Глава 23

Катя

— Когда-то в нашей округе обычай был такой. Сплетет парень девке венок, наденет на голову — значит, сватов собрался засылать, — разъяснила старая женщина. — Да кто же в наше время плести чего будет? Вот только и осталось от обычая, что слова: дескать, тебе одной плету венок. Без этих слов у нас девушек в загс не ведут! — Баба Люба опустила глаза и грустно вздохнула: — Мой перед сельсоветом, как списываться пришли, тоже шептал в ухо. Куда деваться, принято так!

Она убрала вымытую посуду и засобиралась домой.

— Завтра в школу не поведу Соню, посидишь с ней? — попросила Катя. — Мне в Артемьевск рано выехать нужно. Да и забрать дочку вовремя не смогу. Вообще неизвестно, когда вернусь!

— Посижу, как не посидеть, — исполнилась важности старая женщина. — А школа как же? Может, мне Сонечку отвести, а потом сходить за ней?

— Баба Люб, не смей приближаться к школе, слышишь?! Дай мне слово! — испуганно попросила Катя. — Ничего страшного, если один день пропустит! Я договорюсь с Татьяной Александровной!

— Нет, так нет, что ты разволновалась, — примирительно ответила старая женщина и поинтересовалась: — А Глашка где, аль случилось что?

— Заболела, — коротко бросила Катя и заторопилась. — Некогда мне, баба Люб! Еще в Чебоксары хочу позвонить да одежду на завтра нужно приготовить. Скоро Соню укладывать!

Только успела баба Люба уйти, как позвонил Слава. Катя плотно прикрыла дверь в кухню и приняла вызов.

— Я тут узнал кое-что. Один мужик мне по большому секрету сказал, — возбужденно зашептал в трубку Глашкин друг, — дело там какое-то темное. Толком никто ничего не знает. А только лежат наши козлы, которые Глашку затюкали, в городской травматологии в Артемьевске со сломанными руками и сотрясением мозга. Оба, представляешь?!

— Что?! Руки сломаны? В аварию, что ли, попали? — с замиранием сердца спросила Катя.

— Говорю же тебе, все мраком покрыто, — рассердился Слава, — но мужик намекнул, вроде как они крутую тачку немного царапнули. А хозяин у тачки, видно, попался не из простых смертных! Да и жутко злой в придачу. Парней приложил сгоряча, чтоб, значит, глядели лучше, когда паркуются. И машину ихнюю забрал! Наверное, на покрытие своих убытков. И ведь не пикнешь! Еще легко отделались, твари поганые! — С ненавистью сказал Слава и выдал матерную тираду.

— Вот как в жизни бывает, — задумчиво протянула Катя. — Что ж, поделом им досталось!

Слава замялся, а потом тихо спросил:

— Ты в бога веришь?

— Верю и тебе советую, — ответила Катя и попросила: — Съезди со мной завтра, пожалуйста, в Артемьевск на день, я уплачу. Глашу теперь караулить не надо!

— Во сколько? — уточнил Слава.

Она на секунду задумалась:

— Подъезжай к семи.

***

Катя

20 ноября 2020 года, пятница

Слава не подвел, прибыл, как и обещал, ровно в семь утра. Катя поймала на смартфоне его входящий вызов и заспешила в прихожую одеваться.

Кинула на себя в зеркало придирчивый взгляд и поморщилась: пришлось воспользоваться косметикой, что Катя делала крайне редко. Ей от отца достались темно-синие глаза и яркие пухлые губы, а от мамы — светлая чистая кожа. Но за последнее время Катя сильно похудела и осунулась. Побледневшее лицо отливало синевой, под глазами залегли глубокие тени. Пришлось «подправляться» тональным кремом, тушью и румянами. Губы она решила не трогать: как есть, так и есть — не любила привкус помад.

Катя надела кожаные сапожки на среднем устойчивом каблуке и лиловую блузку с серой юбкой чуть ниже колен — наряд, что она надевала на первое сентября провожать Соню в школу. Блузка освежала усталое лицо, невысокие каблуки стройнили и без того подтянутую фигуру. Правда, подводила юбка. Мало того, что спадала с талии на бедра, так еще норовила соскользнуть и с них. Пришлось срочно зауживать, иначе Кате грозила перспектива предстать перед комиссией в неглиже!

В разрезе блузки бликовал в отраженном свете сапфир в подвеске. Катя нежно погладила его слегка подрагивающими пальцами. Максим очень хотел, чтобы она носила его подарок. Что же, она исполнила его желание!

