Глава 64

Идя за Лордом Валерианом по коридору корабля, я очень стараюсь смотреть себе под ноги, по сторонам - куда угодно, только не на него, но это оказалось почти невозможным, потому что впереди двигался мужчина, который даже в молчании умудрялся заполнять собой все пространство вокруг, а спасательный костюм, плотно облегавший его тело, только делает эту задачу для моего бедного самообладания еще сложнее.

Спереди на костюме Лорда были усиленные защитные пластины, дополнительные крепления и те самые накладки, которые делали его фигуру еще более опасной и собранной, но сзади защита почему-то была лишь частичной, и от этого открывался такой прекрасный обзор на широкие плечи, сильную спину и слишком уж идеальную форму мужских ягодиц, что в какой-то момент я и правда почти забыла, куда именно мы шли, и что вообще-то вокруг - не романтическая прогулка, а корабль после спасательной миссии, кровь, станция и нервы на пределе.

Наверное, именно поэтому я и врезалась в него.

Не сильно. Не так, чтобы ловить звездочки в глазах. Но достаточно, чтобы Лорд Валериан мгновенно остановился, а я, налетев на его спину, тут же вспомнила: и где нахожусь, и о чем думаю, и, что хуже всего, о чем думала еще секунду назад.

Щеки мои вспыхнули так резко, что мне показалось, будто я покраснела до самых корней волос.

Мужчина медленно обернулся.

Я ждала насмешки. Холодного вопроса. Может быть, даже недовольства. Но лорд Валериан только посмотрел на меня тем самым тяжелым, слишком внимательным взглядом, от которого у меня внутри каждый раз что-то дрожало и скручивалось, и угол его рта едва заметно дрогнул. Неужели он понял, что я засмотрелась на его задницу?!

— Осторожнее, — произнес он спокойно. — Я, конечно, привык к разным формам внимания, но здесь коридор все-таки узкий.

— Я не… — начала я и тут же запнулась, потому что любое продолжение фразы звучало бы только хуже. — Я задумалась.

— Я заметил.

После этого он просто открыл дверь, отошел в сторону, пропуская меня вперед, и только когда я вошла внутрь, до меня наконец дошло, где именно мы оказались.

Это была каюта Уриха. И именно в этот момент я вдруг отчетливо вспомнила его ворчливую фразу: «Лорд любит все самое лучшее и потому обязательно остановится в моей каюте».

Ну конечно!

Лорд Валериан между тем прошел внутрь так, будто это и правда была его каюта, а не чужая каюта, которую он просто счел достойной своего присутствия. Он направился к небольшой кухонной зоне, что-то там открыл, чем-то тихо загремел, а я, чувствуя себя все более неловко, решила не стоять столбом у двери и осторожно села на ближайший стул.

И вот тут стресс наконец догнал меня по-настоящему.

Потому что пока мы шли, пока вокруг были коридоры, движение, люди и чужие взгляды, я еще могла прятаться за внешней собранностью, а теперь я осталась с Лордом Валерианом наедине, в чужой каюте, с воспоминаниями о станции, с вопросами - о времени, о себе, о том странном, что происходило со мной уже не в первый раз, и совершенно не понимала, о чем именно он собирался со мной говорить. О том, зачем я пошла на станцию? О моей загадочной способности? О том, что он видел, как время снова остановилось? Или вообще о чем-то, о чем я пока даже не догадывалась?

Чем дольше я об этом думала, тем сильнее нарастало напряжение. Наверное, именно поэтому я и не услышала, как Лорд подошел. Только вздрогнула, когда прямо передо мной на стол опустилась чашка с темным напитком, по запаху так похожим на кофе, что у меня на миг даже сердце сжалось от неожиданности.

Я подняла голову резко.

Лорд Валериан стоял рядом.

— Не стоит так пугаться, — произнес он спокойно. — Я не собираюсь тебя обижать. Поругать за твою глупость на станции очень хочу, но, пожалуй, это удовольствие я оставлю тем двоим недоумкам. Поговорю с ними долго. И грубо. А тебя сейчас прошу рассказать мне про свои способности.

Я все еще смотрела на чашку. На пар, поднимавшийся над ней. Втянула знакомый запах. И меня почему-то поразило именно это. Не то, что древний вампир, один из самых опасных мужчин в Содружестве, собирался меня расспрашивать о чем-то странном и, возможно, очень важном. А то, что он знал, что я люблю кофе.

— Вы… вы… — я сбилась уже на первом слове и от этого окончательно смутилась. — Вы знаете, что я люблю кофе?

— Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, — ответил он так просто, будто в этом не было ничего особенного. Потом чуть кивнул на чашку. — Пей. И, насколько я могу судить, сейчас тебе нужно хоть что-то привычное.

Я осторожно взяла чашку обеими руками, потому что пальцы почему-то стали совсем ледяными, и сделала маленький глоток. Напиток действительно был не таким, как дома, но достаточно похожим, чтобы от него внутри что-то болезненно дрогнуло. Нелепо, наверное, было чувствовать благодарность почти до слез из-за чашки кофе, когда вокруг разворачивался заговор, рушились станции и ломалось время, но в тот момент это почему-то оказалось самым важным.

— Спасибо, — тихо сказала я.

Вампир ничего на это не ответил, только сел напротив, и от того, как спокойно, уверенно и по-хозяйски он это сделал в чужой каюте, мне снова стало четко понятно, что лорд Валериан вообще редко спрашивал у кого-то разрешение.

— Итак, — произнес он. — Расскажи мне про свои способности.

Я подняла на него взгляд:

— Что именно вы хотите знать?

— Для начала, — сказал Лорд и чуть подался вперед, — я хочу, чтобы ты обращалась ко мне на «ты». Все-таки я - твой жених.

Я даже моргнула.

Потом, не удержавшись, поставила чашку обратно на стол и посмотрела на него с тем самым возмущением, которое вспыхивало во мне особенно ярко, когда кто-то был уверен в себе слишком уж сильно:

— А я не подтверждала твою анкету как выбранного жениха.

На этот раз он все-таки усмехнулся:

— Это мелкие нюансы, которые не так уж важны и могут быть исправлены за секунду, — произнес он с таким невозмутимым видом, будто и правда речь шла о чем-то вроде неверно оформленного документа, а не о моей жизни. — А сейчас расскажи мне про свою способность, и, возможно, я смогу ответить, откуда она у тебя.

— Ты ужасно самоуверенный, — пробормотала я.

— Да, — согласился он без малейшей попытки спорить. — Зато в некоторых вопросах это экономит время. А времени у нас сейчас немного.

После этих слов я уже не стала уводить разговор в сторону. Сделала еще один глоток, скорее чтобы собраться, чем потому, что действительно хотела пить, и заставила себя вернуться к тому, о чем думать мне до сих пор было почти страшно.

— Я не знаю, что это за способность, — сказала я наконец. — Правда не знаю. Я не управляю этим сознательно. Я даже не всегда понимаю, когда оно начинается. Просто в какой-то момент все вокруг… будто останавливается. Или ломается. Не совсем замирает полностью, потому что иногда часть вещей все же движется, но время становится другим. Тягучим. Неправильным. А я в этот момент почему-то могу двигаться.

Он слушал очень внимательно.

— Первый раз это случилось на станции, когда я увидела ребенка. Второй сегодня, когда в Раэля летела та пластина. Третий ты видел сам. И все три раза я ничего не делала специально. Я просто… знала, что должна успеть. И будто мир на секунду дал мне эту возможность.

— Не мир, — тихо поправил он.

Я нахмурилась.

— А что тогда?

Он не ответил сразу. Поднялся, прошелся по каюте медленно, задумчиво, потом остановился у стены и оперся ладонью о край панели. В этом движении было столько внутреннего напряжения, что я поняла: мои слова подтверждают что-то, о чем он уже думал, но до конца не хотел признавать.

— Это не обычная реакция на стресс, — произнес он наконец. — Не интуиция, не ускоренное восприятие и не следствие адреналина. То, что ты описываешь, похоже на краткий разрыв внутри потока. На вмешательство в связность времени. И если это действительно так, то у меня плохие новости.

— Почему плохие?

Он снова посмотрел на меня.

— Потому что такие вещи не возникают случайно у неподготовленных женщин, которых вчера еще не существовало в моей системе мира.

— Очень приятно это слышать, — сухо сказала я. — Спасибо, сразу легче стало.

— Я не пытаюсь тебя напугать. Я пытаюсь объяснить, почему теперь ты интересуешь не только меня.

От его слов по спине медленно пополз холод.

— Кого еще?

— Для начала — тех, кто устроил происходящее на станции. Если они хоть как-то поняли, что именно случилось рядом с тобой, ты для них уже не случайная женщина, оказавшаяся не в том месте. Ты ресурс. Угроза. Ключ. Что угодно, но уже не случайность.

Я молчала.

Наверное, именно потому, что слишком хорошо понимала: он не пугает меня ради власти. Он просто говорит правду.

— А для тебя? — спросила я наконец, сама не вполне понимая, почему этот вопрос вырвался именно так и именно сейчас.

Он не отвел взгляда.

