Глава 15

Академия опустела, словно покинутый город-призрак: ни звонких голосов студентов, чьи разговоры обычно наполняли каждый уголок, ни строгих наставлений преподавателей, ни торопливого стука каблуков по коридорам. Тишина давила на уши, навевая тоску и одиночество. Лишь заунывные стенания холодного ветра, гуляющего по бескрайней вересковой пустоши, разбавляли безмолвие этого места.

Пли, Роберт и я спустились по каменной лестнице в просторный холл, где нас уже ждали глава академии Орберт Касвелл, по прозвищу Ночной змей, и ещё два студента с целительного. По плану, группа должна была состоять из пяти человек: куратора и четырёх его подопечных. Моё появление в качестве шестого члена команды слегка озадачило одногруппников Пли, но парни, переглянувшись, решили благоразумно промолчать.

- Что ж, - многозначительно хмыкнул ректор, - все в сборе. А теперь слушайте внимательно, - мужчина обвёл нас цепким, пронизывающим взглядом. - Пусть у нас с орками заключён мирный договор, это вовсе не означает, что они будут рады вас видеть. Орки - народ гордый, своей гордостью они уступают место лишь эльфам. Так что не ввязывайтесь ни в какие конфликты и следите за своей речью. Если хоть кто-то из вас словом или делом оскорбит их, ждите неприятностей. Вас непременно вызовут на поединок, и тогда ни я, ни кто-либо другой не сможет встать на вашу защиту. Традиции и сама война для орков незыблемы и священны. Надеюсь, все меня поняли?

Мы дружно закивали.

Я напряжённо переступила с ноги на ногу. На меня накатило какое-то странное чувство - тревога, смешанная с предвкушением. Об Эдриане я старалась не думать, надеясь на то, что боги всё же будут ко мне милостивы.

- Итак, вперёд, - ректор махнул рукой, и в холле открылся портал.

Повеяло знойным ветром, словно из раскалённого жерла печи. Его горячее дыхание опалило лицо и руки.

Стоило мне переступить портал, как меня окатило волной жара, будто я шагнула в кипящий котёл. Казалось, само пространство пылало и плавилось вокруг. Я ощутила сухость и покалывание, словно кожа в одно мгновение раскалилась на палящем солнце, превратившись в тонкую плёнку, готовую лопнуть от малейшего движения.

Здесь было ещё жарче, чем я предполагала. Горячий ветер приносил с собой мелкую песчаную пыль, забивающуюся в нос и рот, а воздух пронизывал тяжёлый, душный запах острых специй - корицы, кардамона и жгучего перца, - дурманящий и почти осязаемый на вкус.

Мы оказались на каком-то рынке. Атмосфера гудела, наполненная гомоном голосов и криками торговцев, зазывающих покупателей к своим лоткам и палаткам. Повсюду сновали орки, шайэрцы - местные маги в ярких длинных одеждах. Красные драконы с оголёнными торсами. Я засмотрелась на одного такого - бронзовый загар, чёткий рельеф мышц и ни одного волоска на груди. Длинные каштановые волосы мужчины были заплетены в тугую косу, перекинутую через широкое плечо. Проследив за моим взглядом, он лениво ухмыльнулся и подмигнул мне с нарочитой самоуверенностью. От этого жеста его пронзительно-карие глаза с вертикальными зрачками сверкнули дерзким огоньком.

Я поспешно отвернулась, чувствуя, как щёки заливает предательский румянец.

- Ox-ox-ox, - мрачно пробурчал Роберт, - жаркое местечко во всех отношениях! - парень перекинул рюкзак на другое плечо, после чего притянул Пли поближе к себе, явно опасаясь, что ей станут строить глазки такие вот Красные драконы.

Рынок представлял собой лабиринт из узких улочек, петляющих между пёстрыми шатрами и открытыми прилавками. Товары здесь были самые разнообразные: от ковров ручной работы и красочной расписной посуды до магических артефактов и диковинных животных в клетках.

Когда ректор дал нам знак следовать за ним, мы двинулись сквозь толпу по узким проходам между торговыми рядами. Приходилось постоянно лавировать, чтобы не налететь на кого-нибудь или не зацепить ненароком развешанные повсюду гирлянды сушёных перцев, пряных трав и горькой полыни.

Вскоре рынок остался позади, и мы вышли на широкую мощёную улицу. Двух- и трёхэтажные дома из красного песчаника теснились по обе стороны, бросая на дорогу узкие полосы тени. Резные деревянные ставни и двери домов пестрели замысловатыми узорами. На некоторых балконах виднелись глиняные горшки с яркими цветами, привносившие капли свежести в раскалённый воздух.

Ректор уверенно вёл нас вперёд, пока впереди не показалось массивное здание с высокими арочными окнами и островерхими башенками по углам. Над парадным входом развевались знамёна - белое с золотым драконом и бордовое с черным солнечным диском.