«Даже если Максим вдруг оставит меня, — тоскливо подумала она, — его подарок будет всегда со мной». Катя до боли закусила губу.

Она еще раз осмотрела себя в зеркале, тряхнула тяжелыми, до плеч, волосами. Накинула утепленную куртку, быстро перекрестилась и вышла из дома в темное слегка морозное утро.

— Думал, и не дождусь, околею тут, возле твоей машины, — недовольно проворчал Слава, ныряя в салон «Ауди».

Катя завела мотор, включила печку и рассеянно пробормотала:

— Извини, мне показалось, что я быстро! — Она повернулась к Славе. — Значит, так, — сейчас заедем в Дом культуры, заберем ноутбук, документы и поспешим в Артемьевск. — Она взволнованно улыбнулась. — Вперед, к свершениям!

Он кивнул.

***

В девять утра они припарковались возле ветклиники.

Катя вышла из машины:

— Возьми, пожалуйста, документы и ноутбук. Потом закроешь машину и принесешь все в здание, — обратилась она к Славе и протянула брелок сигнализации. — А я пока открою дверь и подожду тебя на крыльце.

Ясное утро нового дня твердо вступило в свои права. Сквозь легкую дымку жемчужных облаков проглядывало светло-голубое небо. На востоке из-за подсвеченного персиковым светом горизонта быстро показался край восходящего нестерпимо-яркого малинового диска солнца. В его лучах бриллиантовым блеском сверкал рой лениво кружащихся в воздухе мелких снежинок.

Катя глубоко вдохнула вкусный, чуть морозный, пахнущий озоном воздух, унимая сердцебиение. Она нервничала, не в силах предугадать, чем закончится этот очень важный в ее теперешней жизни день.

Без положительного решения комиссии Катя не сможет двигаться дальше. Приближение к заветной цели — открытию клиники — застопорится на неопределенный срок. Она не переживет такого разочарования! Какую прорву работы они с Глашкой переделали, сколько сил вложили, не передать словами. И это только самое начало!

Катя вспомнила вчерашний вечер. Она все-таки, дозвонилась до одногруппницы. Катя была расстрогана. Чтобы она без нее делала!

Узнав о Катиных проблемах, одногруппница дала ей несколько дельных советов.

— Приобрети-ка ты несколько подарочных сертификатов, — подробно разъяснила она Кате. — С суммой сама определишься! Не заоблачно дорого, чтобы не смахивало на взятку, но и не дешево — за унижение посчитают. От качественного парфюма, например, еще никто не отказывался! Вот и выберут каждый по душе!

— А с угощением как быть? — обеспокоилась Катя. — Закажу в ресторане, деньги заплачу, накроют, а комиссия откажется? А если вообще акт приемки не подпишут?

— Не парься! Обзвони несколько кафе с достойной кухней и приличным обслуживанием! — терпеливо вещала одногруппница. — Отзывы в интернете сначала просмотри. Звони и договаривайся о предполагаемом заказе!

— Это как? — удивилась Катя.

Подруга в смартфоне устало пояснила:

— В кафе будут знать, что ты в любое время в течение дня можешь привести гостей, и с удовольствием устроят прием вдалеке от любопытных глаз. Или можешь не привести, и заведение от этого не пострадает.

— Не представляю, как я переживу, если акт не подпишут! — Катю не отпускал ее главный страх.

— Подпишут, вот увидишь, — вселяла бойцовский дух в Катю одногруппница. — Невыгодно им тебя мариновать! Если серьезных нарушений нет, все нормально пройдет. У тебя же не жилой небоскреб и не атомная станция! Властям тоже надо показывать свою лояльность к среднему классу! — рассмеялась она и пожелала Кате удачи.

— Долго ты на крыльце стоять будешь? — укоряющий голос приближающегося Славы прервал Катины воспоминания о вчерашнем вечере. — Пока сюда ехали, вздыхала, что дел по горло, а сама прохлаждаешься!

***

Целый час Катя со Славой готовились к размещению приемной комиссии. В здании совсем не было мебели, кроме нескольких старых стульев с гобеленовой обивкой, неизвестно какими путями здесь оказавшихся.

Глашка в свое время строго-настрого запретила поставщикам завозить мебель и оборудование, пока здание после реконструкции не примет комиссия.

