Глава 79

– Ты выйдешь за меня? Слова, которые мечтает услышать каждая девушка, которые я мечтала услышать. Услышала… И не могу ответить так, как хочется, не могу, потому что… потому что я должна сначала признаться во всем. Иначе… Вдруг, узнав, что я обманула Адам не захочет жениться на мне? Он ведь такой… щепетильный. И бескомпромиссный. Это я хорошо знаю. То, что он такой. Не даёт права на ошибку. По крайней мере раньше я так думала. Поэтому и боялась многого. С ним мне часто казалось, что я хожу по тонкому льду. Честно? Это выматывало. Очень сильно. Еще я была в постоянном страхе. Боялась, что он меня бросит. Боже, думаю об этом и мне смешно. Кажется, что у нас были такие абьюзивные отношения. Отчасти, наверное, да. Но я и сама виновата. Я сама пошла на всё это. Я ведь понимала, что с таким как Адам Агдамов просто не будет. Но я пошла на поводу у чувств. Я любила. И люблю. – Смерти моей хочешь, малыш? – он говорит так тихо, чтобы слышала только я. И смотрит. Господи, КАК он смотрит! – Подожди я… я не то… мне нужно сказать тебе, сначала… Это очень важно. Но… Не здесь, пожалуйста! Прошу. Адам молча берет меня за талию, очень осторожно, а меня трясёт. Животика у меня было не видно все это время, я заметила, что он стал увеличиваться буквально неделю назад. Округлился немного. И на талии появились лишние сантиметры. Понимаю, что Адам это может почувствовать. Смотрю на него и вижу, что он чуть свёл брови. – Друзья, буквально пара минут, и я верну вам невесту… то есть…именинницу. Уверена, он не оговорился, специально так сказал. Чтобы у меня не было пути к отступлению. Но у меня ведь его и нет! Только Адам об этом не знает. Пока. Он вытаскивает меня на закрытую террасу, с которой прекрасный вид на столицу. Мы в этом ресторане были с Адамом раза три, или четыре, и я не уставала восхищаться и видами, и кухней. Неужели, запомнил? – Ева, давай сначала я скажу, хорошо? Что бы ты мне сейчас не сообщила, знай, это не повлияет на моё желание жениться на тебе. Поняла? Что бы ты не сказала! В его глазах сейчас горит огонь. Страстный, жаркий. Я чувствую, как плавлюсь, растворяюсь. Мне хорошо! Господи, мне так хорошо просто стоять рядом с ним! Счастлива только потому, что сейчас могу дышать его дыханием, смотреть на него! Даже зная, что сейчас, возможно, тут произойдёт атомный взрыв. Открываю рот, чтобы сказать и… Мне его тут же закрывают. Глубоким поцелуем. Горячим и жадным. Знойным. Таким, что, кажется, сейчас запотеют окна, которыми остеклена прохладная терраса. Боже… как же я по этому скучала! Как ждала! Я расслабляюсь мгновенно, упала бы, если бы он не поддерживал меня, одна его рука на спине, вторая держит мой затылок, зарываясь пальцами в волосы. Мне остается только жалобно застонать, понимая, что я не могу и не хочу его останавливать. Хочу его всего. Здесь и сейчас. И плевать, что за дверью, за стеной куча гостей. Что там мои мама и брат. Ясминка со своим Ярославом. Ох, надеюсь Артура там нет? Мысль об этом вызывает улыбку. Адам ведь ревновал, да? Артур мне рассказал, как злобный Агдамов сорвал его отцу важную сделку, а потом нос разбил. Правда, позже они всё разрулили, и с носом, и с бизнесом. Но папа Артуру запретил ко мне приближаться меньше, чем на километр. Естественно, на этот запрет отца сын благополучно забил. Приезжал, хотя я ему чётко сказала – ничего не будет. Причину не объясняла, зная, что через пару месяцев она станет совсем очевидна. Если не раньше, потому что аппетит у меня проснулся зверский. Еще немного и я перестану влезать во всё. А одежды для беременных еще нет. Мама уговаривала меня признаться во всем Агдамову, но я упорно шла в отказ. Пока не хотела. Пока не была готова. Хотя жадно просматривала светские новости, мучительно боясь увидеть его на фото вместе с какой-нибудь дамой. Один раз увидела. И сердце чуть не разорвалось от боли. Листала галерею и понимала, что схожу с ума. На фото с Адамом Ясмина, я её сразу не узнала. После этого забила на все новости. Читала исключительно про беременность, роды, младенцев. Вспоминала, как Адам усмехнулся, рассказывая про то, как представлял меня с малышом. Дурак! Если честно, очень хотелось ему врезать. Потому что нет ничего милее и забавнее смеющегося ребёнка. Пусть даже и перепачканного в каше. – Я люблю тебя, Ева. Люблю, слышишь? С ума схожу. Сошёл уже. Просто… сдохну сейчас если ты мне не скажешь, что ты со мной. – У меня будет ребёнок, Адам. Говорю. И замолкаю, закрывая глаза. Вот и всё. Свершилось. Я призналась. Дальше… будь что будет. Если он спросит чей ребёнок… Чувствую, как тяжело дышит Адам, а потом… Опускается на колени и прижимается лицом, лбом, к моему пока еще совсем не круглому животику. – Малышка моя… Ева… Быстрые, короткие поцелуи, и один долгий – он прикасается нежно, но глубоко, прожигает сквозь струящийся шёлк. – Ева… – Адам встаёт, берет моё лицо в ладони. – Подожди… но… почему тогда ты сказала – не могу? – Потому что сначала я должна была тебе сказать о ребёнке, вдруг бы ты… – Вдруг бы я