Глава 9. Морс

Ася Прикосновения Александра ко мне в воде уже явно не были профессиональными. И... Мне совершенно не хотелось им сопротивляться. Хотелось, что бы он видел во мне женщину, а не просто натурщицу. И, кажется, что у меня это получилось. Но... Есть ли у нас будущее, если вдруг это все взаимно? И что сказала бы на это Варя? Вода обнимала кожу тёплыми волнами, но сердце ёкнуло: а если он со всеми такой? Я наблюдала, как Александр резко отстраняется от Вики на берегу. Нет, глупости. Подплыла к Варе, которая болтала с Костей у старой коряги. Взяла воздушный круг, будто для опоры, и выдохнула: — Варь… А как бы ты отнеслась, если бы твой отец… ну… встретил кого-то? — О, — она перевернулась на спину, подставляя лицо солнцу. — Я бы танец станцевала! Он же как рак-отшельник. Ему бы точно не помешала женщина. — А если бы она была… твоей ровесницей? — перебила я, неловко махнув рукой в сторону берега. — Ты про Вику? Да я бы его сама утопила. — Нет, — засмеялась я нервно, — в смысле… кого-то нормального. — Это было бы… — она скорчила гримасу, — как смотреть, как твой папа целуется с одноклассницей. Фу-у. — А если не ровесницей? — я набрала воды в ладони, чтобы скрыть дрожь в пальцах. — Ну… — Варя прищурилась, внезапно становясь серьёзнее. — Если бы она была крутой. И честной. И… — она толкнула меня ногой, — не пряталась за глупыми вопросами. Думаю, такую бы я смогла принять, — Варя закончила фразу с напускной важностью, но тут что-то жёсткое и мокрое шлёпнулось мне на макушку. — Ой! — я инстинктивно нырнула, а когда вынырнула, увидела Костю, который махал руками, как ветряная мельница: — Сорян, Ась! Хотел кинуть Варе! — Да ты меткий, как пьяный пират! — закричала Варя, хватая мяч и швыряя его обратно. Тот снова прилетел ко мне, но я уже была наготове — перехватила и запустила в Костю. — Вооот, теперь война! — завопила Варя, поднырнув и дёрнув меня за ногу. Мы рухнули в воду втроём, брызги летели во все стороны. Костя, пытаясь увернуться, греб как тюлень на льдине, а Варя визжала, заливаясь смехом: — Пап, спасай! Ася нас топит! Александр с берега поднял руку, будто салютуя, но не двинулся с места. — Сами разбирайтесь! — Крикнул нам с берега. — Предатель! — я выдохнула, выливая воду из уха, но тут же получила волной в лицо от Кости. — За мной, воины! — Варя вскочила на спину Косте, как накачанный дельфин, и мы понеслись к берегу, обстреливая друг друга брызгами. Песок летел вперемешку с каплями, а Вика, сидевшая поодаль, смотрела на нас, будто мы сошли с ума. -ˋˏ✄┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈ После купания все разбрелись по дому, каждый по своим делам. Я же осталась сидеть в гостиной, окружённая тёплым запахом нагретого дерева и влажным воздухом, принесённым с озера. Я ждала. Ждала, что Александр кивнёт мне и проведёт в мастерскую, как это было вчера. И тогда я признаюсь… В том, что чувствую к нему что-то. Что перестало быть просто уважением или восхищением его талантом. Но он прошёл мимо, не поднимая глаз, уткнувшись взглядом в пол, словно там было что-то невероятно важное. — Вика попросилась сегодня позировать мне, — бросил он через плечо, его голос был глухим, будто он оправдывался. — Так что мы с тобой продолжим завтра. Так что, считай, что у тебя сегодня выходной. Постараюсь закончить все до вечера. И он вышел за дверь. Перевела взгляд на подругу. Вика, медленно, грациозно, поправила влажные волосы, откинув их за спину, и проследовала за ним бросив мне взгляд — смесь триумфа и жалости. Я приказала себе не обращать на неё внимание. Приказала, но