Николай Никольский

Конечно же я был недоволен. И это еще мягко сказано! Едва поймав сигнал, я тут же вызвал лодку и пересек чертово водохранилище. Но по дороге все никак не мог понять, зачем она отвязала единственную лодку?

Перевозчик признался мне, что сам доставил Машу на сушу и мне не нужно никого разыскивать на воде на ночь глядя. Уж в том, что моя помощница не умеет управлять лодочным мотором не приходилось сомневаться.

Дальше больше. Очутившись в своей машине я уже собирался отдать приказ отделу безопасности разыскать Марию, как она нашлась практически сама. Стоило только посмотреть историю транзакций. Так я выяснил куда девушка направилась и, практически забыв про боль в ноге, рванул следом.

Сведения о перемещениях Марии приходили быстрее, чем я успевал задуматься о том где она и что делает. Из кадров отзвонились на следующий день и сообщили мне, что Маша написала заявление на увольнение.

Это было уже слишком. Я знал, что она сняла немного денег в банкомате, но это была не самая большая сумма. Чуть меньше той, что я ей уже выплатил за больничный.

С утра я появился в офисе и долго смотрел на бумагу, которую мне показала растерянная начальница отдела кадров.

– Это действительно она написала? – выспрашивал я.

– Не думаю, что видела призрак, – пожала плечами женщина.

– Как она это мотивировала?

– А человеку нужно много причин чтобы уволиться? Тем более, богатому человеку?

Последнее замечание меня почему-то очень задело. Ведь мне казалось, я знал другую Марию. Она что, психопатка? Как объяснить такое поведение? Или это я дурак потому что влюбляюсь в таких женщин?

В это время меня оповестила служба безопасности. Конечно же я успел сказать парням о том, что мой бумажник у девушки.

«Она в ресторане с парнем» – вскоре узнал я.

– Нам звать полицию? – поинтересовался мой подчиненный.

– Нет. Лучше я сам.

Заведение было недалеко, поэтому я так и отправился туда, прихватив заявление.

Так и есть. Она сидит в ресторане с Сергеем. Стоит только увидеть это, как меня накрывает волной жара. В голову лезут совершенно дурацкие мысли: что если они задумали это вместе? Но потом я как будто прихожу в себя. Зачем? Чтобы украсть мой бумажник? Бред какой-то и я должен в этом разобраться!

Захожу в ресторан и выкладываю перед девчонкой заявление об увольнении. Во мне, кажется, плещется лава. Хочется поднять Машу, встряхнуть за плечи и спросить что с ней.

Салтыкова поднимает на меня свои большие синие глаза, приоткрывает губы и произносит:

– Я специально заманила тебя на остров.

– Зачем? – только и вырывается у меня.

Она смотрит вниз, себе под ноги, а потом резко встает и берет Сергея под руку.

– Сереж, пойдем, – говорит она.

Я еще никогда не пребывал в таком шоке. Они уходят и я даже не пытаюсь им помешать, потому что не знаю, что теперь чувствую по отношению к Маше. Что она со мной сделала?

Проходит три дня, в течение которых я позволяю себе отдых. Мне просто нужно осознать то, что случилось. Мне показалось, что я влюбился в девушку, что бросил ради нее подходящую мне пару и даже начал жить, стал дышать полной грудью. Но как только это случилось, она ушла. Это слишком напоминает мне то, что провернула со мной моя семья.

Я никогда еще не пребывал в апатии, даже когда потерял брата. Но вот сейчас я просто валяюсь на диване и смотрю в стену. Если можно сломать человека, то лучше всего делать это именно так: дать надежду на лучшее и тут показать, что все это было блефом.

Я сильный и выберусь. В этом я не сомневаюсь. Просто нужно время. В конце концов в этой вынужденной передышке уж точно есть один плюс – так заживает моя нога.

В тот самый момент как я додумываю эту мысль у меня звонит телефон. Лениво переворачиваюсь на правый бок и смотрю на экран сотового.

Лидия.

Черт бы ее побрал!

Борюсь с диким желанием запустить сотовым в стену, но любопытство все-таки сильнее меня. Я принимаю вызов.

– Прими мои поздравления! – радостно щебечет эта женщина. – Ты получил президентский грант!

Все это кажется каким-то розыгрышем и я приподнимаюсь.

– Что ты несешь, Лидия? – сейчас в меня совсем не осталось желания быть вежливым.

– Уже не помнишь, о чем мы договаривались?

– По правде говоря, нет.

– Ах да, – в ее голосе звучит напускная забота. – Я слышала про твой больничный.

– Это тебя не касается.

