Глава 13

— Снежка, так нельзя! — эмоционально воскликнула Вера и, вскочив, стала нервно шагать по комнате. — Надо что же делать! Нельзя все пускать на самотек.

— Что? — грустно вздохнула я. — Наверно, я его обидела чем-то… А может, ему приглянулась другая девушка… Не зря же для Ферхата каждые полгода собирают гарем. Вера, ты пойми, он просто бросил меня посреди парка и ушел. Не знаю почему…

Слезы вновь появились на глазах и мой голос сорвался. После нашей последней прогулки Ферхата я больше не видела. Если честно, в тот вечер я его очень ждала. Надеялась, что он придет, мы, как обычно, поужинаем, а потом он объяснит свое непонятное поведение и почему так поспешил скрыться. Но моим надеждам было не суждено сбыться. Ферхат не появился ни в этот вечер, ни на следующий. Сначала я подумала, что у правителя много дел, мысленно сама искала ему оправдания, но прошло больше недели, и стало понятно, он больше не придет.

Непрошеные слезы душили, не давая свободно вздохнуть. Чтобы не заплакать, прикусила зубами нижнюю губу и сжала с силой кулаки. Непонятно как, но я умудрилась влюбиться в этого мужчину. Это произошло внезапно, и что делать со своими чувствами я не знала. Любовь к мужчине, принадлежащему к другому миру, можно было назвать верхом безрассудности. Ведь я прекрасно понимала, что все не так просто, и когда придет время, мне нужно будет вернуться домой, но глупому сердцу не объяснишь… Любовь в нем появляется, не спрашивая дозволения, и может сделать человека счастливым или самым несчастным на свете.

— Прекрати реветь, — Вера плюхнулась на диван рядом со мной. — Вам нужно поговорить и все обсудить. Уверена, это какое-то недоразумение. Снежка, — она толкнула меня в плечо. — Ты слышишь, что я тебе говорю?

— Слышу, — всхлипнула в ответ. — Но, как поговорить, если он не приходит… Я бы рада все выяснить. Знаешь, как тяготит неизвестность.

— Значит, ты должна сама к нему сходить, — внезапно произнесла Вера. — И нечего реветь. Если он думает, что сможет уйти от ответов, то весьма ошибается. Собирайся, проведаем правителя. Поинтересуемся, как у него дела и куда он так внезапно пропал?

— Я не знаю, где его апартаменты, — растерянно произнесла в ответ.

— Зато я знаю. Идем, — Вера поднялась и, заметив мой удивленный взгляд, пояснила. — Мы вместе там были. Помнишь, после купания в водопаде. Дорогу я запомнила, так что идем. Не трусь, я буду рядом.

— Не знаю, — пробормотала в ответ, одолевая сомнениями. — Удобно ли это будет?

— Удобно, не удобно, разберемся потом. А сейчас идем, — тоном, не терпящим возражений, сказала Вера и направилась к двери. Она была так убедительно, что я, отбросив все сомнения, последовала за ней.

Не знаю, как подруге удавалось ориентироваться во дворце, но она действительно провела нас извилистыми коридорами прямо к дверям личных покоев Ферхата.

— Ну вот и пришли. Давай стучи.

— Он, наверно, сейчас занимается государственными делами, — я никак не решалась сделать шаг, опасаясь того, что нас просто прогонят. — Вера, давай вернемся. Мне кажется, мы сейчас нарвемся на неприятности.

— Иногда, чтобы стать счастливой надо просто сделать резкий шаг в сторону. Не решишься сейчас, потом всю жизнь жалеть будешь, — уверенно произнесла подруга и сделала то, чего я меньше всего ожидала — громко постучала в дверь.

— С ума сошла? — зашипела я. — Ты сейчас весь дворец переполошишь.

— Потом скажешь спасибо, — улыбнулась Вера в ответ, и в этот момент дверь приоткрылась, и на пороге появился слуга. В его глазах читалось неподдельное любопытство, и некоторое удивление.

— Скажите, а правителя Ферхата я могу увидеть? — осторожно спросила я, понимая, что уже деваться в принципе некуда, и раз уж нам открыли дверь — отступать поздно.

— К сожалению, вряд ли господин сможет вас принять, — ответил слуга, отвесив нам легкий поклон.

— Почему? — это уже Вера влезла в нашу беседу. — Доложи немедленно, что пришла Снежана. У нее срочный разговор, который не терпит отлагательства.

— Правителю дали успокаивающую настойку, он сейчас спит, — последовал ответ.

