Глава 2 — Предел мечтаний

Остановившись перед офисным зданием в форме ступенчатой плоской пирамиды, смотрю вверх. На седьмой этаж. Эх… Полярный-Полярный… Я так на тебя надеялась!

Давай, Дана, иди к его конкурентам, — убеждаю себя.

Мне очень нужна постоянная, хорошо оплачиваемая и серьёзная должность. Бывшие свекры хотят забрать себе Надюшу. Считают, что я несерьезная, точнее даже будет, чокнутая и испорчу ребенка. И у меня все должно быть идеально, если они затеют суд.

Всего в нашем городе три крупных рекламных агентства. Одно далеко и сразу отметается. Ездить туда я не смогу. И два — здесь.

Это, пожалуй, самое эпичное место нашего города — "Седьмое небо".

Огромный жилой комплекс. Элитный. Его лицом является вот это высокое офисное здание.

Поднимаю камеру, висящую на шее, делаю фото. Красивый кадр.

Первые три этажа занимает торговый центр, а над ним — офисы.

Агентство Полярного "Пятый элемент" занимает седьмой этаж. Агентство "Медиа-перспектива" — одно крыло четвёртого. И рано или поздно одно сожрёт другое.

Полярный предлагает процент, но хороший. А Канарейкин оклад, но маленький. И я как авантюрист конечно же хочу к Полярному.

Но не только поэтому.

Вадика Канарейкина я знаю со школы. У нас было даже что-то типа романа. И он… мудак. Талантливый, но мудак. Не хочу с ним работать.

Но, видимо, придётся.

Менять место жительства я не хочу. Да и не потяну сейчас. Подруга уехала по контракту в Австралию. Мы с дочкой живём в её квартире, в этом же комплексе, присматриваем. Здесь же я нашла частный детский сад для Надюши на первую половину дня. И мне надо работать в шаговой доступности.

— Ну что, РСПшка… — неожиданно приобнимает меня сзади Вадик. — Пойдёшь в рабство?

Шутки у него, конечно…

Уворачиваюсь от его руки, поджимая губы.

— Я ещё думаю, Канарейкин.

— Ну, во-первых, Вадим Валерьевич, — подмигивает мне. — А во-вторых, что тут думать? Пойдём. Посмотришь на мой охерительный офис.

— Ладно. Пойдём…

Мы проходим во вращающиеся двери, попадаем в торговый центр. Мимо бутиков двигаемся к большим лифтам.

— Как жизнь-то, вообще? Кофе хочешь? — останавливается у прилавка кофейни. Прилавок недалеко от лифтов.

— Не хочу. Спасибо. Жизнь нормально…

— Мне сказали, ты вчера у Полярного была на собеседовании.

— Была, — вздыхаю.

— Не взял?

— Думает… — вру я.

— Полярные — это пиздец, Дана. Два сатрапа. За каждую мелочь — дрочка. Только нервы потеряешь!

— Именно поэтому ты заработал у него на проектах столько, что смог открыться сам. Верно?

— Верно! — ухмыляется. — Но у тебя-то есть альтернатива. Я. Со мной куда как приятней работать… — играет бровями. — Ты же помнишь, да?..

Прикасается пальцами к широкой лямке моей майки.

— Да ничего я не помню. Не было ничего… — стряхиваю его руку, закатывая глаза.

— Ну признайся, мечтаешь о богатом симпатичном любовнике? — намекая на себя.

— Только если о Полярном… — колю его из принципа, уловив его "пунктик" на счет конкурента.

На самом деле, Канарейкин, женщины мечтают совсем о другом! Быть полностью независимой и не нуждаться в базовых вещах. А вовсе не о богатых любовниках. Эти уж случаются скорее от безысходности. И точно не предел мечтаний Совы!

— Ой, да ладно, он же заморозит в койке! — смеётся.

— А почему такая маленькая зарплата, Вадик? — морщусь я.

— Демпингую Полярного, снизив максимально цены на услуги. Пока так. Выжму его, увеличу.

Лицо застывает в улыбке, смотрит мне за спину.

— В общем, можешь выходить хоть завтра. Мне очень нужен толковый персонал, — уже серьёзнее.

— Мой кофе, пожалуйста, — раздаётся за спиной.

Вздрогнув, по голосу узнаю Полярного.

Бариста тут же отдаёт ему заранее приготовленный кофе.

Полярный отходит, нажимает кнопку лифта.

Одет — с иголочки. И даже подвернутые рукава его белоснежной рубашки выглядят так, словно их "небрежно" подвернул стилист.

И стоит красиво… Игра света и тени такая, что скульптурирует его силуэт ещё сильнее.

По наитию поднимаю камеру, делаю незаметно фото.

Канарейкину отдают стакан кофе.

Мы успеваем заскочить в лифт вместе с Полярным. Хотя я, честно говоря, предпочла бы дождаться следующего.

А пахнет от него пронзительной Арктикой… в эту жару просто божественно.

От Вадика пахнет сладко и жарко. У него цветастая рубаха и стильные деревянные бусы, плотно прилегающие к шее.

— Здороваться так и не будем, Платон Александрович? — улыбаясь, провоцирует его Вадик.

Полярный, не меняя ледяного надменного выражения лица, чуть заметно дергает бровью.

Я стою между ними, обваренная неприязнью, как мне кажется, совсем не мне предназначенной.

Двери лифта открываются на четвёртом. Только успеваю заметить, что всё оформлено в оранжево-белых тонах.

— Прошу! — демонстративно показывает Вадик на выход.

Поспешно делаю шаг к нему, пытаясь смыться от повисшей в воздухе неприязни Полярного.

Но чувствую, как Платон Александрович придерживает меня за локоть.

— Вы приняты, — сухо.

— А-а… — от шока застываю я, растерянно глядя в лицо Вадика, которое исчезает за смыкающимися дверями лифта.

Разворачиваюсь, поднимая взгляд в глаза Полярному.

— Серьёзно? Или это вы решили Канарейкина так уколоть?

— Да. На оба вопроса.

— Какие интересные у вас ролевые игры… — дёргаю обескураженно бровями.

Делает глоток кофе.

— На испытательный срок, Богдана. Не сможете совмещать с ребёнком, — попрощаемся.

Да чтобы ты побыл в моей шкуре! — лучезарно улыбаюсь ему.

— Я смогу.