Глава 38
Гатанас Аведдин не лгал, когда говорил, что непременно отыщет Найтеллит и вернёт её в группу к остальным невестам. Он действительно так думал. И не видел никакой проблемы: ну потерялась одна иномирянка, в таком переполохе и демон может потеряться, не то что юная, попавшая в незнакомую среду девушка. Её выданная казначейством следящая брошь (ух как Гатанасу тогда не понравилось, что Юнидатус Тарот решил поставить невест на учёт, потому что их магия — результат эксперимента сектора Возмездие, и значит они — достояние и собственность Нарака) передавала сигнал из сектора четвёртого факультета.
Только вот девушки возле уже потушенного сектора не оказывается. Её брошь валяется на тёмном от гари полу.
«Наверное, брошь случайно потеряла и пошла в город искать остальных», — решает Гатанас Аведдин, но на всякий случай отправляется в свой кабинет проверить парные кристаллы.
И там, за его столом, когда он отпирает ящик с пятнадцатью подвесками, его ждёт неприятный сюрприз: восьмой кристалл, связанный с амулетом невесты Найтеллит, не подаёт сигналов. Причин могут быть только две: либо парный кристалл больше не на невесте. Либо она мертва.
Оба варианта Гатанасу не нравятся. В таком случае закон строг и его предписания предельно ясны: он обязан немедленно заявить о побеге иномирянки, чтобы её объявили в общепланетарный розыск. И вот тут выходит боком публичность участниц шоу. Это же какой скандал: иномирянка презрела возможность брака с высокопоставленным демоном и сбежала. Свои же собратья за это обфыркают, станут укорять за устроенную вольницу, ещё чего доброго потребуют выселить девиц из общежития благородного факультета.
Гатанас, конечно, на своём настоит, но лишних проблем и споров ему не хочется. Так что пока он решает не поднимать шум и поискать пропавшую невесту силами сектора Возмездие. Тем более, он уверен, что его специалисты не подведут и к утру беглянку представят пред его светлые очи.
Утренний запрос Леонхашарта о судьбе восьмой невесты Найтеллит для Гатанаса Аведдина почти как соль на рану: нет невесты, никто не видел и не слышал, специалисты сектора Возмездие подвели.
Разглядывая висящие на перекладине пятнадцать кристаллов, из которых восьмой — пепельно-серый, пятнадцатый — горит ярким светом от резонанса магий истинной пары, а в седьмом будто слабые голубоватые искорки проклёвываются, Гатанас Аведдин, совсем недавно уверенный в успехе своей тщательно спланированной операции по спасению Нарака, почему-то не может избавиться от неприятного ощущения, что что-то идёт не так, что он что-то упускает, и его планам не суждено сбыться.
«Глупость, всё это просто мандраж», — пытается убедить себя Гатанас Аведдин, но плохое предчувствие не исчезает, не даёт ему покоя, гонит из уютного белого кресла, чтобы он что-то сделал, а вот что, Гатанас не знает.
***
Какой же у Леонхашарта сексуальный голос, когда он читает лекцию… а как обалденно он выглядит в своём чёрном, подчёркивающим стройность и отличные мышцы бронированном костюме, когда расхаживает по площадке перед экраном-доской. Сколько в нём достоинства, величия, аристократизма… и даже рога — они как корона. Много рогов я уже повидала, и вынуждена признать, что у Леонхашарта они на редкость замечательной формы…
Так, стоп. Хватит мечтать о нём, надо читать учебник. Выдали его в помпезной библиотеке, куда Леонхашарт сводил нашу группу получить книги, планшеты и виртуальный доступ к необходимым материалам.
Не зря же я легла почитать уроки…
— Ты только посмотри, — вздыхает позади меня Катари. — Видно же всё невооружённым взглядом.
Я и не заметила, как она вернулась в комнату.
— Мда-а, — тянет Лисса, к кровати которой подошла Катари. — Даже смотреть как-то неловко, слишком уж… всё явно.