— Спит?! Днем? — сердце тревожно забилось. — Что с Ферхатом?! Он заболел?

Слуга замялся, опустил взгляд и пролепетал:

— Думаю, вам лучше поговорить с госпожой Умидой. Я не вправе обсуждать состояние повелителя с кем-либо.

— Поговорю, — кивнула я, — только позже.

Решительно дернула дверь на себя, желая войти. Идти к Умиде сейчас не было никакого желания, а еще я так волновалась за Ферхата, что даже возможное наказание за непослушание меня не страшило. Я должна была его увидеть прямо сейчас.

— Госпожа, нельзя, — преградил мне дорогу слуга. — Поймите, это мужские покои, и только женщинам династии позволительно входить сюда, а вы — всего лишь наложница.

— Лучше по-хорошему пусти, — пригрозила в ответ. — Я все равно зайду, нравится тебе это или нет. Отойди!

— Нет, — парень уперто покачал головой. — Нарушать традиции нельзя. Возвращайтесь в свои покои, госпожа.

Он стоял на моем пути как скала, и я понимала, что вряд ли смогу прорваться через него. Ну не драться же мне с ним. И тут за моей спиной Вера завернула такую ядрёную фразу на нашем родном языке, что от неожиданности даже я обернулась и вопросительно уставилась на нее.

— Снежка, путь свободен, — улыбнулась она, разведя руками в сторону. — Все-таки великий и могучий, страшная сила, — и она довольно ехидненько хихикнула.

Я перевела взгляд на слугу. Еще минуту назад грозный мужчина, побледнел донельзя и вжался в стену с такой силой, будто желал слиться с ней. «Древние проклятия» нецензурной брани действовали весьма наглядно.

— А мы тебя предупреждали, — укоризненно покачала я головой и вошла в покои правителя. Гостиная была пуста, и я направилась в спальню.

Ферхата я обнаружила в постели. Мужчина был таким бледным, особенно на фоне темных шёлковых простыней, что сердце в страхе сжалось. Сразу стало понятно, что он серьезно болен.

Присев на постель рядом с ним, взяла его за руку и вздрогнула от ее неестественной холодности. Автоматически коснулась лба и ужаснулась. Ферхат был ледяным, будто не человек, а безжизненная глыба.

— Что с ним? — поинтересовалась Вера. — Простыл?

От ее голоса я невольно вздрогнула, так как совсем забыла о подруге. Обернувшись, постаралась объяснить ситуацию:

— Не знаю. Он почему-то весь ледяной.

— Странно, — подруга подошла поближе и, заглянув в лицо Ферхату, прошептала. — Он хоть живой?

— Совсем сберендила? — разозлилась я. — Живой, еще как.

— Но выглядит он что-то неважно.

— Что тут происходит? — от властного голоса Умиды я чуть не подпрыгнула. — Что вы тут делаете?

Посмотрев на женщину, взмолилась:

— Что с ним? Почему он такой бледный и холодный? Он болен?

— Как ты тут оказалась? — Умида не сводила с меня настороженного пристального взгляда.

— Ферхат уже несколько дней не приходил ко мне, и я решила сама навестить его… Госпожа, ваш сын болен? Но что с ним?

— Магическое истощение, — с явной неохотой ответила женщина. — Это все, что вам положено знать. А сейчас, немедленно возвращайтесь к себе. Наложницам не место в личных апартаментах господина.

— Я не уйду, — уперто покачала головой. — Позвольте мне остаться.

— Иди к себе, — последовал недовольный ответ.

— Ну, пожалуйста…

— Нет, — Умида была непреклонна. — Есть традиции. Пойми, ты к нашей династии никакого отношения не имеешь, и в принципе не должна была входить в эту спальню. Я понимаю твое беспокойство, поэтому сделаю вид, что ничего не произошло. А сейчас возвращайся к себе.

— Поймите, я должна быть рядом с ним. Позвольте остаться?

— Ты продолжаешь спорить, даже после моих объяснений?! — женщина нахмурилась.

Я понимала, что должна уйти, но оставить Ферхата не могла. Это было выше моих сил, и поэтому попыталась убедить Умиду:

— Ваш сын мне очень дорог, и я хочу быть рядом с ним. Позвольте остаться. Возможно, мое присутствие поможет ему.

— Снежана! — женщина повысила голос, и тут я сорвалась на крик.

— Можете, меня выгнать из дворца, выбросить в пустыню, но из этой спальни вы выведете меня только силой и никак иначе. По своей воле я никуда не уйду. Нравится вам или нет, но вот так.

