Глава 9
В столовой, как вчера вечером, стоял негромкий гул голосов, опять же смех нет-нет да и вспыхивал.
— Всем привет! — усаживаясь за последний свободный столик, произнес я. — Чего обсуждаете?
— Вон Сеньку вчера вечером чуть не оттеребенькали, — расхохотался Серега, бодро уплетающий пшенную кашу и поглядывающий на нетронутую порцию своей соседки Алены, которая в этот раз соизволила почтить нашу компанию своим присутствием. Кашу она есть не стала, но время от времени отпивала чай из стакана, похрустывая галетами, которые выдали из расчета три штуки на человека. — Гостья его постаралась!
— Да ужас! — жалобно подтвердил его слова Арсений. — Надралась до изумления, вцепилась в меня около своей двери и шепчет: «Пойдем со мной, голубь сизокрылый, чего покажу и даже потрогать дам». А главное, здоровая какая! Если бы не Лиза, точно утащила бы меня в номер.
— А потом еще грозилась Церберу рассказать, что это Сенька ее чуть-чуть не изнасиловал, — добавила рыжая Алла. — Сама слышала. Мы ж на одном этаже, вот на шум с Васькой и вышли.
— Было-было, — покивал Василий. — Мы потом так и сказали ребятам — если что, подтвердим, что вы не при делах. Ну куда такое годится?
— Какие добрые! — фыркнула официантка Регина, которая принесла нам с Инной еду. — Зато как чужое место занимать — так вы первые!
А, ну да, верно, она нам вчера рассказывала, что именно эти ребята по результатам лотереи в ее комнате теперь живут.
— Завидуй тише, — и не подумала тушеваться Алла. — Наша рука счастливая, твоя нет, потому тебе кашу разносить, нам правды доискиваться. Да! Всем приятного аппетита!
— Поглядим еще, кто везучий, а кто нет, — буркнула Регина.
— Золотые слова, — подала голос Натэлла, которая сидела на своем обычном месте. — Время все покажет и каждому раздаст награды по заслугам.
— Так я и не против, — невозмутимо согласилась Алла, намазывая на галету сливочное масло. — Если оплошаем, то поменяемся местами. И винить в этом никого, кроме себя, не станем.
— Аллилуйя! — поддержала ее Кира, подняв стакан с чаем вверх, следом за ней этот жест повторило еще несколько человек, в том числе и Инна. — Отвечаем только за себя и не льем дерьмо на других из-за того, что они более успешны!
Вот размежевание и началось. Пока еле заметное, но старт ему дан. Как я и предполагал — пара-тройка недель, и личные пристрастия, дополнительно простимулированные ротацией «этаж-кухня», сделают границу между сторонами куда более явной. Это не хорошо, не плохо, таковы законы бытия.
И нам придется определяться, кто свой, кто чужой. Одиночки лихо выживают только в книгах и фильмах, в жизни же их непременно сожрут либо те, либо другие, просто потому, что они являются легкой добычей и за ними никто не стоит.
Тут главное — с выбором не промахнуться. Не в смысле выбрать, кто посильнее, а попасть именно к тем, с кем наиболее комфортно идти к конечной цели, кто не спешит с решениями и не страдает головокружением от успехов. Потому торопиться не стоит.
После завтрака народ расходиться не стал, предпочтя остаться в холле, что, разумеется, мигом вызвало недовольство Аристарха Лаврентьевича.
— Ну и что вы все тут отираетесь? — недовольно осведомился он у Сергея, который о чем-то разговорился с одним из белл-боев. — Вам нечем заняться?
— Так, а чем? — ответила вместо рыжего Кира, которая невесть где достала фисташку и решила скормить ее Гедрику. — Ждем одиннадцати часов, когда доступ к компьютеру откроется.
— Кр-р-расотка! — гаркнул попугай, съев орешек. — Кр-р-репи по штур-рмовому!
— Ты мой хороший! — умилилась девушка, пропустив второе высказывание птицы, но одобрив первое. — А я тебе еще вкусненького принесу!
— Кр-р-р-раш!
— Запомните все и передайте тем, кого здесь нет, — явно с трудом справляясь с приступом гнева, который спровоцировали слова Киры, изрек Аристарх Лаврентьевич. — В моем отеле не возникает таких ситуаций, в которых персоналу нечего делать. Возможный максимум — это если вам повезло и вы не попались мне на глаза.
