Глава 64

Я физически ощущаю, как тяжело Лео удержаться на месте, чувствую, как хочется ему расправить крылья, расплескать вокруг магию. В его радужках ярко вспыхивают лиловые искры. Он такой красивый, так хочется провести пальцами по его скулам, коснуться губ…

– Для меня большая честь проводить сегодняшний этап шоу «Найди себе пару», – внезапно изменившийся голос распорядителя помогает нам с Лео опомниться.

Голос из резкого становится прямо бархатным, но не вызывающим, как у Берронзия. Я стараюсь сосредоточиться на нём: он мне неприятен, и это помогает отвлечься от радости видеть Лео рядом, предвкушать мгновение, когда мы соприкоснёмся в танце. Радости, которая может выдать нас с головой.

Так что смотрю на совершенно нежеманного демона-распорядителя и внимательно слушаю примитивные условия шоу: шары с номерами девушек бросают в барабан, женихи в порядке старшинства вытягивают…

Слушаю, а сама краем глаза за Лео слежу. Не нравится мне, что он и с другими невестами танцевать должен, но зато один раз он точно будет со мной. Именно меня он будет кружить в танце, и я уверена, долго ждать не придётся – Лео что-нибудь сделает и обязательно устроит нам танец прямо сейчас. Потому что… как и его ко мне, меня к нему тянет, как магнитом. Настолько, что даже речь нового ведущего я к своему удивлению (вроде же на его голосе сосредоточиться пытаюсь) пропустила и снова услышала, только когда  Лео встал со своего места на возвышении.

– Сейчас пройдёт первая жеребьёвка. Как вы видели, я добавил в барабан шесть шаров с номерами наших прекрасных невест! – распорядитель раскручивает ручку, чёрные матовые шары весело скачут в прозрачном барабане. Неотличимые друг от друга, но я верю, что Лео вытянет мой шар.

Верю так сильно, что не волнуюсь, когда Лео запускает руку в остановленный ведущим барабан. Вытаскивает. На камеру раскручивает его и демонстрирует белую цифру «15».

– Пятнадцатая невеста! – радостно провозглашает распорядитель, словно он только что выиграл приз. – Прошу к нам!

Осторожно выставленную ногу Принцессы я переступаю и шагаю к Лео. Он смотрит в глаза, протягивает руку, и оркестр проходится по инструментам. Мелодия разрывает мгновение тишины, нарастает, как и стук моего сердца.

Прикосновение к горячим пальцам Лео прошивает моё тело волной наслаждения, я выдыхаю слишком шумно, не слыша комментария распорядителя, только стук наших с Лео сердец, только музыку. Он прижимает меня к себе, ладонь ложится на спину, прожигая сквозь ткань. Лео хватает концентрации сделать первый шаг танца, начать круг. Похожая на вальс музыка, похожие движения, только руки здесь принято держать под другим углом.

И музыка, и движение вместе, и глаза возвышающегося надо мной Лео с весёлыми искорками лиловых огней. И ощущение полёта. Восхитительное и незабываемое. Мы кружимся по залу, ведущий что-то говорит, на краю поля зрения мелькают фигуры, а мы с Лео кружимся, не в силах оторваться друг от друга, и музыка льётся-льётся-льётся, наполняя нас, сплавляя друг с другом, задавая ритм головокружительного движения.

Мы не говорим, но по взгляду Лео я читаю: «Ты восхитительна. И твои настоящие рога в тысячу раз красивее. Ты самая прекрасная, любимая, Настя… Настя… Настя…»

Но музыка замедляется, стихает, напоминая, что пора заканчивать, разойтись, уступить Лео другим невестам. От этой мысли на голове в месте рогов вспыхивает зуд, вспыхивает мысль: «Забодаю!»

Не хочу отдавать Лео. Никому. Даже временно, даже понарошку!

Но музыка затихает.

– …восхитительный танец, словно сама Шааршем, танцующая богиня, явилась нам в образе этой юной человеческой женщины.

