32

«Привет, мы скоро будем», — приходит сообщение от Лены, когда я переступаю порог съемной квартиры.

Кладу ключи на комод и быстро набираю ответ, что у меня всё готово.

Срок аренды квартиры истек, хозяйка отказалась его продлять, и мне пришлось спешно подыскивать новый вариант и опять заниматься переездом. Мама помогла собрать вещи, мы съездили и вместе посмотрели жилплощадь неподалеку от больницы, куда я теперь часто езжу на осмотры, а потом выбрали в магазине, что необходимо докупить. Я собиралась вызвать машину для переезда, но Борис сам захотел помочь. Вместе с Леной. Наше с ней общение стало редким, даже в университете мы больше не проводим друг с другом свободное время. Что-то безвозвратно изменилось. Надломилось и никак не срастется, сколько бы усилий я не прикладывала.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает мама, заглянув в прихожую. — Тебе нехорошо? — хмурится она, беря меня за руку.

— Нет-нет, все в порядке, — тут же заверяю ее, отмирая, потому что снова думаю о Борисе.

Мы не виделись с ним со дня выписки. На работу мне пока не разрешили выйти, разрешили лишь плавно возвращать привычные для меня нагрузки, начав с учебы. Из плюсов голова болит реже и, если так и дальше пойдет, то курс реабилитации пройдет куда быстрее, чем врач расписал в протоколе лечения.

— Давай ты немного отдохнешь, вон какая бледная, — предлагает мама.

Ее советы я не могу игнорировать, мне и впрямь сейчас нужно поберечься. До приезда Лены и Бориса я успеваю немного полежать и выпить сладкого чая. В последнее время у меня часто падает давление. Это побочка на один из лекарственных препаратов, которые мне еще предстоит пить около месяца.

Я слышу, как открывается входная дверь и звук знакомых голосов. Мама идет встречать Лену и Бориса. После того, как мы перевезем вещи, она отправится в аэропорт. Оказывается, на днях Борис решил и этот вопрос, купив маме билет бизнес-класса до дома. Если бы не его помощь, то мне даже страшно представить, как бы я со всем справлялась.

— А вот и мы, — в гостиной появляется Лена и смотрит на сумки, которые лежат на полу. — Их, кажется, стало больше с момента твоего последнего переезда?

— Ага, — киваю я, поднимаясь с дивана. — Вон те две огромные — моя аптечка. А рядом с ними еще две — мама накупила мне теплых вещей на зиму.

Слова про аптечку получились неудачными, но я запоздало это понимаю по выражению Лениного лица. Оно становится болезненно-бледным, отчего я тотчас же чувствую неприятный укол в груди.

— Я ни на что не намекаю, — тихо говорю, заметив в дверном проеме Бориса.

— Все в порядке, — шепчет Лена, отворачиваясь. — Я помогу, пап, — берет несколько сумок и выходит из комнаты.

— Ты как, малыш? — оставшись наедине, Борис садится рядом и осматривает меня внимательным взглядом, от которого тут же нагревается кровь. — Готова к переезду? — его лицо предельно серьезно, но глаза улыбаются.

— Да, — киваю я, испытывая ликование, что он приехал и занимается тем, что, по сути, мог поручить Виталию. Значит, я по-настоящему небезразлична Борису? — Для меня это очень важно, что ты сейчас здесь, — чувствую потребность сказать это вслух.

Борис продолжает на меня смотреть, а потом приподнимает уголки рта. Я так редко вижу его улыбку, каждый раз, затаив дыхание, наблюдаю за его лицом и губами, которые почему-то всегда ярче моих, и не могу на него насмотреться. Ничего красивее еще не видела.

Борис поднимает руку и трогает меня за плечо, а потом перемещает ладонь на затылок и слегка сжимает его. Это так приятно, что я едва сдерживаюсь, чтобы не уткнуться носом в его грудь и не обнять. Но вовремя вспоминаю, что мы в квартире, а мама с Леной вряд ли придут в восторг, застав эту сцену.

Через пятнадцать минут мы вчетвером едем на мою новую квартиру. Атмосфера в салоне легкая и непринужденная, благодаря маме, которая расспрашивает нас с Леной об учебе. Я пропустила сдачу нескольких экзаменов и теперь буду пересдавать эти предметы позже. Материал пока трудно усваивается, меня еще штормит после аварии и сильного удара головой, если я долго нахожусь в одном положении и без отдыха. Но из плюсов то, что преподаватели идут мне навстречу, а некоторые даже ставят зачеты автоматом.

— Спасибо, что помогли с переездом, — благодарю Лену и Бориса, когда все мои сумки оказываются на новой квартире.

Мы спускаемся вместе с ними на улицу за последним пакетом, который я забыла на сиденье, и подходим к машине Бориса, как внезапно я чувствую сильное головокружение. Мне становится холодно, потому что на теле выступает пот, а перед глазами возникает пелена. Голова плывет.

— Сона, что такое? Тебе нехорошо? — слышу встревоженный голос мамы, а в следующее мгновение чувствую, как меня подхватывают на руки, и я утыкаюсь носом в твердую грудь и вдыхаю знакомый запах одеколона.

Недомогание проходит так же быстро, как и наступило. Так теперь иногда бывает. Наверное, от лекарства. Нужно сказать врачу, чтобы мне подобрали новое. Я открываю глаза, понимаю, что нахожусь в лифте вместе с Борисом, который бережно прижимает меня к себе и не сводит с меня серьезного взгляда.

— Кажется, все в порядке, — шепчу я. — Мне уже лучше.

— Не пугай меня так, малыш, — произносит Борис и, пока нас никто не видит, касается губами моего рта.