Глава 26

Лис

‒ Елисей Маркович, можно к вам на пару слов? ‒ Передо мной мнётся брат Ланы, виновато опустив глаза. Его мне только сейчас не хватало.

‒ Можно. ‒ Вхожу в кабинет, и Миша входит следом, ждёт, пока сниму пальто и усядусь в рабочее кресло. ‒ В чём вопрос?

‒ Моя сестра разговаривала с вами?

‒ Когда именно? ‒ Лана-то разговаривала, вот только беседа касалась личного, точнее, очень личного, и Миша в нашем разговоре не фигурировал.

‒ Вчера, или сегодня. Или до этого.

‒ В последний раз, когда мы беседовали с твоей сестрой, она предложила погасить долг, выставив на продажу квартиру. Я отказался. Машину разбил ты, тебе и расплачиваться. Что непонятно?

‒ Может… она всё же продаст наше жильё и отдаст вам деньги, а? ‒ Смотрит с мольбой во взгляде, вот-вот на колени грохнется. ‒ Вы получите свои деньги, а я свободу.

Готов рассмеяться. Как всё просто у пацана ‒ продай и отдай. Вряд ли он думает о Лане, о будущем, и вообще, о дальнейших проблемах, сопряжённых с отсутствием жилплощади. Она всё решит. Придумает, как обеспечить себя и наглую детину.

‒ Допустим, твоя сестра продаст квартиру. Допустим, я возьму деньги. Допустим, после этого ты свободен. А дальше? ‒ Откидываюсь в кресле, постукивая пальцами по столешнице.

‒ В смысле?..

‒ В здравом, Миша. Руслана продаёт квартиру, и вы автоматически остаётесь без жилья. Ты даже найдёшь новую работу, и, возможно, даже станешь ответственным работником. Но, уверен, твоя задница всё равно найдёт приключения, которую выльются в кругленькую сумму. Ты снова придёшь к сестре, или же просто переведёшь на неё стрелки, подставив вместо себя, вот только платить ей будет нечем, ‒ развожу руками. ‒ Жилья нет, деньги потрачены, у неё средняя зарплата в моём отеле. Что делать?

‒ Не знаю, ‒ пожимает плечами. ‒ Лана придумает. Она умная.

‒ Придумает, значит… ‒ Лана придумает. По-моему, он и её готов продать, только бы самому отмазаться и выйти сухим из воды. Хотел бы отвесить пару подзатыльников Мише и провести разъяснительную беседу, как правильно относиться к сестре, которая вытаскивает его из каждого дерьма, в которое он наступает.

‒ Это значит, вы согласны?

‒ Это значит, что я лишь предположил возможность такого варианта. Предположение ни есть согласие. Сейчас мы закончим этот бессмысленный разговор, и ты пойдёшь работать. Предупреждаю: если Лана продаст квартиру и принесёт мне деньги по факту ‒ я не возьму. Ты меня услышал?

‒ Но…

‒ Ты. Меня. Услышал? ‒ повышаю голос.

‒ Да.

‒ Свободен.

Ещё несколько секунд Вишневский буравит меня взглядом, ожидая дополнения или прояснения ситуации, но, так и не дождавшись, разворачивается, чтобы покинуть мой кабинет. Удивительно, насколько яро человек заботится о собственном благополучии, наплевав на всех остальных. И ладно, кто-то посторонний, но родная сестра… Повезло Вишенке, ничего не скажешь. Всё же мне не даёт покоя история их семьи. Почему одни? Где родители? Как получилось, что девушка взяла на себя ответственность за большого мальчика, став ему практически матерью?

Расскажет когда-нибудь? Вряд ли. Не подпускает близко, закрывшись на тяжёлые засовы и окружив себя рвом, где на дне острые копья, на которые в любой момент меня могут столкнуть. Наши диалоги сводятся к теме долга, секса и не симпатии ко мне. Лана не делает попыток узнать меня, проникнуть глубже, прощупать. У меня есть её тело, которое даже отвечает мне взаимностью, наслаждаясь сексом ‒ не более. Черта. Вход воспрещён и пропуска у меня нет.

‒ Привет! ‒ Слышу за спиной и вздрагиваю, потому что давно отвык от голоса бывшей жены.

‒ Что ты здесь забыла? ‒ Повернувшись, вижу Ольгу с широкой улыбкой. Плюхается в кресло, закидывая ногу на ногу.