Не хочу отпускать Лео. Пусть хоть весь мир треснет, а не хочу его отпускать…

Словно в ответ на мои мысли взывают сирены. И весь мир содрогается. От встряски падает распорядитель, взвизгивают девушки, одна из камер валится на вибрирующий пол и разлетается осколками.

Прижав меня к себе, Лео оглядывается по сторонам. За окном алые всполохи сирен окрашивают стены и здания. На несколько мгновений всё вроде стихает.

А затем всё содрогается вновь, и мне кажется, что сквозь вой сирен я слышу чей-то отчаянный хриплый крик.

Лео встряхивает головой, словно пытаясь от чего-то избавиться. Индикаторы накопителей под потолком загораются, расцвечивая фреску купола тревожными яркими полосами. Отстреливаются, но вставшие на их место накопители тоже наполняются почти сразу и отстреливаются, наполняются и отстреливаются, только пощёлкивания слышны.

Первым реагирует Баашар: набычившись, разворачивается к окну и бежит. Выбив стекло, выпрыгивает наружу. Видимо, приземляется, после чего взлетает на крыльях и уносится прочь. Уверена – к своей Найтеллит спешит.

Уже взявший себя в руки Лео не хватает меня и вроде даже не слишком суетится, но я чувствую, что он настороже, отслеживает всё пространство вокруг нас.

Илантих, миновав площадку, подхватывает Катари под руку и только после этого достаёт смартфон и куда-то звонит, она тоже достаёт смартфон – из декольте – и, похоже, залезает в сеть.

А следом и остальные демоны кто звонить начинает, кто в сеть лезет.

Всё снова вздрагивает, скрипят оставшиеся в окнах стёкла. А на улице завывают сирены, и ветер дует в пробоину.

– Тут бывают землетрясения? – интересуюсь тихо. Мне тревожно, но близость Лео успокаивает, и в целом кажется, что я должна что-то сделать. Не впадать в панику, а организовать всех.

– Не было, – Лео продолжает зорко отслеживать ситуацию вокруг. – И не должно быть, это центр тектонической плиты.

Час от часу не легче!

И пока все шумят, испуганно оглядываются, толкаются и расходятся по разным углам, чтобы не мешались чужие разговоры, Лео чуть опускает ресницы и будто отрешается от всего, но я знаю, что при этом он ни на миг не перестаёт отслеживать окружающих.

Очередное сотрясение земли роняет барабан с оставшимися шарами, они разлетаются вместе с осколками, но никому уже не интересно, что там за цифры. Сейчас никому нет дела до шоу «Найди себе пару».

– Дело в магии, – произносит Лео наконец, и почти сразу Илантих выкрикивает:

– Безымянный ужас! Это он бьётся о землю, это из-за него всё дрожит!

Под шум возгласов и пересказов подробностей из сети мы с Лео заглядываем друг другу в глаза…

Это землетрясение и странное поведение Безымянного ужаса – временная проблема или смысла в нашей конспирации больше нет?

***

– Где же они?! – спрашивает Гатанас Аведдин белую пустоту своего кабинета.

Ищет он обоих родственников: и сына, и племянника. Их отсутствие, хаос в секторе Возмездие, упрямство Леонхашарта, с которым вроде всё неплохо клеилось до злосчастного инфаркта с инсультом – всё это похоже на какой-то заговор.

«Самая тёмная ночь перед рассветом», – эта мудрость ничуть не утешает Гатанаса. Может потому, что с момента пробуждения он сказал себе её раз так сто, а «светлее» не становится.

Наоборот кажется, что самая тёмная часть ночи только начинается.

Куда делся Фазарис? Беспокойство за него зудит в сердце Гатанаса, потому что племянник на вражеской территории, а драконы уже знают о демонах, ещё и Видящей обзавелись, которая может магию демоническую распознать и агентов-демонов разоблачить. Как не волноваться? Особенно если племянник на связь не выходит, на перевалочный пункт не возвращается, даже записочки не послал.