Стражники, узнав нашего ректора, тут же расступились, пропуская нас внутрь.

Прохлада огромного зала с мраморными колоннами и мозаичными стенами мгновенно окутала тело, даря блаженное облегчение от изнуряющего зноя. В центре журчал небольшой фонтан, окружённый диванами, обитыми парчой. Мягкий солнечный свет лился из высоких стрельчатых окон, украшенных витражами, играя бликами на начищенном до зеркального блеска полу из редких пород камня.

Не прошло и минуты, как навстречу нам вышел высокий, статный мужчина. Его смуглая кожа отливала бронзой, а ис-синя-чёрные волосы были уложены в замысловатую причёску. Золотая вязь на длинном тёмно-бордовом шелковом халате и массивные перстни с драгоценными камнями недвусмысленно намекали, что именно он здесь главный.

- Орберт, - заулыбался мужчина, сверкнув жемчужно-белыми зубами, - ну наконец-то! Я уж испугался, не стряслось ли чего в пути. Как добрались?

- Спасибо, всё хорошо, - сухо отозвался ректор. - Вот, - он кивком указал на нас, - привёл своих адептов. Трое целителей и два боевых мага.

- Целители в городе сейчас на вес золота, - довольно закивал хозяин дома, поглаживая ухоженную бороду. - Больница Аль-Нури примет их с распростёртыми объятиями. А вот насчёт боевых магов... Ты ведь говорил, что с тобой будет только один.

Пронзительный взгляд мужчины остановился на мне. От него веяло какой-то хищной, первобытной силой, заставляющей инстинктивно напрячься.

- Девушка, - ректор указал на Пли, - и её истинный отбудут в Дамастан завтра с утра. Я уже обо всём договорился.

- И кто же из них второй боевой маг?

Я решительно шагнула вперёд, расправив плечи.

- Вы? - хозяин дома не скрывал своего удивления, окидывая меня оценивающим взглядом с головы до ног. - Нет, не верю! Орберт, скажи, что это шутка.

- Айлин Морей, - ректор загородил меня спиной, будто защищая, - одна из лучших студенток на моём курсе.

- Небо и жгучий песок пустыни! - мужчина всплеснул руками. - И как же угораздило столь очаровательную особу попасть в грушу к такому солдафону, как Орберт Касвелл? - он снова бросил на меня разгорячённый взгляд. - Ваше место в роскошном шайэрском паланкине, который несут на своих плечах рабы, а не...

- Мейс Кайрис Рорбин! - в голосе ректора зазвучала сталь. - Пусть вы и управитель города, но вам следует соблюдать определённые границы.

Я поёжилась и сглотнула вязкую слюну, чувствуя, как моё сердце колотится где-то в горле. Неужели здесь все такие беспардонные и... горячие?

- Прошу меня простить, - Мейс Кайрис церемонно поклонился, не забыв при этом лукаво улыбнуться. - Шайэрцы искренний народ и никогда не упустят возможности сделать девушке комплимент. Пройдёмте же, - промурлыкал он, разворачиваясь на каблуках, - я покажу вам ваши комнаты на сегодняшнюю ночь, а завтра вы сможете отправиться каждый по своим делам. Орберт, - управитель города обернулся, мазнув по ректору похолодевшим взглядом, - надеюсь, ты и твои подопечные не будут против присоединиться к нам сегодня за ужином?

- Только ненадолго, - буркну-л ректор. - Нам завтра рано встать.

- Уйдёте когда пожелаете, - хмыкнул Мейс Кайрис.

Нас разместили на втором этаже: меня и Пли заселили вместе, Роба и остальных парней - в комнате по соседству, Орберт Касвелл расположился недалеко от комнаты хозяина дома.

Примерно через четверть часа к нам постучались служанки. Словно безмолвные серые тени они скользнули в комнату и быстро умотали прочь, оставив на кроватях одежду.

Ничего подобного мне носить не доводилось. Тонкая ткань дразнила воображение, обрисовывая очертания фигуры. Нижняя часть представляла собой длинную юбку из множества полупрозрачных слоев, создающих эффект дымки. Широкий пояс цвета спелого мёда, расшитый золотой нитью и украшенный сверкающими самоцветами, должен был подчёркивать талию. К наряду ещё прилагались расшитые яркими нитями туфельки без каблука и несколько массивных золотых браслетов.

- И это называется одеждой? - я недоумённо приподняла бровь. - Да тут одни лоскутки! Куда в таком идти?

- А я, пожалуй, примерю, - потирая ладони, проговорила взбудораженная принесённой одеждой Пли. - Да и ты не стесняйся, Айлин.

- Не думаю, что ректор оценит, - мрачно буркнула я, хотя, не спорю, переодеться мне хотелось просто до ужаса как. Моя форма, пусть и видоизменённая Робом, совершенно не годилась для местного климата...