Глава 7

(Спустя 2 месяца)

Я выхожу из подъезда, и ослепительное летнее солнце бьёт мне в глаза. Приходится прикрыть их ладонью, пока они не привыкнут к яркому свету. В воздухе пахнет нагретым асфальтом и тополиным пухом – он кружится в воздухе, как снег, которого так не хватало прошлой зимой.

Перед подъездом стоит алая Audi. Это машина моей подруги Алисы. И я узнаю её сразу – она единственная во всём нашем спальном районе с такими тонированными стёклами и хромированными дисками.

Мы с Алисой дружим с пятого класса. Две дворовые девчонки, которые делились жвачкой секретиками и списывали друг у друга контрольные по математике. Потом её мама вышла замуж во второй раз – «очень удачно», как шептались соседки. Они переехали в центр, в огромную квартиру с видом на реку. Я тогда ревела в подушку, уверенная, что наша дружба на этом закончится.

Но на следующий же день Алиса примчалась на такси (в двенадцать-то лет!), влетела в нашу хрущёвку и, задыхаясь, выдавила: «Ты что, правда думала, что я променяю тебя на этих кисейных барышень из своей новой школы?»

Мы тогда валялись на моей кровати и ржали до слёз, а она клялась, что никогда не станет «одной из этих брезгливых богачек».

И ведь не стала.

Прошло десять лет. Она по-прежнему приезжает ко мне в спальный район на своей шикарной тачке, а я всё так же впиваюсь ногтями в кожу сиденья, когда она лихачит на поворотах.

Окно со стороны водителя опускается, и оттуда вырывается громкая поп-музыка, смешанная с холодком кондиционера и фирменным парфюмом Алисы.

– Ну наконец-то! – она высовывается из окна, её каштановые волосы собраны в небрежный хвост, а губы блестят розовым блеском. – Я уже думала, ты передумала!

Я улыбаюсь, открываю дверь и буквально проваливаюсь в мягкое кожаное сиденье. В салоне пахнет кофе, карамельками и чем-то ещё – её миром, чистым, ярким, беззаботным.

– Куда едем? – спрашиваю, пока Алиса лихо выруливает со двора.

Она смеётся, и этот звук такой лёгкий, будто пузырьки в шампанском.

– Сначала просто покатаемся, а потом… – она бросает на меня хитрый взгляд, – у меня для тебя кое-что есть.

Музыка становится громче, ветер врывается в открытое окно, и я закрываю глаза, чувствуя, как волосы хлещут меня по лицу.

Два месяца. Два месяца с той ночи. Я почти перестала просыпаться в поту, мне почти перестал сниться тот незнакомец. Его дыхание, сильные руки, властные требовательные губы. Иногда мне казалось, что схожу с ума, когда просыпалась и чувствовала, как дрожу от желания и разочарования, что это сон. Это ведь неправильно, быть зависимой и хотеть мужчину, которого я даже не знаю. Но теперь стало лучше. Почти.

– Ты вообще слушаешь? – Алиса тычет меня в плечо.

– Что?

– Папа вернулся! – её глаза горят, как у ребёнка перед Новым годом. – Наконец-то!

Я моргаю. Её отец. Я никогда его не видела. Алиса всегда говорила о нём с обожанием, но как-то… смутно. Он то ли на Мальте, то ли в Дубае, то ли ещё где-то, где море синее, а деньги пахнут солнцем.

– И… – она делает паузу для драматизма, – мы с ним через неделю летим обратно!

– О, круто, – говорю я, но она уже продолжает, даже не дав мне вставить слово:

– И ты летишь с нами.

Мир на секунду замирает.

– …Что?

– Ну да! – она хохочет, будто это самая очевидная вещь на свете. – Папа оплатит всё: перелёт, визу, отель, всё-всё. Тебе только нужно уговорить маму и собрать чемодан.

Я не дышу.

Мальта. Море. Солнце. Всё, о чём я читала в дешёвых туристических брошюрах в метро.

– Ты… серьёзно? – мой голос звучит хрипло, будто я только что пробежала марафон.

– Абсолютно! – она улыбается во весь рот. – Ну так что? Ты в деле?

Я хочу сказать «нет». Потому что что-то внутри сжимается в комок. Но я говорю:

– Да, – ведь это мой шанс. А маму как-нибудь уговорю.

– Супер! – Алиса хлопает по рулю. – Тогда поехали – познакомлю тебя с папой.

Лёд пробегает по спине.

– Прямо… сейчас?

– А чего ждать? – она пожимает плечами.

Я киваю, но пальцы непроизвольно впиваются в кожу сиденья.

Через двадцать минут мы уже за городом. Дорога сужается, дома сменяются высокими заборами с колючей проволокой. Алиса уверенно поворачивает на частную дорогу, и впереди вырастают ворота с охраной.

Я никогда не была в таких местах.

Охранник в строгой форме узнаёт Алису с первого взгляда. С каменным лицом он почти незаметно кивает и нажимает кнопку. Чёрные кованые ворота начинают разъезжаться с тихим механическим гулом, словно приглашая нас войти в совершенно иной мир.

Заезжаем во двор.

Алый закат, словно расплавленное золото, заливает фасад двухэтажного особняка, отражаясь в огромных панорамных окнах. Они сверкают, как драгоценные камни, ослепляя. Фонтаны, окружённые идеально подстриженными кустами, разбрасывают в воздухе миллионы бриллиантовых брызг. Газоны – ровные, изумрудные, будто сошедшие со страниц глянцевого журнала.

Я невольно опускаю взгляд под ноги. Плитка под моими потрёпанными кедами – тёплая, почти бархатная на ощупь, с замысловатым узором. Каждая её деталь, каждый изгиб орнамента кричит о безумной стоимости.

«Этот квадратный метр стоит больше, чем вся наша хрущёвка», – проносится в голове.

Я делаю шаг из машины – и земля будто уходит из-под ног. Колени слегка дрожат, будто тело, наконец, осознало, куда меня занесло.

«Не место таким, как я», – шепчет какой-то внутренний голос.

Но Алиса уже хватает меня за руку и тащит вперёд, к сверкающему особняку.

«Дыши», – приказываю себе.

Но воздух вдруг становится таким густым, будто его тоже купили за безумные деньги.

– Пап! – Алиса взвизгивает и бросается к мужчине, который выходит на крыльцо.

Я поднимаю глаза.

Высокий. Широкоплечий. Серые глаза, холодные, как сталь.

Молох.

Мир переворачивается.

Он обнимает Алису, потом его взгляд скользит ко мне – и застывает.

Он узнал.

– Пап, это Арина! Моя лучшая подруга! – Алиса тянет меня за руку.

Он медленно спускается по ступенькам.

– Арина… – его голос глубокий, ровный, но в нём что-то дрогнуло. – Рад познакомиться.

Протягивает руку.

Я не могу дышать.

Он – её отец.

А она только что пригласила меня поехать с ними.

На Мальту.

С ним.