И теперь Катя расхлебывала последствия этих мер. Она не могла предоставить для работы специалистов никакого, даже самого завалящего стола!

— Слав, здесь недалеко в Микрорайоне есть мебельный магазин, я вывеску видела. — она протянула ему деньги. — Выбери, пожалуйста, десять подходящих стульев и оформи срочную доставку! Денег должно хватить. Не могу я на старые расшатанные стулья членов комиссии рассаживать. — Она задумалась и добавила. — А уж без стола как-нибудь обойдемся!

— Хорошо! Пошел я, — озабоченно ответил Славка и заторопился к выходу.

Катя в это время быстро протерла широкие подоконники. На одном расположила ноутбук с канцелярскими принадлежностями и пачкой бумаги, на другом — санитайзер и упаковку защитных масок.

Катя повеселела: теперь можно не думать, где разместить официальных лиц. Она была уверена, что стулья из магазина Славка привезет быстро.

И действительно, через полчаса запыхавшийся гордый Славка вместе с грузчиком затаскивал стулья в здание ветлечебницы.

— Кать, я тут сам все расставлю и приберу!

— Ладно, — улыбнулась она. — А я пока займусь выбором кафе и презентами.

Катя сосредоточенно принялась выбирать кафе. В пяти точках на ее условия отсроченного обслуживания не согласились. Она совсем пала духом, но в шестом по счету заведении отнеслись с пониманием и обещали все обустроить в лучшем виде. Но от нервного напряжения ей во всем мерещился подвох, и она решила удостовериться в надежности заведения лично.

Кафе с романтичным названием «Ассоль» располагалось в подвальном помещении многоэтажного дома, что поначалу повергло Катю в уныние. Но когда администратор предоставил ей меню с весьма демократичными ценами и показал уютный банкетный зал, где разместят гостей, она успокоилась. Кроме того, в кафе упоительно пахло свежей выпечкой. «Не могут при таких запахах плохо кормить. Не имеют права», — сделала Катя философский вывод.

Осталось приобрести подарочные сертификаты на парфюм. Катя решила не рисковать и поехала в самый большой парфюмерный магазин с широким ассортиментом. Через двадцать минут она вышла оттуда с чувством выполненного долга и изрядно похудевшей банковской картой.

«Еще бы вручить эти презенты изящно, — задумчиво морщила лоб Катя. — Опыта в этом деле я еще не приобрела. Можно сказать, что у меня дебют!» — она улыбнулась и взглянула на часы. Стрелки угрожающе показывали полдень.

От вновь нахлынувшего волнения она в очередной раз принялась протирать подоконники и переставлять стулья.

Через час Кате надо было ехать за подрядчиком — управляющим строительной фирмой. После — за представителем проектного бюро. Пожарник и газовщик, как она про себя называла представителей пожнадзора и газовой службы города, очень просили захватить их от остановки троллейбуса в центре города.

Остальные члены комиссии, на Катино счастье, обещали добраться до здания клиники собственным ходом.

На случай, если кто-то из комиссии появиться раньше, она велела Славе их встретить и показать документы.

— И смотри, рот не открывай! — умоляюще просила его Катя. — В крайнем случае, по зданию поводи.

— Не боись, все тип-топ будет, — с серьезностью заверил ее Слава.

***

Первым Катя забрала подрядчика. Руководитель строительной фирмы, элегантно одетый мужчина лет пятидесяти с цепкими умными глазами на простоватом лице ободряюще улыбнулся:

— Не бойся, Екатерина Юрьевна! Для города твой объект — мелочевка! Просто законы нынешние обязывают соблюдать регламент. Раньше бы после обошла ты с этим актом всех, подписали его тебе в рабочем порядке — и на стол вышестоящему руководству для утверждения! А сейчас, извини, на букве закона стоим. Прокурорский надзор в действии!

Катя нахмурилась. Успокоил, называется!

— Да не трясись ты, — виновато сказал подрядчик, поняв, что перегнул палку. — Ты молчи больше. Я сам говорить буду!

Далее по маршруту следовало проектное бюро. В машину, кряхтя, заполз замшелый старичок, с виду лет семидесяти. Он вежливо поздоровался и тут же прикрыл глаза.

«На памперсы ему сертификат дарить надо, а не на парфюм, — с досадой подумала Катя. — Интересно, что он перед комиссией налепечет! Дремлет, словно младенец!»

Последними она забрала пожарника с газовщиком. «Друзья, что ли?» — удивилась Катя, когда они сели в машину и продолжили беседовать.

