21

Повисает пауза, прежде чем тишину нарушают шаги мужчины. И к моему ужасу, он начинает приближаться, вынуждая каждую клеточку внутри сжаться с немым криком.

— Тихон, — он протягивает руку, но я лишь смотрю на нее, не в силах пошевелиться. — Я ожидал более теплого приема, — гортанный, с сексуальной хрипотцой голос звучит практически как у Мирона. Практически, но нет.

Однако, я все еще стою, будто воды в рот набравшись, лишь тяжело дышу, изредка моргая широко распахнутыми глазами и изучая испещренные татуировками пальцы мужских рук, на которых такие же перстни, но другие рисунки. Я слишком часто рассматривала пальцы Мирона, особенно сегодня, на них много латинских букв, правда из-за колец мне было сложно разглядеть все подробности, а у этого брата незнакомца размытые цифры на фоне неровных линий, больше похожих на скелет фаланг.

— Угостишь меня кофе? — от очередного обращения ко мне мое сердце болезненно екает будто в него прилетело несколько тонких иголок. Я только что видела этого мужчину в машине, а сейчас он передо мной. Пусть я отчетливо понимаю, что это не Мирон, легче мне не становится. Брат-близнец, у него, мать вашу, брат-близнец! И сейчас я нахожусь с ним наедине в пустой квартире. Это очень нехорошо, очень!

Вздрагиваю, едва ли не подпрыгивая на месте, когда его шероховатые пальцы захватывают мой подбородок, вынуждая меня отметить, насколько я беспомощна перед ним.

— Только давай без истерик. Дыши, девочка, не хочу, чтобы мой братец расстроился, лишившись такой забавной игрушки.

Его слова немного отрезвляют мой охваченный шоком и паникой мозг, но дрожащее как желе тело по-прежнему безвольно стоит под пристальным прицелом зеленых глаз пугающего меня мужчины. На секунду прикрываю веки и делаю судорожный вдох.

— Что вам от меня нужно?

Сейчас я бы предпочла остаться в том дровянике, потому что, стоит Тихону услышать мой голос, как на его лице появляется опасная и дикая улыбка, но я бы предпочла получить такую от Мирона. Потому что его брата я могу охарактеризовать тремя словами: жестокий, безжалостный и холодный. Не знаю, почему, просто чувствую это.

— Хотел посмотреть на источник всех моих проблем, — он произносит это с горящими глазами, а потом надавливает пальцем на нижнюю губу, вынуждая испустить резкий вздох. — Мой брат всегда был чересчур вспыльчив и импульсивен, но обычно у него были на то причины. Сейчас я удивлен. Развязать войну из-за милой мордашки, — мужчина цинично цокает языком, слегка потрепав меня по щеке. — Ты открыла клетку, девочка, и выпустила его демонов. — Приблизившись еще ближе, Тихон буквально выжигает каждую букву на моих губах. — Заодно подкинув мне дерьмовую работенку.

За жалкое мгновение я превращаюсь в тонкий хрустальный сосуд, который вот-вот упадет и исчезнет среди осколков пыли.

— Я никого…

— Знаю. — Мужчина все-таки  отстраняется, и я начинаю хаотично хватать ртом воздух, потирая ладонью место, где секунду назад он обжег мою кожу своим прикосновением. А потом незваный гость обходит меня и направляется на кухню. — Я всю жизнь убираю за своим братцем дерьмо, мне не привыкать. Но его безрассудство перешло все границы, — доносится сзади суровый голос, и я в полном замешательстве следую за ним. — Как ты здесь оказалась? — Тихон включает кофемашину и достает две чашки, ни разу не замешкавшись, будто он у себя дома.

— Эм… — мгновение взвешиваю, стоит ли рассказывать все незнакомцу, вот только другого выхода я не вижу. — Мирон снял эту квартиру для меня, — отвечаю на удивление спокойно и ровно, занимая место за барной стойкой.

Замечаю, как Тихон ухмыляется однобокой улыбкой и дергает головой, мол: «Вот зараза». И еще с минуту продолжает возиться с кофе.

