ГЛАВА 25
— Ниарон, хватит, — слезно попросила я некроманта.
Тот уже который день не вылезал из своей лаборатории, зарылся в книгах, зельях, артефактах. Все пытался отыскать способ, чтобы привести Генриха в чувство.
— Бесполезно, сокровище, — тяжело вздохнул Орх. — Он когда уходит в работу, то забывает обо всем на свете.
— Трудоголизм — не болезнь, а большое свинство, — сделал вывод Сёма.
Император не погиб.
Все повреждения, которые он получил во время покушения и битвы, целители залечили. Но вот оборотень отчего-то не просыпался.
Я поначалу подумала, что просто придуривается — с него станется, тот еще экземпляр, — но супруг слишком переживал из-за этого. Поэтому я быстро уверилась в серьезности происходящего.
Ниарон не находил себе места, посерел от тревоги за друга.
— Ты не понимаешь, Света, — сказал он мне, когда я слишком насела со своей заботой. Мужчина забывал есть, спать, все искал решение этой задачи. Конечно, я не могла спокойно на это смотреть и оставаться в стороне! — Если Генрих не очнется, новой дележки власти не избежать. Это он держал в своих руках империю, сумел примирить остальных правителей. А теперь что? Войны не избежать!
— Рон, миленький, — гладила по плечу любимого я. — Успокойся, я уверена, все наладится. Вы обязательно что-нибудь придумаете! Вон сколько умов над этой проблемой бьются.
— Только ближний круг, — кивнул некромант. — Нужно попробовать как можно дольше избежать огласки. Хорошо, что вы с Ниэлой сотворили еще одного голема. Пока он справляется с ролью ширмы. Только так все равно не может продолжаться вечно, когда-то весть, что император больше не правит, дойдет до его врагов…
Даже я, ничего не смыслящая в политике, понимала, что тогда войны точно не избежать. И будут жертвы. В борьбе за власть обязательно проливается кровь невинных — жестокий закон жизни, который не обойти.
— Рон, а может, оно и к лучшему?.. — совсем робко предположила я.
— К лучшему? — уточнил супруг, потемнев лицом.
— У него наверняка имеются наследники… Да и законы у Генриха были странными, вон даже лучшего друга не пожалел, упек в тюрьму. Может, не стоит так сильно расстраиваться, что грядут перемены?
— Чтобы я больше никогда, запомни, Света, никогда не слышал от тебя такого.
Он не поднимал на меня голос, но я сразу же почувствовала, что перешагнула запретную черту.
— Прости, но…
— Генрих — лучший император из тех, что были за всю историю существования семи объединенных королевств, — без лишнего пафоса, а просто как констатацию факта сказал Ниарон. — Ты не понимаешь. Без него все развалится. А насчет его решения по поводу меня — я считаю, что он сделал правильно.
— Правильно? — опешила я.
Мы отложили этот сложный разговор. Некромант будто бы забыл о нем, а я не надоедала, понимала — придет еще правильное время. Вот оно, казалось, и настало. Только радости я отчего-то не почувствовала.
— Да. Как истинный правитель, он поставил интересы империи и вверенных ему подданных превыше всего. Это слишком сложная ноша, я бы с такой точно не справился.
— Ты прав, я такого не понимаю, — покачала головой я.
Ну совершенно не укладывалось в голове, как можно переступить через твоего близкого человека ради призрачного общего блага? Раньше я думала, такая ересь только в геройских фильмах бывает, пока не столкнулась с этим в реальности…
«Раньше ты и о наличии магических миров не догадывалась, — заботливо напомнила мне ехидна. — Раздвигай горизонты возможного, Светка, смотри шире».
— Я не имел права принимать такое решение самостоятельно, когда на этом отборе женихов было слишком многое завязано. Генрих его и устроил, чтобы избежать распрей среди имперцев. Получается, поманил и оставил с носом, ведь никто бы не поверил, что император не знал о планах своего советника и друга, — продолжил объяснять супруг. — Конечно же, после такого недовольства и мелких бунтов, а то и восстания было не избежать.
— Ты жалеешь? — затаила дыхание я.
— О том, что подвел друга, да, — предельно честно ответил некромант. — Но о заключении союза между нами — нет. Я рад, что именно так получилось. Ты — идеальная женщина, Света.
— Прямо такая уж и идеальная, — расцвела я.
— Идеальная для меня, — уточнил Ниарон. — Моя женщина.
