Глава 13

Небо чернильное, с яркими звездами и крупной луной, свет которой падает на лицо Дэна. Чернильные тени от ресниц на серых щеках, безмятежная едва заметная улыбка на губах, как доказательство у Дениса Лисовецкого всегда и все в порядке. Я пытаюсь поймать в его глазах эмоции, и они там мелькают на короткий миг. Я не успеваю разгадать, какая у парня реакция на мое смелое предложение. Я сама пугаюсь высказанных в запале слов. Напросится ехать с ночевкой к парню, с которым только что целовалась – смелый шаг. Но я действительно считаю идею здравой. Просто волнуюсь.

Сердце стучит в ушах. Я думаю, что Дэн меня прогонит, и боюсь этого. Но и к нему ехать волнительно, но меньше. Мне чертовски сложно разобраться в себе! Руки нервно дрожат, ладони стали влажными. Я растеряна, обескуражена и напугана. Бледный Дэн, лежащий на песке слишком сильный триггер. Я запомнила Андрея живым, но у меня очень хорошо развито воображение. За короткие минуты беспамятства Дениса, в моей голове успевают  появиться нехорошие мысли и картинки. Накрутить себя – я всегда это умела хорошо. Теперь  расплачиваюсь частым пульсом и тремором. По-хорошему бы  нужно немного прогуляться и успокоиться, но вот Денису лучше вернуться домой. К тому же парень за рулем. Мелькает мысль поменяться местами, но я ее отгоняю. Вряд ли Дэн согласится. Я его слишком хорошо знаю. Он не любит демонстрировать слабость и принимать помощь. К тому же он уверяет, что чувствует себя хорошо.

У меня нет причин не верить парню, но я не готова всю ночь лежать и думать о том, как он там один. А если я не поеду с ним, то так и  произойдет. Знаю, что не смогу уснуть, начну реветь, дергаться и бороться с желанием позвонить в три ночи. Вряд ли Дэн такому звонку обрадуется. А мне жизненно необходимо, чтобы у дорогих мне людей все было хорошо. А внезапно, Дэн мне действительно дорог. Это последствие тех событий шестилетней давности, когда я просто не стала перезванивать Андрею, а он погиб. С тех пор я немного помешана на контроле.

Дэн так и не отвечает на мое предложение. То ли несогласен, но не хочет  препираться, то ли просто принял к сведению мои слова. Есть у него такая дурацкая привычка. Иногда он  просто игнорирует неудобные фразы. Когда парень  поворачивается и направляется в машине, семеню за ним. Ноги увязают в песке – быстро идти неудобно и я тихо матерюсь себе под нос, но стараюсь не отставать. Забираюсь на переднее сидение и ставлю босоножки на коврик рядом с собой.

Молчание тяготит, я боюсь сказать лишнее слово и напряженно жду, в какую сторону повернет черный внедорожник на знаковом перекрестке. Налево, значит, Дэн проигнорировал мое желание и везет к родителям. Направо, значит, я победила, и мы едем к нему  домой. Боже, в моей голове это звучит очень… очень волнующе-неправильно. Я думала, что  моя чувственность погибла вместе с Андреем. Никто  после того, я сбежала отсюда, не вызывал у меня никаких волнующих мыслей. А потом я снова начала общаться с Дэном и плотину прорвало.  Я уже сотню раз размышляла о том, что это неправильно.

Мы продолжаем молчать, но на нужном повороте Дэн все же сворачивает в сторону своего микрорайона, и я ловлю себя на том, что облегченно выдыхаю и прикрываю глаза. Все же сегодня был очень долгий и утомительный день. В череде событий забывается даже поцелуй. Такой сладко-горький и чем-то неуловимо знакомый. Такое ощущение, что я целовалась с прошлым. Странно, но   тот поцелуй, который  какой-то тайный недоброжелатель  запечатлел на фото, таким не был. Тогда я целовала Дэна и не проводила параллелей с Андреем, разве что совсем чуть-чуть. Сегодня же все было несколько иначе. И мне это совершенно не нравится, я не хочу считать их одним целым. Хочу отпустить уже Андрея и понять, что я чувствую к Денису.

Дэн

Есения уверенно усаживается на пассажирское сидение и смотрит на меня с вызовом. Губы плотно сжаты, глаза горят. А я не могу сказать, она боится за меня или меня? Но настроена девушка точно решительно. Что произошло, перед тем, как я отключился? Мы о чем-то говорили? Я что-то сделал, и это заставило нервничать? Не помню, и это невероятно злит. Я привык все контролировать в своей жизни. Случившееся сегодня контролю не поддается, поэтому выбивает из колеи.

