Глава 13
Катю сотрясала крупная дрожь.
— Подожди минутку, стой здесь! — Максим взлетел по ступенькам крыльца, резко открыл дверь и ринулся к гардеробу. Гардеробщик подал пиджак Максима и Катин плащ.
«Я же еще не расплатился!» — вспомнил он и метнулся к лестнице.
Максим подбежал к официанту стоящему возле барной стойки и сунул ему в руку, не считая, несколько пятитысячных купюр.
Официант протянул две купюры назад.
— Сдачи не надо, — скороговоркой пробормотал Максим, схватил со столика забытую Катей сумочку и бегом бросился по лестнице вниз: «Замерзнет, простудится до смерти! Вот шальная!»
Опрометью он выбежал на крыльцо и с облегчением выдохнул. Катя, съежившись, стояла на прежнем месте возле крыльца.
— Может, по аллее пройдемся? Здесь рядом! — предложил Максим. Он помог надеть ей плащ и подал сумочку. — Там красиво: фонари горят, возле скамеек фигуры разные поставили. Ты успокоишься немного!
— Нет! — покачала головой Катя. Ее глаза опять налились слезами. — Отвези меня домой.
***
Максим притормозил возле Катиного дома в Порецком, обернулся и взглянул на Катю. Она сидела не шевелясь, с мертвенно бледным лицом, плечи ее поникли. У Максима сжало тисками сердце.
— Кать, не принимай ты близко Анжелины слова! Все образуется, вот увидишь! — попытался он ее успокоить.
— А я приняла! Я не могла не принять близко ее слова, потому что со стороны все выглядело именно так. — Голос Кати звучал глухо. — Мне нечего сказать в свое оправдание. И пересудов мне не избежать. А если дойдет до старших Озеровых … Я боюсь даже представить реакцию Сергея Андреевича!
— Не думай об этом! Даже если Анжела и начнет сплетни распускать, кто же ей поверит! — постарался убедить ее Максим.
— Не успокаивай меня, не надо! Что будет, то и будет! — возразила она и виновато добавила: — Я испортила тебе вечер! Ты так мечтал об этой поездке. Но не сложилось.
Катя потянулась к ручке дверки. Максим быстро вышел из машины и помог ей выбраться.
— Ты о чем, Кать? — возмутился Максим. — Как это испортила?! Все прекрасно было, я счастлив, что ты поехала! И если бы не Анжела … — Он замолчал.
— Я пойду, поздно уже, — сказала Катя и взглянула на темные окна дома. — Поезжай, ты устал сегодня, тебе нужно отдыхать. Я … Я благодарна тебе, правда!
Максим смутился.
— Пойдем, я провожу тебя до двери. Такая темнота кругом! — он пошел по тропинке к дому, Катя осторожно ступала за ним следом.
Максим дождался, пока она откроет дом и включит свет.
Катя вышла на крыльцо.
— Ну, все, теперь можешь ехать домой! — она улыбнулась краешками губ.
Максим не спешил уходить. Он взял ее руку, поцеловал и прижал к своей щеке.
— Я хочу узнать. Ты так и не простила меня? — он с беспокойством заглянул ей в глаза. Максим почувствовал, как напряглась ее рука.
Катя молчала.
— Я позвоню тебе завтра, хорошо? — спросил Максим.
— Ладно, — кивнула Катя.
Максим поцеловал прохладные тонкие пальцы, осторожно отпустил Катину руку и направился к «Рено».
***
С ним творилось что-то неладное. Сильно болела голова. Легкие будто забило ватой, они с трудом пропускали через себя воздух. Рубашка под кожаным пиджаком промокла от пота. Глаза застилал красноватый туман, время от времени вспыхивающий яркими ртутными точками.
Максим кое-как заехал в ворота своего дома, с трудом открыл входную дверь и из последних сил дошел до спальни. Не раздеваясь, он рухнул на кровать и провалился в беспамятство.
***
Катя
6 сентября 2020 года, воскресенье
Вчера они с бабой Любой убрали картофель с двух усадов. Ковырялись почти до вечера, но управились.
Колька-тракторист умудрился на своем навороченном мотоблоке с копалкой бойко пройтись по их участкам за полтора часа. Чистый крупный картофель рассыпался из-под копалки, сияя желтыми, как хорошее сливочное масло, боками — только успевай собирать!
