Глава 75

– С Новым годом, любимый мой. – услышать его сейчас – нереальное счастье, словно исполнение новогоднего желание с мгновенной доставкой. Я прикрываю рукой телефон и быстро бегу куда-то, стараясь оказаться подальше от праздничной толпы ресторана. Но это, конечно невозможно. Даже в коридоре, куда я прорываюсь народу полно. И многие, как и я с телефонами, пытаются ответить на звонки близких. – Алло, Ева? – Адам! С Новым годом! – Ева ты… ты где? – Я… мы… мы с Ясминой решили пойти в ресторан. Дома скучно. Прости, я тебе не успела сказать, просто… – Ясно. Решили повеселиться. Задницу бы вам надрать обеим. Эти мажоры с вами там, да? – Его тон насмешливый, не злой, но почему-то в этот момент это бесит меня сильнее, чем если бы он стал орать и ругаться в ярости. Насмешливый, это значит, ему всё равно, да? Плевать, где я и с кем. Я, именно я, не Яся. С Ясминой он потом разберется, по-другому с ней поговорит. А со мной… – Ева, ты что молчишь? – Ничего. Просто. Ты… ты же тоже не один, да? Как твои… китайские партнёры? Не знаю, зачем я опускаюсь до этих разговоров. Горло сжимает от жалости к себе. Мне так плохо опять. Ужасно. Никогда не задумывалась раньше, как чувствует себя женщина, которую обманывает любимый мужчина. Что именно она чувствует? Боль? Злость? Гнев? Обиду? Пустоту. Я чувствую чёрную пустоту. Я проваливаюсь туда. Она меня затягивает, пробирается под кожу, отдавая внизу живота тягучим нытьём. – Ева, не заговаривай мне зубы, при чём тут мои китайцы? Вы… Вы хоть охрану предупредили, что вы из дома свалите? О безопасности хоть на минуту задумались? – А ты? – не знаю, куда меня несёт, зачем я отвечаю, но остановиться не могу. Тащит в омут по инерции. – Ты думаешь о безопасности? Предохраняешься? – Ты… ты со мной сейчас разговариваешь? Ева? Ты… ты что там выпила что ли? Твою мать… Евангелина, давай ты не будешь делать глупости, а? Бл*дь… ты соображаешь, что я не могу сейчас прилететь? – Соображаю. Тебя… не отпускает твоя… – не могу выговорить слово «узкоглазая», потому что это обидно, противно и подло. Слезами захлебываюсь мгновенно, выть охота, – Зачем ты так, Адам? Я тебя люблю… Я так… ик… сильно… ик… люблю… Икота накатывает от рыданий, я как дитё реву, и как теперь ему доказать, что я не пьяная? – Ева… Евушка, ты что… родная, девочка моя любимая… ты… Я же люблю тебя, слышишь? Только тебя люблю. Вообще… Чёрт. Никого не любил никогда, в жизни. Яську вот только, но там другое. И тебя. Вы самое важное, что у меня есть. Ясмина и ты… Ты! Девочка моя, не плачь… я приеду, совсем скоро. Я… я дико соскучился, просто подыхаю тут без тебя… Он говорит, а у меня на лице улыбка дурацкая расцветает. Любит! Только меня! Я – самое важное. Я и Ясмина! Мы… Он соскучился! И всё… и я таю моментально. Думаю только об этих его словах. Забываю о ядовитой ненависти Яськиной матери. И о фотографиях и видео, которые она прислала. Вообще… почему я с ходу поверила? Это же может быть фотошоп? Да, легко. Сейчас такие технологии мощные! Всё, что хочешь нарисуют. И вообще, это ведь могли быть старые фото? Тоже вариант. Он еще что-то говорит, а потом я… тоже признаюсь в любви, жалуюсь на то, что соскучилась, и что мне плохо. – Ты там осторожнее, Ева, веди себя прилично, ладно, малыш? И… не засиживайтесь допоздна. И дочь мою тоже… контролируй. – Всё сделаю, Адам, не переживай. Я… я всё знаю. Я же у тебя девочка умная? – Самая умная. И самая красивая. И любимая. А у меня, по ходу, крыша совсем поехала. Ревную как чёрт, веду себя как малолетка. Приеду, отшлепаю в любом случае, поняла? Готовься. – Я готова, любимый… Мои слезы уже высохли, но я еще пару раз всхлипываю, поднимаю голову и встречаюсь с насмешливым взглядом Артура. Глаза округляю, пытаясь его предупредить, чтобы молчал, он ухмыляется, и проходит мимо, чуть задевая меня плечом. Заходит в