— Лоханулись, выходит, — тихо сказал за нашими спинами Вадим. — Блин, теряю хватку.
— Молодежь, кому лубрикант нужен — подходите. Как знала захватила, — весело предложила Дарья из-за стойки. Все три администратора сейчас с интересом смотрели на происходящее, причем сочувствия на их лицах не наблюдалось. — Вот поверьте, он вам сейчас сильно пригодится!
— У каждого из вас есть зона личной ответственности, — голос Цербера взмыл под потолок, — каждый из номеров должен быть в идеальном состоянии. Идеальном! Ни пылинки, ни соринки! А это достигается только ежедневным трудом. Есть минута — иди и натирай!
— Что именно? — чуть ошалело уточнила Лиза, причем в ее голосе не ощущалась ирония. Ей, похоже, реально надо было знать, что натирать.
Впрочем, даже если бы она и присутствовала, мне кажется, Аристарх ее бы не считал.
— Всё! — ответил он и распростер обе руки вперед. — Всё! Полы, столы, посуду, торшеры, отхожее место. Три и три! А как натер — начинай пылесосить, сначала номера, потом этаж. Там ковры, они пыль в себя впитывают что губка. Закончил пылесосить — мой! Или вы думаете, я приду и лестницу сам стану приводить в идеальное состояние? Вымыл — снова три! И так каждый день, каждую свободную минуту!
Цербер замолчал, тяжело дыша, администраторы же дружно захихикали, причем у меня возникло ощущение, что в глазах у них появилось некоторое… узнавание ситуации, что ли?
— Тр-р-р-руд! — подала голос Фифочка, как видно обидевшаяся за то, что ей фисташки не досталось. — Лодыр-р-ри!
— Именно, — ткнул пальцем в направлении попугая Аристарх Лаврентьевич. — Плюс самое важное — номера, занятые гостями. У нас тут на лыжах никто не ездит и на пляж никто не ходит, бассейна и сауны нет, потому времени на то, чтобы выбросить мусор и привести номер в порядок у вас не так много, а именно — завтрак, обед и ужин. Остальное время большинство постояльцев проводит в четырех стенах, за созерцанием картин и размышлениями о тщете сущего. Потому дождитесь, когда они отправятся в ресторан, и сразу приступайте к работе. Вот это чей гость? А?
Мы обернулись, и у меня непроизвольно вырвался вздох. Ну вот как так? Почему Елена всю дорогу сидела в номере и выбралась из него именно тогда, когда это менее всего нужно?
Как нарочно, честное слово!
— Наш, — ответил я, подняв руку. — То есть — наша. Виноват.
— Хорошо, что хоть осознаешь, — недовольно буркнул управляющий. — Значит, не безнадежен. Ну, чего стоим? Бегом, бегом! Время идет!
Администраторы в тот же миг начали хлопать в ладоши, точно задавая ритм, в котором нам с Инной предполагалось двигаться.
— Верно, — одобрил их действия Цербер и принялся делать то же самое. — Живо-живо-живо!
— Ишь как стреканули! — рассмеялась одна из девушек за стойкой, та, что носила имя Кристина.
— На рекорд пошли, — поддержала ее Дарья.
Не исключено, что они и после упражнялись в остроумии за наш счет, но я этого уже не услышал.
— Свинство какое! — пропыхтела Инна, ускоряясь. — Надо же, чтобы ей вот именно сейчас… Стоп!
Она резко остановилась, я чуть не налетел на нее.
— Ты чего?
— Долбни мы с тобой, друг мой Артемий.
— Вариант такой не исключаю, но конкретно сейчас в какой именно связи?
— Включи мозги, аналитик хренов! Мы как с тобой в номер…
— Дверь откроем! — закончил я за нее фразу. — Блин, точно. Тут же архаика, ключи с «грушей».
— Да даже если и не они были бы, один хрен, нам никто мастер-ключ не выдавал. Тём, а Тём?
— Чего? — насторожился я, услышав в ее голосе внезапную ласку и доброту.
Девушки и женщины — они, конечно, все разные, но в некоторых ситуациях заходы у них абсолютно одинаковые, с применением одних и тех же интонаций.