— Что там у вас? — Только что отжимавшаяся Манакриза перебирается к ним. — Как подловили! Теперь не отвертится.
Меня тоже разбирает любопытство, я оглядываюсь: устроившиеся на кровати Лиссы девчонки рассматривают журнал.
— Что там у вас такое?
Они переводят на меня странные взгляды… очень странные взгляды. Заинтригованная, я сажусь на кровати и даже откладываю учебник. Отвечает Манакриза:
— Да вот не понимаем, почему ты посторонних девиц и демонесс подпускаешь к архисоветнику. Я бы особо резвым рога открутила или руки поотрывала, чтобы к чужому не тянулись.
Меня бросает в жар, кровь ударяет в голову. Довольно непривычная для меня реакция, к счастью, я хотя бы не краснею: со мной такого с детства не случалось.
— С-с-с чего в-вы решили… — В полном шоке я умолкаю. Заикаюсь? Я заикаюсь? Взяв себя в руки, произношу почти равнодушно: — С чего вы решили, что меня интересует, с кем будет архисоветник Леонхашарт? Мне нет до этого никакого дела.
Девчонки переглядываются… и многозначительно-понимающе улыбаются друг другу, словно ни единому слову моему не верят. А меня опять обдаёт жаром, и я даже ответить ничего не могу. Что Леонхашарт со мной сделал? Почему я веду себя, как влюблённая дурочка?
— Да-да, — нарочито сочувственно соглашается Лисса. — Конечно, тебе никакого дела нет до архисоветника.
— Мы тебе безусловно верим, — кивает Катари, едва сдерживая улыбку.
И только Манакриза сжаливается надо мной, перекидывает на мою кровать их журнал:
— Ты можешь, конечно, делать вид, что тебе до архисоветника дела нет, но ваши лица, взгляды, жесты — всё говорит об обратном. Когда вы оказываетесь рядом, даже если не смотрите друг на друга, на вас клейма «влюблён» и «влюблена» ставить негде. Так что бросали бы вы всю эту конспирацию и честно ходили вместе, а если можете — снимались бы с этого глупого шоу.
Опустив взгляд на разворот журнальных страниц, я едва сдерживаюсь от того, чтобы закрыть лицо рукой. Притворяемся мы, ага… порознь ходим…
В глянцевом журнале напечатали наши с Леонхашартом фотографии со свидания после прохождения полосы препятствий. Не знаю, специально так подбирали или все фотографии выглядели так компрометирующе, но на нас с Леонхашартом действительно клейма негде ставить с предупреждением, что влюблены. Мы так смотрим друг на друга… так прикасаемся друг к другу…
Лицо руками я всё же закрываю, потом открываю снова посмотреть на фотографии. Если мы с Леонхашартом всегда так вместе выглядим, то притворяться или бессмысленно, или надо лучше. Такими влюблёнными и восторженными не каждые новобрачные на своих фотосессиях кажутся…
Зато теперь понятно, почему я веду себя, как влюблённая дурочка: похоже, я такая и есть.
— Заяви на него свои права, — советует Манакриза.8c847c
Легко сказать! Мне страшно! И за жизнь нашу, и… в целом. Есть ведь исследования, что любовь за два с половиной года проходит, а тут… ну…
— Что тебя смущает? — удивляется Катари. — Разве это шоу устроили не для того, чтобы демоны женились на ком-нибудь из нас?
В том-то и проблема, что может быть не за этим!
Снова я почти с ужасом смотрю на такие прекрасные и такие компрометирующие фотографии. Красиво получилось. Эффектно. И мне совершенно не нравится видеть себя такой очарованной, уязвимой и зависимой от Леонхашарта.