‒ Кретов, ты хамло. Здороваться не учили?

‒ Прежде, чем заявиться ко мне в офис, могла бы позвонить.

‒ Я звонила. Несколько дней подряд. Ты не брал трубку, и не перезвонил.

‒ Был занят. Очень занят.

‒ Поговорить с Аллой ты время находишь.

‒ Не сравнивай себя с Аллой. Для неё я всегда найду время.

‒ Не удивлена, ‒ фыркает.

‒ Зачем приехала? ‒ И только сейчас понимаю, что Ольгу я не видел с последнего заседания в суде, когда мы официально перестали быть супругами. Почти год она избегала встреч и общения, ссылаясь на занятость, а сегодня приехала сама. Странно…

‒ Аля рассказала о поездке в Испанию?

‒ Да. Я пока не принял решение.

‒ Лис, я прошу тебя поехать. Нам всем нужно поехать. Втроём, как раньше. Словно мы настоящая семья, которая проводит отпуск вместе. Это нормально.

Искренности Ольги нет предела, вот-вот пустит скупую слезу, напоминая о семейных ценностях.

‒ Нормально, Оля, не срать там, где жрёшь, ‒ закипаю, ‒ а ты знатно нагадила, когда притащила в нашу постель своего тренера.

‒ Я уже объясняла: влюбилась с первого взгляда в Алексея, окунувшись в чувства с головой. Это настолько феерично, что сопротивляться невозможно. Оно засасывает, утягивает за собой, а ты просто идёшь за ним, желая продолжения. ‒ Закрывает глаза, с умилением рассказывая, как она любит своего Алёшеньку. ‒ К тебе я такого никогда не испытывала.

Вскакиваю, отворачиваюсь к окну, чтобы бывшая жена не поняла, что прямо сейчас забила последний ржавый гвоздь в мою грудину. Год назад предательство любимой женщины размазало меня, вывернуло наизнанку. Эффект неожиданности, подобен смертоносному взрыву, который разносит тебя в щепки.

Признание Ольги, что связь с другим мужчиной длится уже давно, оглушило меня. Горькое осознание, что я любил человека, который моей любви уже не заслуживал, надолго вывело из равновесия. Месяц я задыхался от боли и обиды, не зная, куда себя деть, надеясь на воссоединение и способность простить поступок жены, не желая признавать, что она мыслями рядом с другим мужчиной. Именно тогда появилась девушка в душе и меня, будто отрезвило увиденное. Не понял, почему именно в тот момент принял факт расставания с Ольгой, но благодарен Лане и сейчас.

‒ Спасибо за откровенность, но увы, твои переживания мне больше не интересны. Мне плевать, что происходит в твоей жизни. ‒ Собравшись, поворачиваюсь, чтобы Ольга видела пустой взгляд и равнодушие. ‒ Если твой приезд был связан исключительно с вопросом поездки, пока чёткого ответа дать не могу.

‒ Обещаешь подумать?

‒ Я обещал Алле. Тебе обещать ничего не стану. ‒ Вдох-выдох, и вопрос, который я желал задать год назад, но случая не представилось. ‒ Знаешь, мне всегда было интересно ‒ чем он тебя взял?

‒ Вниманием, ‒ отвечает не задумываясь.

‒ И всё?

‒ Ты работал, обеспечивал семью, любил нашу дочь и, наверное, меня, но этого было недостаточно. Мне не хватало элементарного внимания с твоей стороны. Простых вещей: ужина в ресторане, цветов, примитивного комплимента или глупого сообщения с несколькими смешными смайликами. Именно такие простые вещи делают женщину счастливой.

‒ Ты не говорила.

‒ Говорила. Ты не слушал, считая мои слова недостойными внимания.

‒ Спасибо. Я учту.

‒ В чём проблема, Лис? ‒ Негодует Ольга, возвращаясь к своему вопросу. ‒ Мы просто проведём вместе пару недель. Ради дочери мы можем потерпеть друг друга.

‒ Да? А куда же ты денешь Лёшеньку? В сумочке потащишь, как карманную собачонку? ‒ Усмехаюсь, вспоминая здорового мужика, который таскается за Ольгой всюду.

‒ Нет Лёшеньки. ‒ Поджимает губы, уставившись в окно.