Прижав мужскую ладонь к щеке, вздохнула:

— Ферхат, очнись, прошу. Я тут с твоей матушкой воюю, и не знаю, чем это все закончится… Пожалуйста, очнись…

Умида некоторое время молча стояла за моей спиной, явно кипя от недовольства и гнева, а потом тяжело вздохнула:

— Хорошо, можешь остаться. Какая же ты упертая! Ну ладно, поговорим об этом позже, — а затем обратилась к Вере. — А тебе придется уйти.

— Но…, - подруга нахмурилась, — никуда я без Снежки не пойду.

— Никаких, но, — Умида встала в «позу». — Есть правила. И двум наложницам просто нечего делать в покоях господина. Поэтому или Снежана остается одна, или вы обе немедленно отправляетесь за дверь. Надоели! Сейчас позову стражу!

— Вера, пожалуйста, — взмолилась я. Бросив взгляд на подругу. — Только не обижайся. Но лучше возвращайся к себе, а я останусь.

В глазах Веры я видела сомнение и постаралась успокоить ее, понимая, что терпение Умиды не бесконечно, еще немного и нас обоих выкинут из апартаментов:

— Увидимся позже. Прошу, иди!

— До вечера, — она махнула рукой и быстро ушла.

Тем временем Умида подошла к кровати, положила ладонь на лоб сына и вздохнула:

— Никак не придет в себя. Растопи камин, — приказала она слуге. — В комнате должно быть всегда тепло. Будь добр, постоянно поддерживай температуру. Но сначала передай врачу, что нужно приготовить еще восстанавливающего отвара.

— Что произошло? — поинтересовалась я, когда слуга ушел, поспешив выполнить указания госпожи.

— Ферхат вступил в конфликт со своей магией, — пояснила Умида. — как бы тебе объяснить… Ну, это когда разум и чувства вступают в противоборство. Произошел спонтанный всплеск энергии. Сотрясло пустыни, часть земель покрылась огнем. Тебе ли не знать силу моего сына…

Я с ужасом представила себе последствия и осторожно уточнила:

— Кто-нибудь пострадал?

— Кроме, него самого, нет. После такого «фейерверка» у него, естественно, последовало энергетическое истощение. Это произошло несколько дней назад, но он почему-то никак не может восстановиться. Пополнение внутренних резервов происходит слишком медленно. Но теперь, думаю, дело пойдет быстрее. Ведь рядом ты. Мне кажется, мой сын к тебе неравнодушен. А может, только кажется… В любом случае, раз уж ты здесь осталась, говори с ним побольше. Возможно, он услышит тебя и захочет вернуться к нам.

Я изумлённо посмотрела на женщину, но она сделала вид, что не заметила моего взгляда. Поправив одеяло на сыне, Умида удостоверилась, что все в порядке и ушла, а я осталась сидеть у постели Ферхата и держать его за руку.

***

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась я у Ферхата, присаживаясь в кресло рядом с его кроватью, которое по приказу Умиды слуги поставили специально для меня.

— Здоров, полон сил и уже очень хочу встать, — мужчина сел на кровати и попытался ногой нащупать тапок. — Сейчас оденусь, и пойдем гулять.

— Доктор сказал, что пока тебе нужен покой, — строго произнесла я. — Так что будь добр выполнять его рекомендации. Ты и так, сколько дней пролежал в полуобморочном состоянии…, только пошел на поправку и уже готов вскочить с кровати. Как маленький.

— Так я и чувствую себя ребенком в окружение нянек, — недовольно пробормотал Ферхат. — Это нельзя, то не делай. Правитель я или кто?

— Правитель, — согласно кивнула и, понимая, что к моим словам могут не прислушаться, пригрозила. — Но, если будешь спорить и пытаться встать, сейчас позову госпожу Умиду.

— Только не матушку, — простонал мужчина и плюхнулся на подушки. — Она недавно ушла, прожужжав мне все уши о том, что не берегу себя. Пришлось притвориться, что я уснул. Только тогда мама ушла.

— Не бережешь, — согласилась я с Умидой. — Это надо себя довести до такого болезненного состояния! Я очень переволновалась за тебя и понимаю тревогу твоей матери.

— Спасибо, что поддерживаешь меня, — внезапно произнес Ферхат. — Я рад, что ты здесь, со мной…

Надо было бы что-то сказать в ответ, но вот подходящих слов у меня не оказалось. Да и боялась сболтнуть что-то лишнее. Мы не разговаривали о том, что произошло в парке, но сердцем я чувствовала — тот случай стал между нами невидимой стеной. Мы оба испытывали неловкость, и как ее переступить никто из нас не знал.

