Помоги мне

Вскоре после ухода Арцэя в дверь раздался вежливый стук.

— Войдите, — разрешила Одэлис, резонно предположив, что это Лаксими пришла для обещанного разговора.

Только вот когда дверь открылась, в комнату вошёл Амлас.

— Ректор Беренгард, — Одэлис поднялась с дивана и растеряно посмотрела на мужчину. — Что-то случилось?

— Ничего, что заслуживает вашего беспокойства, — заверил её тот. — Однако я хотел с вами поговорить.

— Как-то слишком много людей этим вечером жаждет моего внимания, — хмыкнула Одэлис и, указав ладонью на кресло, добавила: — Присаживайтесь.

— Благодарю, — Амлас слегка склонил голову в знак благодарности, решительно пересёк комнату и занял указанное место.

— Итак, какое именно дело привело вас ко мне в столь поздний час? — вежливо поинтересовалась Одэлис, вновь опускаясь на сиденье дивана, однако на этот раз ближе к подлокотнику и, соответственно, к креслу, занятому Амласом.

— Я наконец-то созрел, чтобы обратиться за помощью, — с кривоватой усмешкой ответил Беренгард. — Пока лорд Вэгг приходил в себя в ванной, вы сказали, что можете мне помочь укротить моего дракона. Это правда?

— Не могу дать стопроцентной гарантии, но попробовать можно, — кивнула Одэлис. — Однако, как вы могли видеть на нашем с Арцэем примере, данная процедура довольно деликатная и требует полного доверия между партнёрами. И весьма тесного физического контакта.

— Насколько тесного?

Губы Одэлис дёрнулись в намёке на улыбку.

— Кожа к коже, — охотно пояснила она. — И чем больше поверхность соприкосновения, тем легче пройдёт обмен магией.

Амлас нахмурился и осторожно уточнил:

— То есть в идеале мы должны быть полностью голыми?

— В идеале, да. Но для сохранения видимости приличий можно остаться в нижнем белье.

На лице Амласа отразилась глубокая задумчивость, а затем он окинул Одэлис откровенно оценивающим взглядом.

— Мне стыдно признаться, но я не уверен, что смогу контролировать себя, — с тяжёлым вздохом признал он. — Мой дракон уже давно желает присвоить вас себе в физическом плане, да и сам я нахожу вас крайне привлекательной женщиной.

— Бетиса в своё время обучила меня технике мгновенной парализации буйных пациентов, — многозначительно шевельнув бровями, сообщила Одэлис. — Уверена, на драконов она тоже действует.

Амлас весело фыркнул и немного расслабился.

— Быть может, обойдёмся без игл и ограничимся каким-нибудь расслабляющим зельем? — в свою очередь предложил он. — Бетиса поила меня какой-то дрянью, когда я был подростком: я оставался в сознании, однако все мои мышцы расслаблялись, и я не мог даже пальцем пошевелить.

— Нельзя, — покачала головой ректор Джавьер. — Никаких посторонних зелий хотя бы в первый раз, это может усложнить процесс создания магического контура.

— Значит, иглы, — обречённо констатировал Амлас. — Что ж, пусть так.

— К слову о зельях, — Одэлис нервно огладила пальцами подол своего платья на коленях, и этот жест не укрылся от её собеседника, заставив Беренгарда обеспокоенно нахмуриться. — После ужина я говорила с Бетисой. Они с Вайром обнаружили одну интересную особенность приворотного зелья, которым нас опоила Её Светлость.

— Что за особенность?

— Оно никакое не приворотное, а афродизиак с ментальным закреплением, причём действующий исключительно на внутреннего зверя. И после полноценного оборота действие данного зелья полностью прекращается.

Лицо Амласа вытянулось в изумлении, а затем в его глазах забрезжило понимание.

— То есть безумная тяга моего дракона к вам — лишь результат действия зелья?

— Да, — подтвердила Одэлис.

— И на меня самого оно действовать не должно?

— Оно на вас и не действует, ректор Беренагрд, — заверила его Одэлис. — Что бы вы ни испытывали ко мне, оно исключительно ваше.