17 глава

Катя

Мысль, бьющая меня обухом по голове: что вчера было? Этот вопрос зудит внутри, не даёт покоя, мучает.

Я пью воду жадными глотками, стоя на кухне, бабуля во дворе кормит птицу, рассветный воздух ещё не обжигает июльской жарой, а голова раскалывается на части, как хрустальный шар после столкновения с землёй. Больше никогда не буду пить. Никогда! Это ж надо было, от парочки коктейлей такое удовольствие назавтра получить. Нет-нет, больше ни капельки.

Так, всё-таки, что вчера было?

Память возвращается ко мне не сразу, потому масштаб катастрофы могу оценить дозированно.

Значит так: я учила Стаса танцевать, потом пела — Господи, спаси! — а под занавес, что сделала? Правильно, поцеловала. В щёку зачем-то, будто нам по пять лет, а потом он как-то неожиданно повернул ко мне голову, и я…

Мамочки, ужас какой!

Ну сколько можно вообще? Почему рядом с этим мужчиной я превращаюсь в какой-то комок неприятностей и странных поступков? То во двор к нему залезу, то на дерево, то песни петь начну. Мрак и апокалипсис.

Всё, не собираюсь я больше вообще с ним пересекаться. Не хочу и не буду, пока не решу, каким образом себя хоть немного реабилитировать в его глазах. Ну или в крайнем случае просто буду уходить огородами, чтобы не видеться со Стасом.

А что? Отличная идея. И загорать буду на огороде, а общаться с Рагнаром. Чем не компания?

— Катюша, подойди сюда, — зовёт бабуля, а я ставлю стакан в мойку и двигаюсь в сторону огорода.

Нахожу бабулю в крольчатнике, а она стоит напротив клетки с месячными малышами и задумчиво качает головой.

— Мне кажется, с ними что-то не то.

Заглядываю в клетку, а крольчата бегают и прыгают, будто им лапки в скипидар окунули.

— По-моему, очень бодрые, — замечаю, но бабуля всё равно хмурая. — Посмотри, какие упитанные клубочки.

— А Рагнар?! — восклицает бабуля.

— С ним-то что? — Перемещаюсь к клетке напротив и показываю пушистому рецидивисту язык. — Вон, ест, как ни в чём не бывало. Кажется, ещё толще стал.

— Ест — это хорошо, за его аппетит я не волнуюсь. Но он ведь уже четвёртый день никуда не убегает. — Бабуля задумчиво разглядывает своих питомцев, а между бровей суровая складка. — Он заболел. Точно тебе говорю!

Если бабуля включила панику, только держись.

— По-моему, ты преувеличиваешь.

— Даже если и так. Мне нужно показать их специалисту.

Ой, не нравится мне это всё.

— Думаю, разумное решение.

— Так, Катюша, иди быстренько к нашему соседу, попроси его заглянуть на огонёк, — распоряжается, а я чувствую, как у меня холодеет даже кончик носа. — Мало ли что, а у нас в деревне только Васька Хромой имеется, но он коровам хвосты крутить горазд да пиво пить в баре.

Ох ты ж чёрт его возьми!

— Да и прививки малышне нужно делать срочно. Мне нужна консультация грамотного специалиста.

— Может быть, всё-таки Ваську позовём? — предпринимаю жалкую попытку переломить ход бабушкиных мыслей, но в ответ отрицательный кивок головы. — Тоже специалист же.

— Нет, сходи к Станиславу. Только больше не вламывайся, а то решит, что ты невоспитанная.

По-моему, "невоспитанная" — это самое простое, что может подумать обо мне Стас. Но не рассказывать же бабушке обо всех перипетиях нашего с ним общения.

— Давай, Катюша. Что ты такая нерасторопная? Прямо не узнаю тебя, — торопят меня, и ничего не остаётся, как идти к уважаемому товарищу ветеринару.

Знала бы ты, родная моя, отчего я такая медлительная. И дело вовсе не в самочувствии.

Ладно, в конце концов, я же не ребёнок, чтобы прятаться на чердаке, да и в детстве никогда не пряталась. Проблемам нужно смело в лицо смотреть, даже если накануне окончательно опозорилась.

Чем ближе его забор, тем сильнее я зажимаюсь, но дело — на первом месте. Вдруг бабушке не показалось? Да и прививки, а Васька пиво пьёт. Крольчата же не виноваты, что я такая дурочка, правильно?

Так, уговаривая себя и успокаивая, нажимаю на звонок и жду. Хорошо, что недолго, потому что буквально через секунд десять раздаётся хлопок двери и лёгкие шаги торопятся к калитке с той стороны.

Слишком, кажется, лёгкие для Стаса. А следом слышится мелодичный голос. Женский.