Я  совершенно не хочу везти Есению к себе. Мне надо побыть одному и подумать. А думать с Есенией не о Есении невозможно.

Я постоянно ловлю взгляд девушки. И раза три отвечаю на вопрос в порядке ли я. Кажется, она задает его на автомате, сама того не замечая. Волнуется. Вопрос, почему так сильно? Я, правда, в порядке. По крайней мере, физически. Ничего не болит, голова не кружится. Но я врал. Нет никакого шейного остеохондроза. Он всего лишь один неподтвердившийся диагноз. А вот подтверждённого диагноза нет. Как впрочем, и проблем. Не было уже несколько лет и до сегодняшнего вечера.

Такое случалось со мной и раньше. Очень давно. После смерти Андрея. Кратковременная потеря памяти и обморок. Никаких предпосылок, никаких последствий. Шесть лет назад это состояние списали на стресс после смерти брата. Я и сам так думал, потому что со времени подобные эпизоды случались все реже, а потом и вовсе прекратились.

Но с приездом Есении… похоже, все вернулось на круги своя. Я подозреваю, что сегодня не первая потеря сознания с момента возвращения девушки. Было еще два или три случая… просто тогда я находился дома один и не придал значения. Не падал, просто на короткое время вылетал из реальности. Если бы не сегодняшний эпизод, я бы про и не вспомнил.

Это все нервирует. Как и встревоженная Есения. Я не знаю, что со мной творится, но точно знаю – это не опасно и не требует врача. Уже проходил через подобное. Мне не нужна наседка и я, вероятнее всего, не потеряю сознание в ближайшее время, но бесполезно пытаться отправить ее домой. Я слишком хорошо знаю Сеню. Если не пойду у нее на поводу, она заложит меня маме и вместо одной паникующей женщины у своей кровати, я получу двух.

Именно поэтому я не говорю Есении ни да, ни нет. Думаю. Думаю до развилки,  на которой нужно определиться, в какую сторону поворачивать, и… везу  девушку к себе. Кажется, руководствуясь одним эгоистичным желанием видеть Есению рядом в своей берлоге, пусть хотя бы на одну ночь, которая ничего не изменит. Чувства, зародившиеся в юности самые острые. Я начинаю сейчас это отчетливо понимать. И  возвращение Есенни повзрослевшей, красивой и соблазнительной не играет мне на руку. Я вспоминаю ее, и чем дальше, тем меньше хочу бороться со своими желаниями. Ради чего? Ради памяти Андрея, которого нет  уже шесть лет? Потому что она любила его, а я не хочу служить заменой? Эта причины серьезнее, но и она постепенно меркнет. Я еще не сдался. Не сдался, потому что между нами все сложно, и я не уверен самой Сене. Она злится и может оттолкнуть, а я не хочу это  переживать. А еще она скоро уедет, так может, проще не нырять с головой в этот омут? Но я все-таки везу ее к себе вопреки здравому смыслу.

Мы выходим из машины. Есения заметно смущена. Кажется, она уже передумала оставаться у меня. Адреналин схлынул, и вылезли сомнения.  Но поздно, уже я не отпущу. Да и лень тащиться на другой конец города, чтобы отвести ее к родителям.

– Что? Хочешь сбежать? – усмехаюсь я, и она неожиданно признается, зябко передернув плечами.

– Немного.

– Давай отвезу? – исключительно из вежливости предлагаю я, надеясь, что она не согласится. И девушка не подводит.

– Нет. – Есения мотает головой. – Я  сегодня ночую у тебя. Буду подносить стакан воды и измерять давление.

– У меня нечем, – хмыкаю я. – Я еще не дошел до того, возраста, когда  аппарат для измерения давления должен лежать в  прикроватной тумбочке. Пока у меня там другие игрушки.

Она вскидывает  на меня глаза, явно намереваясь спросить какие, сейчас я готов ей рассказать. Но Есения умная, хорошо меня знает, и давно усвоила правило – не задавай вопросов, на которые не хочешь получить ответов. Поэтому закусывает губу и молчит. Дальновидная  девочка.

За этой шуточной перепалкой я не замечаю очевидного. Свет, горящий на моей кухне. Это совершено идиотский прокол, а  все потому, что я никого не жду, и  даже мыслей нет, что моя квартира будет открыта.

– Что за… – начинает Есения, когда видит, что ключ проворачивается в замке. Ответить  не успеваю. Дверь открывает Женя.  В черном кружевном белье и с улыбкой, которая, впрочем, гаснет, когда она видит изрядно ошарашенную  Есению. Кажется, меня ждет несколько неприятных минут. Но Сеня меня удивляет.