Он не был многословен, но эти скупые определения словно патока растеклись по моему сердцу. Я поняла некроманта без лишних признаний.
Это еще не долгожданное «я тебя люблю», но где-то очень близко, да?
— Умный мужик, — хмыкнул Сёма.
— Моя кровь, — возгордился костлявый.
— И даже брак не будешь расторгать, раз уж я тебя полностью устраиваю? — заинтересовалась я.
Это почему я еще страшилась выздоровления Генриха? Боялась, что тот заставит меня развестись и навяжет выгодного империи мужа. А что попаданку и ее любимое чудовище устраивает, никто точно спрашивать не станет.
— Не собирался даже. И готов был стоять на своем до конца. Правда, не понадобилось, — хмыкнул Ниарон. — Как только Генрих остыл, он примирился с нашим союзом.
— Да? А что же ты так долго делал в тюрьме? Кроссворды разгадывал?
— Не знаю, что такое кроссворды, но из темницы меня выпустили на третий день заключения, — честно ответил некромант, а ведь он даже не понимал, какие грозовые тучи над ним сгущались…
— Забираю свои слова обратно, — фыркнул Семён. — Умом здесь не пахнет.
— Пф-ф! — поддержал моего фамильяра Орх. В последнее время они странно спелись. Видимо, общие трудности не только закаляют, но и существенно сближают. Даже кота и умертвие.
Я прищурилась. Та-ак… И что же у нас тут за карусельки?
— А остальное время где был? — словно ревнивая жена поинтересовалась я.
Впрочем, почему «словно»? Именно такой я и была!
— Решал государственные дела? — не блистал уверенностью Ниарон.
Еще и отходить вдруг начал, точно я бомба замедленного действия и уже стала тикать.
— Ты это у меня сейчас спрашиваешь? — не поверила в его наглость я.
Мне, значит, дни и ночи игнора была отмерены, тотальная изоляция, переживания, слезы, а он государственными делами занимался? Чудовище!
— Нет, ты спросила — я рассказываю. Света, поставь вазу с остатками пыли от древней мумии на место. Это очень редкий экземпляр.
Брямц!
— Ой, разбилась. Какая жалость, — развела руками я. — Что-то я в последнее время стала жутко неуклюжей. Нервы ни к черту.
Драгоценную, по мнению Ниарона, пыль подхватил ветер, что непонятно откуда взялся, и… Мой супруг даже рта раскрыть не успел, как все было кончено.
«Прощай, мумия! Ты теперь свободна!» — хихикнула ехидна.
— Пойду-ка я попрошу внеплановый обед на кухне, — сразу жутко проголодался Семён и бочком-бочком двинулся к выходу из лаборатории. — Там тепло, сытно, безопасно…
— И я… — погремел костями Орх.
— Ты же не ешь обычную пищу, — нахмурился Рон.
— Понадкусывать не смогу, но хоть понаблюдаю и позавидую! А ты сам тут выпутывайся, — сказал его дядюшка. — Я устал прикрывать твой тощий зад.
— Предатель, — фыркнул некромант, но гордость свою не переступил и просить, чтобы они остались, не стал. Хотя мой Козлов уже бы взмолился не трогать колюще-режущие и остыть. Он был той еще трусливой сволочью.
Я же всегда быстро заводилась и теряла адекватность в гневе. Взрывным характером меня дед наградил, наше ему с кисточкой.
Обиженная женщина — хуже апокалипсиса!
Правда, раньше мне удавалось лучше контролировать собственные эмоции… А сейчас все через пень-колоду.
— Света, этот кристалл стоит как половина империи! — возопил некромант.
Орха и Сёму словно ветром сдуло.
— Эта стекляшка? — не поверила я. — Брешешь.
Бамс! Кристалл не пережил встречи со стеной. Я-то, конечно, метила в голову нерадивого мужа, но что получилось, то уж получилось. У меня же остались еще неиспользованные попытки и столько метательных снарядов вокруг…
— Занятными вещицами ты себя обложил, муженек, только вот незадача. Хрупкие они какие-то… — Я схватила какой-то пузырек, замахнулась, но ожидаемой реакции от некроманта не последовало. — Что? Пустышка какая-то? Не жалко совсем?
— Жалко. В моей лаборатории все ценно и собиралось годами, — спокойно ответил Ниарон. — Но если тебе нужно разнести ее вдребезги, чтобы спустить пар, — пусть. Я переживу.
