Глава 42

«Любимый мужчина или спасательный круг?» — размышляю, вжавшись носом в Илькину подушку. Да я жить без него не могу. С тех пор как его закрыли, ни есть не могу, ни дышать.

Издалека доносятся шум и голоса.

— Где Милена? — спрашивает кто-то, и неожиданно дверь рывком открывается.

Подскакиваю на постели. Судорожно поправляю волосы, хлопаю глазами.

— А, вот ты где! — бежит ко мне Дараганов. Со всех ног несусь навстречу и тут же оказываюсь в крепких объятиях-тисках.

— Ты вернулся! Вернулся! — висну на шее. Целую в ключицу, в висок, в глаза.

Илья вжимает меня в себя.

— Милка моя! Девочка, — лихорадочно гладит по спине. Целует, поднимая на руки. — Я чуть не сдох там…

Обветренные губы сминают мои в грубом поцелуе и устремляются к виску, к уху, прокладывают дорожку по шее. Тело радостно отзывается, не обращая внимания на колкую щетину. Наоборот, даже приятно. Это же Илья!

Спасательный круг? Ну-ну…

— Ты вернулся, — повторяю, всхлипывая. Глажу широкие плечи, заглядываю в лицо и до конца не верю, что все закончилось. — Мы победили? — обхватываю ладонями небритые щеки.

— Можно сказать и так, — улыбается Илья. Целует мои пальцы. Утыкается носом в мою макушку. — Как же ты пахнешь, любимая! — целует в волосы.

— Илечка мой, — кладу голову на плечо, обвиваю руками крепкий накачанный торс и реву.

— Все хорошо. Все завершилось, — уговаривает он меня как маленькую. — С меня все обвинения сняты. Дело против тебя провалилось…

— Беляеву денег не хватило? — утирая слезы, усмехаюсь я.

— Ему сейчас они нужнее. Майору Терехову тоже адвокат понадобится, — цедит лениво Илья. — Его Беляев сдал с потрохами. Служба безопасности проводит расследование. И оба пассажира сидят в КПЗ и наперегонки сдают друг друга.

— Значит, развод — дело техники? — смотрю с надеждой на Илью.

— Да, — кивает Илья. — Меня этот полудурок Беляев закрыл из-за развода. Думал, сорвать заседание. Так кто-то бы из коллег пошел. А так… Сам себе навредил. Ты хорошо придумала…

— А другого варианта не было. Надо было бить. И я била…

— За меня, — пожирает темным взглядом Дараганов.

— За тебя, — киваю спокойно и уверенно.

По телу бегут мурашки, сердца бьются в унисон, а между нами словно электрические заряды полыхают.

С Беляевым у меня такого даже по молодости не было.

— А, вот вы где! — заглядывает в наше тайное убежище Лютов. — Хорошо тут у вас. Уютненько, — роняет с небрежной усмешечкой и добавляет со вздохом. — Милена, вас по всему дому с собаками ищут. Думали, похитили…

— Хватит нам одного похищения, — обняв меня за плечи, направляется к выходу Илья. — Давайте поедим, что ли? — морщит нос.

И я срываюсь с места.

— Прикинь, братан, она мне гонорар заплатила, — слышится сзади голос Лютова.

Илья ему что-то отвечает. Но мне уже все равно. Заплатила и заплатила! Главное, мой любимый мужчина на свободе.

Мчусь на кухню, по пути чуть не сшибая кого-то из охраны. Влетаю в святая святых нашего повара и бегу к холодильникам, стоящим в ряд.

«Чем Илью накормить?» — думаю лихорадочно. Открываю дверцы и в ужасе смотрю на полки забитые мясными полуфабрикатами. Нет, не то!

Дергаю дверцу следующего и опять мимо. Тут рыба и свежая, и соленая. А мне закуски нужны или кастрюля борща.

