Неудачливый взломщик

Бэйн, затаив дыхание, на цыпочках прокрался мимо одной из дверей, со стороны которой доносился отчётливый стук каблуков по паркету и какие-то неясные шорохи. От Лаксими юноша знал, что апартаменты герцогини находились дальше по коридору, в удалённой части крыла, куда даже не вся прислуга имела доступ — Леокая Керро, несмотря на эпатажное поведение, была женщиной крайне скрытной и тщательно лелеяла свои секреты, при том, что в чужие лезла с большим удовольствием.

Дойдя до нужной двери, Бэйн вполне ожидаемо обнаружил, что та заперта. Хмыкнув, юноша вытащил из внутреннего потайного кармана сюртука набор отмычек — подарок приятеля, до поступления в Херенсьюг занимавшегося домушничеством и «по доброте душевной» — а точнее за подарки и помощь в учёбе, — обучившего всех желающих некоторым приёмам своего ремесла.

Пусть и не с первой попытки, но вскрыть замок удалось, и Бэйн несказанно обрадовался, что на двери не было ещё и какой-нибудь заковыристой магической защиты.

Комната, в которую он попал, очевидно, служила гостиной. Здесь стоял невысокий диван с обивкой вырвиглазной ярко-розовой расцветки, маленький круглый кофейный столик из тёмного дерева, узкий стеллаж, заставленный книгами, и письменный стол возле окна. На стене же возле боковой двери, ведущей, скорее всего, в спальню, висел огромный портрет герцогини в полный рост. Именно он в первую очередь привлёк внимание Бэйна.

«Возможно, за ним скрывается сейф?» — предположил юноша, используя чары левитации, снял портрет со стены и был крайне огорчён, когда его догадка не подтвердилась.

Аккуратно вернув портрет на законное место, Бэйн переключил внимание на стол и педантично изучил содержимое всех выдвижных ящиков, однако кроме писчих принадлежностей, каких-то писем и альбома с карандашными набросками там ничего не было. Настороженно прислушавшись и удостоверившись, что за дверью не слышно шагов, Бэйн разложил свои находки обратно по ящикам, стараясь восстановить первоначальный порядок, после чего перешёл к шкафу и принялся одну за другой вытаскивать книги и открывать их в поисках возможного тайника.

Закончив в гостиной и не найдя ничего, хотя бы отдалённо напоминающее флакон с зельем, Бэйн прошёл в следующую комнату, как он и предполагал, оказавшуюся просторной спальней с большой кроватью точно по центру, справа от которой стояла квадратная тумбочка с торшером, а чуть наискосок, в углу — туалетный столик с овальным зеркалом, заставленный огромным количеством маленьких коробочек и шкатулочек. Бэйн как раз приступил к изучению их содержимого, когда со стороны гостиной послышался голос герцогини.

— Подайте мне чашку чая с мёдом, милочка.

Сердце Бэйна ухнуло куда-то в пятки, и парень заметался по комнате в поисках укрытия. Первой мыслью было нырнуть под кровать, но он отмёл её как откровенно глупую. А потом взгляд зацепился за балконную дверь, и юноша, не раздумывая, шмыгнул наружу.

На балкон-то он вышел, а вот куда идти дальше — понятия не имел. Не сидеть же всю ночь здесь? На улице — мороз, к утру от него останется лишь хладный труп, и даже наличие магии и умение накладывать согревающие чары не поможет.

Чувствуя себя кроликом, загнанным в ловушку, Бэйн подошёл к перилам и, перегнувшись, взглянул вниз — пятый этаж, падать ой как далеко. Можно, конечно, обратиться и взлететь, но смена облика автоматически нивелирует действие зелья Невидимости. Где гарантия, что в этот момент герцогиня не выглянет в окно и не увидит незваного гостя?

Тяжело вздохнув, Бэйн огляделся по сторонам, а затем ещё и посмотрел наверх: над балконом герцогини располагался ещё один балкон с балюстрадой, состоящей из отдельных балясин, за которые вполне можно было ухватиться руками. Радуясь подобной удаче, Бэйн залез на перила, и, подпрыгнув, ухватился за нижний выступ балкона, подтянулся и шустро перецепился, схватившись за узкую «талию» двух соседних балясин, снова подтянулся, коленом упёрся в дно балкона, сделал резкий рывок и вцепился руками уже в перила, после чего спокойно перелез полностью.

И в этот же самый момент, не успев даже толком отдышаться, был вынужден уворачиваться от летящего в него ярко-жёлтого парализующего магического шара.

— А ну стоять, паршивец! — зычно гаркнул командный голос, впрочем, звучавший слишком высоко, чтобы принадлежать парню или тем более мужчине. — Сейчас я тебе покажу, как посреди ночи тайком в девичьи спальни лазить!

Только сейчас до Бэйна дошло, что, пока он лез на балкон, чётко видел свои руки, а значит, зелье Невидимости прекратило своё действие намного раньше срока даже без оборота.