— Что? — всхлипнула я. Вместо гнева грудь мою сдавило какое-то щемящее чувство, а на глазах выступили слезы. — Как это ми-и-ило!
Я попыталась вытереть мокрые щеки, пальцы дрогнули, и пузырек вылетел из моей ладони. Ниарон мигом оказался рядом и подхватил его буквально над самым полом.
— Взрывоопасное вещество, — сказал некромант, украдкой утерев пот со лба. — Наверное, стоит заказать сверхмощный сейф и спрятать то, что опасно для жизни. Мало ли, тебе еще захочется уничтожить плоды моей работы.
— Это все ты сам создал? — удивилась, разглядывая множество интересных штуковин, которые я даже не представляла, как обозвать. Нечего и говорить об их назначении…
— Не все, но многое. Ну что такое? Почему ты плачешь? — Супруг приобнял меня за плечи, участливо заглянул в лицо. — Прости, я знаю, что тебе было тяжело в неизвестности. Но иначе мы поступить не могли. Решили, раз уж так вышло, то поймаем врагов на живца, спровоцируем заговорщиков на активные действия. Для того чтобы все получилось правдоподобно, ты должна была оставаться в неведении, в изоляции, будто бы из-за наказания императора.
— И ты меня прости, — не успокаивалась я. — Я так испугалась! За тебя!
— Света, девочка моя, — ворковал Ниарон, сжимая меня в крепких объятиях.
— В последнее время я просто не могу справиться с собственными эмоциями. Веду себя как последняя истеричка! Ы-ы-ы!
— Ну какая из тебя истеричка, милая? Ты — мое чудо, — улыбнулся некромант. — Неожиданное, но такое приятное.
— Скорее чудовище! — буркнула я, поток слез все никак не прекращался, точно кто-то невидимый краник во мне открыл. — И как ты меня терпишь?
— С удовольствием, — заверил супруг. — Идеальных не бывает, у каждого есть свои недостатки. А у тебя потрясение за потрясением, к тому же магическая притирка, перестройка структур. Неудивительно, что настроение скачет. Все пройдет, Света. Я обещаю.
— Обещаешь? — заглянула ему в глаза я.
Вместо ответа Ниарон кинулся целовать мое лицо, шею, плечи… И только потом вернулся к губам.
На какое-то время мы выпали из реальности, не могли отказаться от возможности любить друг друга. Оголодали, соскучились…
А потом в лабораторию ворвался Аррин. Хорошо еще, что мы успели привести себя в порядок, а то неловкой сцены было бы не избежать. Впрочем, судя по хитрому взгляду эльфа, он прекрасно догадался о том, что здесь недавно происходило.
— Чего надо? — не обрадовался Кенгерлинскому мой супруг.
— У меня плохие новости. Состояние Генриха ухудшилось. Похоже, наш император собирается сегодня перейти за грань.
— Быть такого не может, — всполошился Ниарон. — Я только утром проверял его! Рих был стабилен!
— А теперь его душа почти покинула тело…
Некромант выругался и тут же сорвался из лаборатории в покои Генриха. Я едва успевала за супругом, но больше оставаться в неведении не хотела. Хватит. Лучше быть в гуще событий, чем ждать у моря погоды.
В спальне Генриха было суетливо. Вокруг постели кружил Зорус, еще несколько целителей измеряли показатели болезного, Камил — личный камердинер и друг правителя — поправлял ему одеяло, Лукас и Ниэла застыли возле окна.
Генрих же выглядел превосходно. Ни бледности, ни синяков под глазами или нездорового цвета лица. Император спокойно спал. Так я бы и решила, не знай всех подробностей случившегося от супруга.
Ниарон и Аррин кинулись к правителю, я же подошла к Ниэле, оглядываясь по сторонам.
Как-то я слышала, что у Генриха в питомцах была настоящая гидра, но никогда ее не видела и здесь сейчас тоже не наблюдала. Только корзина с огромными яйцами стояла в кресле недалеко от камина.
— И что же ты творишь, Рих?! — нахмурился некромант.
— Нужно готовить все к ритуалу возвращения души из-за грани, — буквально сразу выпалил Зорус. Целитель так глянул на Ниарона, что у меня под ложечкой засосало.
— Значит, готовьте. Я все сделаю, — решительно кивнул мой муж.
— Это опасно? — догадалась я. — Эй!