— Милена Викторовна, — раздается сзади голос экономки. — Не беспокойтесь. Я сейчас стол накрою. Счастье-то какое, Илья Александрович вернулся. Хозяин так волновался…

— А-а, — охаю изумленно. И только сейчас до меня доходит. Мы тут как в шоу за стеклом. Великий олигарх наблюдает за нами, словно Гулливер за лилипутами, И прислуга ему все докладывает… — Спасибо, — выхожу из кухни. Возвращаюсь в библиотеку к Илье.

Не могу я без Дараганова. Ужасная зависимость.

Просто ужасная!

Ноги подгибаются, стоит только подумать… Сегодня буду ночевать в его спальне. И Каролине скажу… Надо сказать. Нет смысла таиться. Она все равно все поймет и узнает.

— Ну, так Беляева по его же собственному рецепту отоварили. Отправили к блатным на часок. Оттуда он вышел присмиревшим. Во всем сознался. Все подписал, — из-за неприкрытой двери слышится насмешливый голос Ильи.

Сердце сжимается, словно тисками стягивают, стоит представить, что он пережил. И ни капли не болит по Беляеву. Вот просто нигде не екает.

«Не рой яму другому!» — мстительно сжимаю губы.

Берусь за ручку двери и торможу. Мужчины беседуют. При мне постесняются говорить в открытую.

Разворачиваюсь и бегу наверх. К Каролине! Надо ей сказать, что Илья вернулся. И что мы…

Мы с ним…

Дальше не могу придумать никаких веских аргументов.

«Слова сами найдутся!» — постучав в дверь, успокаиваю себя. И когда мне открывает зареванная Каролина, только и могу выдохнуть.

— Что случилось?

— Марина и Никита едут сюда. Они уже в поселке! Хотят меня забрать. Мама, не отдавай, пожалуйста! — рыдает дочка. А я, прижав ее к себе, лихорадочно соображаю, что предпринять.

Что?

Вероятно, у Никиты тут знакомые, раз он без труда попал на закрытую территорию. А дальше — дело техники… Можно подкупить прислугу и выкрасть Каролину. И тогда я пойду на любые уступки. А можно…

— Идем вниз. Расскажем Илье, — хватаю дочку за руку.

— Он вернулся? — смаргивает она слезы. — Значит, мы в безопасности, мама. И почему ты не вышла за него замуж сразу? Он гораздо лучше папы. Куда ты смотрела… — выговаривает она по дороге.

А куда мы все смотрим по молодости? Почему западаем на позеров и не обращаем внимания на хороших парней по соседству?

— Нам сюда, — сворачиваю в коридор, ведущий к библиотеке. Кошусь на панорамные витражи, расписанные в удивительной технике гризайля. А потом замечаю две знакомые фигуры за окном.

Марина. Свою дочь я ни с кем не перепутаю. И Никита. Чуть ниже Беляева, чуть худее, но хитровыделанный. Владу до него далеко. Не удивлюсь, если выяснится, что за арестом Ильи стоит именно он.

— Каролина, быстро, — отворяю дверь в библиотеку. И сразу устремляюсь к заветной книге.

— Что случилось? — поднимается нам навстречу Илья. Уставший и голодный. Под глазами круги.

— Беляевы тут, — выдыхаю порывисто. И лихорадочно осматриваю полку. Куда нажимать? На какую книгу?

Все плывет перед глазами.

Но пальцы Ильи уже запускают в действие потайной механизм.

— Живо сюда, — распахивает Илья дверь. — Каролина. Сиди как мышь. И ты с ней, Мила, — приказывает он.

— Нет, — мотаю головой. — Я останусь. Кого мне бояться? Собственной дочери или деверя? — вскидываю подбородок. — Давай, — чмокаю Каролину в щеку.

Под внимательным взглядом Лютова прохожу к креслу. Сажусь. И даже подол платья поправляю. Дескать, я готова. Сажусь рядом с Ильей. Беру за руку. Он машинально подхватывает мою ладонь, сплетает пальцы.

Чувствую тепло его рук. И выдыхаю. Я не одна. Я под защитой.

— Там пришли… — в библиотеку входит парень из охраны.

Не успевает договорить, как следом врывается свекровь, а за ней не спеша входит Никита Беляев, мой бывший деверь и подлец.