***
Хотя за шоу «Найди себе пару» и его организацию отвечает Гатанас Аведдин, он слишком занят, чтобы учитывать простые человеческие нужды девушек. Зато это учитывает Леонхашарт, потому что он всё больше думает о Насте, переживает, как она там, всё ли у неё хорошо, всё ли у неё есть. И когда к концу учебного дня сектор Возмездие и Гатанас лично так и не изъявляют намерения позаботиться о девушках более, чем поселить в мужском общежитии благородного факультета, Леонхашарт берёт дело в свои руки.
Обращается он к задействованным на шоу портнихам, оформляет заказы им и в магазины. Постольку поскольку никто больше этим не занимается, всё оказывается во власти Леонхашарта.
На форменную одежду он выбирает платья (потому что ему нравится, как Настя выглядит в платьях), а не стандартные комбинезоны четвёртого факультета, цвет — насыщенно-лиловый, на его взгляд идеально подходящий светлой коже Насти, её иссиня-чёрным волосам и тёмным глазам. То, что далеко не всем невестам этот цвет будет к лицу, Леонхашарту безразлично, он и не помнит этих лиц.
Зато он помнит наряды студенток благородного факультета, и всё в нём требует, чтобы Настя ощущала себя не хуже них. Так что к набору платьев нескольких фасонов добавляются заказы на украшения. Для всех невест, разумеется, потому что в предположениях своих Настя права: он хочет, чтобы к иномирянкам относились с большим уважением. Он не идеалист и понимает, что в масштабах всего мира и сразу это невозможно, но повысить статус небольшой группы девушек, тем более при молчаливой поддержке сектора Возмездие и Архисовета, Леонхашарт может такими незамысловатыми трюками, как статусный внешний вид.
Не забывает он об обуви, необходимости вызвать девушкам косметологов и стилистов…
А на заказе нижнего белья позволяет себе немного… перегнуть палку, но сдержаться — выше его сил, слишком уж явно он представляет Настю в вещах из каталога, и от этого у Леонхашарта захватывает дух и немного отключает мозг.
Никогда прежде не занимавшийся подобными заказами и покупками, Леонхашарт с удивлением обнаруживает, что это не сложнее его обычной работы, которую он бессовестно откладывает на ночь, несмотря на многочисленные звонки и сообщения.
Благодаря статусу Леонхашарта и оплате сверхурочных, первая партия самого необходимого готова уже к десяти вечера, и откладывать передачу на утро он не хочет.
В грузовичке с вещами едет пара портних, Леонхашарт впереди них катит на роскошном кабриолете, и вдруг вспоминает о своём долге Баашару. Набирает его номер.
— Слушаю, — отзывается немногословный демон.
— Я обещал тебе свидания, могу устроить пару часов сегодня.
— Мне не нужно.
На этом связь прерывается. Несколько мгновений Леонхашарт растерянно смотрит перед собой. Задаётся вопросом «Почему?» Складывает факты. Прикидывает вероятности…
«Не может быть, чтобы он забрал восьмую невесту себе, — не верит собственной догадке Леонхашарт. — Баашар никогда не нарушает правила и законы, он не мог так подставить девушку, ведь её скоро объявят сбежавшей, и тогда сурового наказания ей не избежать. Да и не мог он думать, что способен спрятать её от сектора Возмездие».
Так до самого въезда в сектор благородного факультета Леонхашарт и пытается понять, случайное это совпадение (вдруг просто интерес к сватовству у Баашара пропал) или на Баашара впервые в жизни что-то нашло и он похитил иномирянку… и не он ли с восьмой невестой — истинная пара, которую так ищет Гатанас Аведдин? Но если они пара, то почему нет критического увеличения излучения их магического поля? Решить что-то определённое Леонхашарт не успевает.
А возле общежития благородного факультета его ожидает крайне неприятный сюрприз: пяток кабриолетов, толпа женщин с огромными цветными чемоданами, чехлами с одеждой на плечиках и Шаакаран, указывающий им на дверь повелительным жестом, словно генерал, приказывающий войскам ринуться в бой:
— Заносите! Заносите быстрее и осторожнее, там есть хрупкие вещи.
«Не дободал», — понимает Леонхашарт.