— Давай ты сходишь, а? — предсказуемо попросила Инна. — Какой смысл вдвоем туда переться? А я тебя наверху подожду, тряпочки в кладовке возьму и в ведерко водички налью.
На ресепшен меня уже ждали. Нет, наши все разбежались, я их на обратной дороге как раз встретил, и Аристарх Лаврентьевич куда-то отбыл, но зато Дарья, ехидно улыбаясь, поинтересовалась:
— Чего забыл, красавчик? Или по нам соскучился?
— Ключик бы от семьдесят шестого номера, — принял условия игры я, поняв, что пока она на мне не оттопчется вволю, не успокоится.
— Вот этот? — показала мне девушка искомый предмет. — А мне чего взамен?
— Так нет ничего. — Я печально развел руки в стороны, показывая, насколько никчемный ей достался объект шантажа. — Гол как сокол.
— Ой ли?
— Точно говорю. Подарил бы шоколадку или там коробочку «Коркунова», так ведь нету. Ни купить, ни стащить негде. Могу за обедом компот отдать.
— Сам пей, — протянула мне ключ рыжая насмешница. — Не хватало только, чтобы я за компот чего-то делала. Это уже совсем дно миров.
— Благодарю! Твоя доброта может сравниться только с твоей же красотой! — приняв ее тон за разрешение, я решил перейти на «ты». — Нет тебе равных в отеле.
— Вот это я запомню, — томно протянула Кристина. — И не забуду! А еще остальным расскажу.
— Мои слова относятся и к твоим коллегам, — добавил я. — Не надо обижаться раньше времени, я просто фразу не закончил.
— Пр-р-р-рохиндей, — подала голос Фифочка. — Хитр-р-рюга.
— Значит, я всего лишь одна из многих? — тут же вывернула беседу в другую сторону Дарья. — Неприятно такое слышать.
— Моего сердца хватит на вас обоих, — приложил я ладони к груди. — Правда-правда. Артур, без обид, но тут уже в дело вступают личные убеждения.
— Мне все равно, — холодно заметил администратор, — а ты лучше иди работай, не трать наше время.
— Артурчик, да все равно они сейчас все сюда по одному попрутся, — отмахнулась от него Кристина. — Собственно, вон уже, чешут на всех парах.
И правда, от лестницы к нам спешили Сергей, Влад и еще несколько человек.
— Проваливай, — разрешила мне Дарья. — Но в следующий раз тебе будет сложнее, чем остальным. И сдать дубликат потом не забудь!
Надеюсь, следующего раза не будет. Но вообще обидно попасть в такую простую ловушку.
— Тём, чего не сказал про ключ-то? — чуть обиженно спросил Серега, пробегая мимо меня. — Язык бы не отсох!
— Ты так гнал, что я только рот успел открыть. Не за рукав же тебя хватать?
— В следующий раз хватай. Разрешаю.
Инна сдержала слово, она ждала меня у номера с синим ведерком, в котором плескалась вода, в одной руке и шваброй с тряпкой в другой.
— Молодец я? — гордо спросила она у меня, гордо тряхнув инвентарем, причем вода при этом чуть не расплескалась.
— Еще какой! — Я сунул ключ в замочную скважину. — Давай, время поджимает.
— Будем надеяться, наша няша-грустяша не сильно насвинячила, — протрещала девушка, входя в номер. — Ай, молодчинка! Прямо как по заказу.
— Ты застилаешь кровать, на мне мусор и ванная, — скомандовал я. — Сумеешь?
— Я не совсем безрукая, — с небольшой обидой в голосе заметила напарница. — И убираться умею, и первую медицинскую помощь оказывать, и даже готовить. Правда, не очень много чего и так себе.
— Нам нужен только первый пункт из списка. — Я глянул на мусорное ведро под столом. — А пакет захватить не сообразила? Этот, с отходами, я сейчас заберу, но надо же новый заправить? И в ванной тоже.
— Блин! — Инна виновато глянула на меня. — Я быстро. Они там на полочке лежат!
Мы успели сделать все до возвращения Елены. Да, процесс был несколько хаотичен, на зеркале в углах остались небольшие разводы, а покрывало лежало на роскошной кровати не то чтобы несимметрично, но все же как-то не очень идеально, но в целом для первого раза, как мне кажется, результат был неплох.
