ГЛАВА 13

Проверка посетителей на входе во дворец оказалась более долгой, чем на выходе. Нас тщательно сканировали какими-то светящимися жезлами на предмет наличия запрещённых зелий и артефактов.

Нескольких приглашённых, на которых эти приспособления среагировали, куда-то увели, заставляя остальных нервничать.

Я тоже переживала, что мешочек с шерстью могут посчитать контрафактом, но, к счастью, этого не произошло. Меня пропустили без проблем. Первой. А вот мои спутницы на проверке почему-то застряли.

Светящий жест среагировал на Лорину, но загорелся не ярко-красным, как на предыдущих проштрафившихся, а лишь слегка порозовел.

Пока испуганные родственницы доказывали, что это ошибка, я поспешила затеряться в толпе тех, кто уже миновал охрану, а потом свернула в восточное крыло и, набросив на плечи пелерину, решительно направилась в мастерскую лойда Дорсона.

Учитывая, что время близилось к вечеру, переживала, что могу не застать артефактора на месте. К счастью, мастерская была не заперта. Я постучалась, а когда никто не ответил, вошла.

Кларисы в помещении не оказалось, и я постучалась уже непосредственно к лойду Дорсону. Через несколько секунд он отозвался, и я толкнула тяжёлую дверь.

Артефактор склонился над столом с лупой и во что-то усиленно вглядывался. Увидев меня, он почему-то оживился и сказал:

– О, внучка Тамалии, вы вовремя! Идите сюда!

Я вежливо поздоровалась и подошла. Мужчина сунул мне под нос изящный браслет из тонких металлических плетений, сливающихся в причудливых узорах. Он точно артефактор, а не ювелир?!

Тамалия научила меня переключать зрение, чтобы сияющие детали не сливались в один сгусток света, и, присмотревшись определённым образом, я без труда вычленила то, что выбивалось из общей картины.

– Вот этот элемент не светится.

– Какой, не вижу? – засуетился с лупой Дорсон. – покажите.

Он вложил мне в руку тонкую металлическую палочку. Я показала, используя предмет как указку, и, кашлянув, сказала:

– Извините за вопрос, лойд Дорсон, вы уже нашли помощника? Мне предложили другое место и нужно определяться, поэтому я интересуюсь.

Мужчина, казалось, меня не слышал. Он зажал браслет между ладонями и прикрыл глаза. Через несколько секунд Дорсон открыл глаза и попросил снова осмотреть браслет. Я выполнила просьбу – бракованный элемент теперь сиял наравне с остальными.

– Вы его зарядили? – догадалась я.

– Да, на это сил ещё хватает, а вот различать магический фон всё сложнее, – вздохнул артефактор.

Когда я уже решила, что мой вопрос не был услышан, он продолжил:

– Я нашёл помощника, отдав предпочтение мужчине. Думал, так надёжнее, тот ведь замуж не сбежит, но он меня подвёл. Так что это место ваше, если согласитесь на… некоторые условия. Сам собирался посылать за вами.

Наверное, стоило обрадоваться, но вот эти «некоторые условия» немного напрягли.

– И… что именно я должна буду делать?

– Ничего особенного. Просто… никто не должен знать, что я всё хуже вижу магию. Будете мне незаметно подсказывать, не афишируя собственные способности. Согласны? – озвучил расклад Дорсон, и я облегчённо выдохнула. Всего-то?

Что ж, привлекать к собственной персоне лишнее внимание я сама не хочу, а с предложенным без проблем справлюсь. Права была Тамалия – такие обязанности мне точно по плечу.

– Согласна. Что нужно для трудоустройства и когда приступать? – уточнила с нескрываемым энтузиазмом.

Неужели получится отвязаться от Агаты с Гродериком на целый год?! А потом, насколько поняла, я смогу послать их лично, потому в 24 года опекун уже не требуется и над подопечным власти не имеет.

– Документы с собой? Оставьте для составления контракта и зайдите ко мне завтра утром. Я постараюсь ускорить оформление, – заверил артефактор. – Останутся небольшие формальности. С ними разберёмся тоже завтра.

Вдохновлённая такой переменой в жизни, я отдала удостоверение, попрощалась и отправилась на поиски родственниц. Всё-таки пока официально не трудоустроена, с ними лучше не ссорится, чтобы ничего не заподозрили и не помешали.

В итоге, поскольку дворец я практически не знала, едва не заблудилась и пошла в свои гостевые покои, рассудив, что там они сами меня найдут. После проверки документов всем выдавали ключи с номерами комнат, словно в гостинице. Позже слуги доставляли туда багаж.

На этот раз комната находилась на втором этаже, а в ней я обнаружила очень недовольную Агату и рыдающую Лорину.

– Прекрати портить внешность! Скоро бал начнётся! – ворчала тётка на дочь, а, увидев меня, сердито набросилась с претензиями: – Ты куда пропала, Мариза?! Почему нас не дождалась? Где была всё это время?

– Я заблудилась, еле нашла нужные покои, а что случилось? Почему вас сразу не пропустили? – поспешила я перевести тему.

Оказалось, охране не понравились духи Лорины. Сказали, что в них содержится что-то вроде феромонов, а это условно запрещённые вещества. Отпустили, но прежде нейтрализовали действие духов, убрав его вместе с запахом. По этому поводу родственница теперь и рыдала, чувствуя себя ущербной и совершенно неготовой к балу.

– Это всё та торговка виновата! Уверяла, что ничего запрещённого! Больше никогда в её лавке ничего брать не буду! – всхлипывала Лорина.

– Я с этой торговкой сама разберусь! А ты успокойся сейчас же! Мероприятие вот-вот начнётся! – прикрикнула на неё тётка и снова повернулась ко мне: – Мариза, ты хотя бы готова? Что за гадость на тебе? Сними немедленно!

– Просто прохладно было, – пожала плечами, снимая забытую пелерину. – Я сейчас, только кое-что поправлю и буду готова.

Не дожидаясь, пока Агата вспомнит о документах и снова пристанет с претензиями и требованиями, я скрылась в ванной комнате и щедро распределила шерсть Марселя по платью. Благо на бледно-голубом тонкие белые волоски не выделялись. Надеюсь, их хватит, чтобы произвести на Гродерика, так сказать, неизгладимое впечатление!