Ферхат очнулся несколько дней назад, но он был настолько слаб, что даже не вставал. И если честно, я вообще не хотела касаться темы наших личных отношений, чтобы лишний раз опять случайно не расстроить его. Потому что, сколько ни думала, так и не смогла понять, что в тот день произошло, и почему он просто сбежал…

Уйти от ответа мне помог слуга, который принес обед. Дождавшись, когда мужчина поставит поднос на небольшой столик, поднялась:

— Приятного аппетита.

— Ты куда? — Ферхат удивленно приподнял брови. — Только пришла и уже уходишь.

— Мне пора в столовую, — улыбнулась в ответ. — Загляну к тебе вечером.

— Останься, — внезапно попросил он. — Давай вместе пообедаем?

Я не смогла сказать «нет», и просто опустилась обратно в кресло.

— Принеси еще один обед для Снежаны, — приказал правитель слуге, — и прихвати вина.

— Тебе нельзя, — автоматически выпалила я. — Не надо нарушать режим, прошу.

Правитель недовольно поджал губы, нахмурился, а потом, вздохнув, изменил свой приказ:

— Принеси нам огненной воды.

— Огненной воды? — уже нахмурилась я. — Ферхат, тебе любое спиртное сейчас нельзя.

Почему-то это словосочетание ассоциировалось у меня с чем-то крепким: водкой спиртом, абсентом.

Вместо ответа мужчина подал знак рукой, и слуга исчез, а затем насмешливо посмотрел на меня:

— Сейчас, как никогда, ты мне напоминаешь матушку. Не зря она так благосклонно относится к тебе. Вы очень похожи.

— Не выдумывай, — покачала я головой. — Госпожа Умида совсем другая…

— Она просто старше, — усмехнулся Ферхат. — А так у вас много общего — настойчивость, целеустремлённость, прямолинейность, честность, доброта, заботливость…

— Мы просто обе волнуемся за тебя, — улыбнулась в ответ, — и не надо искать между нами сходство. Мы очень разные, поверь. И я никогда не стану, как она.

— Боюсь, что каждый останется при своем мнение. Ты просто не видишь себя со стороны.

— Ну, пусть будет так, — согласилась я со своим собеседником. — Не хочется спорить с тобой.

Наш разговор прервал слуга, который принес для меня дополнительное блюдо и графин с какой-то прозрачной алой жидкостью.

Ферхат наполнил ею два стакана, один с которых пододвинул ко мне.

— Приятного аппетита, — мужчина взял в руки столовые приборы и приступил к своему обеду.

— А что это за напиток? — уточнила я.

— Попробуй, думаю, тебе понравится.

— Может, сначала расскажешь?

— Огненную воду надо пробовать. Не бойся, трусишка, — мой собеседник насмешливо посмотрел на меня и мне ничего не оставалось, как так и сделать. Это оказался своеобразный теплый морс с привкусом ягод, лимона, имбиря и острого перца. Он оставлял непонятное послевкусие, но мне действительно пришелся по душе. А еще «огненная вода» добавила яркости вкуса нашим блюдам, подчеркивая определенные сочетания специй.

— Очень вкусно, — сообщила я, пробуя мясо. — Дворцовый повар — просто мастер своего дела.

— Я рад, что тебе нравится, — улыбнулся Ферхат. — Напиток раздражает рецепторы и все вкусы чувствуется особенно ярко. Люблю огненную воду, но ее можно получить лишь раз в год из дерева пламени, и поэтому этот напиток весьма ценен, и мы пьем его довольно редко, только в особенных случаях. Допустим, таких как сейчас.

— А эта трапеза особенная?

— Для меня да, — ответил мужчина и перевел тему разговора.

Весь обед мы болтали о какой-то ерунде, незначительных мелочах, много смеялись и, как говорится, хорошо провели время.

А потом пришла Умида и я поспешила уйти. Мама Ферхата ставила меня в тупик. Она постоянно расспрашивала о наших отношениях с ее сыном, давала странные советы и говорила о том, что мне нужно действовать, а еще от ее пристального взгляда мне было не по себе. Что творилось в голове этой женщины, я не понимала, и поэтому предпочитала держаться от нее подальше.

— Снежана, — остановил меня Ферхат. — Давай вечером прогуляемся?

— Тебе нужен покой.

— Арис — дворцовый доктор разрешил недлительные прогулки, — вмешалась Умида. — Он считает, что они пойдут тебе на пользу.

— В таком случае, до вечера, — улыбнулась я правителю и поспешила сбежать к себе.

