. Следуя за ним по роскошным коридорам и лестнице, я уже начинаю продумывать стратегию выживания в этом элитном учебном заведении…

Выделенная нам аудитория впечатляет, некоторых даже до судорожных вдохов: терминалы на каждом деревянном, а не пластиковым столе, для каждого студента — отдельное место, у кафедры преподавателя экран на всю стену вместо доски. И у всех удобные даже на вид кожаные кресла. Благородных демонов определённо балуют.

Лепнина, золото, серебро, статуи — это уже как само собой разумеющееся воспринимается.

Не выдержав, бросаю на Леонхашарта прощальный взгляд, но он не выходит из аудитории, а направляется к преподавательской кафедре. Речь на прощание хочет сказать?

Дожидается, когда мы все устроимся. Заняв кресло между столами Манакризы и Катари во втором ряду, я чуть не издаю блаженный стон. Никогда не сидела ни на чём настолько же удобном… а ещё на подлокотнике имеются кнопки. Кресло-то с функцией массажа! Ну… мне определённо нравится здесь учиться.

Чуткий Леонхашарт даёт нам прийти в себя от приятного шока удобства наших мест, затем окидывает взглядом просторную аудиторию с редко расположенными партами и млеющими студентками, после чего говорит:

— Я рад, что аудитория вам нравится. — Он едва заметно улыбается в ответ на несколько невнятных радостных выдохов. — Вы меня знаете, так что в повторном представлении нет нужды. С сегодняшнего дня я веду у вас лекции. Начнём с инструкции по использованию оборудования. Вам всем нужно завести учебные профили на терминале, в них будет отражаться ваш учебный прогресс как на этих терминалах, так и на любых других, в которых вы войдёте в свой профиль…

Он продолжает объяснять систему общего учёта, а я во все глаза смотрю на него: он наш новый преподаватель? Будет читать нам лекции? Я очень стараюсь не улыбаться, но уголки губ упорно ползут вверх.