— Над слаженностью надо все же поработать, — деловито заявила Инна, когда мы убрали инвентарь обратно в хозяйственную комнату и выкатили из нее круглый и нереально тяжелый пылесос, произведённый по ощущениям даже не в прошлом веке, а в более ранние времена. — Согласен?
— Золотые слова, — кивнул я. — Вечером, если сразу не уснешь, распишем все на бумаге, чтобы после не сбиваться. Ты другое скажи — заметила, чего в мусоре было больше всего?
— Нет, — мотнула головой девушка.
— Бумажных платков использованных. А насморка между тем у нашей гостьи нет. Вывод?
— Слезу пускала? — поразмыслив чуть-чуть, предположила Инна.
— Думаю, что да.
— Так оно не странно. Она у нас вообще королева Несмеяна. Вечер, темно, неизвестность, которая достала, вот и всплакнула женщина. Мы не вы, у нас душевная организация тонкая, грусти-тоске легкодоступная. А выхода лучше, чем порыдать всласть, слабой половиной человечества за века придумано не было. Ну, разве что только два асти — тот, который мартини, и та, которая Анна.
— Может, и так, — не стал с ней спорить я. — А ты тоже нет-нет и слезу уронишь? Если темно и грустно?
— Я? — как-то очень серьезно глянула на меня девушка. — Да. Или ты меня за женщину не держишь? Так, бесполая помогайка, что рядом вертится?
— Пугаешь. — Я повертел головой, выискивая розетку. — Вроде повода не давал, откуда такие выводы?
— Вот отсюда! — Инна провела ладонями от шеи до талии. — Я вчера перед ним стою в чем мать родила, так он даже намек какой не сделал на тему «а не пора ли нам пора, причем ты сверху, потому что я устал за день». Хуже того — даже глазами не ощупал. Ну не скотина?
— А ты бы дала? — уточнил я. — Ну, если бы полез?
— Нет. С чего бы?
— Ну вот. Ты это знала, я знал, так чего зря напрягаться?
— Но на Киру-то таращился? Я видела!
— Так ты своя, а она ничья, — пояснил я. — Разницу ощущаешь?
— С тобой говорить невозможно! — сверкнула глазами девушка, а после уже спокойнее добавила: — И ругаться неинтересно.
— Это пока, — утешил ее я. — Узнаем друг друга получше, появятся нормальные темы для скандалов. Я же понимаю, тебе надо иногда пар выпустить, такой уж характер. Я и сам, знаешь ли, не сахар, тоже те еще заскоки случаются. Но только ты имей в виду — в раздраженном виде я крайне неприятен, настолько, что самому потом стыдно становится, и при этом всякие гендерные предрассудки меня что той жизни не волновали, что в этой не трогают.
— В каком смысле?
— В том, что если сильно ткнуть пальцем в глаз, то больно станет любому — и мужчине, и женщине, и белому, и черному, и феминистке, и чайлд-фри. Посыл ясен?
— Ну да. — Инна потерла ладонью горло. — А как же договор? Там вроде такое запрещено.
— Так это если попадешься или жалобу кто главному дедуле накатает. А ты, если что, скорее себе руку отгрызешь, чем стучать станешь, верно ведь? Но лучше ты просто меру знай, когда станешь мне мозг выжигать. Это реально наиболее простой вариант, который устроит всех. О, нашел! Вот где у него кнопка!
Ревел пылесос просто адски, словно мамонт, которого за хобот дернули. Настолько, что с той стороны коридора Георгий даже из номера выглянул, заинтересовавшись природой жутких звуков. Мало того — время от времени это чудо техники начинало дергаться, точно в конвульсиях, норовя при этом поддать мне под коленки. И все это при жутко неудобной трубке, которую явно конструировал кто-то, испытывающий очень большую личную неприязнь ко всему человечеству.
Добавляла уголька в огонь и Инна, которая в голос комментировала происходящее, а также время от времени пыталась оседлать пылесос, причем как раз в те моменты, когда того охватывала пляска святого Витта. Видимо, происходящее казалось ей забавным, но лично я эту ее точку зрения никак не разделял.
Потому мы чуть и не прозевали тот момент, когда Елена вернулась с завтрака. Хорошо еще она хоть сама нас окликнула.
— Покушали? — поинтересовалась у нее Инна, сидящая верхом на пылесосе. — Ну и славно! А то мы уж за вас волноваться начали. На ужин не спускались, из номера не выходите. Мало ли что?