что? Отказался от тебя? Я не сделал бы это в любом случае. Даже если… – мне показалось, он хотел сказать, если ребёнок не его, не сказал, – Не важно. Это мой ребёнок. Как я могу отказаться от своего малыша? И… от тебя? – Я боялась, что ты… ты рассердишься. – Да… знаешь, я очень сердит. Где-то растёт мой сын, а я ничего не подозреваю! – Почему сын? Может, дочь? – О, нет, ради Бога! Мне хватило Ясмины! И тебя тоже. Теперь хочу только пацанов! Он обнимает меня, прижимая к себе, и я понимаю – шутит! Конечно, он будет рад если у нас будет девочка. Девочки. Потому что по его взгляду понимаю – одним малышом Агдамов точно не ограничится! Захочет еще… – Я люблю тебя, Адам. – Неужели? Поэтому бегала от меня столько времени? – Да. Хотела, чтобы ты понял. – Что? – Что тебе без меня плохо. – Хм… а если бы я понял, что хорошо? – еще и ухмыляется, наглец! – Ну, значит я вышла бы за того, кому без меня плохо. Или… Заставила бы тебя понять, что тебе без меня никак. – Узнаю свою девочку. Любимая… – М-м? – Я задал тебе вопрос, и жду ответ. – Какой? – «Да». Я жду, что ты скажешь «да». Другой не приму. – Угрожаете, господин Агдамов? – Нет, делаю предложение, от которого ты не сможешь отказаться. – Я не отказываюсь. Я же люблю тебя. – И? – Что? – смотрю лукаво, чувствую себя отлично. Наконец-то меня отпустило. Я могу выдохнуть. Могу дышать свободно. – Ева, не испытывай моё терпение! – А я хочу! И буду! И вообще, мне сейчас можно всё. А ты… ты знаешь, что беременных обижать нельзя? – Я тебя не обижу, родная, никогда… – он становится очень серьёзным, одной ладонью поднимает моё лицо, всматриваясь в глаза, второй поглаживает талию, перемещаясь на живот. – Я решил, что мне показалось, что ты чуть округлилась, выходит не показалось. – Уже набрала почти пяти кило, надо останавливаться, а то буду как шарик к свадьбе. Ой… я хотела… то есть… – закусываю губу, которую раскатала. Свадьба. А если Адам не хотел никакого праздника? Впрочем, что значит – не хотел? Вообще, такие решения принимают двое, так что… – Та-ак… что-то там уже моя Евушка себе надумывает, да? Девочка моя, конечно, у тебя будет свадьба. Такая, какую ты захочешь. И когда захочешь. Хоть завтра, хоть через неделю, хоть через месяц. Или праздник устроим после родов, если хочешь похвастаться фигурой. – Ничего не хочу. То есть… мне… я пока не знаю, чего хочу. Надо обсудить с Ясминой. – О! Моя дочь тебе точно подскажет что и как! Разорите меня, чувствую. – Нет, я… я не хочу сильно пафосно. Мне не нужно… – Малыш, прекрати, я пошутил. Поверь, свадьба меня точно не разорит. Ну, только если ты не захочешь сразу пригласить Райана Гослинга, Марго Робби и полететь в космос вместе с Илоном Маском. – А что, так можно было? Я подумаю… – Думай только не долго, потому что… – Что? – Регистрацию я бы организовал уже на следующей неделе. Свадьба? С Адамом Агдамовым? Через неделю? Хм… Почему бы и нет! – Да, Ева… нас ждут твои гости. – А ты спросишь меня там еще раз? – О чём? – ехидно улыбается, вот же… проучить его надо! – О том, выйду ли я за тебя. Может я там еще и передумаю. – Только попробуй. Яся тебе не рассказывала про мой подвал? – он чуть прищипывает меня за талию, словно нарочно показывая мне, что там завелось что-то лишнее. А то я не знаю! – Какой подвал? – прижимаюсь к нему, заглядывая в глаза, – Тот тёмный, где ты держишь своих рабынь? – Именно. Посажу тебя туда, русалочка, будешь для меня свои шпагаты демонстрировать. – Я готова… Поднимаюсь на цыпочки и тянусь к нему губами. Он тут же подхватывает меня, снова буквально набрасываясь на мои губы. – Ева… – тяжело дышим оба, когда Адам отрывается от меня через пару минут, – с огнём играешь, сейчас не к гостям пойдём, а… Увезу, реально в подвал. Сил нет, так тебя хочу… Чёрт… Внезапно он замолкает, хмурится. – А… тебе же можно? Мы… ему не навредим? – Я не знаю, я не спрашивала, но… у меня всё порядке, я была у врача не так давно, она сказала, что проблем нет. – Ясно. Значит, сначала к доктору, а потом уже… – Адам… беременные занимаются сексом, правда, и даже часто. – Откуда такие познания? – От верблюда! Я целыми днями только и делаю, что читаю, про беременность, про роды, про детей… всю эту… литературу. И там пишут, что секс даже полезен. И вообще… – Что? – Если ты сегодня же не займешься со мной любовью, то я… я сама тебя возьму, силой! Он усмехается, потом запрокидывает голову и довольно смеётся. Потом прижимает меня к себе, но сказать ничего не успевает, потому что в дверях появляется рассерженная Ясмина. – У вас совесть есть? Мы… мы там все голодные, устали ждать уже, давайте, возвращайтесь! – Мы идём. – Ты ему сказала «да»? – Да! – Ну, слава Богу! А про ребёнка сказала? – Стоп, а ты откуда знаешь? – Адам удивленно таращится, да и я тоже. – Так это правда? – Ясмина улыбается. – Я не знала, догадалась по её испуганному виду, и потому, что у неё появились щечки! Значит у меня будет сестрёнка! – Братик! – с умным видом заявляет Агдамов, а мы с Ясминой смеемся и обнимаемся, потому что очень и очень счастливы!