Глава 22

— Конечно, встретимся, Владислав Сергеевич. Обязательно, — сжимаю телефон покрепче. Сейчас главное — не выдать себя. Не вывалить на Беляева рвущие душу эмоции.

Раньше можно было. Раньше ближе его никого не было. Обязательно бы обнял, чмокнул в нос, пошутил… И мне бы полегчало. Как всегда.

А сейчас нельзя. Врагу нельзя открываться. А предателю тем более. Веры ни на грош. И язык держать за зубами надо. Боюсь сболтнуть лишнего. Любое слово Влад обязательно использует против меня.

Беляев, если выходит на тропу войны, ни перед чем не остановится. Я помню, как он рассказывал о буднях кафедры. И все вздыхал, что в серпентарии иначе никак. За кем-то из врачей проверял диагнозы и анализы. Просил медсестер ему докладывать тайком. И не успокоился, пока тот врач не уволился из отделения.

А Влад даже победу отпраздновал. Тихо-скромно, в семейном кругу. А я поддерживала его и гордилась. Таких врачей, как мой муж — один на миллион. И мне он всегда казался героем.

Только сейчас я сомневаюсь, что знала правду.

— Милешенька, — снова гундосит в трубку Беляев. — Ну прости ты меня, дурака. Я ни с кем не гулял никогда. Только тебе предан. Это все сплетни бабьи. Сама понимаешь, с кем приходится работать.

— Серпентарий, — усмехаюсь невесело. — А ты там главный змей очковый…

— Я попросил бы! — возмущенно пыхтит он, но я уже не слушаю.

— Пока, — пресекаю любые попытки манипулировать собой. — Созвонимся как-нибудь…

— Ты ведешь себя недопустимо, Милена, — сварливо кричит в трубку муж. — Изменяешь мне на глазах у ребенка. Два мужика одновременно…

— А почему же два, Влад? — глумлюсь в открытую. — Там еще по улице люди шли. Надо было и их посчитать… А направить ребенка на противоправные действия? Это нормально?

— Что ты несешь?! Что? Я тебя спрашиваю!

— Я несу людям свет и любовь, — смеюсь в трубку. — А плету макраме…

— Ты стала невозможной, — гневно рыкает Влад, а меня уже несет.

— Да пошел ты, — роняю, не скрывая презрения. И обрываю звонок.

— Ты хорошо держалась, — косится на меня Илья. Сворачивает в какой-то переулок, объезжая пробку, и выезжает прямо к зданию госреестра.

— Они сегодня не работают, — морщится раздраженно. — Как я мог забыть…

И собирается разворачиваться.

— Погоди, — хватаю его за руку. — Мне тут сумасшедшая мысль в голову пришла… А что если Влад вступил в сговор с нотариусом… Нашел девицу, похожую на меня. Подделал мою подпись… — тараторю как заведенная. И замолкаю, переводя дух.

— Мила, нет, — улыбается мне Илья. Смотрит так добродушно и жалостливо, что внутри что-то екает. — Нотариус не станет ни в какой сговор вступать. Себе дороже, понимаешь? Это особая каста. Печать поставил, документ заверил, бабло получил и все. Чистенько и без проблем. Другое дело, если есть похожая женщина, то нотариуса могли ввести в заблуждение. Ты паспорт с собой все время носишь? Или оставляла дома?

— Ну конечно, оставляла, — горестно всплескиваю руками. — Это я его с собой взяла на Женский форум. Там вход в здание только по удостоверению личности… Кстати, наверное, дипломы надо забрать из квартиры Беляева…

— А квартиру ты ему уже подарила? — зыркает на меня Илья и решает. — Так. Едем в нотариальную палату. Если от твоего лица осуществлялись какие-то действия, мы сразу увидим и подадим претензию. Кстати, и от лица Беляева посмотреть не мешало бы, — тянет он задумчиво. Лихо разворачивается и на всех скоростях гонит куда-то.

«Первый тайм мы уже отыграли», — проносится в голове. И только сейчас до меня доходит. Все еще только начинается. Угрозы, шантаж и прочие неприятности. Теперь бы выстоять.

Но счет явно не в мою пользу. Марина на стороне отца и послушно пляшет под его дудку. А самое главное, откуда в дочери столько ненависти ко мне. За один день человек так измениться не может.

— Андрюха, привет, я к тебе сейчас подъеду. Пропуск выпиши, — звонит кому-то Дараганов, отдает указания. — Тут у меня дело срочное… Нет, я не один. С красивой женщиной. Запиши. Ага… Беляева Милена Викторовна… Клиентка, да. И моя подруга детства. Давай, постарайся, чувак…

А я в очередной раз удивляюсь, как у Ильи все легко получается. Я бы точно так не смогла!

В просторном холле большого купеческого особняка нас уже встречает моложавый мужчина в строгом костюме.

— Приветствую, Илья Александрович, — он крепко пожимает руку моему спутнику и разглядывает меня, не скрывая интереса. — Так вот вы какая, Милена Беляева, эксперт по счастью. Мои жена и дочка все ваши эфиры смотрят и слушают. Автограф дадите?

— С удовольствием, — улыбаюсь я и чувствую себя звездой.

Как мало человеку надо. Чтобы заметили, чтобы оценили…

Оглядываюсь по сторонам. Поднимаю глаза к потолку, украшенному лепниной. Скольжу взглядом по стенам, по картинам и светильникам.

— Милена Викторовна, — окликает меня друг Ильи. — Вот, тут распишитесь, а то не поверят, — протягивает мне рекламный проспект.

— Как зовут ваших девочек? — достаю из сумки ручку.

— Ольга и Даша, — улыбается мне Андрей.

— Хорошо, — пишу стандартное пожелание счастья и любви. Ставлю подпись, которую придумала для автографов, и протягиваю глянцевый листок счастливому приятелю Дараганова.

— Все. Можем идти, — заявляет тот. — Я пропуски оформил. Мила, держи, — протягивает мне маленький казенный листок.

— А как же паспорт? — тяну я несмело.

— Тебя, похоже, вся страна в лицо знает, — бурчит себе под нос Илька.

— Это плохо? — вскидываюсь моментально.

— Для тебя хорошо. Для бракоразводного процесса плохо. Но мы прорвемся, Мила. Не боись.