Катя работала быстро, стараясь забыться от тягостных дум в физической работе. Баба Люба, почувствовав, что Катя не в настроении, с вопросами лезть опасалась, только удивленно косилась, не ждала, видимо, от нее такой прыти.
Но даже благополучно убранный урожай не доставил Кате радости. И хорошо протопленная баня с душистым искусно запаренным березовым веником оставила ее безучастной.
Она напрасно ждала звонка от Максима всю субботу до позднего вечера. В отчаянии решилась позвонить сама. Но длинные безучастные гудки вызова растворялись в гнетущей тишине.
Не отпустила тоска по Максиму и сегодня утром.
Катя села завтракать. Душистый темно-янтарный чай в чашке никак не хотел остывать.
Она очень любила свежий чай с пряниками вприкуску. Но сейчас ее ничто не радовало. Воспоминания о вечере, проведенном в кафе с Максимом, по-прежнему камнем лежали на сердце.
Катя чувствовала, что Анжела теперь ни за что не оставит ее в покое! Не простила ей Димы, будет мстить по полной, интриганка!
Она не сомневалась, что за выход в свет с Максимом Анжела выставит ее перед людьми в самом неприглядном свете. Распустит по селу грязные слухи и домыслы, и рано или поздно они достигнут ушей старших Озеровых.
Катя зажмурилась, представив презрительный, негодующий взгляд свекра!
Но почему не звонит Максим? А что Максим?! Отвернулся! Наплевать ему, что после сцены в кафе Катя в селе обречена на позор! Максим не изменился. А она так надеялась, что он стал другим, стал гораздо лучше, чем она его знала пять лет назад! Да, видно ошиблась!
Второй день Катя старалась не выпускать смартфона из рук, но бесполезно. Максим молчал.
Она вздохнула и поднялась с табурета. До чая так и не дотронулась.
***
«Пойду, схожу в магазин за свежим хлебом и прогуляюсь заодно! Погода чудесная стоит, настоящее бабье лето!» — решила Катя и начала собираться.
Она неторопливо шла по тропинке вдоль дороги. Изредка попадавшиеся ей навстречу односельчане заставляли ее вздрагивать, а сердце начинало усиленно биться в ожидании подозрительных и осуждающих взглядов. Но нет, ничего такого Катя не заметила. Люди радушно здоровались и спокойно продолжали свой путь.
Вот наконец и магазин! Она вытащила из кармана ветровки защитную маску.
— Озерова, что так спешишь? Постой, разговор есть! — неожиданно раздался за спиной вкрадчивый голос.
Катя быстрым движением убрала маску в карман и обернулась. С глумливой улыбкой на лице ее догоняла Анжела.
— Что-то ты бледная, Озерова! За здоровьем, видно, не следишь! Раньше, поди, муж следил, а сейчас некому. Или уже есть кому?! — ее голубые миндалевидного разреза глаза сверкали презрением.
Катя промолчала, но под ложечкой у нее неприятно похолодело.
Анжела брезгливо скривила губы:
— До сих пор не пойму, Озерова, что в тебе, замухрышке, Димка нашел! — и продолжила дрожащим от ненависти голосом: — Убирайся отсюда! Сплетнями изведу — сама убежишь, только пятки засверкают! А Максима тебе не видать. И не мечтай. Себе заберу! За то, что ты Димку у меня увела, поквитаюсь с тобой по полной! — ее тонкие ноздри раздулись от ярости.
У Кати перехватило дыхание от разраставшейся в душе боли.
— Дура ты, Анжела! Наглая, подлая дура!
— На себя посмотри, убогая! Чтоб духу твоего в селе не было! Будешь два раза в год на могилу к мужу приезжать, и хватит с тебя.
— Ядом не захлебнись! — огрызнулась Катя, быстрым движением надела маску на лицо и вбежала на крыльцо магазина. Сердце неистово колотилось о ребра.
«Прогулялась, называется! Сходила за хлебом!» — с горечью подумала она и рванула на себя входную дверь. Катя подошла к прилавку, оглянулась и посмотрела в стекло. Анжела с гордо поднятой головой неторопливым шагом переходила дорогу.
***
Катя
9 сентября, 2020 года, среда
— Кать, взгляни, красивый я цветок на окно поставила? — Глашка улыбалась всей своей розовощекой мордашкой. — Уютно у нас стало, правда?
— Уютно, — с улыбкой подтвердила Катя и окинула их офис внимательным взглядом.