— Спасибо. — Мне показалось, что гостью немного обескуражила такая забота. — Просто уснула вчера. Да и есть не хотелось.
— Есть надо, — деловито заявила моя напарница. — Тем более что нам теперь можно в себя трескать что угодно — и мучное, и жирное, и кислое, и соленое. Все равно ничего не изменится, фигура какая есть, такая и останется.
— Уверена? — осматривая щетку, в которой, как оказалось, на валики намоталось немало волос, усомнился я. — А если нет?
— Все равно я тебе свою порцию компота отдавать не стану. Вчера был первый и последний раз. Сама его пить буду!
Елена дослушала наш диалог, рассмеялась и сообщила:
— А вы совсем не похожи на тех ребят, с которыми я общалась в другой гостинице. Те постоянно куда-то спешили, совсем у них времени не было.
— Все зависит от руководства, — предположил я. — Наш управляющий сразу так и сказал — гости должны ощущать наше внимание во всем, в каждой мелочи. Он дядька суровый, но опытный, знает, что и как. Вот, стараемся соответствовать. Хотя и удивительно, что в том месте, где вы побывали до того, дело настолько халатно поставлено. Сеть отелей «Перекресток» строится по единым принципам.
— Ну, вот так вот, выходит, получилось — сеть одна, персонал разный, — открывая дверь номера, произнесла Елена. — Будем считать, что в этот раз мне повезло.
— Если вы не против, то мы к вам чуть позже еще заглянем, — уведомил ее я. — Может, какие пожелания появятся или вопросы.
— Вы не стесняйтесь, — добавила Инна, — что сможем — то сделаем!
— Хорошо, — кивнула женщина, было прикрыла дверь, но после снова ее распахнула. — Да, я ведь последовала вашему совету и угостила Гедрика орешком.
— Согласитесь, прелесть, а не птичка? — улыбнулся я.
— Так и есть. Причем очень вежливая, он сказал мне: «Гр-р-рациа!»
— Он у нас вежливый, — с такой гордостью за попугая, будто тот являлся ее собственностью, заявила Инна. — И языков знает много, потому что живет давно.
— А потом еще добавил: «Скор-р-р-рбь пр-р-рах», — добавила Елена. — К чему — непонятно. Спросила у него — он не ответил, только клювом щелкал.
— Это он к тому, что, мол, не грустите и не печальтесь, все образуется, — наконец слезла с пылесоса моя напарница. — Добрый совет!
Бессвязица это или нет — не знаю, но я все же записал слова Гедрика в блокнот. Чем дальше, тем сильнее я убеждался в том, что птички эти тут обитают неспроста. Не факт, что каждое их слово совет или пророчество, но игнорировать данные изречения точно не стоит. К тому же может выйти так, что адресовано это послание вовсе не Елене, а непосредственно нам, причем с подковыркой. Будете общаться с постоялицей — узнаете его, нет — подсказка мимо пройдет.
Нет, конечно, может, я зря все вот так всерьез воспринимаю и строю некую теорию заговора, может, все куда проще и незатейливее, просто попугаи, как повелось с древних времен, несут всякий ранее услышанный где-то вздор, но лучше напридумывать невесть чего, чем после волосы на голове рвать, когда отправишься чемоданы таскать или белье в машинки загружать где-то в хозблоке. Речь, разумеется, не о том, что корона с головы упадет, а об утраченных возможностях.
В холл мы спустились не к одиннадцати часам, а чуть ранее. Причем это изначально была инициатива Инны, чем она в очередной раз мне доказала, что она, в отличие от многих других представительниц прекрасного пола, не склонна куда-то опаздывать. Редкое, признаю, качество, не часто встречающееся.
Моя напарница отправилась в сторону закутка с компьютером, я же потопал на ресепшен, дабы сдать ключ и, если повезет, заработать дополнительный плюсик в глазах управляющего. Кому-то подобное может показаться мелочностью или даже в чем-то подхалимством, но я твердо уверен: репутация строится из капец каких маленьких камушков, коим счета нет, а не из больших булыжников с надписью «отличный результат». Два-три таких булыжника все равно останутся лишь беспорядочной грудой камней, а из горы маленьких камушков при желании и наличии скрепляющего материала можно создать здание.
