Глава 54

Выход из опасного и неприветливого мира оказался короче, чем вход в него. Нас горячей волной выкатило к воротам. Двойняшки навалились на створки и распахнули их, Малыш, не сбавляя хода, пронёсся на ту сторону, а за ним вильнула хвостом лисица. Аур заскочил следующим, двойняшки шагнули в свет, и я чуть было не осталась в злодейском мире.

— Стойте, упыри! — заорала я изо всех сил.

— Шевелись! — насмешливо крикнул мне Аур.

Ярость придала сил, я успела выбежать на солнышко, а створки, захлопываясь с грохотом, чуть не прищемили мне пяточки. Вот же чёрт! Я опустилась на колени, тяжело дыша после забега. Малыш аккуратно уложил Стригоя на мох, да ещё и руки ему на груди скрестил аки покойнику. Лисса возымела свою совесть и перекинулась в девицу, спряталась за своего здоровяка и смущённо попросила принести ей одежду. Двойняшки кинулись выполнять просьбу, надеясь поглазеть на прелести оборотнихи. Аур опустился на одно колено с нашим главарём и печально вздохнул.

— Он ещё живой! — оскалилась я на богатыря.

— Вроде дышит, — поддакнул мне Малыш.

— Но как теперь с ним быть? — спросила Лисса, отвесив Крысу подзатыльник за подглядывания, она начала одеваться, успевая показывать кулаки и Рысю, дабы тот не вздумал повторить трюк братца.

— А я знаю! — важно напыжился Крыс.

— Ну говори! — рявкнула я на охотника.

— По старинному поверью, — начал издалека Крыс, но увидев, как я сжала ладонью увесистый камень, затараторил: — Девка должна его поцеловать в сахарные уста.

— Да? — засомневался Аур.

— Так положено! — фыркнул Крыс.

— Ну… э… — мне стало неловко под пристальными взглядами охотников.

Возможно, сейчас был то самое удачное мгновение, когда стоило рассказать нашему отряду о чувствах, вспыхнувших между мной и Стригоем. Но вдруг охотники подумают, что я набрехала им? Как же мне теперь быть? И пока я пребывала в подвешенном состоянии, Лисса вышла из-за широкой спины Малыша, вильнула жопой и плаксиво вымолвила:

— Я поцелую Стригоя!

Малыш побледнел и как-то странно крякнул, а через мгновение его лицо покрылось малиновыми пятнами. Двойняшки изумлённо ахнули, а Аур хитро сощурился. Тут-то меня и пробрало до самых печёнок.

— Да ты бы, ведьма блохастая, всех облобызала! — взбеленилась я, выпятив грудь вперёд. — Знай своё место, стервь!

— У меня благие намерения, — коварно проговорила Лисса и стала клониться к неподвижно лежащему Стригою.

Я со всей силы, на какую только была способна сейчас, ударила нахалку по плечу, грубо оттолкнула, рухнула на колени и жадно впилась в серые губы упыря. Двойняшки ещё разок ахнули, но уже от восхищения, Аур одобрительно загудел, а Малыш ущипнул Лиссу за жопку. Стригой остался неподвижен. Я озадаченно почесала затылок, поглядывая на своего неудачливого женишка.

— Ещё целуй, — посоветовал мне Рысь.

— Давай-давай, — подбодрил меня Крыс.

И я снова от души поцеловала Стригоя, кажется, его губы шевельнулись. Мы сгрудились над главарём, ожидая развязки. Веки упыря задрожали, он открыл глаза и опалил нас алым взором. Мы дружно отшатнулись, давая главарю больше свежего воздуха.

— Спина болит, — ворчливо пожаловался Стригой, приподнимаясь с мха.

— Так тебя на кинжал насадили, — я пальцем потыкала в руку главаря. — Ты живой или уже того?

— Анетта! — пригрозил мне пальцем Стригой. — Что стало с Балауром?

Я провела краем ладони по своему горлу и для пущей наглядности высунула язык. Рысь подыграл мне и издал хрипящий звук, а его братец цокнул языком, показывая, как слетела голова с плеч злодея. Аур довольно ухмыльнулся и пригладил свои волосы.

— Корона на головушку уже давит? — язвительно поинтересовалась я.

— Тьфу на тебя, Анетта, — беззлобно обругал меня Аур, продолжая лыбиться.

— Тогда в путь, — поёжился Стригой. — Не хочется ночевать на болоте.

Нас долго уговаривать не пришлось, мы быстро собрались и тронулись с места, выбрав южное направление от развилки. Ворота остались стоять посреди болота, пугая мелких зверьков и птиц. Я начала прибираться в своём фургончике, дабы занять руки и мысли. Стригой отлёживался во втором фургончике, закутавшись в тёплое одеяло. Я знала, что ему сейчас бы свежей кровушки хлебнуть, да где же её взять-то? «Переживёт», — подумала я и взялась жарить пирожки с капустой.