ГЛАВА 14

На сегодняшнем балу тётка ни в чём не могла меня упрекнуть.

С прилипчивым Гродериком я вела себя более чем любезно и охотно согласилась на танец, к концу которого кандидат в женихи начал усиленно чихать и тереть покрасневшие глаза.

– Что с вами? Неужели простыли? – участливо поинтересовалась я, с трудом удержавшись от торжествующей улыбки.

– Нет, я здоров, – возразил Гродерик в перерывах между чиханьями. Смотрел он на меня при этом весьма подозрительно, но пока никаких обвинений не выдвигал.

Во время второго танца вредный старик уже вовсю шмыгал носом и чихал ещё активнее. Его лицо покраснело, а глаза заметно слезились.

– Где-то здесь точно есть кошка! – ворчал он, оглядываясь по сторонам.

– На балу? Кто бы её сюда пустил?

– Я этих мерзких тварей за версту чую! – каждая фраза сопровождалась слезотечением и серией чихов. Хорошо хоть он прикрывался платком.

– Вы не любите кошек? Жаль. А я обожаю! У бабушки такой милый кот, я с ним сегодня просто расстаться не могла! С рук не спускала! – восторженно заверещала я, решив завершать уже этот спектакль. Пока дедулю удар не хватил.

– Что? Прямо в этом платье? – нахмурился Гродерик и отшатнулся, угрожающе проворчав: – Безобразие! Ничего, когда поженимся, я отучу вас от этих глупостей!

Остаток вечера мужчина ко мне не приближался и даже не настаивал, чтобы я пригласила его на золотой танец. Это радовало, но напрягало, что он так и не отказался от мысли о браке со мной.

– Что случилось с лойдом Гродериком? – с нотками подозрения в голосе допытывалась Агата.

– Не знаю, простудился, наверное. Чихает всё время. Даже танцевать больше не смог, – вздохнула я с притворным сожалением и не удержалась от подколки: – Так что ночью он тоже вряд ли будет готов на подвиги во имя... любви и ко мне в комнату не пойдёт.

Однако на всякий случай ночную рубашку, пожалуй, тоже стоит шерстью измазать. Нет, Тамалия мне объяснила, что такое допустимо только в первую ночь новолетнего бала, но не стала скрывать, что порой находились желающие повторить практику ускоренной свадьбы и на вторую ночь.

– Разумеется, не пойдёт! Ты упустила эту возможность, – сердито проворчала Агата. – Сегодня, если не заметила, нам всем выделены только одни покои!

Благо спальных комнат в них оказалась две. Мне досталась самая маленькая, зато с задвижкой, позволившей запереться изнутри. Так что ночь прошла относительно спокойно.

Зато наутро, успевшая куда-то отлучиться тётка с порога «обрадовала»:

– Собирайтесь, девочки! Сейчас нас ожидают на приветственной церемонии, а вечером мы приглашены в гости на несколько дней!

– К кому? – насторожил меня тёткин энтузиазм.

– К лойду Гродерику!

Ну кто бы сомневался!

– Фу, у него наверняка будет ужасно скучно! – надулась Лорина.

– Там ведь и другие гости соберутся, – постаралась утешить её Агата.

– Но Андриана там не будет! Пусть Мариза одна к нему едет! – продолжала капризничать двоюродная сестрица.

Да, счас! Хотя, признаюсь, в глубине души шевельнулся почти забытый журналистский азарт. Когда-то я мечтала участвовать в расследованиях, но мне доверяли только репортажи со скучных мероприятий и интервью с деловыми людьми. А вот сейчас подумалось, что в доме Гродерика можно найти какие-нибудь улики, доказывающие его причастность к смерти жён.

Но с возрастом я стала более практичной, и инстинкт самосохранения взял верх над сомнительным энтузиазмом. Не факт, что я там вообще что-то найду, а вот то, что проснусь невестой пожилого садиста – факт неоспоримый! Да и с сестрой его последней супруги мне так и не удалось нормально пообщаться. На этом балу она отсутствовала.

– Если там не будет Лэнгли, не поеду! – не унималась Лорина, и я не удержалась от язвительного замечания:

– Лорина, когда ты вчера шла к Лэнгли, чтобы пригласить на золотой танец, он от тебя так шарахнулся, что едва двух пожилых дам не сбил. Нельзя же так пугать потенциального жениха. Дай ему от тебя отдохнуть, в смысле соскучиться.

Андриан от неё действительно уже чуть ли не прятался, и пышная грудь, выставленная на всеобщее обозрение, не помогала.

