5 глава

Первый рабочий день в офисе Сергея Николаевича начинается с лёгкой паники. Высоченное стеклянное здание сверкает на солнце, отражая свет так, что приходится щуриться.

Внутри всё ещё более внушительно. Холодный глянец плитки под ногами отражает свет, создавая иллюзию ещё большего пространства. Коридоры с окнами в пол, украшенные зелёными растениями в аккуратных горшочках, светлые и гармоничные. Я несколько раз сверяюсь с указателями, прежде чем, наконец, поднимаюсь на нужный этаж и нахожу приёмную.

Центральное место здесь занимает стол с идеально сложенными стопками бумаг и монитором, экран которого ещё не включён. По бокам — мягкие диваны. На стенах — стильные картины: резкие, яркие мазки абстракции, словно застывшие всплески эмоций. Дневной свет мягко льётся из высоких окон. Тут хорошо и я себя чувствую относительно безопасно, несмотря на весь прошлый день и, особенно, вечер.

— Доброе утро, Лера! — мягкий голос возвращает меня в реальность.

В приёмную забегает Даша. Лёгкое платье в мелкий цветочный принт подчёркивает округлившийся живот, а спокойный, уверенный взгляд оценивает несколько секунд меня. Я с готовностью выравниваю спину и снимаю пальто.

— Как добралась? — продолжает она, раскладывая документы и одновременно поглядывая на часы.

— Хорошо, спасибо… — отвечаю я, с трудом справляясь с волнением, ощущая, как сердце всё ещё тревожно бьётся в груди.

— Давай, я сегодня поручу тебе несколько дел, посмотрим, как справишься. — Даша мягко улыбается. — И ещё… Пошли, я сейчас познакомлю тебя с девчонками. Секретари директоров — это настоящие палочки-выручалочки, не советую ссориться с ними.

Она многозначительно прищуривается, её рука бережно ложится на живот, когда она жестом приглашает меня следовать за собой.

— Даже если очень захочется, — усмехается она, хитро косясь на меня. — С Алиной, думаю, захочется точно.

Я чуть пожимаю плечами, скрывая любопытство. Что же такого особенного в этой Алине?

Мы медленно обходим этаж. Просторные коридоры с мягким светом от точечных светильников, идеально чистые стеклянные перегородки, за которыми время от времени мелькают силуэты сотрудников. Воздух пропитан лёгким ароматом кофе, смешанным с нотками дорогих духов — словно каждый штрих здесь тщательно продуман для создания впечатления респектабельности.

Первая, с кем меня знакомит Даша, — Вика.

Рыжие волосы девушки заплетены в аккуратную косу, а узкие дужки очков придают её образу интеллигентность. Внимательный взгляд скользит по мне, оценивающе, но не враждебно. Она мягко улыбается уголками губ, когда Даша представляет меня.

— Привет. Если будут вопросы — обращайся, не стесняйся, — произносит Вика, поправляя очки лёгким движением пальцев.

Её голос звучит ровно и спокойно, и это невольно передаётся мне, чуть сглаживая внутреннее напряжение.

Дальше идём к Кате из отдела маркетинга. Её невозможно не заметить — яркий жёлтый жакет буквально светится, подчёркивая её солнечный характер. Катя говорит звонко, эмоционально, а её широкая улыбка словно заряжает энергией всё вокруг.

— Ой, какая ты классная! — восклицает она, одаривая меня дружелюбным взглядом. — Лера, если вдруг нужна будет помощь, прибегай, я всегда не против помочь!

Она картинно делает жест руками, будто обнимает весь мир, и мне становится чуточку легче.

Следом — Наташа, ответственная за документооборот. Её строгий образ словно кричит: "Я человек слова и дела!" Прямые волосы собраны в идеальный гладкий пучок, из украшений только аккуратные часы на запястье, минимум макияжа, максимум сосредоточенности.

— Если понадобится что-то распечатать или найти в базе — просто скажи, — Наташа кивает, складывая руки на столе, её голос звучит ровно, без лишних эмоций. Но почему-то именно это спокойствие вызывает у меня доверие.

И, конечно, последней оказывается она. Алина.

Мне даже не надо спрашивать, понимаю сразу — это точно она. Весь её облик кричит об уверенности: идеально сидящий тёмно-серый костюм, который и строгий, и провокационный одновременно, аккуратные стрелки на глазах, блеск ухоженных ногтей. Тонкий аромат парфюма с восточными нотами едва уловимо витает в воздухе, оставляя послевкусие дорогой утончённости.

— Привет, Лера, — Алина протягивает руку с лёгкой, будто отрепетированной улыбкой. — Надеюсь, ты быстро разберёшься со всеми обязанностями. У Сергея Николаевича требования… высокие.

