Глава 8. От нее нужно избавиться.

— Госпожа… беда…

— Боги, куда уже хуже, Альфита? — качает головой Тая. — Что там такого случилось? Засуха, что ли, грядет или землетрясение?

— Ты все шутки шутишь, а от молодой госпожи всерьез хотят избавиться! — выдает горничная.

— Что?! Что ты такое говоришь, глупая?! Опять сон с явью спутала?!

— Клянусь своим языком, я так и слышала. Госпожа господину так и сказала…, — лепечет она, но вдруг спотыкается, глядя на меня блестящими глазами. Боится сделать мне больно.

Но куда уже больнее?

— Что именно она ему сказала? — тихо подталкиваю ее. Знать-то нужно.

— Сказала... что от вас одни беды. Что выдать вас замуж было сложно, а после этого позора так вообще невозможно сыскать годную партию. А пока вы не замужем, Стейшу на смотрины никак не повести. Потому…. Потому нужно от вас избавиться. Так она и сказала, — выдает горничная, а затем вся комната погружается в тишину.

Слышно лишь неровное дыхание Альфиты и стрекот сверчков за окном.

— И что же, хозяин согласился на это? — выдавливает из себя вопрос Тая, а мне не нужно ждать ответа.

Я и так его знаю, и по лицу горничной понимаю, что подумала верно.

Избавится.

— Он избавится от родной дочери? Просто по щелчку пальцев? Уму непостижимо! — причитает Тая, а наспех вдыхаю, чтобы остудить зародившиеся слезы, и убегаю от новой боли в более важные мысли.

Например: как именно они собрались от меня избавляться?

В библиотеке мачехи куча интересных детективов, которые я читала тайком, пока никто не видит. Несчастный случай, яд, неудачное нападение грабителя.

Боги! Меня ждет что-то подобное?! От рук моей же семьи?

— Госпожа, вам нужно бежать! — выдает Альфита с огнем в глазах.

Но я при всем желании не могу с ней согласится сейчас.

Во-первых, не очень-то ловкая беглянка вроде меня на каждом шагу будет в опасности и может умереть еще раньше, чем ее угостят “приправленным” рисом в ее же доме.

Во-вторых, куда я побегу? К троюродной тетушке по матери? Она пять лет как переехала в дальние пределы, и к нам в гости больше не жаловала. Я ее не найду, а больше никто и не будет мне рад.

К тому же, тут академия. Академия, в которой еще долго будут надо мной насмехаться.

Но это я переживу. Главное, там есть общежитие, куда можно, по идее, перебраться.

Значит, мне просто нужно придумать, как это организовать, ведь так? Сколько у меня времени на это?

— Да ну тебя, Альфита! Мало ли что господа имели в виду под “избавиться”. Может замуж за кого неприглядного хотят спихнуть. А ты сразу в страсти! — журит Тая, а вот мне описанная ею перспектива кажется ничуть не лучше смерти.

Замуж за абы кого, за незнакомца… я не смогу. Это не для меня. Лучше всю жизнь быть одной, чем так.

Поговорив еще немного, служанки уходят, обещая мне, что разузнают побольше о планах мачехи и отца. Меня же просят хоть немного поспать. Но какой тут сон после всего?

И глаза не могу сомкнуть, думая о том, что может меня ждать, и когда это “что-то” случиться? Завтра? Спустя неделю? Через месяц?

Что они задумали? Сколько у меня есть времени?

Пока варюсь в этих мыслях, решаю, что совет Альфиты насчет побега, может быть, не так уж и плох. Только нужно все досконально продумать и подготовить. В кабинете отца наверняка есть письма от тетушки с ее последним адресом….

— Тук-Тук!

Вырывает меня из тревожных мыслей резкий громкий стук в дверь, от которого я невольно подпрыгиваю.

Боги, уже утро? За окном совсем светло.

Не успеваю даже голос подать, как дверь, тут же, не дожидаясь позволения войти, по-хозяйски отворяют.

Дворецкий!

Мигом натягиваю на себя одеяло, глядя на это надменное лицо. Благо я не в ночнушке лежу, а во вчерашнем платье.

— Разве вы не знаете, что в комнаты позволено входить лишь слугам женского пола в эти часы? — хмурюсь я.

Но он лишь надменно ухмыляется. Да что же это такое?

— Все еще чувствуете себя здесь госпожой? Одевайтесь и спускайтесь. Немедленно, — выдает мне Стардинг так, будто отныне я одна из его подчиненных. К тому же очень провинившаяся.

Пускаю в него острый взгляд, на что он надменно задирает свой длинный крючковатый нос, ухмыляется еще шире. Еще кровожадней.

Что ж, это неравный бой. Не пристало госпоже меряться силами с дворецким, а мужчине в годах с юной девушкой. Раз он этого не понимает, то отступлю я.

Выпрямляю спину и под его несколько взбешенный взгляд прохожу в ванную достойно, как подобает госпоже.

Пока шумит вода, ополаскивая мои руки, в сердце копится страх. Кажется, я начинаю так нервничать, что скоро буду вздрагивать от вида собственной тени.

Что же значит: “избавиться от нее”?

Это ведь не может случиться так внезапно? Вчера только обсудили, а сегодня уже хотят привести приговор в действие? Нет…. Нужно же все организовать.

— Быстрее, вас уже ждут! — торопит Стардинг, а я сильнее впиваюсь пальцами в борты раковины. Не оторвать меня от нее.

Не хочу идти. Боюсь.

Но сколько я смогу тут протянуть, даже если дверь запру?

Давай, Белла, соберись. Пусть ты не первая красотка королевства, но с мозгами все в порядке.

— Ты что-нибудь придумаешь! Ты выкрутишься! — говорю своему бледному отражению в зеркале.

Набираю в грудь воздуха и спускаюсь, пытаясь упорно игнорировать кровожадную гримасу Стардинга. Он будто на казнь меня ведет с превеликим удовольствием.

Но нет, в гостиной в столь ранний час меня ждет вовсе не палач, а кое-кто похуже....