уборную. Мне, кстати, тоже туда надо. Мы с Адамом прощаемся, говорим друг другу еще кучу нежностей. Потом, наконец, отключаемся. Я захожу в дамскую комнату, из зеркала на меня смотрит забавная счастливая панда. Хорошо, что в приличных заведениях у зеркала и раковин стоят коробочки с ватными дисками и палочками. Быстро привожу лицо в порядок. Нужно возвращаться, я же обещала любимому следить за Ясминой. Она снова танцует с Ярославом. Счастливая донельзя. И я тоже за неё рада. У них все, кажется, без траблов. Мир. И слава Богу. – Потанцуем? Артур приглашает меня. Я хочу отказаться, но потом решаю, что один танец – можно, один танец же ничего не значит? – Любовь у вас, получается, да? – Получается, да, – глупо улыбаясь отвечаю. А, пусть завидует! Да, любовь! – Класс. Знаешь, вот честно… я же Агдамова знаю ну так, шапочно, пару раз были с отцом в его гольф-клубе, ну и… в нашем кругу, сама понимаешь, разговоры… – Сплетни, – перебиваю, чуть улыбаясь. – Ты что? Олигархи не сплетничают, они… разговаривают. – Артур улыбается и смешно морщит нос. Он ведь очень симпатичный, даже нет, красивый парень, очень красивый, только это мимо меня, потому что… Потому что Агдамов! – Хорошо, и о чём же разговаривают олигархи? – Ну, если я завтра расскажу, что Агдамов влюбился и женится – это будет бомба. Мне смешно, и я даже не пугаюсь, потому что… а, плевать! Пусть сплетничают! Пусть рассказывают, что Адам Агдамов влюбился в малолетку, в подругу дочери. Студентку, самую обычную, ну, почти… – Извини, Ева, не могу сильно за тебя порадоваться, потому что дико завидую Адаму. – Зачем завидовать, может я не подарок? – опять улыбаюсь, мне хорошо, после звонка и разговора с Адамом просто удивительно хорошо. – Ты? – неожиданно Артур привлекает меня ближе, прижимает, и я чувствую его напряженное тело и то… боже, чувствую, что он возбужден. Мне очень неловко, и я пытаюсь отстраниться, но Артур не пускает. – Ты охренеть какой подарок, я бы не отказался. – Не надо… пожалуйста… – Я знаю. Я не буду. Просто…– он дышит тяжело, и смотрит так… – просто дай мне минуту, одну минуту рядом с тобой, вот так. Просто танец, просто ты и я. – Артур… – Исполни моё новогоднее желание. Опускаю глаза. Не могу на него смотреть. Дико краснею, потому что его губы у моего уха, шепчут о том, какая я красивая, желанная, и как бы он хотел послать к чертям Агдамова с его любовью и забрать меня себе… Музыка заканчивается. Я шарахаюсь, как чумная, но Артур меня сразу отпускает. Он идёт к выходу, хватает куртку с вешалки, выскакивает на улицу, дверь жалобно хлопает. – Ева, что случилось? – Ясмина, кажется, удивлена. – Ничего. Просто… – Просто мой друг влюбился в твою подружку, а она занята твоим папочкой, да? – Ярослав иронизирует, но нам с Ясей совсем не до смеха. – Перестань, Яр! Это… некрасиво. – Зато правда. Пойду я тоже выйду. Покурю. – Ты же не куришь? – Артур тоже не курит, просто посмотрю, что там с ним, окей? Никуда не уходите, девочки. Интересно, куда мы можем уйти? Хотя, можем. – Когда домой пойдём? – задаю вопрос подруге и вижу её растерянный взгляд. – Только не говори, что хочешь поехать к Ярославу. Твой отец меня убьёт. – Ты же мне не нянька! А я… мне уже давно восемнадцать, мне можно! – Ясмина… ты что? Ты… ты решилась? – Я не знаю. Я хочу и… боюсь. – Значит не надо. – Почему? Я же… я хочу! – Если есть сомнения – точно не стоит. – Но я люблю его, Ева, понимаешь? А он… он взрослый и ему, конечно, нужен секс! И если… если не я, то… он пойдет к другим. – Яся! – я просто в шоке от слов подруги, – ты себя слышишь? Ты…Если он тебя любит, значит подождет. А если он не может ждать… что это за любовь такая? – Да… я понимаю, но я… я обещала… – Обещала что? Что в новогоднюю ночь он тебя поимеет? – Ева! Это… грубо! – Это правда. Не знаю… Мне это не нравится. Ясмина закусывает губу, я вижу, что она