Глава 20

– Скажи, зачем тебе эта сделка с Юсуповым? – водит наманикюренным пальчиком по ободу пустой чашки из-под кофе Арина.

Простой вопрос, заданный скучающим тоном. Казалось бы, ничего личного, но я слишком хорошо знаю свою коллегу, чтобы не заметить гложущего ее любопытства. И это целиком мой просчет, если уже даже посторонние видят мой интерес к семье Лили. Вернее, к самой девушке.

– Есть кое-какие планы, – отвечаю пространственно.

Собственно, отчитываться перед ней я не обязан. Она умная девочка, сама все поймет.

Арина работает в моей компании уже год и с самого начала зарекомендовала себя как отличный специалист. Правда, надо отдать должное, своим стремительным восхождением по карьерной лестнице она обязана далеко не смазливой внешности, а компетентности и хорошему знанию основ юриспруденции. Она выделялась среди коллег. Живым умом, желанием работать, умением находить, видеть и обращать в нашу пользу некоторые спорные нюансы в договорах. Именно поэтому я и обратил на нее внимание.

– Нет, я понимаю, что просто так ты ничего не делаешь и всему есть причины, но мне интересно их узнать, – улыбается игриво.

Только вот я знаю, что за этим взглядом ласковой кошечки скрывается пытливый ум и бульдожья хватка. Арина – красивая женщина. Нет, даже не так: шикарная. Я уверен, что роль светской львицы Летовская отыграла бы на ура, если бы представилась возможность. Если бы удалось внезапно вытянуть счастливый лотерейный билет. Или хотя бы удачно выйти замуж.

Но пока ни то, ни другое в ее жизни свершаться не торопилось. Даже несмотря на то, что Арина всеми силами работала в нужном направлении.

– Зачем тебе забивать голову такой ерундой? Твой светлый ум мне нужен для решения других вопросов.

– Я готова быть тебе полезна во всех смыслах, – полушутя-полусерьезно отзывается подчиненная.

И ее завуалированный флирт начинает меня раздражать. Я в принципе в последнее время стал слишком нервным. Сразу несколько причин послужили тому катализатором. А хуже всего то, что главная из них, с которой все началось и завязалось, до сих пор не выходит у меня из головы. И я не знаю, что с этим делать. Так и не нашел выхода.

– Спасибо, за это и ценю, – бросаю холодно, давая понять, что ее женские чары не подействовали, пора выключать.

Меня сейчас почти не привлекает противоположный пол. Не потому, что не хочу, а потому, что в мыслях занозой засела одна-единственная случайная и, по глупому стечению обстоятельств, недоступная мне Воробушек. Плотно засела. И желаю я именно ее, а не всю ту армию поклонниц, топчущихся рядом. Причем с каждым днем это гребаное ненормальное желание растет как снежный ком в геометрической прогрессии.

Я думал, что смогу утолить свой голод, когда найду прекрасную незнакомку, когда снова уложу ее в постель и проделаю все то, что так или иначе требовало тело в союзе с воображением. Но кто же знал, что, отыскав Лилю, раскрыв инкогнито девушки, я не только не стану ближе к своему объекту вожделения, но отдалюсь от нее на целую галактику?! А тлеющая внутри искра вспыхнет в настоящий пожар.

Недаром говорят: запретный плод сладок.

Твою мать, у меня до сих пор в голове не укладывается, что невеста сына, которую я сам ему нашел, и моя Воробушек – это одно и то же лицо! Кто знал?! Кто там, сверху, имея весьма специфичное чувство юмора, решил, что мы с ней должны были пересечься до официального знакомства?! И не просто пересечься, а переспать!

Под дых бьет тот факт, что я попал в собственную ловушку.

Когда Степан принес мне отчет с предвкушающей издевательской ухмылочкой, я и предположить не мог, что за сюрприз ждет меня по итогу. Даже не поверил в первые минуты. Решил, что это тупая шутка безопасника, пока не взглянул на фотографии, на видео с камер наблюдения. Степан предъявил даже запись с видеорегистратора такси, которое отвозило Воробушка утром домой. К дому Юсупова! И нет, сестры-двойника у Лили не оказалось. Это была она.

– Плохо ценишь, Марк. Если уведут – не обижайся, – продолжает не замечать моих намеков Арина.