чувствовала, как кровь приливает к лицу, как внутри меня медленно, но верно разгорается ревность. Вечер проходил спокойно. Варя с Костей возились на кухне, грохоча кастрюлями. Я же сидела на диване, стараясь погрузиться в мир книги, но буквы расплывались перед глазами. Мысли всё равно крутились вокруг Александра и Вики, вокруг её ехидной улыбки и его странного, избегающего взгляда. — Ась, отнеси папе морс! — Варя сунула мне поднос с двумя бокалами. — А то Вика там, наверное, в своей джинсе изнывает. В джинсе? Я замерла, вдруг осознав, что волновало меня все это время на подсознательном уровне, то, что я никак не могла сформулировать. — Варя… — голос предательски дрогнул. — А я им не помешаю? Твой отец… Он ведь рисует только… обнажённых? — Чего? — Варя вытаращила глаза, словно я сказала что-то совсем уж несусветное. А из-за холодильника с полупустым пакетом замороженных ягод высунулся Костя, его лицо выражало не меньшее удивление. — Ну, ты сама говорила, что он рисует - «обнажая душу и тело», — пробормотала я, чувствуя, как краснеют щёки. — Ася, это метафора! — Варя фыркнула, но вдруг замолчала, её глаза прищурились, и она уставилась на меня с подозрением. — Стой… А тебя он что, рисовал голой? — Нет! — выпалила я, чувствуя, как краска ещё сильнее заливает лицо. Я резко помотала головой. — Я… была одета. Всегда. — Странные у тебя вопросы, конечно… — пробормотала Варя, по-прежнему с прищуром рассматривая меня, словно пытаясь разгадать какую-то загадку. — Давай, иди уже. И она буквально впихнула поднос с бокалами мне в руки, не давая больше ни слова сказать. Я развернулась и пошла к двери, чувствуя на себе её недоуменный взгляд. -ˋˏ✄┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈ Дверь в мастерскую была приоткрыта. Я толкнула её ногой, потому, что руки были заняты и… Стекло разбилось о пол, с оглушительным звоном, забрызгав соком стены. Вика обнимала Александра за шею. Они были близко. Очень близко. Настолько близко, что между ними не было и миллиметра воздуха. Её пальцы зарылись в его волосы, а взгляд, полный хищного удовлетворения, был направлен уже на меня. Мои глаза, скользнули по его щеке. И там, ярким, кричащим пятном, горела красная отметина — отпечаток её алой помады. Мир поплыл. Казалось, что я оглохла, кроме стука собственного сердца, бьющегося где-то в горле. Вся теплота, которую я несла, превратилась в ледяную корку, сковавшую меня изнутри. — Ася… — Он тут же убрал руки Вики, резко, словно обжёгшись, и шагнул ко мне. В его глазах я увидела панику, попытку оправдаться, но это было бесполезно. Я инстинктивно отшатнулась, словно от удара, и подняла руку, делая резкий, отталкивающий жест. Я не хотела, чтобы он приближался. Не хотела его оправданий. Мне не нужно было ничего слышать. — Ася, это не… — Его слова оборвались, когда Вика, с ехидной улыбкой, перебила его, нарочито небрежно поправляя блузку, которая, была расстёгнута чуть больше, чем нужно. — Мы просто… разминались, — промурлыкала она, и её взгляд, полный торжества, впился в меня. — Ты же знаешь, как художники ищут вдохновение. Её слова, пропитанные ядом, вонзились прямо в сердце. Больше я не могла выдерживать. Я резко развернулась, едва не поскользнувшись на мокром от лимонада полу, и побежала. Бежала, не разбирая дороги, ничего не видя перед собой, кроме расплывающихся пятен и пелены в глазах. Я не остановилась, пока не упёрлась в гладь озера, где вода теперь казалась ледяной, даже под ласковым солнцем. Холод проникал под кожу, обволакивал, и я чувствовала, как весь мир вокруг меня замерзает, превращаясь в осколки.