— Для меня ты с самого начала не была случайностью.

После этих слов в каюте стало как-то слишком тихо. Не страшно. Неуютно.

Именно слишком тихо, как бывает в те секунды, когда разговор неожиданно сдвигается из одной плоскости в другую, и ты уже не понимаешь, где заканчивается обсуждение происходящей опасности и начинается что-то гораздо более личное.

Я медленно выдохнула и заставила себя не цепляться за эту фразу сильнее, чем следовало бы.

— Значит, ты думаешь, это связано с тем, что со мной сделали? Да и никто же не знал о том что со мной произошло кроме тех кто спас и совета?

— Возможно, — ответил он. — Но не только. И именно это мне не нравится.

— Ты уже второй раз говоришь, что тебе это не нравится.

— Потому что мне действительно не нравится, когда что-то настолько редкое, плохо изученное и потенциально опасное оказывается в руках существа, который, несмотря на все пережитое, до сих пор способен броситься в центр спасательной миссии, едва увидев, что кому-то нужна помощь.

Я вспыхнула.

— Это был не упрек. – попытался пояснить он мне.

— Правда? По-моему, звучало именно так.

Он слегка наклонил голову.

— Это была констатация. Очень тревожная для меня.

Вот после этого я уже совсем не знала, куда смотреть. На него слишком опасно. На чашку слишком глупо. В сторону почти по-детски. И все же я отвела взгляд, потому что чувствовала: еще немного, и этот разговор начнет качаться не только вокруг времени, станции и моих странных способностей, а вокруг чего-то такого, к чему я пока просто не готова.

— Ты собираешься меня запереть? — спросила я тише, чем собиралась.

— Нет.

— Запретить мне выходить?

— Я бы с удовольствием, — совершенно честно ответил он. — Но подозреваю, ты и в этом случае найдешь способ сделать по-своему. И уверен эти два болвана тебе обязательно в этом помогут. НУ или будут пробираться к тебе. Удивительное сочетание уникального ума и уникальной глупости в мужчинах. Хотя их дружба тоже уникальна.

Я не удержалась и тихо фыркнула.

— Значит, уже хорошо меня изучил.

— Гораздо лучше, чем тебе кажется.

Он подошел ближе. Не вплотную. Не нарушая границу открыто. Но достаточно, чтобы я опять почувствовала, как трудно рядом с ним дышать ровно и как опасно он умеет быть просто красивым мужчиной, даже не делая для этого ничего особенного.

— Поэтому я не стану тебя запирать, — продолжил он. — Я просто хочу, чтобы с этого момента ты перестала делать вид, будто с тобой происходит что-то незначительное. Ты поняла?

— Поняла.

— И еще одно, — добавил он уже мягче, но от этого почему-то только серьезнее. — В следующий раз, когда почувствуешь это… это движение, этот разрыв, этот странный толчок внутри времени, ты сразу говоришь мне. Не Раэлю. Не Уриху. Мне.

Я медленно подняла на него глаза.

— Почему именно тебе?

На этот раз он ответил без паузы.

— Потому что, в отличие от них, я хотя бы могу в этот момент двигаться вместе с тобой.

От этих слов у меня по коже снова пробежали мурашки, потому что именно сейчас я впервые по-настоящему осознала: да, в той остановке времени он был со мной. Не просто присутствовал где-то рядом. Был внутри этого странного, сломанного мгновения так же, как и я.

— И что это значит? — спросила я почти шепотом.

— Это значит, — сказал он очень тихо, — что ты больше не одна в том, чего сама пока не понимаешь. И для меня как и для тебя это плюс. Эльфира.

- Эльфира?- не поняла с чего он меня назвал чужим именем.

- Да. Позже я обязательно тебе все объясню. Для тех кто хочет тебя получить не стало проблемой разрушить огромную станцию. Но я стану для них не преодолимым препятствием. Жаль я не могу посадить тебя на корабль и отправить от всех этих опасностей подальше.

- Почему?- тихо спросила я.

- Потому что я не принадлежу только тебя я принадлежу этому миру. А там на станции есть существа раненые напуганные и им нужна помощь. Да и если мы улетим от сюда они найдут тебя в другом месте. Странно как она смогли тебя обнаружить и все организовать.

- Без понятия. Может все это не из-за меня?

- Не знаю пойду поговорю с этими двумя. Скоро их не жди. Лучше ложись отдыхай.

- Это не моя каюта! – крикнула ему в спину.

- Уже наша. – и за ним закрылась дверь.

И почему-то именно эта фраза оказалась страшнее и важнее всего остального, что он сказал мне за этот разговор.