Глава 69

Я молчала дольше, чем, наверное, стоило бы, и просто слушала, как за меня и обо мне говорили мужчины, которым, по всей видимости, уже самим не слишком нравилась та картина, что вырисовывалась из обрывков чужих архивов, старых записей, мертвых тел и слов Валериана. Урих рассказывал сухо, без привычной ленивой насмешки, и именно это пугало сильнее всего, потому что, когда он переставал язвить, это значило - дело действительно дрянь. Раэль говорил реже, но в его голосе все время слышалось то напряжение, которое появлялось у него, когда он пытался удержать себя в рамках. И чем дольше я мужчин слушала, тем отчетливее понимала: никакая из версий не казалась им до конца достоверной, но все они были одинаково плохие.

Когда оба замолкли, в каюте на несколько секунд стало так тихо, что я услышала едва заметный гул корабельных систем. Мне нужно было время, чтобы уложить все это в голове, но времени, как обычно, никто не предлагал, поэтому я просто опустила взгляд на уже остывшую чашку, потом снова подняла его на мужчин и попыталась честно разобрать, что у меня самой из этого складывалось.

Часть выводов я, если уж быть до конца честной, успела сделать еще раньше, сидя здесь одна. Не настолько подробно, не с такими страшными подробностями про вымершую расу, записи и неудачные эксперименты, но общее ощущение сходилось с тем, что рассказал Уриху и Раэлю Валериан. Слишком многое вокруг меня стало странным слишком быстро. Слишком явно кто-то тянулся именно ко мне. Слишком много случайностей, которые были уже не похожи на случайности. Вот только от того, что куски мозаики начали совпадать, легче не становилось. Наоборот. Потому что чем убедительнее выглядела чужая версия, тем сильнее хотелось спросить: не подложили ли тебе эту версию в голову нарочно.

Не фальсифицировал ли Валериан все это?

Мысль была противная. Даже опасная. И все же она сидела внутри слишком крепко, чтобы я могла ее просто проигнорировать. Лорд - слишком сильный, слишком древний, слишком осведомленный и слишком заинтересованный во мне, чтобы я безоговорочно приняла все его слова за чистую правду. Да, он спасал. Да, он приходил вовремя. Да, рядом с ним становилось спокойнее, чем должно было бы рядом с таким существом. Но именно поэтому доверять ему на сто процентов было бы не просто глупо, а, возможно, смертельно глупо.

И все же, если уж совсем честно, дело было не только в недоверии.

Я слишком хорошо помнила, как в первый же день между мной и Раэлем вспыхнуло то странное, почти болезненное желание, которого не должно было возникнуть так быстро и так сильно. Слишком хорошо представляла, как меня тянуло к Валериану теперь. Это было не то же самое. С Раэлем все было ярко, почти сразу меня потянуло к нему. С Валерианом - иначе. Гораздо тише, но в тоже время будто его появление затрагивало больше струн внутри меня. Он просто находился рядом, а у меня внутри все будто замирало. Мне хотелось коснуться его, еще до того, как я успевала подумать - зачем именно. Мне слишком нравился запах, который от него исходил. Мне было спокойно слушать голос Валериана даже тогда, когда он злился. И это было необычно настолько, что я не собиралась говорить об этом никому из мужчин. Ни сейчас, ни потом, пока сама не пойму, что во мне было настоящее, а что - навязано той странной химией мира, в котором истинные пары, похоже, значили куда больше, чем просто красивые слова.

Наверное, что-то в моем лице выдало мои мысли, потому что именно в этот момент я заметила, что и Урих, и Раэль смотрели на меня слишком внимательно. Не просто ждали ответа. Считывали. Пытались понять, куда именно завели меня мысли, и мне это совсем не нравилось.

Раэль спрасил первым:

— Что ты чувствуешь к Валериану? Не чувствуешь ли ты в нем свою пару? - вот же блин, как же точно он поставил вопросы.

Вопросы он произнес спокойно, но я слишком хорошо уже различала, когда за внешним спокойствием у него пряталась неуверенность. Сейчас она была. Не ревность, не злость, а именно осторожность мужчины, который сам не знал, хотел ли услышать честный ответ.

Я медленно выдохнула, потому что ответ здесь надо было подбирать очень аккуратно. Не из страха обидеть. Скорее - из нежелания ляпнуть больше, чем я готова была признать даже перед собой.

— Пока - никак, — сказала я наконец. — Я увидела его по-настоящему впервые совсем недавно. Причем - не в самой лучшей ситуации и уж точно не в самом подходящем для знакомства настроении. Лорд был зол, я была напугана, вокруг творился кошмар, и делать из этого какие-то окончательные выводы мне кажется просто глупо. Возможно, Валериан прав. Возможно, нет. Но я бы на его месте тоже не доверяла собственным выводам на сто процентов, пока все это не проверено.

Раэль помолчал несколько секунд, а потом едва заметно кивнул, будто такой ответ не сделал ему легче, но, по крайней мере, не добил окончательно. Урих выглядел чуть довольнее, словно именно такого уровня осторожности от меня и ждал.

— Вот, — произнес он. — Наконец в этой комнате прозвучала хоть одна разумная мысль, которую я могу поддержать без желания спорить. Я хочу все проверить - не может такая информация быть только у вампиров. Не потому, что мне хочется уличить Валериана во лжи любой ценой, а потому, что я не люблю строить решения на данных из чужих архивов и чужих выводах, особенно если речь идет о расе, о которой почти нет нормальной информации, но которая очень удобно всплывает именно сейчас. А я по сети пропустил через себя просто невозможное количество информации – и ни в одной части галактики никогда не слышали про них. А ведь получается, погибла целая планета, тогда о ней хоть где-то должна быть информация.

