Глава 25

Пребывание во вражеском замке не прошло для Стригоя бесследно. Я заметила, как через маленький ручеёк его перенёс Малыш, сделав вид, будто просто подставил плечо главарю, а сам ухватил его за пояс и потащил. Я смолчала, и мы двинулись дальше, но силы быстро покидали Стригоя.

— Привал! — приказал Малыш, который ни на шаг не отходил от главаря.

— А когда ты стал у нас главным? — обиженно вскинулся Аур.

— Ну, а чего? — стушевался Малыш и кивнул на Стригоя. — Ему бы отсидеться часок на земле.

— Аур, возьми двойняшек и сходи в город за нашими вещами, — подал голос главарь, устало вытянув ноги у тонкоствольной осинки.

— Рысь ногу подвернул, — заступился за брата Крыс.

— Я пойду с Ауром, — вызвался Малыш.

— Я тоже с вами, — оживилась оборотниха, вызвав у меня от бессилия зубовный скрежет.

Всё, пропал здоровяк! Оборотниха в него крепко вцепилась, хренушки отпустит теперь. Ведьма блохастая!

— Анетта, не стой столбом, — окликнул меня Стригой. — Хоть чай свари, хочется согреться.

Двойняшки развели костёр, а мне пришлось сходить обратно к ручью за водой. И едва я наклонилась, как сзади выскочил Рысь и шлёпнул меня по заднице. Я резко выпрямилась, ошалело глядя на рыжего негодника, а он, довольный собой, загоготал и скрылся в кустах.

— Ну, погоди, злодей! — злобно прошипела я вслед Рысю.

Ветерок встревожил пожелтевшую листву, где-то в глубине леса застучал дятел, сухие веточки в костре весело потрескивали, бросая искорки на траву. Я достала из своего узла с вещами серебряную ложечку, доставшуюся мне в наследство от родного батюшки, примостила её на камушке, поближе к пламени и затаилась. Стригой прислонился к осинке и задремал, сцепив руки на животе. Вода в котелке стала закипать, Рысь сунулся к костру, тут-то я и прижгла его левое запястье ложечкой.

— Ай! — заверещал парень и отпрыгнул от меня в сторону.

— Ты что творишь? — тут же к нам подбежал Крыс.

— Да вот хотела твоего братца на чистую воду вывести, — усмехнулась я и тайком сунула ложечку в котелок со студёной водой, заготовленной для супчика.

Рысь показал брату ожог на запястье. Крыс глянул на своё, но метки там не обнаружил. Я потрогала ложечку, убедилась, что она остыла, а затем высоко воздела руку и потрясла своим оружием.

— Заговорённое серебро! Если есть в тебе хоть капля тёмной крови, то оно оставит позорную метку.

— Ха! — презрительно выдал мне Крыс и протянул руку. — Давай, жги!

— Как хочешь, — зловеще улыбнулась я и приложила ложечку к запястью белобрысого парня.

Мгновение, и ничего страшного не произошло. Крыс осмотрел свою руку, потом глянул на брата, его глаза наполнились слезами, и он со злостью прошипел:

— Подменыш!

— Да ты чего⁈ — изумился Рысь, покраснев до кончиков ушей. — Я же твой брат!

Парень шагнул к Крысу, тот извернулся и пнул под зад негодника.

— Держись от меня подальше, подменыш!

— Хватит! — рявкнул на парней Стригой.

— Это всё она виновата! — срывающимся на хрип голосом вымолвил Рысь и указал на меня. — Притащила колдовское серебро!

— Зато какое полезное, — язвительно поддакнула я, наслаждаясь страданиями двойняшек.

— Что там с чаем? — проворчал Стригой, запахнув куртку.

Рысь уселся под сосной, исподлобья глядя на нас, а Крыс, утирая ладонью скупые слёзы, занял место под осиной, повернувшись ко всем спиной. Я с улыбочкой плеснула кипятка в чашку, бросила в неё щепотку заварки с листочками голубики и принялась размешивать серебряной ложечкой. Стригой, не отрываясь, следил за мной, а когда я понесла ему чай, то настороженно принюхался и лишь затем принял напиток от меня.

Малыш с Ауром и Лиссой вернулись поздней ночью с двумя фургончиками и нашими конями. Я к тому времени успела сварить овощной супчик, собрав корешки и траву вокруг полянки. Как же было радостно вновь заглянуть в свой родной фургончик! Я достала из шкафчика вяленое мясо и бросила его в супчик, чтобы он стала наваристее.

— А что с двойняшками? — поинтересовался Аур, заметив, как парни старательно обходят друг другу.

— Рысь — подменыш, — с улыбкой сообщила я охотнику.

Все взгляды устремились на несчастного рыжего парня. Он втянул голову в плечи, взял свою миску с едой и поплёлся прочь от костра.

— Но как это узнали? — потрясённо спросила Лисса, обращаясь к Стригою.

— Молча! — раздражённо заорал на оборотниху Крыс. — Что ты лезешь ко всем⁈ Сиди и ешь молча!

— Уже и спросить нельзя, — огрызнулась Лисса.

Крыс побагровел от злости, мне даже показалось, что он сейчас лопнет от натуги. Малыш вышел вперёд и прикрыл собой оборотниху.

— Давайте уже есть, — промолвил Стригой, покончив с намечающейся ссорой.

Мы расселись вокруг костра, застучали ложки о край мисок, и стало хорошо на душе. Аур глянул на меня, ухмыльнулся и едва слышно произнёс:

— Ну, точно без поварихи здесь не обошлось!