— Маг, который уходит в путешествие к грани за заблудшей душой, может сам оттуда не вернуться, — поджал губы Аррин.
Единственный, кто не стал скрывать от меня правду. Остальные делали вид, что либо не услышали вопроса, либо он их совершенно не касается. В общем, игнорировали попаданку, да. Опять.
В груди у меня все сжалось в болезненную пружину. Нет-нет-нет! Только ведь все наладилось, и опять перспектива стать молодой вдовой замаячила на горизонте?
«Тебя сглазили, — зашептала ехидна. — Порча какая-то, проклятие или венец безбрачия. Ну не могут просто так притягиваться неприятности, словно магнитом!»
— Ниэла, неужели нельзя ничего придумать? — насела я на подругу. — Ты же умная! Еще и ведьма.
— Ты тоже ведьма, — спокойно заметила она, словно все происходящее было за стеклом, а не у нас под носом.
Ну понятно. Не ее же муж готов пожертвовать собственной жизнью!
— Ага, которая тут без году неделю и ничего не смыслит в ваших этих магических штучках, — разозлилась я. — Сделай что-нибудь! Я не хочу рисковать супругом.
— Сбавь тон, когда разговариваешь с моей истинной, — приказал мне Лукас. В его глазах мелькнуло золото дракона.
Я понимала, что дергаю тигра за усы, слишком обостряю и так напряженную обстановку, но иначе не могла.
Есть люди, которые в моменты опасности замирают словно соляные столбы. Есть, которые убегают, сверкая пятками, лишь бы спасти собственную шкуру. А есть те, которые неистово ищут выходы из ситуации. Все носятся, суетятся, потому что возникает ощущение, что любое бездействие смерти подобно. Я относилась к последним.
— Да я даже готова весь мир накормить в ее честь, только бы пошевелилась и вытащила нас из этого дерь…
Лукас утробно зарычал. Тут же отозвалась Тьма некроманта. Вырвалась из Ниарона и нависла над драконом, прищурившись. Мол, на меня порычи, звероящер, а не на маленькую попаданку.
Я влюбилась не только в некроманта, но и в его Тьму. Милаха же!
— Мне срочно нужно в сад, — сказала ведьма, не обращая внимания на то, что вокруг «сгустились тучи».
Да она вообще ни на что не обращала внимания!
— Куда тебе нужно? — не поверила я, решив, что послышалось.
— В сад. У меня розарий пропадает, нужно приглядеть.
На меня напал нервный тик. Задергался левый глаз, и проснулась жажда убийства.
— Здесь император загибается, верховный маг вот-вот отправится за ним следом, а ты домой собралась?! — взревела я.
— Тш-ш! — тут же сделал мне замечание Зорус, приложив палец к губам. — Крик негативно влияет на выздоровление.
— Пардоньте, больше не буду, — заверила его я и вернулась к ведьме. — Пойдем выйдем, я на тебя в коридоре голос повышу. И руки приложу, если мозг откажется возвращаться на место.
— Успокойся, Света, я справлюсь. Вытащу Риха и вернусь, — заверил меня супруг. Только вот ложь ему плохо удавалась. Я уже научилась читать его по глазам, и сейчас в них не было никакой уверенности в хорошем исходе этой авантюры.
— Рон, милый, может быть, мы что-то другое попробуем? Ну хочешь, я постараюсь напитать нашего болезного магией света? Надеюсь, не взорву ненароком… А вдруг я смогу помочь?
— С телом императора все в порядке, ему не требуется подпитка, — менторским тоном заверил меня Зорус. — А вот душа…
— Дальше медлить нельзя, — покачал головой Ниарон. — Мы все перепробовали, а твоя магия не сможет вытянуть душу из-за грани, только сила мага смерти. Моя.
— Ну как же? — заметалась по комнате я. Сердце рвало беспокойство за любимого. Что же это за мир такой идиотский, что я постоянно на маятнике качаюсь? Как «хорошо», так сразу и «плохо» за ним поспевает. — Не верю. Должен быть какой-то иной способ. Безопаснее, слышите? (3303c)
Ниэла о чем-то коротко переговорила с Лукасом и открыла портал. Она словно отстранилась от происходящего, и это меня не на шутку задело.
— Ну и пошла ты! — фыркнула я. — В сад.
Ведьма даже не сочла нужным что-либо мне ответить, за ее спиной уже сомкнулась воронка портала, а мужчины поспешили заняться приготовлениями к ритуалу.