– Мариза права, нельзя так откровенно навязываться мужчине, – как ни странно, поддержала меня тётка. – К лойду Гродерику также приглашены Венсоны. Их сын недавно окончил академию и теперь ищет невесту. Он тоже неплохая партия. Всё, хватит спорить! Одевайтесь и приводите себя в порядок! Времени мало!

Вредная Лорина и её словам не вняла, продолжив стенать и жаловаться, я же благоразумно помалкивала. Сначала нужно подписать трудовой договор или как там у них это называется, а вот потом уже можно будет от души послать доставшую родственницу подальше!

Нового сменного наряда у меня не было. Пришлось снова надеть наиболее подходящее тёмно-зелёное платье с серебряной вышивкой. Агата начала возмущаться, велев переодеться в ядовито-розовое уродство, но Лорина вдруг зло заявила:

– Какая разница! Пусть хоть в мешке идёт! Её судьба уже всё равно решена, разве нет?

– Да, лойд Гродерик готов сделать тебе предложение со дня на день, Мариза. Надеюсь, ты больше не станешь делать глупости и не упустишь возможность устроить свою судьбу, – кивнула Агата в ответ на мой вопросительный взгляд.

«И приблизить свои похороны!» – мысленно добавила я.

На этот раз молчание далось особенно тяжело, а изобразить покорность и смирение тем более не получилось.

Когда мы, наконец, направились на приветственную церемонию, я уже привычно затерялась в толпе и вскоре входила в мастерскую лойда Дорсона. Он не обманул и даже успел подготовить контракт о найме на работу с испытательным сроком – один месяц.

Бумагу я внимательно прочитала. Ничего необычного там не было, кроме условия сохранения полной конфиденциальности обо всём, что могу увидеть и услышать во дворце. Что ж, это логично и ожидаемо.

– Отлично! И это всё? Я уже официально принята? – нетерпеливо уточнила я, поставив подпись.

– Да. Осталось только пройти проверку, то есть собеседование в нашей службе безопасности, – улыбнулся моему энтузиазму артефактор. – Они должны заверить контракт.

Звучало несколько необычно. Что они собираются проверять? Всю биографию Маризы? Ну ладно, везде свои правила.

– Давайте я провожу туда Маризу! – с готовностью предложила Клариса.

– Чуть позже. Я заходил к ним. Хиксона ещё нет, – возразил Дорсон и куда-то отлучился, велев мне ждать в мастерской.

В первой комнате, которую нам предстояло делить с Кларисой, я присела за свободный стол у окна. Время, по моим ощущениям, тянулось очень медленно. Хотелось поскорее покончить с формальностями и начать новую жизнь по своим правилам. Поэтому на дверь посматривала нетерпеливо, что не могла не заметить Клариса.

– Куда-то торопитесь? – спросила она.

– Просто родственники вот-вот искать начнут. А кто такой этот Хиксон? Почему нужно ждать именно его?

– Помощник. Вроде нас. Занимается несложными делами и поручениями. Идите, посмотрите, не пришёл ли он, – предложила Клариса, погружаясь в сортировку каких-то мелких деталей. – Служба безопасности находится прямо напротив нас.

Я охотно последовала её совету. Всё лучше, чем без дела сидеть. Постучала в дверь, не дождавшись ответа, заглянула и негромко позвала:

– Лойд Хиксон, вы здесь?

В помещении, обставленном как солидный рабочий кабинет, было пусто. Во всяком случае, мне так показалось. А потом знакомый голос негромко произнёс:

– Хиксона пока нет. Зачем он вам понадобился, Мари?

Из неприметной двери в правой стене появился лойд Бромли, и я невольно улыбнулась ему как хорошему знакомому.

– Мне сказали, у него нужно пройти собеседование при устройстве на работу и заверить контракт.

– Значит, лойд Дорсон всё же принял вас на службу, – в голосе собеседника отчётливо прозвучало недовольство. – Ну и как, вы уже готовы к интригам, козням и ударам в спину? Во дворце всего этого предостаточно.

– В моей жизни такого тоже хватает. Но здесь у меня будет хоть какая-то возможность влиять на свою судьбу, – возразила уверенно.

– Я так понимаю, для вас это прежде всего возможность избежать нежелательного замужества?

– Да, но это не значит, что я буду плохо работать и пренебрегать своими обязанностями.

– Ладно, раз мы уже практически начали собеседование, проходите, продолжим, – устало вздохнул Бромли, сел за один из имеющихся в помещении столов и кивнул на кресло напротив.

– Ой, я сейчас. Только контракт принесу!

– Не нужно. Принесёте потом, если, конечно, не передумаете здесь работать, – совершенно серьёзно заявил мужчина.

И что это значит? Почему я должна передумать?