В её словах скользит что-то едва уловимо острое, но я делаю вид, что не заметила.

День проходит в суете — я пытаюсь разобраться со своими новыми обязанностями. Даша терпеливо всё объясняет, не упуская мелочей: как заполнять документы, с кем согласовывать отчёты, на что обращать внимание при общении с клиентами. К обеду голова уже гудит, и я ощущаю, что пора сделать паузу. Девушки предлагают пообедать вместе, и я с радостью соглашаюсь. Даша же торопится на встречу с мужем — он, как я поняла из её рассказов, занимает здесь довольно высокий пост.

Ресторан оказывается уютным: мягкие диваны, приглушённый свет, на столах миниатюрные букеты живых цветов, а в воздухе витает запах свежеиспечённого хлеба. На стенах — городские пейзажи, и всё вместе создаёт почти домашнюю атмосферу. Мы заказываем салаты, пасту и лимонады, неспешно беседуя о работе, я делюсь первыми впечатлениями на новом месте работы, чувствуя, что меня нормально воспринимают девчонки. Это хорошо. Я бы не хотела ещё врагов себе нажить.

Алина, сидящая напротив, почти не притрагивается к еде. Её взгляд скользит по всем присутствующим, а пальцы аккуратно играют с краем бокала.

— Сергей Николаевич — просто мечта, — вдруг замечает она, слегка наклонив голову. — Умный, успешный… и, согласитесь, очень привлекательный.

Катя лишь усмехается, Вика закатывает глаза, а Наташа сосредоточенно листает телефон, будто не услышала.

Я молча делаю глоток лимонада, пряча смущённую улыбку за стаканом. Мечта, значит…

— Да уж, у него, наверное, вся жизнь — сплошные романы, — протягивает Алина, неторопливо проводя пальцем по краю бокала. В её голосе скользит едва заметная насмешка, а взгляд становится особенно внимательным, как будто она тщательно подбирает слова.

Катя, сидевшая рядом, резко поднимает голову. В её светло-голубых глазах мелькает раздражение, брови хмурятся.

— А зачем ты это говоришь? — голос её звучит ровно, но с лёгким нажимом. — Лера — его секретарь, а не… кто-то ещё.

— Просто предупреждаю, — Алина делает вид, что не замечает её тона. И на секунду изображает святую невинность. Она чуть подаётся вперёд, улыбаясь уголками губ, и медленно обводит взглядом всех за столом. — Хочется, чтобы Лера знала, с кем будет работать. Ведь он не только строгий, но и… харизматичный. Разве нет? — её голос становится тише. — А ещё дико сексуальный… И скоро, девочки, он будет моим!

Я едва не поперхнулась лимонадом, резко глотнув через соломинку. Громкие слова Алины звучат настолько уверенно, что у меня внутри всё неприятно сжимается. Странно… Я вообще не представляю, как можно заполучить такого мужчину, как Шахов. Он кажется слишком… закрытым, недоступным. Для меня это точно невозможно. А вот Алина… судя по её самоуверенной улыбке и тому, как она многозначительно поправляет воротник идеально сидящего пиджака, — вполне уверена в обратном.

В груди неприятно покалывает, но я молчу, стараясь не выдать эмоций. Перевожу взгляд на Вику — она задумчиво ковыряет вилкой салат, делая вид, что ничего не слышит. Наташа уже давно сосредоточилась на экране телефона, избегая этого разговора. Только Катя продолжает хмуро посматривать на Алину, но спорить, похоже, не собирается.

Девушки постепенно переводят тему на новые проекты, обсуждают какие-то предстоящие отчёты и рабочие планы. Но Алина ещё несколько раз невзначай возвращается к фигуре Сергея Николаевича, будто специально подталкивая меня к какой-то реакции.

Я лишь киваю, делая вид, что не придаю её словам значения. Но в голове всё ещё звучат эти напыщенные слова: "Он будет моим."

После обеда мы возвращаемся в офис. Я чувствую себя перегруженной — слишком много новой информации, и эти разговоры явно не добавили ясности. Кажется, эта работа будет не просто интересной, но и… чересчур сложной в эмоциональном плане.

Остаток дня превращается в хаос. Даша снова убегает раньше времени, на ходу поправляя рукава бежевого пальто.

— Всё будет в порядке, Лера! Я уверена, ты справишься! — торопливо бросает она, уже накидывая шарф и практически выбегая за дверь, оставляя за собой лёгкий аромат.

Я остаюсь одна, окружённая нагромождением папок, стикеров, бумаг с пометками, которые кажутся мне максимально непонятными. Словно написаны на чужом языке. Экран монитора переливается вспыхивающими уведомлениями: одно письмо, второе, третье… Почта наполняется новыми сообщениями быстрее, чем я успеваю открывать предыдущие.