— Благодарю. — Я протянул ключ Дарье. — Не подскажешь, где Аристарх Лаврентьевич?
— Цербер? — лукаво прищурив круглый зеленый глаз, уточнила девушка. — Ты же про него?
— Нет, про управляющего, — еле удержавшись от того, чтобы инстинктивно не поморщиться, пояснил я. — Или у нас тут еще и хтонические исчадия завелись? В пару к Гедрику и Фифочке?
— Кр-р-рамола! — подала голос последняя.
— Тр-р-репло! — поддержал ее сосед по клетке.
— Полностью согласен, — кивнул я. — Вот, даже птички твои слова, Дарья, не одобрили. Ты поосторожнее будь. Мало ли что? Не то скажешь, не те услышат… Люди тут разные, сама же видишь.
— Хитр-р-р-рец! — снова прострекотала Фифочка и со скрежетом попробовала на вкус прут клетки.
— Не то слово, — усмехнулась рыжая администраторша. — Ну ладно, за утро, будем считать, в расчете. Кстати, вон и Лаврентьевич идет. Как по заказу.
— Благодарю, — подмигнул я ей и устремился в сторону управляющего.
— Опять без дела мотаешься? — хмуро осведомился у меня он, останавливаясь.
— Ни в коем разе, — мотнул головой я. — Урок усвоен, мы с напарницей все в трудах и заботах. Номер гостьи убран, уборка на территории осуществлена. Но в процессе возникли кое-какие организационные моменты.
— А именно?
— Где расходники брать? — не стал разводить турусы на колесах я. — Шампуни, зубную пасту, гель? Наша нынешняя особо ничего не расходует, необходимости такой прямо сейчас нет, но кто знает? Говорят, кому-то из ребят достался жилец другого толка, который все как метла метет в личные кутули, вот я и озаботился заранее — куда идти, как получать? Писать ли какой-то запрос или заявку, по заверенной форме или свободной, у кого данную бумагу визировать и так далее. Не хочу потом как подорванный бегать с выпученными глазами.
— Хм, — управляющий оценивающе глянул на меня, — похвально, похвально. Не думал, что кто-то еще ко мне с подобной просьбой подойдет. Но рад, что ошибся.
Вот, о чем и речь. Не я один такой, кто до подобного додумался, есть и другие, причем они пошустрее меня оказались.
— Так на результат работаем, — пояснил я. — А иначе какой смысл? Иначе выходит, что ты чье-то место просто так занимаешь.
— Кто чье место занимает, через неделю узнаем, когда результаты подводить станем, — осек меня старикан. — Что до твоего вопроса — у меня сейчас времени нет, ты на ресепшене спроси, как попасть в хозяйственное крыло, они растолкуют, как туда пройти. Ну а уже там, на месте, Аделия Карловна тебе все по процедуре получения материальных ценностей разъяснит.
Он одобрительно потрепал меня по плечу и двинулся дальше — высокий, сухопарый, несгибаемый.
Аделия Карловна. Что же у них тут через одного имена-то такие заковыристые, а? В каком заповеднике их всех собирали? И язык сломаешь, и фиг запомнишь, только остается, что записывать их в блокнот, который такими темпами скоро закончится. Одна надежда на то, что в хозяйственном крыле еще один выдадут.
А у компьютера тем временем разворачивалась небольшая баталия. Как мы с Кирой накануне и предполагали, те пары, что вчера подойти сюда не удосужились, подняли бучу на тему «вас тут не стояло», тем более что одна из них, а именно Алиса с Иваном, похоже, на раздачу подошли первыми. Ну, как они сами думали.
Причем наконец-то томная и безразличная до того ко всему девушка нашла сферу раскрытия своего потенциала. Она настолько рьяно отстаивала свое место под солнцем, что коренастый и деловитый Иван на второй план ушел.
— Мне плевать, о чем и с кем вы там вчера договаривались! — вроде бы и безразлично, но очень веско вещала она, обводя взглядом остальных. — Мы пришли первые, значит, и пройдем первыми.
— Эй, подруга, не бери на себя много! — рявкнула Натэлла, в кои-то веки выступившая на стороне большинства. Ей поневоле пришлось это сделать, поскольку упрямая красавица отодвигала ее в очереди еще дальше от цели. Тем более что рядом с Алисой ошивалась еще одна пара ребят из числа тех, кого с нами вчера вечером не было, явно тоже не собиравшихся сдавать свои позиции.
