Глава 37

Солёное, слегка подкопчённое сало с тонким ароматом дымка, с мелко порезанной зеленушкой и рубленым чесночком — да тут сам тёмный князь не устоит перед соблазном, что и говорить об изголодавшейся, одичалой душе Аура. Охотники без всяких сомнений были умелыми бойцами, разбирались в оружии и ловушках, но вот не доставало им чуткости и хитрости. Я порезала сало тоненькими кусочками и выложила его на краюху чёрного хлеба, да ещё и зелёный лучок воткнула рядышком. Эх, сама бы съела! Душа объявилась через часок, когда солнце высоко поднялось над городом и начало ронять на крыши домов скупые лучи, словно боясь одарить теплом от всего сердца. Я смотрела на светило, словно ничего интереснее не было вокруг. Душа подсела рядом на ступеньку и потянулась к хлебушку с салом.

— Не надоело шляться в одиночестве? — спросила я у бедняжки.

Душа жалобно всхлипнула, но от лакомства не отказалась.

— Аур ещё тот злодей, — с тяжким вздохом проговорила я. — Но одной всё же тяжко по свету бродить. Может, пора уже воссоединиться?

Душа принялась есть сало, по дороге прокатилась телега, запряжённая каурой лошадкой.

— В баньку хочешь? — поинтересовалась я, и душа радостно закивала.

Мой замысел сработал, на крылечко вышел Стригой и уже ласковыми речами успокоил душу и повёл её в растопленную баньку. Бледный Аур стоял ни жив, ни мёртв, боясь прикоснуться к своей душе, а та сиротливо жалась к нашему главарю и втягивала голову в плечи. Бедняжка! Двойняшки подтолкнули душу в баньку и захлопнули дверь, а через мгновение оттуда понеслись вопли.

— Ну, чего встал-то столбом? — набросилась я на Аура. — Или уже к своей душе.

— А вдруг она не захочет быть со мной? — испуганно пролепетал охотник.

— Да ей не из чего выбирать-то, — усмехнулась я.

— Анетта! — укоризненно прикрикнул на меня Стригой.

— А что я такого сказала-то? — всплеснула я руками. — Как по ведьмам шляться, так Аур первый. А как со своей душой поговорить начистоту, у него сразу дрожь в коленках.

Аур взбеленился, цыкнул на меня, выкатил грудь колесом и попёрся в баньку. Двойняшки выбежали оттуда в одних портках, а за ними потянулась мыльная пена. Душа заголосила дурным голосом, Стригой на всякий случай подпёр снаружи дверь лопатой, и мы принялись ждать. Долго ли, коротко ли, но вскоре Аур постучал в окошко, и главарь выпустил его на волю. Батюшки! Вышел из бани писаный красавец: волосы блестят аки намасленные, глаза горят огнём праведным, свежий румянец на щеках. Даже у блохастой оборотнихи челюсть от удивления отвисла, что и говорить обо мне.

— Как ты? — заботливо спросил Стригой у охотника.

— Словно заново родился! — Аур для наглядности постучал кулаками в грудь.

Крыс приблизился к Ауру и ткнул в его плечо указательным пальцем, а затем показал брату. Рысь изумлённо выдохнул и тоже потрогал охотника.

— Только жутко есть хочется, — заявил Аур.

— Теперь будешь жрать за двоих? — съязвила я.

Аур презрительно фыркнул и с важным видом потопал на кухню, где я успела вынуть из печи капустный пирог.

— Без души он добрее был, — проворчал Рысь.

— И не пыжился королём, — поддакнул Крыс.

— Ну, просто царь! — язвительно вымолвила я.

— Нам лучше поторопиться, — улыбнулся Стригой, коснувшись моего локтя. — Уж больно голодный наш Аур.

Охотники поспешили на кухню, а главарь чуток придержал меня на улице.

— Анетта, — он наклонился к моему уху и жарко зашептал: — я восхищаюсь тобой.

— С чего это вдруг?

— Сколько ещё секретов припрятано в тебе? Огнём плюёшься, души приманивать умеешь, людей насквозь видишь.Неужто ты наречённая невеста тёмного князя?

— А вот тебе всё надо знать, да? — я дёрнулась прочь от Стригоя, но он не пустил, крепче сжал пальцы и притянул к себе. — Мою тайну тоже вызнала?

— Чего⁈ — у меня аж глаза на лоб вылезли.

— Не успела, — Стригой ткнулся носом мне в шею.

Я же вся напряглась: и какая же тайна у Стригоюшки? Чёрт, мне же теперь не найти покоя! Вот злодей окаянный!

Пирог удался на славу, все ели и просили добавку: лучок в меру горчил, морковка отдавала сладость, а капусточка приятно хрустела. Казалось, что этот чудесный день закончится прекрасно, и мы все, ну почти все, будем счастливы. Но… Зло не дремлет! Оно прокралось по узким улочкам Черноозёрска, боязливо прячась от чужих глаз, а когда осмелело, расправило крылья и радостно ощерилось, то было уже поздно. Я услышала тоненький вой, обернулась и глянула в окошко: зубастая тень довольно ухмыльнулась и отступила от нашего домика. Стригой тоже почуял чужака, выбежал на крыльцо и шумно принюхался. Тяжёлый колокольный звон разнёсся над городом, возвещая беду.