Она жестом профессиональной соблазнительницы поправляет прическу и разочарованно хмыкает, когда понимает, что сегодня я не реагирую на нее от слова совсем.

– Который час? – спохватываясь, вспоминаю про деловую встречу.

– Если ты не поторопишься, то мы не успеем, – вздыхает Арина. – Скажи, ты так напряжен сегодня из-за той девчонки, что сегодня утром просила помочь? Кажется, неродная дочь Юсупова? Это ее ситуация выбила тебя из колеи? Если хочешь, после встречи можем отдохнуть, – закидывает удочку.

И, сама того не понимая, попадает. Только не в ту рыбу, что ей под силу вытянуть, а в добычу, которая грозит потопить рыбака.

Это она зря.

Да, Арина верно угадала, откуда дует ветер. И совершенно очевидно напряглась.

Я с самого начала видел, что Летовская выбрала своей целью меня. Нужно быть слепым, чтобы не замечать ее всякие женские уловки, томные взгляды, манящие улыбки, обтягивающие юбки с разрезом до мгновенного мужского стояка. Она определилась и теперь перла напролом. Старалась выделяться, находила кучу поводов крутиться рядом, пыталась вызвать ревность, флиртуя с другими мужиками, не понимая, что все ее старания априори обречены на провал. Я не сплю с подчиненными, не завожу интрижек с таким типом женщин, как Арина, и не ведусь на подобного рода провокации. Перерос.

Увы, донести эту информацию до подчиненной мне пока не удавалось. Да я особо и не пытался. Смотрел сквозь пальцы на происходящее, возможно давая этим надежду. Не обращал внимания. До недавнего времени, пока не встретил Воробушка, пока не залип в последней, как муха в паутине, а настойчивое внимание остальных женщин не начало вызывать ничего, кроме скуки и раздражения.

– Арина, я ценю тебя как специалиста юридического отдела. Но на должность штатного психолога я тебя не нанимал, – максимально мягким тоном, на который я сейчас способен, осаждаю ее.

Мало мне нравоучений Семена, так теперь еще и Летовская решила, что имеет право лезть мне в душу.

– Я поняла, – побежденно вытягивает руки ладонями вперед. – Просто ты сегодня сам не свой. Я подумала, вдруг могу чем помочь. – Это связано. Это, мать вашу, ой как связано, сам не рад, но ей лезть в это вообще не следовало. – Хочешь, массаж сделаю? – предлагает примирительно.

От массажа я бы сейчас не отказался, только вот не в исполнении Арины. Ее жужжание над ухом изрядно утомило, а сейчас еще больше начинает нервировать.

– Если мне нужна будет твоя помощь, я поставлю тебя в известность. Документы с собой?

– Обижаешь, – фыркает она.

– Давай сюда и можешь быть свободна.

– Стоп. Как свободна? У тебя же встреча с Блиновым? Да его псы теперь такие условия прописали, что тебе будет выгоднее деньги в канализационную трубу слить, чем подписаться на эту авантюру. Я тебя одного к нему не пущу, – заявляет безапелляционно.

– А кто тебе сказал, что я собираюсь на что-то подписываться? Лучше проверь еще раз договоры с нашими ближневосточными партнерами. У нас скоро официальный ужин, я не хочу сюрпризов, а с Блиновым я решу сам.

Арина несколько секунд смотрит на меня немигающим взглядом. В ее голове стремительно вращаются шестеренки, она пытается понять, где оступилась, что сделала не так, что вызвало у меня такую негативную реакцию. А ведь всего пару минут назад ничего не предвещало. И она не дура, чтобы не сложить в уме два плюс два.

– Мне долго ждать? – теряю терпение.

И мне плевать, что Летовская подумает, ведь я сам настоял на том, чтобы она задержалась, и попросил пойти со мной на эту деловую встречу, а теперь беспричинно отказываюсь от ее помощи.

– Ладно, как скажешь, – тянет растерянно, глотая обиду и всем своим видом давая понять, что оскорблена.

Что мне еще аукнется.

Встает, поправляя на юбке невидимые складки. Медля до последнего, видимо надеясь, что я остыну, передумаю. Не передумаю.

– Всего хорошего.