С сыном всё сложнее и проще: Тайгерос вроде бы в Нараке, вроде бы в безопасности (насколько любой сильный демон может быть в безопасности здесь, рядом с пожирающим магию монстром), но его свои же убить могут, если найдут, а он сопротивляться начнёт. А если просто сдастся, как его из тюрьмы вытаскивать, если власть из рук ускользает? Леонхашарта выпустил, второго такого выверта подряд Архисовет может не стерпеть, а Тайгерос на свободе ещё больше бед натворить способен.

И Леонхашарт тоже «хорош»: выйти – вышел, а к Анастасии не приводит и всё тут. Были даже подозрения, что она у него в доме живёт. По прослушке чувствуется, что там у него есть кто-то, но с обыском приходили, тайно запускали следящих жучков: один Леонхашарт. И как это понимать?

Такие невесёлые мысли мучают Гатанаса, когда его кабинет вдруг содрогается.

«Совсем обнаглели: прямо в здании меня взорвать пытаются!» – зло думает он, и даже вой сирен поначалу кажется ему лишь следствием выплесков магии у перепуганных сотрудников.

И лишь когда кабинет вместе со всей мебелью и самим Гатанасом вздрагивает ещё раз, а сигнал пожарной опасности в здании не срабатывает, его словно ледяной волной окатывает дурное предчувствие, и кончики пальцев снова начинают дрожать.

Судорожно вдохнув, Гатанас хватается за мышку и заглядывает в личный кабинет сектора Возмездие: ничего. И в кабинете на сайте Архисовета тоже.

Третий раз вздрагивает всё, окончательно развеяв надежду на то, что это просто где-то в здании срабатывают взрывные устройства: не похоже на взрывы, только на землетрясение, которого просто не может быть.

Первый отчёт появляется после пятого содрогания. Сумбурный, странный:

«Безымянный ужас бьётся о землю, всё дрожит».

Даже как-то смешно получать такое от опытных дежурных: как может Безымянный ужас, этот сгусток, биться о землю? Он же обычно просто ползает! Бывает быстро, но перетекает по земле! И кольцевой город далеко, здание, в котором находится Гатанас Аведдин, далеко от загона, не может это чудище настолько сотрясать всё вокруг!

Или может?

А может, он уже рядом с городом? Хотя таких сообщений не поступало.

Пока растерянный Гатанас пытается уложить короткий немыслимый отчёт в голове, в сообщении прилетает видеоролик.

Два клика – и на экране разворачивается запись с камеры. Гатанас даже успевает ругнуть себя за нерасторопность: мог бы подключиться к загону и сам посмотреть.

Но тут ему становится не до собственной медлительности: Безымянный ужас похож на грозовую тучу. Словно та вдруг улеглась на землю. Целое мгновение чудовище и впрямь похоже на неподвижную тушу. Даже на толстый матрац – так кажется с высоты. А затем это громадное тело поднимается в воздух. Натужно, неспешно. И обрушивается на землю.

С запозданием в несколько секунд вокруг снова всё вздрагивает.

Свернув почти совпавшую с происходящим в текущий момент запись, Гатанас судорожно добирается до схематического онлайн отображения загона, впивается взглядом в большую красную точку, обозначающую положение Безымянного ужаса.

Нет, чудовище не подобралось к городу. Наоборот, стоит удивительно точно по центру.

Аккурат над межмировой печатью. Именно над ней он приподнимается и падает, словно надеется пробить.

Гатанас вскакивает с кресла. Закусывает палец. Глаза у Гатанаса горят, и следующий удар по земле не вызывает прежнего трепета, хотя всё вокруг вздрагивает, и смартфон с белого стола падает на белый пол.

Нет-нет, теперь Гатанасу все эти содрогания кажутся практически музыкой, счастливым знаком, потому что такой интерес Безымянного ужаса к месту межмирового перехода, его поведение свидетельствует о том, что с той стороны печать удалось повредить. Хоть частично, но сковырнуть, и она пропускает теперь эёранскую магию, приманивает Безымянный ужас к себе, прикармливает. А когда проход откроется, раззадоренное чудовище рванёт в мир драконов.

Приближается последняя стадия. Теперь надо только окончательно снести печать в Эёране, а здесь… здесь надо подготовить к жертве истинную пару!