В комнате пахло обойным клеем, и ощущался специфический, с химическим оттенком, запах краски для потолка.
Позавчера они с Глашкой доехали до райцентра и купили все, что им могло понадобиться для приведения офиса в божеский вид. По самому бюджетному варианту, разумеется! Вернувшись, принялись за ремонт.
Глашка ловко убирала со стен старые обои, сноровисто клеила новые. Красила, стоя на стремянке, потолок. Как заправский плотник подбивала задравшийся линолеум. За считанные минуты вымыть до блеска окно, закрепить карниз и повесить свежую штору помощнице было, что чихнуть.
«Цены Глашке нет!» — радовалась Катя, домывая после ремонта пол.
Во вторник, когда обои высохли и они расставили имеющуюся мебель, Кате показалось, что одним столом и несколькими стульями они не обойдутся. Ей пришлось выторговывать у директора дома культуры право «приватизировать» из соседних пустых кабинетов еще один стол, двустворчатый шкаф для одежды, тумбочку под ксерокс и стеллаж для документов.
Торги обошлись Кате в бутылку коньяка, коробку шоколадных конфет и несколько пачек дорогих сигарет. За две полторашки пива и несколько упаковок чипсов и сухариков «бескорыстный» сантехник согласился занести мебель в офис.
***
«Наконец-то сегодня мы с Глашкой займемся делами!» — с воодушевлением подумала Катя.
— Ты чего замерла, не раздеваешься? — окликнула ее помощница, то так, то эдак поворачивая на подоконнике горшок с цветком.
— Давай быстрее чаю выпьем и за работу, — улыбнулась Катя, убирая плащ в шкаф.
Через четверть часа они начали свое первое производственное совещание.
Глашка важно положила перед собой ежедневник в ярко-бирюзовом переплете и необычную авторучку с плавающими рыбками в колпачке.
— Я хочу с тобой поговорить, — обратилась к ней Катя и замялась.
Глашка побледнела, живой взгляд голубых глаз потух, как будто вывернули лампочку. Она в молчании крутила в пальцах ручку.
— Глаш, ты только не обижайся, ладно, — Катя взяла в руки ее блокнот, взглянула на необычную ручку. — Ты молодец, серьезно к рабочему дню подготовилась! Но понимаешь, яркие цвета мешают сосредоточиться, отвлекают. Можно я тебе другой блокнот подарю, тоже красивый, но не с такой яркой обложкой? И авторучку, — Катя запнулась, подбирая слово, — посолиднее! Ты не обидишься на меня? — Катя смущенно улыбнулась.
К ее изумлению, Глашка облегченно вздохнула и порозовела.
— Так и сказала бы попросту, чтобы я блокнот другой принесла и авторучку сменила! Но ведь ручка прикольная! — Она подняла на Катю больной взгляд: — Я думала, ты от меня отказаться хочешь! Скажешь, как в кино: «В ваших услугах не нуждаемся».
— С какой стати мне от тебя отказываться? — неподдельно удивилась Катя.
— Из-за мамки, — пробормотала Глашка, не отрывая глаз от яркого переплета своего ежедневника.
— Может, расскажешь, что у тебя с мамой не так? — мягко попросила Катя, и ободряюще дотронулась до Глашкиной руки.
Помощница кивнула и подняла голову. Ее лицо залил пунцовый румянец, по шее поползли некрасивые красные пятна.
— Ты не местная, всего пять лет в Порецком живешь, да и далеко от нашей улицы, поэтому не знаешь. В селе маму беспутной считают! Она в Москве живет. Давно туда уехала, через год после окончания школы. Красивая она у нас. Как с картинки из дорогого журнала!
— А это как — беспутная? — захлопала глазами Катя. — Злоупотребляет, что ли?
— Проститутка она! — с трудом выговорила Глашка. Теперь у нее полыхали еще и уши. — Пока совсем молодая была, за валюту в гостиницах работала. Иностранцев обслуживала. А сейчас, — голос помощницы сошел на шепот, — тоже в гостиницах, только рангом пониже.
Катя стало не по себе. Ей было совершенно все равно, чем промышляет в столице Глашкина родительница. Однако Анжела не преминет воспользоваться этим фактом в своих интригах.
— А где твой папа? — запинаясь, спросила Катя.
— Ты хочешь спросить, откуда мы с братом у матери взялись? — облегчила ей допрос Глашка. — Неосторожность мать проявила! Залетела. Ну и родила, аборты делать не стала.