Каждая задача выглядит простой, пока не пытаешься разобраться. Где тот самый файл, о котором шла речь в утреннем письме? Кто отвечает за этот запрос? Почему одни документы подписаны в электронном формате, а другие — нет? Какой отдел вообще ведёт этот проект? Мозг гудит от перегрузки, а пальцы, сжимающие мышку, уже ноют от напряжения.

Я продолжаю копаться в завалах информации, словно в попытке разгадать сложную головоломку, и понимаю: как бы Даша меня ни стажировала, свой стиль работы мне придётся вырабатывать самой. Это будет непросто, особенно когда твой начальник — человек уровня Сергея Шахова.

Особенно, он…

Он, как оказалось, очень занятой человек.

Время тянется мучительно медленно. Каждая мелкая ошибка, каждое неверно перенесённое число в таблице действует на нервы. Чувство тревоги нарастает с каждой минутой, пока я пытаюсь заставить себя успокоиться.

Это первый день… Наверное, нормально чувствовать себя так. Все через это проходят. Правда?

Но легче от этого не становится.

За окном уже начинает темнеть, и я вдруг замечаю, как вокруг офиса постепенно стихает суета. Люди собирают вещи, закрывают ноутбуки, переговариваются негромко в коридоре. Кто-то смеётся на выходе, кто-то щёлкает ключами. В офисе становится тихо, только шум кулера с водой и еле слышное пощёлкивание клавиатуры нарушают тишину.

На часах почти конец рабочего дня, но я всё ещё сижу над последним отчётом, вглядываясь в цифры, пытаясь удержать концентрацию. И вдруг…

Дверь кабинета открывается.

В помещение входит Сергей Николаевич.

Он словно приносит с собой другое, уверенное настроение. Пространство наполняется его присутствием — спокойным, твёрдым, почти осязаемым. На нём тёмно-синий костюм, идеально сидящий на широких плечах, а верхняя пуговица белоснежной рубашки расстёгнута, что придаёт его образу неожиданной непринуждённости. В руках — кожаная папка с документами, а взгляд, цепкий и внимательный, быстро оценивает приёмную и меня за столом.

Он задерживается на мне, на завале бумаг передо мной. И вдруг едва заметно улыбается уголками губ.

— Ну как, Лера? Как прошёл твой день? — его голос мягкий, но с той самой властной ноткой, от которой хочется выпрямить спину. Словно я самая послушная девочка на свете.

Я поднимаю взгляд, стараясь выглядеть спокойнее, чем чувствую себя на самом деле.

— Сложно, — признаюсь честно, сжимая пальцы на краю стола. — Много новой информации, но… вроде бы справляюсь.

— Вот и хорошо, — кивает он, подходя чуть ближе. Аромат дорогого парфюма с нотками древесины и табака окутывает меня, заставляя сердце сбиться с привычного ритма. — Если возникнут вопросы, не стесняйся. Первые дни всегда такие.

Я молча киваю, не находя, что добавить. Слова Алины вновь всплывают в голове:

"Он дико сексуальный… И скоро будет моим."

Щёки предательски начинают гореть. Я торопливо отвожу взгляд, делая вид, что занята папкой с отчетами.

— Ты уже закончила? — его голос звучит ближе, и когда я снова поднимаю глаза, он смотрит прямо на меня.

— Почти, — я выдавливаю улыбку. — Осталось совсем немного.

Он на секунду задерживает взгляд, словно оценивая мою искренность, а затем, к моему удивлению, легко произносит:

— Отлично. Как насчёт ужина? — в его голосе скользит то самое лёгкое, дразнящее напряжение. — Насколько я помню, второй договор уже вступил в силу. Думаю, пора попробовать… кое-что. Как ты относишься к воску?

Мир будто замирает на мгновение.

Я слышу эти слова, чувствую, как его взгляд становится чуть тяжелее, пристальнее, и внезапно всё внутри сжимается в тугой узел из противоречивых эмоций.

Глоток воздуха застревает в горле.

— Хорошо… — выдыхаю я, ощущая, как горят кончики ушей. — Едем ужинать, Сергей Николаевич.

В одной машине с ним, наедине, я чувствую, как напряжение постепенно спадает, словно воздух между нами пропитан чем-то убаюкивающим. Давит в висках — неприятное ощущение, которое тянет за собой желание прикрыть глаза, погрузиться в эту зыбкую дремоту, позволить себе расслабиться.

И, что удивительно, — рядом с ним мне действительно спокойно.

Хотя… Я точно знаю, чего он хочет. Чего собирается со мной сделать. Но…

Но страха нет.

Я не боюсь его. Совсем. Напротив, внутри нарастает странное, тягучее ожидание.