— Сколько надо — столько и возьму, — с непонятным презрением в голосе ответила ей оппонентка. — Тебя не спрошу.
— Тём, ты где ходишь? — заприметила меня Кира. — Видал, какая у нас тут фигня происходит?
— Ожидаемая, — отозвался я. — Мы ж вчера по этой причине и подстраховались.
— Да неохота управляющего привлекать, — призналась моя собеседница. — И так вон с утра облажались с этой уборкой. Да ты же первый и налетел, вспомни? Сейчас позовем, он придет, решит, что мы совсем конченые.
— Кир, чего ты как маленькая? — не выдержала Инна. — Ну давай еще пять минут посремся, как раз столько до одиннадцати осталось, потом вот эти двое просто сядут за машину, а мы так и будем дальше сопли на кулак мотать.
— Вот-вот! — влилась в беседу Лиза. — И вообще вы двое вчера были куда смелее, чем сегодня.
— Зовите кого хотите, — сложила руки на груди Алиса. — Мы — первые. И не волнует!
— Сейчас проверим! — встрепенулась Кира. — Аристарх Лаврентьевич, можно вас попросить к нам подойти?
Управляющий, как видно, сходил туда, куда собирался, и сейчас направлялся обратно, попутно вытирая руки большим клетчатым платком.
— Что еще? — подошел он к нам. — И почему вы опять все тут? Кто на этажах находится? А если гостям понадобятся ваши услуги? Вы не забыли о моем вчерашнем предупреждении?
Я — нет. И будь у нас не Елена, а та толстая тетка с кошелкой или гиперактивный пройдошистый толстяк, как у Натэллы, то крепко бы призадумался на эту тему. Но нам с гостьей повезло, она точно нас искать не станет, скорее наоборот, предпочтет, чтобы мы ее не беспокоили.
— Ни в коем случае, — заверила Цербера Кира.
— Вы говорите за всех? — уточнил Аристарх.
— Нет-нет! — мигом исправилась девушка. — Только за себя. Проблемы остальных — не мои проблемы.
— Отель — в первую очередь коллектив, направленный на решение общей цели, — назидательно произнес управляющий. — Как пару минут назад справедливо заметил… э-э-э-э… Не помню твоего имени.
— Артем, — подсказал я, верно истолковав его взгляд. — И, как мне кажется, одно другого не отрицает. Мы работаем вместе, но гости-то отдыхают порознь. Причем каждый по-своему, так что подход к ним нужен разный.
— Что у вас за дело ко мне?
— Одиннадцать, — показала пальцем на часы, висящие на стене, Алиса. — Ваня, пошли.
— Да сейчас! — неожиданно вступил в дело до того казавшийся не слишком конфликтным напарник Киры. Он сделал несколько шагов вперед и перекрыл вход в закуток, где в этот момент призывно замерцал до того темный экран монитора. — Лиза с Сенькой сейчас идут, а вы шуруйте в конец очереди.
— Сам шуруй! — отодвинув в сторонку загомонившую было Алису, вступил в беседу Иван, явно давая понять, что от слов он в любой момент готов перейти к делу. — В сторону отошел, резкий!
Я сделал несколько шагов вперед и встал рядом с Валерой, справа от Валерки мгновением позже пристроился Сергей. Кира, поняв, что дело может дойти до драки, мигом обратилась к управляющему, указав при этом рукой на нас:
— Вот такой у нас ералаш! Несколько человек накануне все проспали, а теперь права качают, мол «мы первые, все наше». А мы вчера вас просили…
— Верно, было, — перебил ее Аристарх. — Насколько я помню, вот эти двое стояли во главе очереди, за ними вон та пара…
С Цербером Алиса спорить не решилась, потому переместилась-таки в арьергард, разумеется, на эмоциях, с жутко недовольным видом, еле слышной матерщиной и тычками в бок Ивана, который вообще ни в чем не был виноват. Но такая уж у нее натура, ей всегда крайнего надо найти, и им оказывается тот, кто ближе всего.
Нам повезло, никто из ребят, что стояли перед нами, полный пакет отведенного им времени не использовали, потому менее чем через час мы наконец оказались у цели.
— Как договаривались? — уточнила Инна.
— Абсолютно, — ответил я. — Давай не тяни время.