– Почему же! Насколько я знаю, это моя дочь поранила твою ногу, так что я готова компенсировать…

Я горю страстным желанием прервать эту тираду. Чем больше разговариваешь с такими дамами, тем вероятнее то, что они из тебя веревки вьют.

– Я сам наступил на стекло!

– Ну ладно, – сдается Лидия. – Тем не менее, я никогда не бросаю слов на ветер. Поэтому торжественно приглашаю тебя на вручение.

– Смеешься?

Кажется Лидию обижает мое недоверие.

– Все бумаги у тебя на почте, Никольский. Не явишься в пятницу, пеняй на себя.

Чтож, я заинтригован. Стоит открыть электронную почту и выясняется что я приглашен на губернаторский бал как получатель гранта баснословного размера. Это безусловно выведет мою компанию на новый уровень. Но вот что забавно: в этот раз на грант я не подавал, убедившись в том, что шансов мало.

Происходит что-то очень странное и волнующая загадка словно магнит вытягивает меня из постели.

В концу недели я гладко выбрит, причесан и одет в идеально сидящий на мне костюм. Время подходит к семи и я ловлю себя на том, что снова иду на подобное мероприятие один без девушки. Не везет мне с этим.

Лидию можно заметить сразу же. Это высокая стройная блондинка, выглядящая моложе своих лет. Может быть, поэтому ходят слухи, что она крутит роман с сыном губернатора. По крайней мере, ей самой и ее бизнесу, той его части, что Лидия о суда у бывшего мужа ни в чем отказа нет.

Женщина подходит ко мне и, изображая крайнюю радость, целует в обе щеки. Я же пытаюсь сделать так чтобы ни один мускул не дрогнул у меня на лице. Ненавижу эту стерву, но все еще люблю ее дочь. Да, последнее несомненно, как бы больно не было вспоминать. Теперь, пожалуй, я понимаю собственного партнера, который по сути потерял от Лидии голову и стал допускать одну глупость за другой.

– Я очень рада, что тебя, Николай, наконец оценили по достоинству! – начинает щебетать Лидия. – Хорошие люди должны получать награды.

Улыбаюсь, замечая как вокруг нас начинают собираться люди.

– Вот только я до сих пор не понимаю, за что, – пытаюсь подыграть Лидии, улыбаясь.

– Просто небольшая услуга, ты же помнишь? – она отклоняется назад и указывает на кого-то за своей спиной. Я пока не могу разглядеть лица за блеском платьев.

Улыбаюсь еще шире.

– Ты помог моей дочери принять верное решение! – объясняет Лидия.

– Верное это какое? – уточняю я у нее.

– Ехать в столицу! Она же просто зачахнет в этой провинции!

Наконец я вижу ее. Маша! Только сейчас от той красивой и улыбчивой девушки, кажется, остались только глаза. Лицо маскообразное и поразительно спокойное.

– Милая! Подойди сюда! – подзывает Лидия.

Маша замечает нас и разворачивается неестественно медленно, как будто механически. В ее лице нет ни жизни, ни красок и это пугает меня.

– Николай сейчас подтвердит тебе, что взял тебя на работу по моей просьбе. Все это только чтобы доказать, что все эти офисные штучки не для тебя. Конечно же мне пришлось отблагодарить его за такую помощь.

Маша бросает взгляд на меня и я чувствую себя так словно сердце пронзают раскаленной иглой. Вся атмосфера торжественного бала кликается и ровно и мне кажется, что сейчас я стою перед судьей, который смотрит на меня холодно и строго, а обвинитель в это время зачитывает приговор.

Откашливаюсь, но слова не идут, ведь Лидия говорит все правильно. Я действительно заключил с ней договор. Пусть ради смеха, да и просто для того чтобы от меня отвязалась эта змея, но я сделал такое!

– Скажите что-нибудь, Николай Андреевич, – произносит Маша.

– Да говорить ничего и не надо! – всплескивает руками Лидия. – Ты слышала запись разговора.

Я натыкаюсь на взгляд Маши, холодный, голубой и кажется теперь полностью искренний. Она презирает меня.

– Это правда? – спрашивает Савельева-младшая. – Вы действительно настолько… торговец?

Слова застревают у меня в горле. Впервые в жизни меня переиграла настоящая стерва, а я еще думал, что никогда не уступлю Лидии! Но от всего этого не больно. Я кажется только что предал Машу.

– Милая моя, в столице ты найдешь себе достойную пару, – Лидия разворачивает дочь и подталкивает ее к какому-то господину, которого я не знаю, но, готов поклясться, у него тугой кошелек. Уж точно больше моего.

– Почему ты не сказала? – бросаю я в спину Маше, но та уже теряется между гостями.