Она расплакалась.
— Ты что?! Прекрати немедленно! — Катя вскочила со стула, подошла к Глашке и порывисто притянула ее к себе. — Да не бойся ты, никуда я тебя не прогоню!
— Да нас с братом сторонятся все, брезгуют! И детям своим не разрешают с нами дружить! Если я уеду, что с братишкой будет? Мамка, конечно, плохим, стыдным делом занимается, я понимаю! Но для нас она добрая, самая хорошая, и не пьет совсем! — В Глашкиных глазах плескалось отчаяние. — Раньше она денег нормально присылала. Это последнее время у нее трудности. И нас она не бросила, к бабке привезла и навещала. Мне учебу на программиста оплатила в колледже. А не уехала бы отсюда в свое время — сгинула бы!
— А как здесь узнали кем она, э… работает?
— Так вот и узнали! — печально ответила Глашка и замолчала.
— Не переживай! — постаралась успокоить ее Катя. — На моем отношении к тебе это никак не скажется. Ты очень хорошая! И как только люди могут быть такими бессердечными?! — Катя почувствовала, как от жалости к Глашке защипало в носу.
Они вернулись к производственной теме.
— Тебе на чем лучше работать: на компьютере или ноутбуке? — спросила помощницу Катя.
Глашкины глаза загорелись:
— В офисе лучше работать на стационарном компьютере, — важно изрекла она. — Программным обеспечением тоже могу заняться, если надо!
— Отлично, — обрадовалась Катя. — Сейчас привезу от Озеровых компьютер и ксерокс! Сергей Андреевич разрешил забрать. Он сказал: им без надобности!
Она задумчиво взглянула на Глашку и попросила:
— Глаш, если сможешь, займись, пожалуйста, сегодня компьютером. Ну, там, установить, наладить, присоединить. — Она с надеждой глядела на помощницу. — Интернет в здании есть, я узнавала! Мне в райцентр еще ехать. На полвторого записана в МФЦ. Документы на регистрацию индивидуального предпринимательства сдам!
Катя встала и начала собираться.
— Да, вот еще что! — спохватилась она, порылась в сумке и вытащила несколько купюр. Самую крупную, пятитысячную, протянула Глашке: — Аванс тебе! — Несколько мелких положила на стол: —А это возьми на непредвиденные расходы! Вдруг к сантехнику обратиться придется, мало ли!
— Поняла, — прошептала Глашка и вдруг заплакала.
— Глаш, опять?! Мы же договорились! — Катя укоризненно покачала головой. — Поехала я к Озеровым!
***
Через полчаса Катя завезла компьютер с ксероксом в офис и вернулась к свекру. Сергей Андреевич вознамерился с ней переговорить. Знать бы еще, о чем! На душе стало неспокойно. Может, до него уже дошли слухи, что Катя проводила время в кафе с Максимом?!
Она неделю не виделась с Сергеем Андреевичем, им хватало разговоров по телефону. Соню на выходные она сдавала с рук на руки Нине Игнатьевне.
Свекра Катя застала в рабочем кабинете. Он сосредоточенно тыкал по клавишам старой счетной машинки, а потом делал пометки в толстой разлохмаченной тетради.
Кивком свекор пригласил ее садиться. Наконец, отложив расчеты, он поднял на Катю холодный взгляд
«Неужели все-таки знает?» — предположила она с ужасом.
— Деньги на карту поступили?
У Кати отлегло от сердца.
— Да, спасибо, — ответила она.
— В одной корзине не держи! Раскидай по счетам. Половину оставь на карте. Экономь! Миллион — это на бумаге много, а в реальности мизер!
— Я поняла.
— Статус получила?
— И когда бы это я успела?! — изумилась Катя.
— Чего ждешь? — грозно свел брови к переносице свекор. — Поезжай в МФЦ, там помогут. Я думал, ты давно документы подала.
— Записалась на сегодня, на половину второго. Сейчас поеду! — сдержанно ответила Катя.
— Запомни, дела с утра делаются! — поучительно сказал Сергей Андреевич. — Так ты никогда ничего не откроешь.
— Открою, не волнуйся, — сузила она глаза. — Ты меня вызывал, чтобы напомнить об этом?
— Не только. Ты кого в помощницы взяла?! С ума сошла! Почему со мной не посоветовалась? — губы свекра обиженно дергались. — Зачем вообще тебе помощница и кабинет? Чужие деньги проматывать легко!