Катя взглянула на часы: до начала работы комиссии оставалось всего пятнадцать минут. Так и опоздать недолго!

Не опоздали! Катя подождала пока члены комиссии выберутся из машины и повела их в здание. Она открыла перед ними дверь и пропустила вперед себя.

Катя переступила порог и резко остановилась от представшей перед ней картины: возле расположившихся на стульях ранее прибывших членов комиссии вдохновенно ораторствовал Слава. В сторону Кати никто не взглянул. Она поняла, что рассказ Славы увлек слушателей не на шутку. Они не сводили с лохматого белобрысого парня внимательных глаз.

Катя прислушалась к его пылкой речи и от неожиданности онемела. Речь шла о хлебопечении. Слава вдохновенно посвящал членов комиссии в тонкости расстойки теста для белого хлеба.

Она осторожно кашлянула. Никто из членов комиссии, в том числе и из тех, кого она привезла, не отреагировали. Открылась входная дверь, и вошел полный мужчина небольшого роста с утомленным взглядом голубых глаз. Катя узнала его. Это был председатель комиссии, начальник управления строительства и архитектуры администрации Артемьевска.

Она почувствовала, как щеки заливает нервный румянец. Что же ей делать? Катя, не долго думая, подошла к Славе, извинилась перед членами комиссии и тихо сказала ему на ухо:

— Слав, спасибо за помощь! Председатель комиссии прибыл, сейчас работать начнут! Иди, посиди где-нибудь, пожалуйста.

Слава кивнул, улыбнулся присутствующим и направился к свободному стулу возле входной двери.

Слушатели, наконец, обратили свое внимание на вошедшего председателя комиссии и вспомнили, зачем они собрались.

Катин взгляд уперся в лежащие на подоконнике маски. «Как я могла забыть! — спохватилась она. — Но теперь уже ничего не поделаешь! Кто захочет, возьмет. Что будет, то и будет!»

Отсутствие стола никого не смутило. Секретарь комиссии, молодая полная женщина с короткой модной стрижкой, зачитала Катино уведомление о завершении реконструкции нежилого здания под ветеринарную клинику и предложила всем высказывать замечания.

Она вежливо попросила подрядчика:

— Давайте, пожалуйста, сюда документацию.

Руководитель строительной фирмы аккуратно положил на подоконник объемистую папку и начал вынимать документы.

Секретарь обратилась к Кате:

— Екатерина Юрьевна, предоставьте мне все согласования по перечню, пожалуйста, — и протянула листок.

Катя до того разволновалась, что впала в полнейшую прострацию и дальнейшее помнила какими-то отрывками. Вот подрядчик что-то доказывает секретарю комиссии. Стройная моложавая женщина с красивым усталым лицом, уполномоченная центра гигиены и эпидемиологии, по старинке называемого СЭС, о чем-то пытала представителя проектного бюро, вмиг преобразившегося из старичка в человека с твердым взглядом знающего свое дело специалиста.

У представителей Энергонадзора и Газовой службы замечаний не оказалось. Как ни странно, не возникло вопросов и у прибывшего из областного центра представителя Ветнадзора.

А вот пожарник минут десять донимал подрядчика, и тот, видимо, от переизбытка гнева на несправедливые претензии, имел лицо цвета вареной свеклы.

«Не подпишет пожарник! Придрался к чему-то», — от расстройства у Кати зарябило перед глазами. Она крепко сжала в замок плясавшие пальцы. Члены комиссии терпеливо ждали, чем закончится разговор. Наконец, председатель комиссии не выдержал. Он встал, подошел к спорящим и, извинившись, мягко отвел представителя пожнадзора в сторону. После нескольких минут разговора, пожарник согласно кивнул.

Секретарь комиссии, облегченно вздохнув, произнесла:

— Пожалуйста, подходим по очереди и ставим подписи, раз возражений и замечаний нет.

Внезапно к Кате подошла представитель СЭС:

— Екатерина Юрьевна, первый шаг у вас позади. — Она тепло улыбнулась. — Как подготовитесь к открытию клиники, милости прошу к нам с заявлением на экспертизу объекта!

Катя вдруг осознала, что все происходящее ей не приснилось, что она справилась! Признательность этим людям, которые отнеслись к ней очень по-человечески, затопила ее горячим мощным потоком.

«Будь, что будет», — решила она, подалась вперед и сказала звенящим от переизбытка чувств голосом: