Глава 13

Рейн Норфолк

Цокот копыт по мостовой отдавался в ушах оборотня, словно озвучивая то, что он и сам знал: «Найду! Найду! Найду!» Рейн поставил весь дворец на уши, заставил слуг заглянуть в каждый уголок, включая дымоходы, но ни следочка, ни намёка на присутствие Лилианы не было. Только в его комнате можно было убедиться в том, что девушка не привиделась и ночь с любимой была вполне реальна.

С того момента, как Лили пропала, буквально растворилась на глазах, прошло немного времени. Осознание того, что держал в руках собственную пару и так быстро её потерял, ударило, словно обухом по голове. И сейчас, когда невидимые путы разжались, стало очевидным это периодическое странное стремление к Лилиане. Они ведь постоянно сталкивались, и хотел ли в прошлом этого Рейн или нет, но его неизменно тянуло к девушке. Сейчас сама мысль о ней грела сердце оборотня, и он ещё сильнее ударял пятками в потные бока скакуна.

Отец и мать очень удивились известию об изменившейся личной жизни сына, но всё сразу поняли, а потому не стали препятствовать в его поисках. Герцог лишь пожалел, что дал собственному магу отпуск на две недели, иначе можно было построить портал. Разыскивать других чародеев-умельцев Рейн не захотел.

Сначала Норфолк решил направиться к Кларенсам, ведь как не крути, а искать обретённую возлюбленную в доме погибшего друга было не слишком приятно. Туда оборотень послал несколько надёжных людей с лично выданной инструкцией. И лишь когда показался дом барона, Рейн понял, что всё это время гнал, как сумасшедший. А конь, привыкший к непростому характеру хозяина, лишь послушно исполнял его волю. Словно ветер оборотень влетел в знакомые ворота и соскочил с коня. Бросил поводья к испуганно приблизившемуся слуге и бегом поспешил в дом. На своё сопровождение даже не оглянулся, знал, что оно вот-вот догонит.

– Милорд? – удивлённо произнёс разбуженный шумом владелец дома. – Доброго вам дня! Всё ли в порядке?

– Барон, не до церемоний, – жестом руки прервал Норфолк, глядя на мужчину в домашнем халате. – Где ваша дочь?

– Лилиана? – нахмурился Кларенс. – Позвольте спросить, а в чём дело?

– О том, что вы намеренно скрыли от меня присутствие в доме девушки-оборотня, мы поговорим позднее,– Рейн с каким-то мрачным удовольствием заметил понимание на лице барона. Значит, он прав. И во время поисков родители Лили были не заинтересованы в её обнаружении. – Сейчас же хочу предупредить, что все дальнейшие попытки спрятать мою пару, восприму как личное оскорбление. Вы ведь в курсе, что это означает для оборотня?

Норфолк не хотел запугивать и уж тем более как-то задевать Кларенса. Но ситуация не располагала к расшаркиваниям. Да и то сказать, каждая минута была дорога. Сердце подсказывало, что не всё так просто с появлением девушки в его собственной спальне. И что на самом деле происходит что-то неправильное и скорее всего, опасное. А судя по лицу барона, он осознал, что его дочь не просто прихоть для герцогского отпрыска.

– Милорд, я хочу объяснений, – твёрдым голосом произнёс Эдвард Кларенс. Его поведение и умение держать себя вызывало уважение. – Зачем вы разыскиваете мою дочь.

– Вот, – Рейн сунул записку Лили в руки её отца и всё то время, что человек читал и перечитывал, безотрывно следил за его мимикой. – Вы в курсе про ведьму? Кто она и где искать?

– Нет, не в курсе, – в голосе барона явно послышались встревоженные нотки. И Рейн почувствовал, что человек не врёт. У лжи совершенно иной привкус, с резкой нотой лимона и пота, но здесь этого нет. Наличие беспокойства вполне объяснимо. – Милорд, мне не послышалось? Вы объявили Лили своей парой?

– Пока ещё не объявил. Не успел. Но будьте уверены, как только найду её, об этом узнает каждая собака нашего герцогства и за его пределами!

– Что ещё вы узнали о моей дочери? – неожиданно спросил Кларенс. И это невольно вызвало подозрение. Похоже, это семейство просто шкатулка с секретами!