– Привет, Женя! –  вежливо здоровается она, как послушная девочка, и просачивается в приоткрытую дверь, чтобы в коридоре скинуть босоножки. – Прости, что порчу твои планы, но сегодня я ночую здесь…

– Зря приехала, – жестко говорю и прохожу следом за Сеней.  Все раздражает и Поля особенно. С заискивающим взглядом, полным надежды, которую я обламываю раз за разом, но она возвращается снова. Как я от этого устал. У Жени хватает мозга просто промолчать. Она понимает, что ее не звали и скандалы неуместны.

– Прости, я думала… – начинает она, убедившись, что тактичная Есения скрылась в гостиной. На кухне накрыт ужин при свечах. Открытая бутылка вина, два бокала, фрукты на тарелке. Пахнет мясом. Поля основательно подготовилась.

– Откуда у тебя мой ключ? –  спрашиваю я, не пытаясь скрыть раздражение.

– Сейчас отдам, – тут же  юлит она, явно не собираясь рассказывать, и кидается к сумке.

– Не утруждайся. Я сменю замки. Не знаю, кто тебе позволил добраться до моих ключей, но этот  человек точно больше не будет работать в офисе. Ты там ведь их взяла? Больше просто негде. Кто, Женя? Не  усложняй все еще больше. Ты знаешь, я все равно  докопаюсь до истины.

– Лида… – шепчет девушка,  опустив глаза. А я неприятно удивлен. В своей секретарше я был уверен. До этого момента.

– От неё не ожидал, – признаюсь недовольно. Такого профессионала еще поискать придется!

– Она не виновата, – признается женя. Они с Лидой не  подруги. Но общаются хорошо. Подставлять Женя ее, видимо, не хочет. –  Она отвлеклась на посетителей…

– Она тебе доверяла, посчитала, что может оставить на тебя приемную, а ты украла ключ? Ниже пасть вообще некуда, ты это понимаешь? Сделала копию и вернула? Женя, что с тобой? Неужели ты не понимаешь, что там самым вообще закрыла себе доступ в здание, где я работаю? Даже если бы я приехал один, то все равно бы выставил тебя. И все равно бы расценил вот это не как приятный сюрприз, а как взлом! Ты же хорошо меня знаешь, так зачем все это?

– Я  люблю тебя, – говорит она бесхитростно. Это не признание, а констатация факта. – Я знала, как появится Есения, ты…

– Что я, Жень?

– Ты побежишь за ней. Ты всегда бежал по первому ее зову…

– И какое отношение это имеет к тебе? Я тебя даже перевел с глаз долой, потому что не хочу продолжать то, что было между нами. Заметь, я даже не употребляю слово «отношения». Я говорил тебе сотню раз. И это было приезда Есении. Одевайся и выметайся, пожалуйста. Я недостоин тебя, а мне не нужна твоя жертвенность.

Поля всхлипывает. Этот скандал не нов. Каждая моя девушка рано или поздно проходила испытание Женей. Ни разу не прошло все так тихо и мирно,  как с Есенией, которая даже не вышла из комнаты на нашу ругань. Возможно потому, что Есения не моя. Ей просто все равно, кто прыгает по моей квартире в кружевном белье. Хотя, думаю, Женя ее все же удивила.  Мог ли кто предположить, что однажды судьба сведет меня с ней. Особенно после того, как с ней поступил Андрей… по моей просьбе.

Дожидаюсь, когда Женя натянет платье и выскочит в подъезд, закрываю дверь и вижу, что Есения уже на кухне. Очень по-деловому выкидывает стряпню Жени в мусорное ведро.

– Зря ты так категорично, – замечаю я, прислонившись плечом к косяку и наблюдая за очень сосредоточенной девушкой.

– Ты меня прости, но мне показалось неуместным сожрать романтический ужин, приготовленный твоей пассией.  И прости, что вышло так нелепо и неловко. Я  должна была предположить, что незапланированными ночевками внесу сумятицу в твою личную жизнь.

– Это не моя личная жизнь, Сеня, – со вздохом признаюсь я и успеваю ухватить с тарелки кусок мяса. Прежде чем, он летит в мусорное ведро. – Это моя ошибка и головная боль, от которой я пытаюсь избавиться уже не один год. Мимолётная интрижка, которая стала приносить слишком много проблем. Не думай, что я только сейчас выставил Женю. Или сделал это, когда приехала ты. Нет. Почти три года назад я перевел ее в другой офис. До этого год я ее бросал, а она приходила, и я с ней спал, потому что это было просто.

– Я вообще не представляла вас вместе.

– А мы не были. Только вот она так не считала.