… Мы опять, как прежде, прогуливались с Ферхатом по саду, и я вновь чувствовала себя счастливой. Мне хотелось постоянно улыбаться, хотя при этом сама себе я казалась довольно глупой. Поистине, говорят, любовь лишает разума и толкает на безрассудные поступки.

В какой-то момент мой спутник внезапно произнес:

— Снежана, я бы хотел извиниться перед тобой.

Бросила на него вопросительный взгляд.

— В последнюю нашу прогулку я поступил довольно невоспитанно, оставив тебя одну в парке.

— Ты сбежал, — промолвила в ответ, даже не сомневаясь, что это было именно бегство, и никак иначе.

— Не совсем так. Просто после смерти Алании в моей жизни все перевернулось, и теперь все так сложно…, - мужчина отвел взгляд в сторону. — Очень сложно и непонятно.

— Расскажешь? — я взяла его за руку, вынуждая посмотреть на себя. — Уверена, что смогу понять тебя.

— Не сейчас, — покачал головой Ферхат. — Я просто хочу извиниться перед тобой, и сказать…

Он замолчал. Я видела, что он не готов к объяснениям, и не стала его мучать. Приподнявшись на носочки, коснулась ладошкой его губ и прошептала:

— Все уже в прошлом. Давай сделаем вид, что ничего не было. Мы же друзья?

— Друзья? — в голосе мужчины появилось удивление, а потом он задумчиво произнес. — Никогда в жизни еще не рассматривал девушку в качестве друга.

— А зря, — я рассмеялась в ответ, уж слишком изумленным стало лицо моего собеседника. — Женщины, как никто умеют дружить…

— Разве между мужчиной и женщиной может быть дружба?

— Может. И теперь ты в этом сам убедишься.

— Давай попробуем, — выдохнул Ферхат, хватая меня за ладонь. — Как другу мне хочется сделать для тебя что-нибудь приятное. Может, у тебя есть какая-нибудь просьба или пожелание?

— Не присылай мне больше ларцы с драгоценностями, — выпалила я.

— Почему?

— Потому что я дружу с тобой просто так, а не за твои богатства.

— Тебе не нравятся украшения? — Ферхат был явно удивлен.

— Нет. Они безжизненные, холодные, безликие. Ты их сам видел?

— Нет, — последовал предельно честный ответ, и тут уже пришлось удивляться мне. — Сундуки заполняют слуги под чутким руководством матушки. И знаешь, никто не жаловался.

— Я и не жалуюсь, но больше не присылай их. Договорились.

— Да, — кивнул Ферхат. — Ты меня сегодня удивила.

— Знаешь, а я даже рада этому…

Мы еще немного прошлись, а потом вернулись во дворец. На ужин я решила не идти, так как есть не хотелось, и как только пришла в свои апартаменты, отпустила Дамира и уселась у камина. Все эти дни саламандра каждый день навещала меня, и более того, я поймала мелкую проказницу на том, что как только я ложусь спать, эта хвостатая проныра укладывается на соседнюю подушку… Но вот как она уходит и приходит, я ни разу так и не смогла застать.

К моему удивлению, очаг был пуст. Я вглядывалась в пламя в надежде ее увидеть, но Дуська почему-то не пришла. И это меня расстроило, привыкла я к ней уже как-то.

Зато меня навестила Вера.

— С ума сошла? — поинтересовалась я, пропуская ее в комнату. — Умида узнает, что правила нарушаешь, опять будет недовольна.

— Она всегда чем-то недовольна, поэтому нормально. Рассказывай, как дела и почему на ужин не пришла? И обед пропустила?

— С Ферхатом была.

— С Ферхатом?! Это замечательно. Ну как у вас дела? Поговорили?

— Да, — кивнула в ответ. — Договорились, что мы друзья.

— Чего? — Вера посмотрела на меня, как на умалишённую.

— Я предложила стать ему моим другом.

— Снежка… С такими представительными мужиками, ну не дружат. Их надо брать, хватать и тащить под венец.

— Я боюсь напугать его напором.

— Смотри, чтобы потом не было слишком поздно. По мне — твоя идея абсолютно дурацкая, — вынесла вердикт Вера. — Надо действовать решительно.

— Вот и Умида меня постоянно подталкивает.

— И правильно делает. Ты его любишь, он к тебе тоже явно неравнодушен, так что ходить вокруг да около?

— Я сделала шажок, и ты помнишь, что было потом. Не хочу торопиться.

— Думаю, ты пожалеешь о принятом решении…