– О том, что Лили моя пара, я узнал примерно за час до того, как она пропала, – пояснил оборотень. – О каких ещё тайнах идёт речь? Барон не молчите! Это может стоить Лили жизни! Как я понял, у вас дома её нет.

Какое-то время на лице отца Лилианы отражалось напряжение, смешанное с непонятной решимостью. Но к счастью, молчание не затянулось.

– Милорд, мне действительно есть, что вам рассказать. Но сейчас, на мой взгляд, важнее другое. Я вспомнил, что имя этой ведьмы слышал в разговоре двух торговцев, прибывших к нам после перемирия с Глостерами. Она живёт где-то на их территории.

– У Глостеров? Что же, можно и к ним.– Рейн тряхнул головой, отгоняя от себя неприятные мысли, роем завертевшиеся в его голове. Герцог Ричард, как поговаривали, пребывал несколько не в себе. После смерти собственной пары начал вести себя, мягко говоря, неадекватно. И в чём именно это выражалось, Норфолк не знал, да и не хотел знать. А если Глостер узнает, что зять рыщет в поисках другой женщины на его территории, то могут возникнуть проблемы. Но и они не способны остановить оборотня в тот момент, когда жизнь любимой висит на волоске.

Что нужно, Рейн узнал, а задерживаться здесь и дальше не было смысла. Он решил обратиться к магам, а уж те наверняка в курсе про подобную братию, запрещённую на территории Норфолков. Когда-то ведьмы и ведьмаки спокойно занимались своими ритуалами и здесь, но после вскрывшихся фактов омоложения клиентов при помощи умерщвлённых младенцев, герцог Генрих пришёл в ярость и приказал сжечь всех замешанных в этих гнусных убийствах. Но кое-кто успел убежать. Скорее всего, Виктория одна из выживших, а, может быть, она всегда обитала на землях Глостеров.

– Милорд, погодите! – воскликнул Кларенс, глядя, как Рейн открыл входную дверь, чтобы покинуть этот дом и снова броситься на поиски. – Возьмите меня с собой!

– Барон, я понимаю ваше стремление и ценю его. Но прошу остаться здесь и в случае каких-либо известий как можно скорее связаться с моим отцом. А он найдёт, как переправить мне весточку.

Кларенс что-то ещё хотел добавить, но Норфолк уже умчался. И первое, с чего начал Рейн, это посещение участка охраны порядка. У них ведь тоже есть картотека, в которой вполне могут находиться нужные сведения. По удачному стечению обстоятельств, местный маг тоже уже был на службе и был рад помочь наследнику герцога.

Спустя какое-то время, Рейн в сопровождении охраны был перемещён на территорию Глостеров. Работа была трудоёмкая, и собранным магам пришлось изрядно потрудиться, но это экономило время и силы отряда, отправившегося на поиски.

Норфолк спешил. И для него теперь жизнь без Лилианы просто не имела смысла.

А путеводная звезда, что свела молодого Норфолка с герцогом Глостером, явно изнывала от скуки. А как иначе, если Рейн и его спутники вышли буквально из воздушной дыры прямо перед правителем Ричардом? Все присутствующие оказались на залитой неярким солнцем зелёной поляне, в окружении сопровождения. И если кто-то думал, что оба мужчины бросились обниматься, изливая горечь от потери своих женщин, то глубоко ошибался. Оборотни, словно набычившись, смотрели друг на друга, и каждый ждал, какой же шаг сделает другой. И если герцог Ричард мог себе позволить потянуть время, то у Рейна его попросту не было. Оборотень сходил с ума от незнания, где сейчас находится его беспокойная половинка, но главное, всё ли с ней в порядке.

И следуя своим правителям, воины из сопровождения тоже были готовы по первому требованию вытащить оружие и пустить его в дело, пусть бы даже это не особо хотелось. Всё-таки совместными усилиями была распита не одна бутылка вина и того, что покрепче.

Рейн, глядя в злые глаза бывшего тестя, чётко произнёс, подбирая каждое слово:

– Ваша светлость, приветствую! Я готов сразиться с вами по первому требованию. Но! Это точно будет не сейчас, – Норфолк вздохнул, словно собираясь с мыслями, и продолжил, – потому что должен спасти ту, что является моей настоящей (Рейн выделил последнее слово) парой. Это, как вы понимаете, свято.