— Проверяй, — ответила я сразу. — И, пожалуйста, не утаивай от меня то, что узнаешь.

Урих задерживает на мне взгляд чуть дольше, чем обычно:

— Если найду что-то стоящее, не утаю.

— Не «если», — поправила я. — Когда найдешь. Потому что вы оба уже и так слишком много решили за меня. А теперь тут появился еще один, который еще больше любит принимать за всех решения. Трое на меня одну - это явный перебор!

На это Урих только скривился, как будто хотел съязвить, но передумал. Видимо, понял, что здесь я оказалась права слишком явно.

Я перевела взгляд на Раэля и поняла, что следующий мой вопрос ему не понравится еще до того, как открыла рот:

— И еще одно. Расскажи мне, что вы делаете на спасательных операциях. По-настоящему. Не общими словами, не успокаивающую версию для женщин, а нормальную. Я не хочу в следующий раз быть такой беспомощной. И покажи мне хотя бы несколько приемов, чтобы я могла защитить себя, если что.

Как я и ожидала, муж сразу напрягся.

— Тебя не будет «в следующем разе», — сказал он жестче, чем хотел бы. — И защищать тебя будем всегда мы, это наша задача, и так будет всегда.

— Нет, — ответила я спокойно, хотя внутри уже начал подниматься протест и даже захотелось высказаться по этому поводу - почему-то матом. — Вы будете рядом не всегда. А я не хочу больше стоять и ждать, пока кто-то успеет встать между мной и угрозой. Сегодня мне повезло. На станции - повезло. В коридорах - повезло. С той пластиной - тоже, но однажды моя способность может и не помочь. Слишком много везения для одной жизни. Я хочу хоть что-то уметь сама.

— Ольга, — начал Раэль тем самым тоном, которым обычно пытаются говорить с любимой женщиной, чтобы она не сделала очередную упрямую глупость.

— Нет, Раэль, — перебила я его мягко, но твердо. — Я не прошу сделать из меня бойца за три часа. Я прошу перестать считать, что лучше мне оставаться совсем беспомощной. Это не одно и то же.

Мой дракон нахмурился. Я видела, что в нем боролись сразу несколько реакций: желание меня защитить, мужская уверенность, что это - только его задача, раздражение от самой мысли, что я могла полезть в эту сферу еще глубже, и понимание, что, после всего случившегося, запретами меня уже было не остановить.

К моему удивлению, именно Урих встал на мою сторону.

— Вообще-то она права, — произнес он спокойно. — Умение хотя бы не умереть в первые три секунды - очень полезный навык для любого разумного существа, особенно если вокруг него по какой-то причине начали взрывать станции. И, если уж совсем откровенно, до особых распоряжений нам все равно сейчас особенно нечем заняться.

Я повернула голову к нему и поймала тот самый взгляд, после которого внутри сразу все стало ясно. До особых распоряжений, значит, им особенно было заняться нечем. Конечно. Настолько нечем, что один уже мысленно разбирал по частям всю доступную информацию и собирался лезть проверять архивы, базы, старые контакты и любые следы тай’анри, до которых дотянется. А второй, видимо, прекрасно понимал, что получил почти официальный повод побыть со своей женой наедине и при этом сделать вид, будто все - исключительно ради ее безопасности.

Они оба не собирались сидеть смирно.

И, что хуже всего, я была не уверена, что меня это хоть сколько-нибудь удивляло.

— Прекрасно, — сказала я, переводя взгляд с одного на другого. — То есть до распоряжений вы, как я понимаю, собираетесь быть удивительно законопослушными и безропотно ничего не делать?

Урих усмехнулся одним уголком рта:

— Я собираюсь проверять информацию. Это интеллектуальная деятельность будет местами очень незаконной. Устроим Лорду очередной неофициальный бунт.

— А я, — произнес Раэль уже чуть спокойнее, будто сам смирился с тем, что спор проигран, — покажу тебе, как хотя бы не подставиться под первый удар и что делать, если кто-то подходит слишком близко. Но только самое базовое. И только если ты будешь слушать меня с первого раза.

— Слушать я умею, — ответила я.

— Это ты сейчас очень смело, но все же врешь, — сухо заметил Урих.

Я бросила на него взгляд, но спорить не стала, потому что, к сожалению, момент для этого выпал слишком неподходящий.

Урих отталкнулся от стола, на который до этого опирался, и пошел к двери. Уже у самого выхода он обернулся, скользнул по нам обоим тем слишком понимающим взглядом, от которого захотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым, и произнес почти лениво:

— Постарайтесь хотя бы не разнести мне каюту. После сегодняшнего дня у меня и без того крайне тяжелые отношения с собственным кораблем.

— Урих, — предупреждающе сказал Раэль.

— Что? — тот пожал плечами с почти невинным видом. — Я - исключительно о мебели.

Он вышел, и дверь за ним мягко закрылась.

Я еще несколько секунд смотрела в ту сторону, где он только что стоял, а потом медленно перевела взгляд на Раэля. В каюте сразу стало как-то слишком тихо. Кажется, Урих ушел не просто так. И, судя по тому, как спокойно он это сделал, такой план у него был с самого начала.