нервничает и боится, и надеюсь, у неё хватит ума всё-таки не наделать глупостей. – Мне… мне тоже. Я не знаю, Ева. Я так давно к этому готовилась, я так хотела, а теперь… Но что в этом такого? Почему я обязана хранить девственность? Ты же… ты же переспала с папой? И что? Он всё равно на тебе женится. Я хочу сказать, чтобы она не сравнивала, но понимаю, что это прозвучит не убедительно. И вообще, я – не самый лучший пример. Я ведь не призналась Ясе что именно произошло между мной и её отцом! – Ясмина, ты… ты собираешься замуж за Ярослава? – Не знаю, – она опускает голову, вздыхает, – мне бы хотелось. Но мы… мы не говорили об этом. – А о сексе говорили? – Ну, Ева! – Ладно. Я не буду тебя поучать, ругать, просто… Просто дай мне слово, что подумаешь и не будешь торопиться, ладно? – Хорошо. Ярослав и Артур возвращаются. Яр сразу приглашает Ясмину танцевать. Артур садится рядом. – Прости, Ева я… меня слегка занесло. Я молчу, даже не знаю, что ответить. Вроде бы и прощать особенно не за что. Но… Ясмина и Яр возвращаются какие-то взволнованные, подруга смотрит на меня таким взглядом… – Так, френды, появилась идея свалить отсюда и поехать на хаус. Вы как? – Куда? – я удивлена и немного напугана. Ясмина же не согласилась? – Ко мне, тут недалеко, хата большая, места всем хватит. – Нет, – выпаливаю быстро, не успевая подумать, просто потому что это реально нереально ехать к парню домой ночью! Ни для меня ни, тем более для Ясмины! – мы не поедем. – Мы? – Ярослав ухмыляется нагло, – ты имеешь в виду себя и Артурчика? – Нет, – говорю еще тверже. – Я имею в виду себя и Ясмину. Яся, давай отойдём. – Ева! – Ну, давайте. Отойдите. Ярослав садится за столик, и мне совсем не нравится выражение его лица. Слишком самоуверенный. Я встаю, вывожу подругу в коридор. – Ясмина… – Ева, ты же мне не мать и не мачеха. Почему я должна тебя слушать? Ого! То есть она вот так взяла и переобулась в воздухе? Мне это совсем не нравится. – Ты хочешь, чтобы я сейчас позвонила твоему отцу? – И что он сделает? Он там, а мы тут. Давай, ты никому не будешь звонить, а просто… просто поедешь с нами, а? – В квартиру? Где мы будем вчетвером? Да? Ты, я и Яр с Артуром? Ты знаешь, что завтра напишет вся желтая пресса? Что любовница Агдамова провела ночь с другим мужчиной. И как будет себя чувствовать твой отец? – Ты только за это переживаешь? Хорошо! Давай я поеду одна! – Ясмина! – Ева, я… я хочу поехать. Я просто развожу руками, понимая, что слезы на глаза накатывают. И дело даже не в том, что я боюсь гнева Адама – об этом я в последнюю очередь думаю. Я боюсь за подругу. Я чувствую, что она совершает большую ошибку! – Ясмина, я… я не знаю. Я не могу тебе запретить, да. Но… Может ты еще подумаешь, а? Может… Может пригласишь его в нашу квартиру? Там мы будем на своей территории. Яся закусывает губу, качает головой. Ничего не понимаю, несколько минут назад мы поговорили, и она не собиралась делать глупости. Что ей сказал Ярослав? На какие точки надавил? – Ева… ты не понимаешь, я не хочу его потерять. – То есть если ты ему не дашь, то потеряешь? Да? И ты считаешь, что это нормально? Подруга молчит, ничего не отвечает, но глаза у неё совсем грустные. А я решительно возвращаюсь в зал. И натыкаюсь на напряженный взгляд Артура. Ярослав болтает с одним из приятелей, подсел к компании, с которой они сюда пришли. Подхожу к нему, обращаю на себя внимание. Он вопросительно вскидывает бровь. – Да? – Яр, у тебя проблемы с сексом? – спрашиваю довольно громко. – Что? Не понял? – он ухмыляется, но вид у него уже не такой уверенный. – Простой вопрос. Проблемы? Считаешь, что девушку на секс можно только угрозами уломать? – Ты не охренела ли, девочка Ева? Попутала что-то? – Ева, ты что? – Ясмина выходит ко мне, встает рядом, вижу, как дрожит подбородок. – Я попутала? По-моему, это ты, Ярик, попутал! Нормальные