– И кто она? – мрачно поинтересовался Глостер. – Говори, я не причиню ей вреда. Обещаю. С бабами не воюю.

Рейн подобному вопросу, в общем-то, не удивился. Он и раньше в отдельных поступках герцога Ричарда видел признаки исключительного благородства. Это проявлялось даже несмотря на наличие такой жены, как герцогиня Алиса.

– Её имя Лилиана, – честно ответил Норфолк. И в ту же секунду с удивлением заметил взлетевшие в недоумении брови Глостера.

– Лилиана... Кларенс? Или...Дайсен! – Наверное, назови Глостер какую-то другую известную фамилию, шока у Рейна попросту не было бы. Но такое точное попадание не могло быть спонтанным. И он уже внутренне приготовился дать бывшему родственнику отпор. Как вдруг герцог торопливо произнёс:

– Где Лили? Что с ней? Прошу вас, милорд, ничего не скрывать. Мне очень дорога эта девушка!

Рейн, тот, кто во время свадебной церемонии получил руку Камелии из рук герцога Ричарда, сейчас даже не сомневался в том, что одно только имя Лили взволновало Глостера. И это точно не было простым совпадением или результатом самовнушения.

– Я не знаю, где Лилиана, – обречённо произнёс Норфолк. – Но в одном уверен точно, ей угрожает опасность.

– А что с бароном?

– Он рвался со мной. Но это нецелесообразно… Кларенс человек.

– Согласен! – тут же одобрил Глостер. И припомнив вышесказанное, переспросил, пристально разглядывая Норфолка, – так что, моя племянница Лилиана действительно твоя пара?

Если бы сейчас, в конце лета, снег повалился на голову всем присутствующим, а после замёрз, образуя ледяную шапку прямо на головах, то Рейн не смог удивиться так, как после слов Глостера. И какое-то время между беседующими царила тишина, которую боялись нарушить даже певчие птички.

– Ваша светлость, мы говорим об одном и том же человеке… оборотне? – переспросил Норфолк, хотя глухотой он не страдал и вопрос, заданный Глостером, расслышал прекрасно.

– Судя по всему, да, – подтвердил герцог. – Что же, не буду тебя задерживать. Ответь только, почему поиски ведутся на моих землях?

Рейн, всё ещё потрясённый известием о родстве Лили и Глостера, решил отодвинуть своё праведное любопытство на неопределённый срок. Хотя это было просто ошеломляюще! К тому же сейчас куда как важнее было спасение любимой, нежели препирательство с бывшим тестем.

– Я ищу ведьму по имени Виктория. И мои информаторы указали на эти территории. Единственно загвоздка, не знаю, где именно она обитает. И буду благодарен, – в памяти Норфолка всплыло родство любимой и Глостеров. Надо же, как причудливо судьба плетёт свои косы, – если вы направите нас к тому, кто может хоть что-то сообщить об этой женщине. По моим сведениям, ведьма иногда появлялась в моих владениях, но отчего-то никто не смог дать её точного описания. Не иначе меняла личину.

– Викторию? – снова насупился Глостер. – Что же, я знаю такую, хотя давно о ней ничего не слышал. Но думается мне, эта точно не пропала. И буду рад сопроводить ваш отряд, милорд, до нужного места. В конце концов, у меня свои счёты с этой… дамой.

Рейн чувствовал, что герцог собирался нецензурно выразиться, однако, при подчинённых не стал. И это правильно. Норфолк поблагодарил Глостера за предложенную помощь. А когда совместный путь перевалил за десятки километров, и пришлось объявить привал, его светлость Ричард подтвердил то, что было сказано днём. Лилиана являлась одной из наследниц почившего старого герцога Глостера. И только по стечению дурных обстоятельств об этом не было объявлено заранее. Но эта новость хоть и была ошеломляющей, но всё же нашлась и другая. Как оказалось, искомая ведьма Виктория, являлась родной матерью Алисы, и бабушкой Камелии. Но герцогиня всегда стеснялась мамашу, а потому отношения с ней были прерваны сразу после заключения брака. Сам Ричард этого просто никак не мог понять и принять, но жена настояла на отсутствии общения.