— Нет, девочка, эта квартира не сдается, — наконец он нарушает сгустившуюся тишину и оглядывается через плечо, явно желая увидеть мою реакцию.

— Что? — непроизвольно хмурю брови, в то время как разгорающийся внутри интерес уже хладнокровно перебивает панику и страх. Судя по всему, брат Мирона более разговорчив, это и подкупает мой неадекватный мозг.

— Это наша квартира на случай приезда в Россию. В последние годы я здесь нечастый гость, поэтому Мирон использовал ее в своих интересах. Правда, у нас было одно правило: никаких баб. Для подобных встреч у нас есть другие места. Поэтому твое присутствие здесь производит на меня впечатление. — Я смотрю на него с откровенным непониманием. — В этих стенах не бывала еще ни одна особь женского пола. Так понятно?

— Ой, — глухо выдыхаю я от внезапной неловкости, ощущая, как по шее поднимается жар смущения. Но ответа на подобное откровение у меня нет, зато передо мной появляется ароматная чашка кофе… с долькой лимона. Но как он узнал?

— Я весьма наблюдателен, — Тихон поднимает свою чашку и салютует мне, прежде чем сделать глоток. И как это понимать?

Внутренности буквально разрывает на маленькие колючие частички, которые нетерпеливо раздражают все мои нервные окончания. Этот мужчина может не только напугать, но и заинтриговать. 

Поерзав на месте, я прикусываю губу и заставляю себя задать интересующий меня вопрос, попутно встречаясь с проникновенным взглядом собеседника:

— Кто вы?

— Кто я? — мужчина замирает с поднесенной к губам чашкой. — Я основатель одной опасной преступной группировки, — обыденным тоном заявляет он и делает глоток. — В двухтысячных Мирон вышел из нее, потому что создавал мне определенные проблемы и занялся поставкой леса в Германию. Нелегальной, разумеется, но за определенные заслуги у него не возникает проблем. По крайней мере, не возникло бы, не соверши он кровопролитие на чужой территории, — иронично подмечает мой собеседник. — Сейчас я тоже отошел от дел, но был вынужден вернуться, чтобы сохранить ваши шкуры живыми. Ну и навести порядок на своей территории. Знаешь ли, собаки быстро теряют нюх. Для здоровья им полезно напоминать, чья рука их кормит.

— Зачем вы мне все это рассказываете? — шепчу осипшим от ужаса голосом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Затем, чтобы ты понимала, куда вляпалась твоя хорошенькая задница.

— А если я все расскажу полиции?

Мрачный смех за секунду заполняет все свободное пространство. Я и сама понимаю, насколько глупо это прозвучало.

— Можешь попробовать. — Тихон оставляет чашку и за два ленивых шага пересекает расстояние, оказываясь рядом. — Я пришел не пугать тебя, Варвара, а лишь дать понять, в каком дерьме ты оказалась. Хотя, будь твоя причина не столь уважительной, твой «геройский» поступок не вызвал бы у меня и толики понимания. Надеюсь, мне не нужно тебе объяснять, что наше знакомство должно остаться между нами?

Полностью парализованная услышанным, я лишь едва качаю головой.

— Умница, девочка, — мужчина аккуратно заправляет локон волос мне за ухо, окончательно лишая меня возможности говорить, и снова захватывает подбородок грубыми пальцами. — Когда приду в следующий раз, постарайся не трястись передо мной. А то мне может это понравится, — Тихон улыбается и, возможно, меня бы очаровала эта улыбка, не будь он столь откровенен минуту назад. Подмигнув мне, он отпускает мое лицо и уходит. А я так и сижу неподвижной статуей, провожая взглядом широкую мужскую спину.

В следующий раз? Я увижу этого мужчину снова? Но я не хочу… Закусываю изнутри щеку, пока в голове пьяной каруселью прокручивается все, что только что произошло. Твою мать, у них даже движения одинаковые. И откуда он знает о моей маме? Господи… что вообще происходит?