Перед самым выходом Арина на секунду задерживается. Она понимает, что это первое наше недопонимание за все время работы и уходить на такой ноте чревато для нее ослаблением занятых позиций, поэтому, обуздав задетую гордость, все же находит в себе силы сохранить лицо и попрощаться:

– Звони, если вдруг понадоблюсь. Я на связи. Хорошего вечера.

И только после этого покидает кабинет.

А я откидываюсь в кресле и со злостью выдыхаю. Мне бы выкинуть всю ересь из головы, которая стекловатой забилась под солнечное сплетение. Избавиться от мыслей о невесте сына, заняться чем-то полезным. Может, взять отпуск и свалить куда-нибудь подальше из страны на недельку? Вдруг поможет?

Поваляться на лазурных пляжах, позажимать местных красоток, забыть Воробушке, о ее проблемах, о своих непрошеных чувствах к ней? Авось отпустит? Затянется черная дыра в душе, заживет?

Твою мать! Бью со всей силы кулаком по столу и тут же ловлю зашатавшийся монитор. Еще каких-то несколько недель назад мне все казалось сущим пустяком. Ну встретилась симпатичная девчонка, ну переспали, с кем не бывает?! Понравилась, да, захотел найти, повторить. Повторил? Внутри меня кто-то заливается гомерическим хохотом.

И даже когда Семен положил на мой стол отчет по Воробушку, я еще не предполагал, насколько влип.

Тогда все происходящее казалось дурацким стечением обстоятельств. Я был уверен, что справлюсь. Забуду, смахну, как картинку с экрана, и пойду дальше. Не получилось.

Первую свою ошибку я допустил, когда решил не торопиться, досмотреть кино до конца. Как Лиля будет себя вести при мне, как действовать, чего ожидать. Как оправдываться, когда узнает, что ее раскрыли.

Потом стало интересно, зачем ей это, потому как Тимур играл в другой команде, я это понял с первого взгляда. То, что у нее с отчимом натянутые отношения, подтвердил и Семен, собравший мне подробную информацию об их семье.

Единственным связывающим их звеном была Нина – мать Воробушка и жена Юсупова. Можно было уже тогда догадаться, чем отчим надавил на падчерицу в желании заработать. И нет, он не заботился о ее будущем. Не переживал и не пытался удачно пристроить в хорошую семью. Он даже не стал толком читать брачный договор, который я сегодня принес обсудить и ознакомиться. Ему плевать, что будет потом с девчонкой. Главное – личный куш. Но и им делиться со своей законной семьей, как выяснилось впоследствии, тоже не собирался.

Ну и последняя моя ошибка, пожалуй, самая главная – я позволил себе продолжать любоваться девушкой. Не вырвал из мыслей с корнем, не запятнал ее имя другими женщинами, не попытался стереть ощущения от нашей с ней ночи, а дал волю фантазиям. Вспоминал, наслаждался, чего-то ждал. Смаковал эмоции. Я уже давно не испытывал того трепета к женщинам, который пробудила во мне Лиля. Тот бушующий океан страстей, что заставляет кровь вскипать в венах от одной только мысли о желаемом объекте и впрыскивает будоражащую дозу адреналина. А тут вдруг торкнуло. Зацепило. И я увлекся. Идиот.

Мне казалось, что я контролирую ситуацию, что это все очередное легкое увлечение и в любой момент я могу просто перечеркнуть и забыть. Не смог.

Первый раз я это понял, когда Лиля приехала к нам домой с Русланом. Скромный взгляд в пол, никакого вызывающего макияжа, из одежды – джинсы с футболкой, а меня закоротило на ней похлеще оголенного провода. Особенно когда заметил, как они держатся за руки с моим сыном. Вот тогда я получил свой первый удар под дых и понимание, что все зашло слишком далеко. Она должна не просто отыграть роль невесты Руслана, она по сценарию должна выйти за него замуж. А после…

По договору я не настаивал на их близких отношениях, хотя Юсупов и козырял невинностью падчерицы. За кадром молодые вообще могут не пересекаться, спать в разных комнатах и жить своей жизнью. Могут. Но будут ли?!

Ведь никто и ничто не мешает им насладиться друг другом при желании? А желание в глазах сына я видел. Пусть еще не такое ярко выраженное, пусть пока в виде спортивного интереса, но оно появилось.