‒ Неожиданно. Что случилось: машина сбила, поезд переехал, или свернул себе шею, прыгая на батуте?

‒ Не в этом смысле, ‒ фыркает. ‒ Мы… разошлись.

‒ Нашёл себе невесту побогаче?

‒ Да. ‒ Ведёт плечиком, и я понимаю, что каждая догадка точно в цель. ‒ Прихватив кое-что моё…

‒ Что именно?

‒ У Лёши в планах давно было открытие своего фитнес-центра. Своё дело, где он хозяин, который всем управляет. Он горел этой мечтой…

‒ Стоп-стоп, только не говори, что ты продала что-то из своей собственности, чтобы дать этому придурку денег.

‒ Салон. Самый большой. В центре.

‒ Оля, ты дура? ‒ Не сдержавшись, взрываюсь смехом, который разносится по кабинету оглушающим грохотом. ‒ Твой Лёшенька ‒ альфонс. Он обрабатывает состоятельных женщин, которые истекая слюной, добровольно отдают деньги на все его «хочу». Ты одна из них. Очередная, вероятно, до тебя их было с десяток, и каждая отдала немало.

‒ Мог бы и посочувствовать.

‒ Увы, сочувствия не испытываю. Ничего не испытываю. Ты сама сделал выбор год назад. Не в мою пользу. Живи с этим. Каждый день сожалей о том, что потеряла. Каждый чёртов день вспоминай, что у тебя было, и что ты имеешь сейчас. ‒ Наклоняюсь ближе и практически выплёвываю каждое слово в лицо Ольги, получая удовлетворение от эмоций, которые отражаются на лице бывшей жены. Надеюсь, сейчас ей так же больно, как и мне год назад.

‒ Ты стал жёстче.

‒ Обстоятельства вынуждают избавляться от мягкости. И от веры в людей, кстати, тоже. Тебе спасибо. ‒ Чуть преклоняю голову в благодарственном жесте. ‒ Если это всё, избавь меня от своего присутствия, мне нужно работать.

‒ Тема поездки не закрыта. Оповести пожалуйста о своём решении.

‒ Обязательно, ‒ склоняюсь над документами, ‒ если найду время. На звонок, и на поездку.

‒ Лис, у тебя кто-то есть?

‒ Кто-то есть. ‒ Поднимаю глаза, встречаясь с заинтересованным взглядом Ольги.

‒ Ты её любишь?

‒ Моя личная жизнь, как и мои чувства, тебя не касаются. Выворачивать душу наизнанку не намерен. Не тебе. Особенно не тебе.

‒ Спасибо, что уделил мне время. Всего доброго.

Поднимается, поправляя пальто и затягивая пояс туже. Даже не потрудилась раздеться, словно весь разговор прошёл на улице.

И, когда за Ольгой закрывается дверь, наконец, расслабляюсь, закрыв глаза. Я был не готов к встрече с ней. Не так. Нет больше чувств, никаких. Даже злость растворилась во времени, оставив лишь пустоту, которую я желаю заполнить Ланой. Возвращаясь к словам Ольги, задаюсь вопросом: а что, если Лане просто не хватает этих самых элементарных вещей? Наши отношения начались с условий и секса по принуждению, оставив за бортом элементарные знаки внимания с моей стороны, которые обычно оказывают женщине.

Вероятно, пришло время изменить тактику? Набираю номер, который я предусмотрительно сохранил для непредвиденного случая.

‒ Светлана, это Кретов.

‒ Да, Лис Маркович. Слушаю.

‒ Есть просьба. Сможете организовать ужин в моём номере? Сегодня.

‒ Время?

‒ Девять.

‒ Сколько персон? Вы и… ‒ Мнётся, но она в курсе наших отношений с Ланой. Уверен.

‒ Вы прекрасно знаете, кто.

‒ Поняла. ‒ Понимаю, что Света улыбается.

‒ И прошу вас не говорить ей о моих планах.

‒ К девяти всё будет готово.

Надеюсь, что Светлана промолчит, заранее не проговорившись Лане. Возможно, неформальная обстановка и ни к чему не обязывающая беседа, помогут девушке расслабиться и немного приоткрыться мне. Хочу расшевелить её, подобраться, прощупать, рассмотреть Вишенку, как нечто ценное и важное для меня.

Вопрос: захочет ли она сделать шаг навстречу?