Вдруг хочется, чтобы он не сдерживался.

От одного взгляда на его руки накатывает волна дрожи.

Большие, сильные ладони, спокойно лежащие на руле, с заметными нитями вен под кожей, чуть напряжённые, когда он поворачивает руль. Секунда — и рукава рубашки вместе с пиджаком сползают чуть выше, открывая тонкие, тёмные волоски, резкую линию запястья.

Господи… Мне хочется прикоснуться к ним. Провести пальцами по этим венам, ощутить тепло кожи, мягкую шершавость ладоней. И даже… Нет, нет, нет… Да я же сама настоящая извращенка!

Он снова поворачивает, пальцы чуть сильнее сжимают руль.

И я почему-то думаю о том, насколько же сильные у него руки. Уверена, что под тканью скрываются такие мышцы, что его хватка может свести с ума.

А если он сожмёт горло?

Как в ту… самую… нашу первую ночь?

О божечки…

Мы приезжаем в элегантный ресторан с приглушённым светом и тёплыми оттенками в интерьере. Столы застелены безупречно выглаженными белыми скатертями, мягкие кресла расставлены чуть ли не под линеечку, а в воздухе витает тонкий аромат свежих трав и дорогого вина.

Официантки в одинаковых чёрных костюмах, с собранными в аккуратные пучки волосами, снуют между столиками, ловко балансируя с подносами. Приветливая администратор замечает нас почти сразу — её взгляд на мгновение задерживается на Шахове, и она тут же меняется в лице.

— Добрый вечер, Сергей Николаевич, — с лёгким наклоном головы она провожает нас к одному из лучших столиков у окна.

Столик уединённый, с видом на вечерний город, сверкающий огнями сквозь панорамные окна.

Она раскладывает меню, но прежде чем уйти, странно смотрит на меня. В этом взгляде скользит что-то… пренебрежительное? Или мне показалось? Лёгкая усмешка едва видна в уголках её губ, но уже через секунду она собирается и все эти эмоции просто пропадают.

— Что хочешь? — голос Шахова мягкий, но в нём всё равно чувствуется привычная властность.

— Я… — смущённо пробегаю глазами по меню, цепляясь за знакомые названия. — Пасту с креветками и… чай.

Он склоняет голову, уголки губ подрагивают в сдержанной улыбке.

— Чай? — тянет он, чуть склонившись ближе. — А как же вино? Или ты правда думаешь, что сможешь…

— Хорошо, — перебиваю его, чувствуя, как предательски горят щёки. — Давайте вино. Не думаю, что смогу… — эхом повторяю я, прекрасно понимая, к чему он клонит.

И это меня немного пугает.

Он кивает официантке, делает заказ уверенным тоном, выбирая красное сухое, и откидывается на спинку кресла.

А я, чтобы скрыть нервозность, зачем-то достаю телефон. Пролистываю экран, проверяю время… и тут же убираю его обратно, даже не запомнив, сколько сейчас на часах.

— Ты начала меня бояться, — голос Шахова звучит низко, почти вибрируя, пробирая мурашками по коже. Он смотрит прямо в глаза, не мигая, будто изучает каждую мою реакцию. — Это хорошо. Мне нравится, когда девушки боятся. Это... — он делает короткую паузу, обводя языком угол губ, — порождает новые желания. Хочется узнать твой предел уже в этом состоянии.

Я машинально сжимаю бокал, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее.

— Вино, наверное, немного уберёт страх, — пытаюсь пошутить, но голос звучит тише, чем хотелось бы.

— Или добавит, — чуть улыбается он, лениво облокачиваясь на спинку кресла. В его движениях читается уверенная расслабленность, но напряжение скрывается в уголках губ и внимательном взгляде. — Мне нравится, как ты реагируешь на меня. Нравится, что ты думаешь обо мне. Но, может, просто расслабишься? В первый раз… Я ведь не собираюсь быть твоим психологом. Я хочу отдохнуть.

Он подаётся вперёд, и в полумраке ресторана еще черты лица кажутся ещё острее и грубее.

— Устали? — спрашиваю я, сглотнув.

— Устал, — просто отвечает он, склонив голову чуть набок. — Сегодня было много встреч, много разговоров… И мне нужен отдых. И ты мне в этом поможешь. Просто ешь. Пей. И забудь всё, что тебе наговорили болтливые секретарши.

Официантка ловко наполняет бокал рубиновым вином, и я, не дожидаясь тоста, делаю большой глоток. Горьковатый вкус расползается по языку, обжигая тёплой волной.

Он внимательно наблюдает за мной, слегка прищурившись.

Конечно, он знает, какая у него репутация.

Он наслаждается этим.

Так почему это должно парить меня?