Рейн видел, что герцог явно что-то недоговаривает. И что это очень гложет обычно невозмутимого мужчину. Но в последнее время и без того слишком много информации свалилось на голову, так что стоит подождать и не форсировать события. А если Глостер будет готов поделиться сокровенным, то он, Норфолк, даже не против подобного поворота. Но что удивительно, после потери собственной пары, герцог Ричард совершенно не выглядел потерянным или удручённым. И Рейн не стал докапываться до глубин психоанализа, да и какой в этом смысл? У них ещё будет время поговорить и выяснить все за и против той или иной версии. Сейчас же мужчины узнавали друг о друге всё то, что ещё вчера было под запретом. А ещё выяснилось, что изначально Глостер ехал не к ним, Норфолкам, а к Кларенсам! К тем, кого ещё вчера трудно было связать с самым властительным оборотнем соседнего герцогства. Это свидетельствует о нормальных отношениях между герцогом и бароном. По крайней мере, о Лили Ричард отзывался с тёплой улыбкой на губах.

***

Лилиана Дайсен

Я проснулась очень рано и поспешила привести себя в порядок. От сна на стульях тело болело, но жаловаться было бессмысленно, да и некому. Признаться, боялась, что если буду медлить, то жуткий монстр вернётся, чтобы исполнить свою угрозу. Только в этот раз между нами не будет мирного разговора, а справиться с ним мне будет очень проблематично. Вот если бы я могла оборачиваться… Рука привычно провела по шее, стараясь нащупать висящую подвеску. Но её не было, как и не было рядом Рейна, способного противостоять проживающему здесь болотному мужчине.

Быстро забежала на кухню в поисках съестного. С радостью обнаружила подогревающий магический камень, поставила на него чайник и полезла по шкафам. В том, который располагался почти на уровне пола под окном, я с удивлением обнаружила ледяное вяленое мясо и рыбу. Засохший сыр пока ещё не покрылся изысканной плесенью и был вполне съедобен. Хлеба у хозяина было немного, но и я не собиралась тут задерживаться. Быстро позавтракала, убрала всё за собой. А после направилась на улицу, надеясь найти самую высокую точку, с которой можно забраться повыше и осмотреть окрестности.

Нашла. Выше всех оказалась страшненькая берёзка, искорёженная местной атмосферой. Но несмотря на своё уродство, росла она гордо и уверенно, возвышаясь и над странным домиком и над поваленным деревом, не говоря о прочих растительных собратьях.

Я довольно удачно зацепилась за нижние ветки, а после продолжила свой подъем. Только залезть высоко мне не удалось, потому что дерево вдруг стало опасно крениться. Но даже с такой высоты хорошо было видно всё то, что окружало этот островок. Болото налево, болото направо… какое постоянство! И ничего того, чтобы указывало на твёрдую землю. В этот момент я почувствовала страх, смешанный с грустью. Этак мне придётся ждать хозяина этого островка, чьё имя даже не знаю! А знакомиться не было желания. Слезала с берёзы уже с меньшим энтузиазмом, но с прежней решимостью.

Сразу направилась к берегу, потому что хотелось понять, насколько хорошо видны те самые кочки, по которым скакал кривоногий волк. Подошла, прихватив с собой палку, начала тыкать во всё, что хотя бы отдалённо напоминало эти самые бугорки… Что-то сразу уходило под воду, а что-то дрыгалось, напоминая плавучий неустойчивый холодец отвратительно коричневого оттенка. И в тот момент, когда я вошла в азарт и, ухватившись одной рукой за поваленную ольху, другой попыталась как можно дальше ткнуть палкой, меня вдруг жёстко хлестнуло по плечу веткой и отбросило на островок. Приземление было неудачным. Голова гудела и кружилась… Но я заставила себя открыть глаза и сесть. Естественно, сразу же уставилась в сторону поваленной ольхи.

И ахнула, разглядев, как от серого ствола отделилась прозрачная морда, которая, злобно ощерившись, нырнула в воду. И в то же время несколько водяных бликов всплыли в разных местах, да в таком положении оставались какое-то время, наблюдая за мной своими прозрачными круглыми глазками. Стало ясно, что шутить тут никто не собирался и эта слизневая братия настроена весьма недружелюбно.