Как мужчина, я не мог этого не заметить. И запретить ему подходить к ней, если Лиля будет не против, я также не имею права. Эта партия должна быть сыграна в любом случае.

В тот вечер я позорно сбежал. Понял, что не смогу присутствовать, когда эти двое воркуют рядом со мной. Позвонил Азарову, дал задание найти мне развлечение на ночь. Только, как выяснилось, сбежать от себя не получится. И если в первый раз мне показалось, что просто не было настроения, девочка попалась не та, то теперь ясно понял: дело не в умении очередной куртизанки. Дело во мне. И все гораздо серьезнее.

Домой я вернулся тогда раньше времени. Надеялся, что Лиля уже уехала домой и мы больше не пересечемся. А Воробушек не ушла. И это стало еще одним испытанием для меня в ту ночь.

В какой-то момент, когда она оказалась рядом, когда я вдохнул запах ее волос, самоконтроль чуть было не покинул мою голову. Хмельное сознание, возбуждение, сумрак – и рядом та, от которой сносит крышу. Как я сдержался и не нагнул ее прямо там, на столе, до сих пор не понимаю.

Наверное, потому, что почувствовал, что она против? В нашу первую встречу Лиля сама шла ко мне в руки, сама хотела. А сейчас… сейчас я бы просто воспользовался ее беспомощностью. Я так не хочу.

Дурацкая ситуация. И я дурак.

По-хорошему, тут бы обрубить все и заняться своими делами, а я еще больше погружаюсь в это дерьмо. Руслан уже не ребенок, чтобы с ним нянчиться. Нет желания развиваться – его проблемы. Я сделал все, что было в моих силах. Я ведь не слепой и вижу, что эта свадьба даром ему не сдалась. Он только делает вид, что одумался. Ровно для того, чтобы я не закручивал ему дальше гайки. Не перекрывал финансирование.

Тут правильнее было бы разорвать все договоренности, пристроить сына у себя под боком и не пытаться прыгнуть выше головы. Вот только душевного покоя мне это не принесет. Потому что проблема кроется в другом. В Воробушке. В моем нежелании с ней расставаться. В неожиданной слабости перед этими бездонными голубыми глазами, которые смотрели на меня сегодня, как на спасителя, перед ее улыбкой.

И я, как гребаный рыцарь, не устоял. Пообещал помочь. Не смог соскочить с крючка, на который она меня так прочно посадила.

Сука!

Почему так?!

Почему именно она?

Что в ней такого, отчего меня рвет изнутри на лохмотья?

Кидаю взгляд на часы. Время поджимает, надо торопиться. Только вот после всех этих мыслей у меня вообще не стоит на работу. Бросить все и пойти напиться, что ли? Не поможет. Уже пробовал.

Снова наведаться в бар и снять новую незнакомку? Вдруг окажется лучше прежней? Опять испытать судьбу? Ну нет. Хватило с меня одного раза. Наелся.

Беру папку, которую оставила Летовская, проверяю рабочее место на предмет «ничего не забыл» и покидаю кабинет. Не знаю, смогу ли сосредоточиться на делах. Сейчас бы плюнуть на все и поехать домой, но отменять что-то уже поздно. Да и Блинов наверняка на месте. Ждет.

На подземную стоянку я спускаюсь ровно в ту минуту, когда должен быть на встрече. Рядом с моим внедорожником стоит серый седан Арины. И она сама. В руках электронная сигарета, пальцы дрожат, движения нервные. Не уехала, значит.

– Здесь нельзя курить. – Пикаю ключом сигнализации.

В ответ на это она недовольно морщится, но вейп убирает. Смотрит на меня вопросительно. Я вижу, что она по-прежнему обижена и на взводе. А еще чего-то ждет. Извинений, наверное.

На секунду замираю.

– Поехали к Блинову, – не спрашиваю, просто ставлю перед фактом.

В конце концов, она сама сказала, что на связи и ее можно дергать, если понадобится. Понадобилась.

– А?..

– Садись, говорю. И так опаздываю, – устало отмахиваюсь от ее незаданного вопроса.

– Ладно, – роняет она растерянно.

Вот и отлично.