мужчины так себя не ведут! – А, ну тебе-то, содержанке богатого папика известно, как ведут себя нормальные. – Ярослав, ты что? – Ясмина смотрит на него в ужасе, видимо не зная, как реагировать. – Да, у кого-то сегодня точно с сексом облом, – кто-то из парней за столом подаёт реплику. Я не вижу кто, да это и не важно. Новый год явно испорчен окончательно. – Завали, Стас. – осаживает его Ярослав. – Ясмина, можно мы обсудим наши отношения без твоей прошареной подружки? – мажор встает, протягивает ей руку. Если она сейчас уйдёт – я не знаю, что делать. – Ярик, ты, правда, немного фильтруй, я? – вмешивается Артур, вырастая перед другом. – И ты туда же? Надеешься, что тебе перепадёт? Извини, Агдамов еще не наигрался в порно с малолетками. Резкий удар, и Яр отлетает к стене. Кто-то кричит, по-моему, даже Яся, да и я не могу сдержаться. – Артур, не надо, пожалуйста. Просто… проводи нас домой. Ясмина, пойдем? Подруга кивает, на ней лица нет. Я опасаюсь, что Ярослав полезет в драку. Мы быстро идём к выходу, там на вешалках наши вещи. Ярослав догоняет. – Яся, подожди, прости меня… Слушайте… я… Блин, Ева, извини, я просто… перебрал… – Перебрал – освежись, – говорит ему друг, помогая мне надеть пуховик. – Ясмина, я… я же не то хотел. Не в сексе дело, правда. Ну… я люблю тебя. Хочу быть с тобой. Просто быть с тобой, понимаешь? Он кажется искренним, но я не смогу забыть то, что он говорил несколько минут назад. Про содержанку и… – Яся, можно я вас провожу? Пожалуйста, малыш… Подруга кивает тихо. А я, я выдыхаю. Мне кажется, я всё сделала правильно, хотя и грубовато и опасно. Ясмина и Яр выходят первые, Артур чуть придерживает меня. – Ты, конечно, молодец, выдала такое. – Я просто не знала, что делать. – Правильно. Ярослав зря придумал эту историю с хатой. Агдамов его потом за яйца бы подвесил. – Да не в этом дело. Хотя… и я этом тоже. Просто я хочу, чтобы она была уверена. И он тоже. А когда… когда вот так вот, или ты пойдешь со мной или отношения закончены – ну, что это за бред? – А ты была уверена? Ты… действительно его любишь? – Ты что? – усмехаюсь горько, – я же содержанка, я за деньги, ты еще не понял? – Ева… прости… – Люблю, Артур. Очень сильно. Действительно люблю так, что внутри всё сжимается. И очень хочу видеть. Поэтому делаю всё возможное и невозможное чтобы через два дня приехать в аэропорт. Инкогнито. Тайно. Очень хочу сделать сюрприз. На самом деле… на самом деле я очень хочу проверить, с кем прилетит Адам. Потому что мать Ясмины – наверное это она, больше некому – узнала мой номер и продолжает отправлять мне фото моего любимого с другой. Ненавижу сюрпризы. Думаю, об этом, когда вижу, как из вип зоны выходит Адам, а с ним вместе миловидная китаянка. Та самая. Красивая как куколка. Или гейша из кино. Да, да, я знаю, что гейши – японская тема. Не важно. Она изящная и милая. А он… он держит её за талию, и улыбается. Я не выхожу из укрытия. Стою, прислонившись к колонне. Строчу ему сообщение. Спрашиваю, приземлился ли самолёт и когда его ждать домой. «Малыш, мне нужно уладить одно важное дело, я буду поздно. Но очень хочу, чтобы ты меня подождала, желательно в постели и без одежды». Интересно, он после «важного дела» виагру примет? Или уверен, что его хватит на двоих? Я сажусь в кафе в «Шереметьево». Заказываю коктейль. Пью. Потом еще один. Ко мне подсаживается какой-то парень, я его отшиваю. Адам не пишет. Значит еще не дома. Проходит два часа. Уже совсем поздно, но народу в аэропорту прилично. Мне жутко хочется взять билет и улететь. Всё равно куда. Хоть в Магадан. Хоть в Адлер. Хоть в Махачкалу. Хоть к чёрту на кулички. Кажется, я немного пьяна. Или много… Адам по-прежнему занят «важным делом». И я заказываю еще одну «Маргариту». Потом беру телефон, нажимаю вызов. – Артур, ты можешь меня забрать? Я в «Шереметьево» …